Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Предвыборная гонка в Украине, за которой внимательно следили и в России, подошла к концу. 21 апреля во втором туре встретились действующий президент Украины Петр Порошенко и актер Владимир Зеленский, известный главной ролью в популярном телевизионном сериале «Слуга народа». Первое место со значительным отрывом занял Владимир Зеленский – по предварительным данным, он получил около 73% голосов. Петр Порошенко набрал около 25 голосов избирателей.

Бизнес

Арест зампреда правления Пенсионного фонда России Алексея Иванова связан с историей крушения бизнеса братьев Алексея и Дмитрия Ананьевых. Иванов ранее был топ-менеджером компании «Техносерв», основанной Ананьевыми – в ней прошел обыск в связи с делом Иванова.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Интервью

24.10.2011

Никита Масленников: «Я ожидаю подъема интереса к российской экономике на рубеже 2013-14 гг., если мы не упустим финансовой стабильности, которую оставил нам Кудрин»

В сентябре 2011 года указом президента с поста руководителя Министерства финансов был уволен Алексей Кудрин. Незадолго до этого Алексей Леонидович высказался о своих намерениях отказаться от работы в правительстве, если пост премьер-министра займет Дмитрий Медведев. В основе противоречий президента и теперь уже бывшего министра финансов лежат разногласия относительно налоговой и бюджетной политики и, в частности, расходов на армию. Через месяц Кудрин опубликовал в «Коммерсанте» статью, в которой выказал свои взгляды на антикризисные меры, которые следует предпринять, и предложил «жить по средствам». Своим мнением по поводу «антикризисного плана» и взглядами на ситуацию в целом с «Политком.Ру» поделился Никита Масленников, ведущий эксперт Института современного развития.

Как Вы считаете, была ли заранее срежиссирована ситуация со снятием Кудрина с его постов?

Исходя из того, что мы на сегодняшний день слышали от него самого, от президента и премьер-министра, можно сделать вывод, что решение было осмысленным и выверенным задолго до заявления из Соединенных Штатов. Я думаю, через какое-то время мы услышим более глубокую версию, почему это произошло. Но уже сейчас можно сказать, что к этому все шло, прежде всего, по причине концептуально-мировоззренческих расхождений между тем, что надо было бы делать с точки зрения министра финансов и тем, что делается.

Если бы Медведев баллотировался на второй срок, могли ли события принять другой оборот?

Наверное, это все взаимосвязано, но прямой связи я не вижу. Пока ответов на те вопросы, которые ставил перед руководством страны Кудрин, не дали. Был некий компромисс между экономико-политическими элитами и финансовой политикой, которую предлагал проводить Кудрин. Вряд ли бы здесь что-то принципиально изменилось бы, хотя на сегодняшний день сложно судить. Главная загвоздка - в бюджетной реформе, которую правительство анонсировало еще в 2010 году, когда приняло программу повышения эффективности государственных расходов и признало необходимость перейти к программе сырьевого построения бюджета. Из этой программы выпали два существенных момента. Во-первых, сокращение расходов государства, чего мы сейчас так и не видим. И, во-вторых, любая государственная программа требует широкого общественного и профессионального обсуждения. Этого тоже пока не происходит. Но будем надеяться, что 2012 год в этом плане принесет изменения.

В своем антикризисном плане Алексей Кудрин подчеркивает необходимость сокращения государственных расходов…

Я полностью согласен с основными пунктами его плана. Кудрин всегда выступал не за линейное сокращение расходов. Для него сокращение бюджетных расходов – это, по сути, синоним целого комплекса мероприятий, который на профессиональном жаргоне экономистов называется «структурная реформа». Смысл заключается в том, что вы за счет новых принципов организации, новых правил игры, большего допуска частного капитала перестраиваете определенный сектор экономики или социальный сектор, скажем, ту же пенсионную систему, которая притягивает к себе значительный объем бюджетных средств. Но то, что эти реформы отложены и не приводятся в действие, наглядно показывает ситуация в пенсионной системе РФ.

Что касается оборонных расходов, то здесь дискутировать трудно, поскольку мы мало что знаем. И государство, наверное, имеет полное право скрывать свои оборонные расходы. Кудрин приоткрыл то, что он мог приоткрыть. Исходя из этого, мне кажется, что остается много вопросов по поводу содержательного наполнения программы на 20 трлн и тем более программы модернизации оборонного комплекса стоимостью 3 трлн.

