Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

29.12.2011 | Борис Макаренко

Плохой год для диктаторов

2011 год Каддафи и Мубарак, Бен Али и Лоран Гбагбо, Ким Чен Ир и даже Игорь Смирнов встречали при всех властных регалиях и в роскошных – кто дворцах, кто шатрах. Не было роскошным убежище Бен Ладена, но зловещая слава «террориста номер один» грела его в новогоднюю ночь. А к концу года – иных уж нет, а те далече. Уходит Али Абдалла Салех, «на ниточке» висит Башар Асад. Первая реакция – как у бравого солдата Швейка: «ни того, ни другого (и остальных, добавим) ни капельки не жалко». Вторая - ни один уход диктатора не сулит немедленного торжества демократии и народного счастья. Более того, сами эти уходы не слишком вдохновляют.

Из всех вышеперечисленных лишь «наш» приднестровский Смирнов ушел, по-честному проиграв выборы – значит, был не совсем диктатором. Корейский «Ким Второй» умер, по официальной версии, путешествуя по стране на бронепоезде, а по данным авиаразведок, бронепоезд этот тихо стоял на запасном пути: как был северокорейский режим «загадкой, обернутой в тайну», так и остается. Военная клика, прикрывшаяся «Кимом Третьим», сама будет решать, быть или не быть переменам в стране. «Арабская весна» - это действительно широкое движение за обновление и против застарелых диктатур. Но свергали диктаторов либо собственные генералы, жертвовавшие обанкротившимся вождем, чтобы сохранить режим (Египет, Тунис), либо пестрый (и вооруженный) конгломерат сил (в Йемене, похоже, и в Сирии), при внешнем давлении – дипломатическом – в Йемене и Сирии, военном – в Ливии и Кот д’Ивуаре. Первые успехи исламистов в Тунисе, Египте, Марокко, их явный подъем в Ливии и Сирии порождают больше вопросов, чем дают ответов.

Что же произошло в уходящем 2011 году? Почему столько диктаторов лишились своих постов? Корни следует искать в отложенном эффекте мирового экономического кризиса. В полную силу заработал «закон де Токвиля»: если «на пальцах» – бунтуют не тогда, когда кризис в разгаре (очень страшно, что все рухнет), а когда худшее позади, но надежд на улучшение нет. Тогда в полной мере встает вопрос о способности власти на обновление.

На Западе кризис стал испытанием для демократии: недаром в только что вышедшем в свет Индексе демократии журнала The Economist уходящий год назван «Демократия под стрессом» - но это все же не «Демократия отступает», как год назад. В США политика администрации Обамы, пришедшего к власти на волне кризисных страхов, поляризовала общество: стиль конкурентных компромиссов сменился конфронтацией – от консервативой «Партии чаепития» до «Захвати Уолл-стрит». В Греции, Италии, Португалии, Венгрии очевидны кризисные явления в политике, отражающиеся на качестве демократии; аналоги «захвата Уолл-стрита» будут плодиться и дальше. Интернет и социальные сети дают улице не просто мощный канал мобилизации, но гораздо большее – возможность организоваться без политиков – в этом отличие нынешнего движения от 60-х и 80-х годов, когда бунт против устаревшей политики просто менял конфигурацию политических сил, а новое качество демократии становилось скорее среднесрочным продуктом. Что станет продуктом нынешнего протеста, сказать просто невозможно, но зрелость западной демократии, как и сорок, и двадцать лет назад воспользуется «энергией улицы», чтобы переопределить себя еще раз.

В арабских обществах неспособность правителей ответить на вызов кризиса обострила реакцию общества на несменяемость власти, и весь гнев обратился против диктаторов. В отличие от Запада, диктатуры арабского Востока не давали сформироваться никакой цивилизованной оппозиции, а потому и падали с кровью, и оставили по себе руины. Ближний Восток перестает быть заповедником старых диктаторов, но чем он станет, покажет только будущее.

