Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения (признана Минюстом организацией, выполняющей функции иностранного агента) с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

24.01.2012 | Алексей Макаркин

Русские националисты между властью и оппозицией

Во время митингов на Болотной площади и проспекте Сахарова одной из главных интриг была роль русских националистов, находившихся среди организаторов и участников массовых протестных акций. Либеральная часть оппозиции воспринимала таких союзников с неприятием, но должна была согласиться на предоставление им квоты для выступлений, причем увеличивающейся. На Болотной среди выступающих был один националист – Константин Крылов, на Сахарова – уже трое; кроме Крылова это Владимир Ермолаев и Владимир Тор. В то же время в заигрывании с националистами и в использовании национал-патриотической риторики нередко обвиняли российскую власть, и для этого также есть основания. Например, в числе подписантов известного «письма 55» в защиту приговора по второму делу Ходорковского-Лебедева в прошлом году были националист Егор Холмогоров, а также прокремлевский интернет-деятель Павел Данилин, в прошлом близкий к националистам.

Националисты и власть: взаимное разочарование

Начнем с того, что националистическое сообщество крайне неоднородно и внутренне сильно конкурентно. Многие объединительные проекты в их среде срывались не столько из-за идеологических разногласий, сколько в связи с амбициями лидеров мелких групп. Генезис националистических организаций различен – некоторые из них (ДПНИ, «Народный собор») были созданы членами радикальных группировок конца 80-х – 90-х годов («Память», РНЕ Баркашова и др.), часто разочаровавшимися в своих лидерах. В «Памяти» начинал свою карьеру политика и основатель Евразийского движения Александр Дугин. Другие – как Конгресс русских общин Дмитрия Рогозина – выглядели куда более респектабельными, участвуя в истеблишментных политических проектах (от парламентской кампании 1995 года Скокова-Лебедя до создания партии «Родина»). Третьи – как Крылов и Холмогоров – выдвинулись на заметные роли в националистическом сообществе только в последнее десятилетие, выступая в качестве идеологов.

В течение всех последних лет националисты стремятся легитимировать свой политический статус, выйти из маргинального состояния, прорваться в медийное пространство. Вполне естественно, что первоначальную ставку они делали на взаимодействие с властью как с более близкой им по идеологии силой. Ревизия ельцинского курса, выстраивание властной вертикали, развитие унитарных тенденций в государственном строительстве, усиление роли силовых структур, проведение активной политики на постсоветском пространстве, несмотря на противоречия с Западом – все эти идеи были близки националистам, для которых 90-е годы были временем идеологической и политической маргинализации. Многие мероприятия путинского президентства были восприняты националистами позитивно и если и подвергались критике, то за недостаточный радикализм. Разгром НТВ, арест Ходорковского, антигрузинская кампания 2006 года, «мюнхенская речь» - все эти действия власти соответствовали представлениям националистов как антизападников и антилибералов. Тем более, что Кремль в 2003 году способствовал прохождению в Думу умеренно-националистического блока «Родина», в состав которого входили и ряд радикальных националистов (так, депутатский мандат получил тогдашний соратник Дмитрия Рогозина Андрей Савельев).

В этом же ряду можно упомянуть и «антиоранжевую» кампанию, начатую в 2005 году, после «цветной революции» в Украине. В ее ходе были востребованы и националисты, с энтузиазмом воспринявшие провозглашение новым государственным праздником 4 ноября – «Дня народного единства». В 2005 году националисты впервые в своей истории получили право организовать массовое шествие по центру Москвы, получившее название «Русский марш». Основным организатором акции выступил полностью лояльный Кремлю Евразийский союз молодежи (часть дугинского Международного евразийского движения). Но в марше приняли участие и ряд других националистических организаций – такие, как ДПНИ Александра Белова (он же Поткин), Русское общественное движение Крылова, Русский общенациональный союз Игоря Артемова, а также серьезно ослабленная к тому времени Национально-державная партия Александра Севастьянова и ряд других организаций. Среди ораторов были Крылов, Холмогоров, Белов и ряд других.