Среди прочего Кудрин говорил о необходимости новой модели роста экономики – не за счет нефтяных ресурсов, а на основе частных инвестиций. Не отпугнут ли инвесторов такие кардинальные перемены в жизни нашей страны?

Алексей Леонидович совершенно прав. Он выразил точку зрения, которая уже давно зрела в экспертном сообществе. В известном смысле Кудрин сегодня становится независимой фигурой, он может стать и лидером этого консолидированного экспертного мнения. Собственно, и новая версия Стратегии-2020 подразумевает необходимость перехода к новой экономической модели, новой социальной политике, потому что в рамках существующей модели нельзя обеспечить экономический рост выше 3-4%. Главное здесь, естественно, частные инвестиции, инвестиционный климат, частная собственность, ее защита и поощрение, конкуренция, эффективная антимонопольная политика. И, конечно, нельзя забывать о стабильности финансовой ситуации, основанной, прежде всего, на сбалансированности госбюджета, предполагающего поступательное, но постепенное снижение расходов.

Что касается инвесторов, ситуация в РФ мало чем отличается от общемировой. Конечно, в рейтинге Всемирного банка и Международной финансовой корпорации «Doing business» мы поднялись со 124 на 120 место. Это греет душу, но не более того. Нам предстоит еще пройти огромный путь. Но мне кажется, что инвесторы сегодня начинают ориентироваться не на эти текущие показатели, а на стратегические цели развития тех или иных экономик. В первую очередь, потому что меняется реальность и в самом глобальном хозяйстве. Им гораздо важнее понимать, как будут по-крупному трансформироваться те или иные национальные экономики – какие секторы они будут развивать, что они делают в плане человеческого капитала, как они встретят новую технологическую волну, которая в конце этого десятилетия обрушится на экономики и вызовет стремительное и массовое обесценивание активов. Инвесторы понимают, что национальная экономика сама по себе уже не существует. Это во многом уже архаичное понятие, потому что любой национальный комплекс - это производное от состояния глобального хозяйства, от глобальной экономики в целом. Мировое хозяйство находится в фазе системного кризиса. Выход из него будет ознаменован некими новыми моделями устройства международной валютной системы, новыми полномочиями и статусами международных финансовых организаций, новыми стандартами поведения стран (по крайней мере относительно членов 20ки) в финансовой, банковской сфере, денежно-кредитной политике, политике стимулирования экономического роста… Инвесторы ориентируются на то, как та или иная страна приспосабливается к изменяющейся реальности. По оценкам Международного валютного фонда, у институциональных инвесторов, которые занимаются долгосрочными вложениями в финансовые инструменты тех или иных экономик, на сегодняшний день средств для вложения в такие активы более 70 трлн долларов. То есть нам есть за что бороться. Я бы не впадал в такой безудержный оптимизм или пессимизм в оценках инвестиционного климата, а искал некие другие измерители, которые показывают способность экономики адаптироваться к новым вызовам. А они еще только начинаются. Это десятилетие пройдет под флагом череды вызовов для всех национальных экономик. И я не считаю, что мы готовы к ответу хуже других. В этом велика заслуга консервативной, но взвешенной финансовой политики, которую проводил в последние 10 лет Кудрин. Я ожидаю подъема интереса к российской экономике на рубеже 13-14 годов. Если мы, подчеркну, не упустим финансовой стабильности, которую оставил нам Кудрин, и не откажемся от той линии поведения Министерства финансов, которая складывалась по крайней мере в последние 4-5 лет, особенно в условиях текущих событий.

Кудрина часто называли сторонником накопления денег и инвестирования их в фонды и ценные бумаги и фонды. Почему вместо этого нельзя было поддерживать крупные инфраструктурные проекты?