Наша с вами матушка-Россия как всегда где-то посередке между Востоком и Западом. И корни политического кризиса – а думаю, уже пора назвать происходящее этим словом – те же. События декабря только кажутся неожиданными оттого, что именно такого сценария никто не предполагал. Но предпосылок-то было пруд пруди. Помимо очевидных симптомов – эмиграции из страны капиталов, мозгов, предпринимательской энергии, социологи и политологи фиксировали в обществе посткризисную депрессию, запрос если не на политический плюрализм, то как минимум – на ослабление монополии на власть. А с 2011 г. – впервые за всю «путинскую эпоху» – медленно поползли вниз рейтинги и тандема, и «партии власти».

Эксперты либерального лагеря еще в начале 2009 г. заговорили об исчерпанности старого социального пакта «лояльность в обмен на стабильность». Да и рецепты эволюционного исправления ситуации в виде возвращения Думе роли «места для дискуссий», губернаторских выборов, упрощения регистрации политических партий, реальной борьбы с коррупцией давно сформулированы в экспертном сообществе, только власть их в упор не замечала, в лучшем случае сетовала, что с «активным меньшинством» у нее контакта не получается. Именно это блистательное игнорирование реальности и привело к «обратной рокировке» - объявленной внезапно для всей страны. И вот тут что-то «кликнуло» в сознании и у «активного меньшинства», которое поняло, что несменяемость власти тождественна ее неизменяемости, и у «пассивного большинства», которое тоже заподозрило, что несменяемая власть будет все меньше давать этому «большинству» и все больше работать на себя.

«Нечестность выборов» для протестующих нынешнего декабря – это не только мухлеж на отдельно взятых участках, это психологическое ощущение, что когда власть не сменяется – это нечестно. Так что перенос акцентов с «античуровских» на Болотной на «антипутинские» на Сахарова – явно не случаен. Несменяемость Путину прощали, пока изменялся к лучшему материальный достаток многих миллионов. Но в посткризисной России, с разбитыми «розовыми очками» середины нулевых годов, это уже не проходит. С российской властью в эти дни происходит самое для нее страшное: недовольство и ненависть она всегда могла «упаковать», но сейчас над ней стали смеяться, и этот смех становится социальной модой. Кто-то крикнул, что «король-то голый»…

Сейчас во власти шарахаются в крайности - от обвинений протестующих в подкупленности и несерьезности до банальной лести в их адрес. Уже никому в голову не приходит подавлять протест, реформы политической системы, еще вчера с порога отвергавшиеся властью, ей же и предлагаются. Бессмысленно рассуждать, что бы было, если бы они состоялись два-три года назад, но такого кризиса точно бы не было, и уровень доверия к власти со стороны общества был бы куда выше, потому что власть продемонстрировала бы готовность изменяться.

Что же, начинать давно назревшие перемены лучше поздно, чем никогда. Их сценарий абсолютно не ясен: мы не знаем, насколько серьезна и последовательна власть в своей готовности меняться, еще меньше мы знаем о том, как выстроится, чего попытается добиться «Партия Проспекта Сахарова», и кто ее возглавит. Вместо прогнозов приведем две исторические параллели.

Первая: когда Николай Второй спросил Сергея Витте, что он думает об Основных законах 1906 года, тот ответил, что если эти законы замышляются как первый шаг к конституционной монархии, то все делается правильно, если же их смысл – «выпустить пар», а потом все вернуть назад, то революция неминуема. Думается, что это наблюдение актуально и сегодня.

Вторая: в подобных переходных ситуациях решающую роль играет готовность умеренных сил во властном лагере идти на серьезные перемены, а умеренных сил в оппозиции – не требовать всего и сразу. Тогда складывается «коалиция за эволюцию», способная нейтрализовать радикалов в обоих лагерях. У нас этот сценарий легко не получится: слишком долго власть играла в «царя горы» и ни с кем не желала вступать в обязывающий диалог, а потому и вполне истеблишментные фигуры – бывшие премьеры, министры и депутаты – оказались в радикальной оппозиции режиму. Но другого пути у России сегодня нет. Мы должны научиться меняться – ради собственного будущего.

Мы провожаем в историю интересный и непростой год. Главное – год новый мы встречаем с надеждой. С Новым годом!

Борис Макаренко - Председатель правления Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net