Однако ксенофобская риторика организаторов митинга привела к тому, что Кремль счел опыт «Русского марша» отрицательным. «Евразийцы» явно выпустили из-под своего контроля ситуацию, оказавшись со своими «антиоранжевыми» лозунгами на вторых ролях на этом мероприятии. Тем более, что к концу 2005 года резко обострились отношения между властью и партией «Родина», использовавшей националистическую риторику – тогда «рогозинцы» были сняты с выборов в Московскую городскую думу. Раскручивание темы этнического национализма не входило в планы власти, так как подобные действия в многонациональной стране выглядели весьма опасно. Кроме того, националисты показали себя недостаточно контролируемыми политиками, стремящимися использовать Кремль (например, его «оранжевые» фобии) в собственных интересах.

В последующие годы националисты регулярно проводили «Русский марш» 4 ноября, но никогда им больше не создавался режим наибольшего благоприятствования. Первоначально в качестве лояльного власти спойлера для националистов использовалась партия «Народная воля» (затем «Народный союз») Сергея Бабурина, поддержавшая Кремль во время его противостояния с «Родиной». Когда в условиях общего сокращения числа партий «бабуринцы» потеряли партийный статус, спойлерская схема была видоизменена. В 2009-2011 годах «Русские марши» националистов проходили на окраине Москвы (в Люблино), где велико присутствие мигрантов, а одновременно «свой» «Русский марш» проводило прокремлевское движение «Наши».

Симулякры и идеологические националисты

Таким образом, уже в 2005 года выявились две ключевые проблемы в отношениях власти и националистов. Первая – Кремль все в большей степени делал ставку на структуры, не претендовавшие на роль партнеров, а довольствовавшиеся ролью клиентов, лишенных собственной политической инициативы, зато полностью управляемых и предсказуемых. Архитектурный подход к политическому процессу, массовое создание симулякров привели к тому, что партии и организации идеологического типа оказались невостребованными. Это относилось не только к националистам – в этом же период на либеральном фланге оказались востребованы не потенциальные партнеры, а симулякры типа «Гражданской силы» и богдановской «Демпартии России». Вторая – Кремль был заинтересован в продвижении «имперской», а не «этнической» версии национализма, более напоминающей не «черную сотню» начала ХХ века и не европейскую версию «гражданского национализма», а русский «имперский национализм» эпохи Александра III, включающий в себя этнический компонент.

Характерна в связи с этим инициатива по созданию «Русского проекта» в рамках партии «Единая Россия», курируемого тогдашним советником политического департамента исполкома партии Иваном Демидовым. Она появилась в 2007 году, стала реакцией на этнический конфликт в Кондопоге (попытки ДПНИ использовать в своих интересах это событие вызвали сильное раздражение власти) и совпала с приближением очередных парламентских выборов, в которых уже не могла участвовать упраздненная в 2006 году «Родина». К «Русскому проекту» изначально предполагалось подключить таких деятелей как депутат Андрей Исаев, журналист Михаил Леонтьев, бизнесмен и литератор Михаил Юрьев, профессор диакон Андрей Кураев и др. По словам Демидова, в рамках «Русского проекта» планировалось организовать общественную дискуссию о понятии «русская нация», о соотношении «русскости» и православия, о национальной идентичности в условиях глобализации. Однако проект оказался неудачным – площадку «Русского проекта» стали использовать националисты, стилистика которых никак не соответствовала имиджу «партии власти». Поэтому проект пришлось быстро свернуть. Уже после выборов, в 2008 году в рамках «Единой России» был создан Государственно-патриотический клуб во главе с Ириной Яровой, находившийся под полным контролем партийного руководства и занимающийся реализацией проектов в духе «официального патриотизма». В отличие от «Русского проекта», в его деятельности отсутствовал этнический компонент.

Вопрос взаимодействия с националистами был «спущен» на более низкий уровень, но и в этом виде привел к серьезному афронту. В качестве «лояльной» организации, которую можно противопоставить ДПНИ и другим радикальным националистам, была избрана мелкая группа «Русский образ», возглавляемая Ильей Горячевым. В ноябре 2009 года «Русский образ» и некоторые другие националистические организации презентовали проект «Ермолов», созданный «для мониторинга деятельности диаспор, этнических группировок, ассоциаций и объединений на территории России». Проект был поддержан депутатом Госдумы от «Единой России», лидером прокремлевского движения «Россия молодая» Максимом Мищенко, заявившим, что «пришлые люди, сбитые в анклавы, ставят себя выше коренного населения, почитая русских за людей второго сорта. Статистика показывает, что многие преступные сообщества формируются именно по этническому признаку. Это паразитирование на организме государства и нации». Однако уже вскоре проект «Ермолов» пришлось свернуть – выяснилось, что Горячев был другом Никиты Тихонова, признанного виновным в убийстве адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой. В 2010 году Горячев дал обвинения против Тихонова, после чего уехал за границу – его политическая деятельность закончилась.

