Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

23.08.2011 | Алексей Макаркин

Кризис режима Каддафи и новые вызовы

Масштабный кризис режима Муаммара Каддафи ожидался и не ожидался одновременно. Было ясно, что для НАТО и консервативных арабских монархий победа над ливийским лидером – вопрос престижа. Любой иной результат означал сильнейший моральный удар по антикаддафиевской коалиции, в целом, и ее лидерам, в частности

Почему сейчас?

Однако принципиальная ясность с исходом ливийского кризиса оставляла открытыми ответы на вопросы – как и когда произойдет смещение Каддафи. Для его противников наилучшим сценарием был добровольный отъезд диктатора из страны с последующим формированием временного правительства из части его сторонников, с одной стороны, и членов Переходного национального совета, действующего в Бенгази, с другой. К такому решению Каддафи подталкивали не только Запад, но и африканские страны.

Однако ливийский лидер страну не покинул. Видимо, это было связано с двумя обстоятельствами. Первое – самое простое: Каддафи не захотел бежать, будучи амбициозным и сильным лидером (иной не смог бы продержаться у власти четыре десятилетия). Такое поведение свойственно ряду арабских авторитарных лидеров времен нынешней «арабской весны». Только тунисский президент бен Али бежал из страны. Мубарак остался в Египте, несмотря на то, что ближайшее окружение буквально «выталкивало» его в эмиграцию. Йеменец Салех после ранения был вынужден спешно выехать в Саудовскую Аравию, но до сих пор не отказался от власти. Асад в Сирии занимается жесткой борьбой со своими противниками. Инстинкт власти заставляет их держаться до последнего. Многолетнее лицезрение толп, радостно приветствовавших своих вождей, создало у них иллюзию, что поданные по-прежнему верны им, а «воду мутят» немногочисленные экстремисты. И стоит еще немного продержаться, как ситуация вновь окажется под контролем.

Второе обстоятельство менее эмоционально и сугубо рационально. Каддафи загнан в угол – после выдачи ордера Международного уголовного суда он вряд ли мог рассчитывать найти надежное убежище в какой-либо стране. Рано или поздно, но от любой страны международное сообщество потребует его выдачи – вне зависимости от того, какие неформальные обещания могли ему дать в ходе негласных переговоров. Радован Караджич в Боснии был уверен, что его не будут трогать после вынужденно-добровольной отставки – и оказался сильно разочарован, когда все обернулось многолетним розыском и неизбежным арестом.

Что касается вопроса о времени крушения режима Каддафи, то оно могло быть связано как с истощением ресурсов его сторонников (в том числе моральных – трудно месяцами вести безнадежную борьбу), так и со спецоперациями коалиционных сил. После падения Завии приверженцы режима стали куда более активно, чем ранее, искать способы для собственного выживания. Бывший ближайший соратник Каддафи Джеллуд оказался в стане восставших, а затем добрался до Италии. Премьер аль-Багдади Али аль-Махмуди бежал в Тунис. В этой ситуации некоторые генералы могли сделать собственный выбор, обменяв лояльность своему шефу на спокойную жизнь. Впрочем, ближайшее окружение ливийского лидера сохранило ему верность – что может позволить ему продлить сопротивление еще на некоторое время.Немалую роль в развитии ливийских событий сыграла и информационная война. Ресурсы Каддафи в этой сфере несопоставимы с возможностями современного Запада – и это делает его власть еще более уязвимой.

Российский выбор

Весной перед ключевыми мировыми игроками встал вопрос о том, какую позицию занять в отношении Каддафи. Тогда много говорилось об «упущенной выгоде» России, эти же слова иногда звучат даже сейчас. Однако стремление отстоять интересы Каддафи могло привести для России не к приобретениям, а, напротив, к потерям, причем не только материальным, но и моральным.

Выше уже отмечалось, что ливийский режим был обречен после создания «антикаддафиевской» коалиции, которая реально сформировалась еще до голосования по резолюции ООН. Это понимали как российские, так и китайские власти, так как не только Москва, но и Пекин воздержались при голосовании в Совете Безопасности. Кстати, вчера представитель МИД КНР, в частности, заявил, что Китай уважает выбор народа Ливии и надеется на скорейшую нормализацию ситуации в стране. Это очередное признание реальности.

