Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

Стало известно о прекращении «Роснефтью» деятельности в Венесуэле и продаже активов компании, принадлежащей российскому правительству. По условиям сделки «Роснефть» получит на баланс одного из своих дочерних обществ 9,6% собственных акций. Компания рассчитывает на снятие санкций, которые США регулярно вводили против дочек «Роснефти», работающих с Венесуэлой.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Российский мир

02.03.2011 | Игорь Бунин

Сталин с нами?

Социологические опросы свидетельствуют о том, что Сталин по-прежнему воспринимается значительной частью российского общества как положительная историческая фигура. Однако для большинства россиян Сталин – человек из далеко прошлого, почти как Иван Грозный, не вызывающий сильных эмоций.

Опросы, регулярно проводимые Левада-центром (последний - весной 2010 года), показали, что на протяжении 2000-х годов у российского населения несколько изменилось отношение к личности Сталина. Более чем в 2 раза (с 16% до 7%) уменьшилось количество тех, кто относился к нему со страхом, а также с ненавистью (с 9% до 5%). В 1,5 раза (с 18% до 12%) стало меньше людей, которые испытывают к Сталину неприязнь и раздражение. Положительное отношение к Сталину в российском обществе по большей части сохранилось на прежнем уровне (23% испытывают к нему уважение, 7% - симпатию, 2% - восхищение). Негативные чувства россиян в отношении Сталина уступили место безразличию (с 12% до 38%). Признать Сталина государственным преступником в той или иной мере согласны 32% респондентов, не согласны – 50%.

Однако эти данные не свидетельствуют о том, что Россия становится более "сталинистской". Несмотря на то, что симпатии части граждан к Сталину вполне объяснимы и связаны не со следованием идеологии (оно осталось только у догматичных коммунистов, составляющих меньшинство даже электората КПРФ), а с протестными настроениями. Генералиссимус в строгой шинели, с суровым взглядом, способным испепелить любого чиновника, воспринимается как антитеза системной коррупции и незащищенности "простого человека". Однако, как свидетельствуют опросы, это ведет не столько к росту просталинских настроений, сколько к декларируемому неприятию активного антисталинизма, ассоциируемого значительным числом россиян с потрясениями перестроечного времени, романтика которого в глазах большинства населения оказалась быстро дискредитирована.

Однако еще важнее то, что когда речь идет не об общем отношении к конкретному историческому персонажу, а о моральной оценке его действий, то люди занимают куда более жесткие позиции, руководствуясь собственными нравственными представлениями. Например, со смертью Сталина население России в первую очередь связывает прекращение массового террора населения и освобождение невиновных людей из заключения (47%). 58% россиян считают, что жертвы, которые понес советский народ в эпоху Сталина невозможно оправдать никакими великими целями. И лишь 29% готовы в какой-то мере эти жертвы оправдать, то есть принять аргументацию сталинистов разного типа – от сторонников ленинско-сталинской идеологии до "государственников", готовых пожертвовать "вождем мирового пролетариата", но не расстаться с "отцом народов". Исключить моральную составляющую из российской истории, заменив его чистым прагматизмом, представлением о том, что управленческая эффективность может оправдать преступления, жертвами которых стали миллионы людей – казненных, погибших в лагерях, вышедших на свободу спустя много лет со сломанной жизнью, не дождавшихся своих родных и любимых.

Интересно также, что почти 3/5 россиян (59%) высказались против переименования Волгограда в Сталинград, "за" – всего 17%, 24% россиян не смогли определиться со своим отношением к этой идее. И это при том, что сторонники Сталина всячески спекулируют на том, что такова воля ветеранов, участвовавших в обороне города-героя – эта тема поднималась еще на первых конкурентных выборах в 1989 году, когда от Волгограда в советский парламент баллотировался писатель-сталинист Юрий Бондарев. Показательно, что Бондарев проиграл, несмотря на всенародную известность – и тогда настроения и общества в целом, и российских ветеранов были различны, никакого консенсусного желания фронтовиков реабилитировать вождя никогда не было.

Достаточно прочитать мемуары прошедшего лагеря генерала Александра Горбатова, вспоминавшего, как в начале войны после репрессий "неопытные и необстрелянные командиры несмело и неумело брались за исполнение своих высоких обязанностей". Или исторические работы генерала Петра Григоренко, который писал и распространял их еще в брежневские годы, в связи с чем стал жертвой "карательной психиатрии". Он перечислил множество грубейших ошибок, которые – не считая репрессий – совершило сталинское руководство в предвоенные годы, от арестов и расстрелов конструкторов боевой техники до поспешного уничтожения старых укрепрайонов после занятия территории Западной Украины и Западной Белоруссии. Есть много других свидетельств весьма критичного отношения фронтовиков к главнокомандующему, массовыми расстрелами ослабившему армию перед войной, что сыграло большую роль в катастрофе первых военных месяцев.

Иногда для подтверждения высокой популярности Сталина в современном российском обществе используются результаты телевизионного проекта "Имя России", проводившегося в 2008 году. На нем Сталин занял почетное третье место, причем на начальной стадии проекта даже лидировал. В Интернете развернулась эмоциональная дискуссия о том, не были ли результаты голосования подтасованы для того, чтобы избежать скандальной победы "вождя" и провести на первое место "политкорректного" князя Александра Невского, первоначально не фигурировавшего в числе фаворитов, а на второе – "консервативного реформатора" Петра Столыпина.

Однако для анализа результатов подобных конкурсов необходимо учесть их принципиальное отличие от социологических исследований, проводящихся квалифицированными специалистами на основе научно обоснованной выборки. Конкурсы, проводимые на телевидении и в Сети, не позволяют дать объективную картину общественных настроений. Зато они способны выявить активные меньшинства, стремящие навязать большинству общества свои предпочтения и мобилизующие для этого все имеющиеся в их распоряжении ресурсы. Такое организованное голосование выводит их кандидатов на ведущие позиции в рейтингах, что дает некоторый имиджевый эффект, но не более того. Обратим внимание на результаты аналогичного конкурса в Украине, которые почти симметричны российским. На первом месте – тоже древний герой Ярослав Мудрый, на втором – знаменитый хирург Николай Амосов, а на третьем – Степан Бандера, который некоторое время считался даже основным кандидатом на "победу". Бандера в ходе голосования заметно опередил таких деятелей, как Тараса Шевченко и Богдана Хмельницкого, чьи портреты украшают украинские гривны. Точно так же, как российские сталинисты проводили на ведущие позиции в конкурсе своего кумира, это же делали и их непримиримые антагонисты из Галичины, составляющие явное меньшинство украинского населения.

Российское общество преодолевает сталинизм – точно так же, как сокращается число сторонников пребывания тела Ленина в Мавзолее. Это непростой процесс – с учетом многолетнего тоталитарного прошлого, дефицита демократических традиций, отсутствия реальной европейской перспективы. На то, что этот путь будет пройден, указывает высокая значимость для россиян морального фактора в истории, восходящая к пушкинской традиции: "Нельзя молиться за царя Ирода – Богородица не велит". И если Сталин со временем вызывает меньше эмоций, то для его политики общество не находит нравственного оправдания.

Игорь Бунин – президент Центра политических технологий

Материал опубликован на сайте «Голос России» 21.02.2011

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net