В свою очередь, деятельность нелояльных (или недостаточно лояльных) националистических организаций максимально ограничивалась. Попытка Андрея Савельева зарегистрировать партию «Великая Россия» (на основе националистической части «Родины») завершилась неудачей из-за неформального табу на создание новых партий. В 2010 году была признана экстремистской одна из наиболее радикальных организаций националистов «Славянский союз» (СС) во главе с Дмитрием Демушкиным. Ряд националистических активистов (например, Белов) были осуждены по 282-й статье Уголовного кодекса за ксенофобскую агитацию, что вызывало сильное раздражение со стороны не только радикальных, но и умеренных националистов.

От «Манежки» до проспекта Сахарова

Беспорядки на Манежной площади в декабре 2010 года привели к тому, что националисты вновь попытались выстроить отношения с властью, пытаясь добиться разрешения на создание собственной политической партии. Действительно, в первые дни после столкновений власть давала сигналы, что не исключает включения националистов в политический процесс для того, чтобы снизить напряжение в отношениях с ними. Однако был выбран иной путь – президент Дмитрий Медведев резко выступил против любых уступок националистам, а премьер Владимир Путин пошел на публичный диалог с «фанатами» в обход политических националистических организаций. Единственной партией, которой было позволено «раскручивать» национальную тему стала ЛДПР, хорошо известная своей лояльностью и прагматизмом и давно аккумулирующая часть националистического электората.

Напротив, 31 декабря 2010 года, на Манежной площади был задержан один из лидеров ДПНИ Владимир Тор, который был приговорен к 10 суткам ареста и отбывал наказание вместе с Борисом Немцовым, арестованным в тот же день, только на Триумфальной площади. Позднее Тор вспоминал о своих контактах с Немцовым: «Мы общались в столовой, пока я не объявил голодовку, а также во время прогулок - окно его камеры выходило в тюремный дворик. Я послал ему номера журнала «Вопросы национализма» - он их внимательно проштудировал. Высказал свое мнение. Мы договорились продолжить дискуссию. Ведь было же сказано, что парламент не место для дискуссий. Поэтому политическая дискуссия переместилась в спецприемник № 1». Таким образом, власть, хотя и помимо своего желания, создала возможности для сближения националистов с их непримиримыми идеологическими оппонентами.

В апреле 2011 года была запрещена деятельность ДПНИ – наиболее влиятельной организации радикальных националистов. Впрочем, эффективность этого запрета оказалась незначительной – на базе ДПНИ, СС и ряда более мелких организаций было создано новое движение «Русские». Полный провал попыток договориться с националистами привела к тому, что антивластные настроения в их среде получили активное развитие. Националисты постоянно «раскручивали» тему резонансных преступлений с «кавказской» составляющей – дела об убийствах Егора Свиридова, Юрия Волкова, бывшего полковника Юрия Буданова, гибели Ивана Агафонова (так называемое «дело Мирзаева»). Кампания «Хватит кормить Кавказ», развернутая частью националистов – такими как Крылов и Тор – вызвала сильное раздражение в Кремле не только из-за своей ксенофобской направленности, но и из-за основного объекта для критики – Рамзана Кадырова. В ответ был предпринят контрудар – такие не менее знаковые фигуры в националистической «тусовке», как Демушкин и Белов, в июле посетили Чечню, где были приняты Кадыровым и дали высокую оценку его деятельности. Таким образом, разногласия в рядах националистов в очередной раз обострились, но в большую политику никого из них допускать не собирались. Уже в декабре «Русские» выступили с жестко антивластных позиций.