После того, как режим Каддафи рухнет, России придется выстраивать отношения в экономической сфере с новыми властями Ливии - вспомним, как трудно было договариваться с нынешним руководством Ирака. Но сейчас изначальная ситуация для диалога выглядит существенно лучшей, чем в иракском случае. Заявление менеджера по информации ливийской нефтяной компании AGOCO о том, что у ливийской оппозиции есть «некоторые политические вопросы к России, Китаю и Бразилии», стоит рассматривать как приглашение к торгу, а не запертую дверь. Тем более, что этот сигнал сделан на невысоком уровне – руководители Переходного национального совета проявляют осторожность. Другое дело, что с военными контрактами могут быть очень серьезные проблемы (эти договоренности непосредственно связаны с фигурой Каддафи), но есть еще нефть, газ, железнодорожное строительство. Показательно, что некоторые китайские фирмы, работающие в Ливии (ZTE («Чжунсинь») и «Хуавэй») уже вернулись в страну и принимают участие в процессе ее восстановления по договоренности с повстанцами.

Существует и моральный фактор. Поддержав Каддафи, Россия получила бы ответную положительную реакцию со стороны немногочисленных стран, находящихся в жестком системном конфликте с Западом. Зато она сильно проиграла бы в глазах куда большей части международного сообщества, которое уже тогда рассматривало режим Каддафи как преступный. Защищать диктаторов в начале XXI века – дело неблагодарное. Показательно, что в случае с Сирией Россия – несмотря на неприятие вооруженного вмешательства – не собирается солидаризироваться с режимом Асада и требует от него реальных реформ.

Что дальше?

Уже сейчас можно очертить некоторые вызовы и риски, связанные с Ливией после Каддафи. Разумеется, проблем немало. Ливийская оппозиция внутренне конфликтна и не имеет опыта политической деятельности, лишь некоторые ее представители занимали значимые посты на государственной службе. Им будет непросто добиваться компромиссов по вопросам раздела власти (в том числе с учетом интересов ведущих племен – многие из них сейчас дистанцировались как от Каддафи, так и от его оппонентов), создания стабильных институтов, проведения действительно свободных и конкурентных выборов. Существует и сильнейшее неприятие режима Каддафи, которое может вылиться в расправы над его сторонниками.

Впрочем, есть риски, значение которых, как представляется, часто преувеличивается. Первый – это возможность прихода к власти «Аль-Каиды». Представляется, что этот риск серьезно преувеличен – видимо, среди противников Каддафи действительно есть исламские радикалы, но они не представляют собой ведущей силы. Представители террористических организаций не могут участвовать в государственном строительстве – они рассматривают занятую ими территорию как плацдарм для дальнейшего расширения своей экспансии. Это хорошо видно на примере талибского Афганистана и деятельности Басаева и его сподвижников на российском Северном Кавказе. Ливийская же оппозиция стремится к нормальным отношениям с международным сообществом, поддержку которого они получили. Поэтому радикалы, если и попытаются «качать права», скорее всего, будут изолированы – при максимальном содействии Запада.

Второй риск – возможный распад страны, которая в 1951 году получила независимость как федерация трех территорий – Триполитании, Киренаики и Феззана. Об отделении пустынного Феззана с его несколькии городками-оазисами говорить не приходится. Сложнее ситуация с Киренаикой, которая с самого начала гражданской войны была центром оппозиции режиму Каддафи. Однако обратим внимание на то, что Переходный национальный совет с самого начала выступал как общеливийский орган, не выдвигая никакой сепаратистской программы. Между жителями Триполитании и Киренаики нет религиозных противоречий – как между населением севера и юга Судана (соответственно, мусульманами и христианами). Что же до федерализма, то еще в 1963 году – то есть при короле Идрисе – Ливия стала унитарным государством. За все время правления Каддафи против него неоднократно организовывались заговоры – но не существовало сколько-нибудь серьезного сепаратистского движения.

Ливии, проходящей через многомесячное гражданское противостояние и не имеющей демократических традиций, придется пройти еще через немало испытаний, прежде чем в стране наступит стабильность. И здесь многое зависит от политической зрелости ливийского общества, его способности к тактическим компромиссам и стратегическим решениям.

Материал опубликован на сайте «Голос России» 23.08.2011

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net