Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Комментарии

29.08.2005 | Николай Пахомов

РОССИЯ ДЛЯ ИРАНА - АДВОКАТ ИЛИ ИНСПЕКТОР?

В последнее время в центре внимания мировых СМИ всё чаще оказывается Иран. Решительная политика руководства Исламской республики, направленная на интенсификацию национальных разработок в области использования атомной энергии, вызывает всё большее раздражение в развитых странах Запада во главе с США. Однако для того, чтобы понять, как будут разворачиваться события в этом вопросе, необходимо учитывать и позицию России, ставшую за последнее десятилетие стратегическим партнёром Ирана, и способную сыграть главную роль при разрешении споров вокруг ядерной программы Тегерана.

Во времена "холодной войны" при шахском режиме Иран хотя и заявлял о своём неприсоединении к соперничающим лагерям, был склонен скорее поддерживать Запад, не без оснований опасаясь распространения коммунистических идей среди обширных беднейших слоёв страны. Избрав путь конфронтации с Западом, после исламской революции 1979 года Тегеран всё же не сблизился с Москвой, зачастую проводя ещё более антисоветскую политику.

Отношения начали меняться в конце 80-х годов. Этому было две главных причины: во-первых, после вывода советских войск из Афганистана возмущение исламского мира советской внешней политикой пошло на убыль, а, во-вторых, истощённый восьмилетней войной с Ираком, Иран нуждался в модернизации собственных вооружённых сил. Ясно, что на Запад, раньше бывший главным ресурсом развития для шахской армии (ВМФ и ВВС), а после революции ставший главным врагом, рассчитывать не приходилось.

Начавшееся исключительно в военно-технической области сотрудничество между нашей страной и Исламской республикой со временем, обретя потенциал взаимного доверия, распространилось и на другие сферы: топливно-энергетический комплекс, транспорт, машиностроение, двустороннюю торговлю потребительскими товарами.

Партнёрство выдержало все испытания 90-х годов. После крушения СССР иранский режим исламской теократии не стал пытаться подорвать авторитет России на постсоветском пространстве путём поддержки исламского фундаментализма. (В этом смысле показательна, в целом сдержанная промосковская позиция Тегерана по поводу конфликта в Чечне). Со своей стороны, Россия, несмотря на очевидные слабости государства и экономики, связанные с болезненными реформами первой половины 90-х годов, достаточно успешно выдерживала давление Запада в целом, и США в особенности, продолжая и даже наращивая сотрудничество с Ираном.

Правда, справедливости ради, надо отметить, что американцам всё-таки удалось заставить Москву подписать в июне 1995 года фактически секретную договорённость о том, что Россия будет продавать в Иран лишь определённый, весьма ограниченный ассортимент вооружений, да и то, только до конца 1999 года. Но соглашению не суждено было быть выполненным до конца: в 2000 году Россия уже при новом президенте Владимире Путине из этой договорённости вышла, доказывая, что не только США позволено отказываться от обременяющих их договоров, ориентируясь в своём внешнеполитическом курсе исключительно на национальные интересы.

Различие во взглядах России и Запада на российское партнёрство с Исламской республикой приобрело новые нюансы после начала войны под предводительством Вашингтона с международным терроризмом и известным провозглашением Ирана частью "оси зла". Национальные интересы нашей страны в контексте российско-иранского сотрудничества затрагивают не только сферу экономики, но и сферу национальной безопасности. В конце концов, в данном случае речь идёт и о статусе России на международной арене. Поэтому вряд ли наша страна выберет курс на сворачивание партнёрства, если США предложат российской экономике варианты более выгодного международного сотрудничества. Да и случится это вряд ли.

Более того, не будем забывать, что Владимир Путин уже успел проявить себя прагматиком. Допустим, сложится такая ситуация, что Тегеран вплотную подойдёт к производству ядерного заряда, который он сможет оснастить уже имеющимися в его распоряжении средствами доставки. (По оценкам, экспертов в этом случае территория нашей страны также окажется достижима для возможной ядерной атаки со стороны Ирана. В отличие, кстати говоря, от территории США или даже Европейского Союза). Предположим, что это всё будет происходить на фоне резкого повышения агрессивности внешней политики иранского руководства или действительного согласования официальной иранской позиции с желаниями международного терроризма. Будет ли в такой ситуации Москва сохранять спокойствие и оставаться равнодушной к иранским разработкам? Ответ представляется очевидным.

Другими словами, можно с полным основанием сказать, что сотрудничество России и Ирана, несмотря ни на что, будет в обозримом будущем продолжаться и, по всей видимости, даже усиливаться. Сохраняя сильные позиции в Иране, Россия всегда, с одной стороны, способна быть своеобразным адвокатом Исламской республики перед международным сообществом. С другой, Москва сможет исполнять обязанности неофициального инспектора, бдительно следящего за происходящим в рамках ядерного проекта Тегерана, справляясь с этой задачей лучше, чем МАГАТЭ, ЕС, ЦРУ, Пентагон и Госдепартамент вместе взятые.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net