Еще одной особенностью националистического движения в 2011 году стала быстрая эволюция части его деятелей от преклонения перед сильным авторитарным государством к признанию достоинств демократии. В первую очередь, речь идет о Русском общественном движении, лидерами которого являются Крылов, Тор и Наталья Холмогорова (бывшая жена Егора Холмогорова). Сам Холмогоров, считавшийся одним из самых лояльных власти националистических деятелей, в июле 2011 года подверг критике тез своих недавних единомышленников, которые «продолжают верить, что государство с максимумом полномочий прекрасно само по себе. Вне зависимости от его целей. И вне зависимости от того, какие мерзавцы и порой прямые враги народа осуществляют эти полномочия». По его мнению, «на самом деле, конечно, нужно сначала сделать государство своим - и потом уже его усиливать».

В том же месяце этот бывший «лоялист» так охарактеризовал существующую политическую систему: «Под барабанный грохот мечты о полетах на Марс окончательно устанавливалась архаичная, азиатская, основанная на рабовладении, на поддержании порядка с помощью «федератов» из диких дивизий, на доедании всего, что недоедено, и допиливании каждого самого маленького сука экономика и общественная система». Если изъять упоминание о «федератах», то под этой характеристикой могли бы подписаться и либералы.

Таким образом, идеологией этой части националистов стала своего рода «национал-демократия» - как реакция на ущемление своих интересов существующей государственной властью. Как имперскому проекту, так и построению современного мультикультурного общества они противопоставили идею русского национального государства. Свой шанс на успех Крылов, Холмогоров, Тор и их соратники связывают теперь не с «доброй волей» государства, а с апелляцией к «низам», в том числе путем расширения прав местного самоуправления, которое должно получить возможности по ограничению иммиграции. Разумеется, речь идет о ярко выраженной «нелиберальной демократии», но подобная идеологическая эволюция – наряду с наличием общего противника в лице власти – способствовала сближению различных групп так называемой «внесистемной» оппозиции. Ключевую роль в этом процессе, похоже, играет Тор, причем не столько в связи с совместной «отсидкой» с Немцовым, сколько из-за своего давнего знакомства с Алексеем Навальным, харизматичным политиком-популистом, не чуждым умеренного национализма. В 2008 году они вместе участвовали в конференции националистов, на которой Тор представлял ДПНИ, а Навальный – небольшое национально-демократическое движение НАРОД.

Националистам уделена существенная роль в политической игре Навального, который стремится выступить в качестве фигуры, интегрирующей различные оппозиционные течения. Для выстраивания балансов с левыми и либералами ему нужны националисты, которые благодаря его участию получили существенную квоту среди ораторов на митинге на проспекте Сахарова – до вмешательства Навального отношения между либералами и националистами обострились. Националисты, обиженные отказом учитывать их приоритеты, попытались даже сорвать митинг, направив заявки на проведение своих акций на проспекте Сахарова и других центральных площадях. В свою очередь, в результате достигнутого компромисса наиболее одиозные националистические деятели (Белов, Демушкин) слова не получили, хотя их сторонники были в числе участников митинга. В свою очередь, националисты не отказались от освистывания либеральных ораторов, что было использовано провластными СМИ для дискредитации митинга. Группа националистов пыталась устроить беспорядки и прорваться к трибуне – но из-за своей малочисленности не смогла нарушить ход митинга.

Похоже, что, по крайней мере, часть националистов участвовала перед митингом в акции, направленной не только против либералов, но и против Навального. Перед митингом в Интернете прошло рейтинговое голосование по списку ораторов, в котором на ведущую позицию путем манипуляций «прорвался» Максим Марцинкевич по кличке «Тесак», агрессивный ультранационалист и расист, в 2007-2010 годах находившийся в заключении по 282-й статье. Основанием для осуждения «Тесака» стало заявление, написанное в прокуратуру Навальным, бывшим в 2007 году организатором политических дебатов, которые Марцинкевич пытался сорвать. Результаты голосования в отношении «Тесака» были отменены, к чему более «солидные» националисты (вроде Крылова и Тора) отнеслись спокойно – Марцинкевич дискредитирует и их деятельность.