Экономика устроена таким образом, что мы все сильно зависим от притока внешних средств. Технически приток внешних средств всегда имеет своим следствием эмиссию, производимую Центральным банком. Это означает увеличение денежной массы в обращении. Увеличение денежной массы соответственно означает постоянное инфляционное давление. И так было долгие годы, пока не была сконструирована система суверенных фондов. Резервный фонд существует для того, чтобы сбалансировать бюджет. Фонд национального благосостояния существует для стабильности, в первую очередь, нашей пенсионной системы, которая на сегодняшний день находится в дефиците. Действия Кудрина вызывали критику, но я считаю это совершенно необоснованным. Тут все очень просто: либо вы имеет двузначную инфляцию, перманентный социальный и экономический кризис, как в 90х годах, либо достаточно низкую инфляцию и тенденцию к ее снижению. А это совершенно другой инвестиционный климат, другая мотивация для инвесторов. Но взамен вы создаете суверенные фонды. Здесь мы не новаторы, это общемировая практика. Напомню, что на сегодняшний день объем суверенных фондов в мире превышает 11 трлн долларов. То есть наша позиция еще достаточно слаба. Эти деньги инвестируются в первую очередь в ценные бумаги государства, потому что они должны работать. Отдельные страны выбирают другую стратегию инвестирования. Например, в странах Персидского залива (в них достаточно маленькое население) эти фонды функционируют как фонды вложения в человеческий капитал – бесплатное образование, медицинское страхование и т.д. У нас эти функции отчасти выполняет Фонд национального благосостояния. Если вкладывать деньги в национальную экономику, то при данной ее структуре, при отсутствии эффективной и активной структурной политики, вы просто обрекаете экономику на повышенную инфляцию, стало быть, на очередной отток капитала. Пока я не вижу у нас взвешенного масштабного плана создания инфраструктуры в стране. То есть встает вопрос – во что вкладывать? Не вижу активной структурной политики - что поддерживать, какие отрасли. Это проблема приоритетов. С теоретической точки зрения, государство - всегда худший разработчик приоритетов Это должно идти от рынка, мирового хозяйства, глобального спроса. Государство может улавливать эти сигналы, но оно, к сожалению, часто безоружно в этом плане. Поэтому когда нет необходимых условий, обеспечивающих эффективность вложения капитала в то или иное направление развития национальной экономики, лучше воздержаться и иметь вот такой резерв, как сейчас, который, по крайней мере, четко выполняет свои функции и как подушка безопасности, и как стабилизация бюджета пенсионного фонда России.Поэтому здесь может быть проблема несколько в другом. Надо повышать эффективность деятельности суверенных фондов.

Насколько этот план Кудрина вписывается в текущую экономическую политику?

По-моему, с формальной и с содержательной точек зрения этот план вполне укладывается в тот курс, который провозгласили последовательно и Владимир Путин, и Дмитрий Медведев. Но это предполагает как минимум постоянное наличие альтернативных мнений в поле принятия ответственных государственных решений. Думаю, план Кудрина вполне отвечает идеологии, сформулированной в статье Медведева и в модернизационной политике, которую он в последние годы проводил. Мне кажется, что за установленные рамки правил игры Алексей Леонидович ни в коей мере не вышел. Наоборот, кто-то из экспертов мог быть даже отчасти разочарован некой обтекаемостью формулировок, но это уже вопрос стиля и вкусов.

Беседовала Светлана Ахматнурова

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Покинутая своими западными союзниками в ходе сирийского конфликта и отвергнутая Европой Турция пытается найти свое место в мире. Сегодня ее взор обращен в сторону России – давнего противника или мнимого друга. Однако разворот в сторону евразийства для Эрдогана - не столько добровольный выбор, сколько вынужденная мера.

На старте избирательной кампании кандидаты в депутаты Мосгордумы начали проявлять небывалую активность в социальных сетях. Особенно это бросается в глаза в случае с теми, кто ранее был едва представлен в медиа-пространстве. Вывод из этого только один: мобилизация избирателей в интернете больше не рассматривается только как часть создания имиджа. Это технология, на которую делают серьезные ставки. Но умеют ли в Москве ею пользоваться?

Год назад в Армении произошла «бархатная революция». К власти пришло новое правительство, после чего политический ландшафт республики значительно изменился. Досрочные выборы Национального собрания, городского парламента Еревана (Совета старейшин), реформы судебной системы, появление новых объединений и реконфигурация (если угодно ребрэндинг) старых — вот далеко не полный перечень тех перемен, которые сопровождали страну в течение последнего года.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net