И в последующем, несмотря на разногласия, неустойчивая ситуативная коалиция между либералами, левыми и националистами продолжала существовать. 5 января 2012 года состоялось собрание Инициативной группы протестных действий, на которой было решено создать ряд рабочих групп, иногда имеющих весьма экзотичный состав. В частности, в состав группы по координации работы с регионами вошли либерал Михаил Шнейдер и националистка Наталья Холмогорова, группу по составлению «черного списка» судей – та же Холмогорова, левый активист Сергей Удальцов и либерал Лев Пономарев. Членом группы по подготовке ключевых законов переходного периода стал Тор, а редакционной группы – Крылов. 18 января националисты вошли в состав вновь созданного Гражданского движения, одним из ведущих функционеров которого стал Тор, а в пресс-центр движения вошла Надежда Шалимова из Русского общественного движения. В руководящем органе движения – гражданском совете – националистам выделена квота в размере 10 человек из 60, то есть треть его «политической» половины (другую половину совета составят представители социальных организаций и гражданских групп).

Что дальше?

Пути этнических националистов и власти разошлись. В своей статье о национальном вопросе, опубликованной 23 января, Владимир Путин заявил о кризисе модели «национального государства», которую – видимо, в несколько разных форматах – разделяют и Тор, и Навальный (у последнего эта идея сопряжена с подчеркнутым «европеизмом»). По словам Путина, «попытки проповедовать идеи построения русского «национального», моноэтнического государства противоречат всей нашей тысячелетней истории. Более того, это кратчайший путь к уничтожению русского народа и русской государственности. Да и любой дееспособной, суверенной государственности на нашей земле». Путин выступает за сохранение федеративного государства при государствообразующем статусе русского народа и при гармоничном развитии поликультурной общности (по сути, Россия выступает у него модифицированным наследником империи). При этом он «перехватывает» часть требований националистов, выступая за расширение полномочий миграционной службы и ужесточение внутренней миграции.

В окружении Путина немало фигур, которые отстаивают «имперский» вариант развития России. Среди них вице-премьер Дмитрий Рогозин (давно отказавшийся от этнического национализма и позиционировавший себя как «патриот-государственник» в бытность представителем России в НАТО), руководитель путинского избирательного штаба Сергей Говорухин, председатель думского международного комитета Алексей Пушков. «Имперец» Сергей Кургинян организовал альтернативный – хотя и весьма малочисленный – митинг 24 декабря на Воробьевых горах. Часть националистов остались на стороне власти, выдвигая патриотические лозунги, совместимые с приоритетами Кремля. Например, движение «Народный собор» в декабре провело митинг под «антиоранжевыми» лозунгами, а одним из его участников был конспиролог Николай Стариков, ранее заявивший, что обличавшие фальсификаторов выборов ролики являются фальшивкой.

Что же до националистов типа Тора и Крылова, то их коалиция с либералами является ситуативной, обусловленной наличием общего противника и общих требований политической демократизации. Уже сейчас стороны явно тяготятся друг другом. Поэтому в перспективе пути либералов и националистов неизбежно разойдутся, причем вне зависимости от того, будут ли выполнены требования оппозиции – между ними слишком много принципиальных разногласий. Националистическая «правозащита» заключается нередко в защите убийц, получивших длительные сроки лишения свободы за преступления на национальной почве. На счету одной из таких группировок – 27 убийств. В то же время Михаил Ходорковский для них – преступник. Либералы настаивают на равноправии людей разных национальностей и толерантности – это слово для националистов является ругательным, и они настаивают на отмене 282-й статьи УК для разрешения ксенофобской пропаганды. Либералам свободные выборы и демократические процедуры нужны для внедрения долгосрочных цивилизованных правил игры в российскую политику, националистам – для прихода к власти и создания «русского режима». И «национал-демократия» является только средством для решения этой задачи.

Кроме того, агрессивная риторика националистов, «зацикленных» на одной проблематике, отпугивает избирателей, привыкших к более толерантной политической риторике и опасающихся роста межнациональной напряженности. Поэтому куда больший шанс на успех по сравнению с ними имеют популисты, подобные Навальному, для которых националистическая риторика находится на втором плане. Они публично противостоят коррупции и наркоторговле, а не зациклены на «русском вопросе».

Алексей Макаркин – первый вице-президент Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Rss лента
Разработка сайта: http://standarta.net