Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

23.07.2012 | Марина Войтенко

Накопительно-пенсионные страсти

17 июля в Правительстве РФ прошло совещание по вопросу «О формировании проекта федерального бюджета на 2013 год и на плановый период 2014–2015 годов в части социальной политики и трудовых отношений, культуры, спорта». Во вступительном слове премьер-министр Дмитрий Медведев заверил, что все обещания населению в социальной сфере, данные в ходе предвыборной кампании, будут исполнены.

«Несмотря на жесткие бюджетные ограничения, несмотря на то, что мы не можем не учитывать кризисные явления в мировой экономике, мы все равно исходим из того, что формируем бюджет социального развития и, конечно, обязаны выполнить все обещания, которые были даны нашим гражданам в ходе избирательных кампаний, в ходе общения с людьми и, естественно, в тех документах, которые были приняты в последнее время», - подчеркнул Председатель правительства.

В числе приоритетов остается последовательное повышение зарплаты для учителей, воспитателей детских садов, врачей, ученых, библиотекарей, музейных работников. В общем, - для всех, кто трудится в социальной и культурной сферах. Такая установка была вполне ожидаемой и бурных дискуссий не вызвала – о социальной направленности бюджета говорится много и часто. Гораздо большее внимание обратило на себя облетевшее все СМИ заявление премьера о том, что «с 2015 года средний размер трудовых пенсий будет увеличен не менее чем на 45%».

Опрошенные журналистами экономисты комментарии давали неохотно, да и то, только на принципах анонимности. В принципе такая позиция экспертного сообщества вполне понятна, особенно если имеется в виду такое значительное повышение выплат в 2015 году сразу после запланированной в 2014-ом индексации1 на уровне 9 процентов. При этом источники столь масштабного финансирования не названы. И они тем более не просматриваются, так как в недавнем Бюджетном послании Президента РФ Владимира Путина отмечается: налоговая нагрузка на несырьевые сектора не будет повышаться до 2018 года. Так что о чем идет речь пока не совсем ясно. Зато заявление премьера в ходе совещания правительства подняло накал дискуссии о будущем пенсионной системы.Напомним, к первому октября в правительство должен быть представлен согласованный проект ее реформы. Однако до настоящего времени консенсуса не найдено. Все споры фактически свелись к определению судьбы обязательной накопительной части системы. Минтруда ратует за трехуровневую «модель», состоящую из обязательной государственной, корпоративной и добровольной накопительной пенсий. Тогда как от действующей с 2002 года обязательной части последней ведомство предлагает отказаться.Между тем, буквально в первой декаде июля были обнародованы результаты исследования Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Эксперты проанализировали, как работают пенсионные модели в 34 странах - участницах ОЭСР.

Три главных вывода: нужно сохранить выбранную в России в начале «нулевых» годов комбинированную пенсионную модель, сочетающую страховой распределительный и индивидуальный накопительный механизмы. Кроме того, накопление может остаться обязательным, а вот инструменты для инвестирования пенсионных средств нужно расширять, считают представители ОЭСР.

Представлявший доклад в Москве глава делегации ОЭСР Хуан Эрмо подчеркнул: «Сочетание страховой и накопительной части в единой пенсионной системе — одно из самых успешных в мировой практике. Именно такая пенсионная система наиболее устойчива к различного рода рискам и способна обеспечить граждан достаточным уровнем пенсионных выплат. Использование лишь одного вида пенсионного обеспечения приводит к созданию серьезного риска для пенсионеров».

Резоны сторонников отказа от обязательного накопительного компонента2 , в принципе, лежат на поверхности. Дефицит Пенсионного фонда РФ растет из года в год. Согласно официальным расчетам, в 2013 году из более чем 6 трлн. рублей поступлений в ПФР почти 2 трлн. будет составлять трансферт из федерального бюджета и Фонда национального благосостояния. При этом не стоит забывать, что уже к 2030 году количество пенсионеров превысит число работающих граждан в два и более раз. То есть, включение обязательного накопительного компонента (сейчас 6% отчислений работодателей с фонда заработной платы) в страховой вряд ли решит проблему.

Средства накопительной системы состоят из двух частей – собственно накоплений (около 1,6 трлн. рублей) и пенсионного (выплатного) резерва (0,7 трлн. рублей) и к середине второго квартала вкупе составили 2,3 трлн. рублей. Даже если это все поделить, то получится эквивалент лишь двух с половиной годовых дефицитов ПФР.

За рамками горячих споров, как водится, остаются, прежде всего, те, кого напрямую касаются грядущие судьбоносные перемены, то есть миллионы граждан3 , которым в очередной раз могут быть предложены новые и абсолютно неясные к настоящему времени правила игры, к тому же сильно перегруженные слухами и подозрениями.

Во вторую же, но не последнюю очередь «аутсайдерами» оказываются собственно финансовые рынки. Отмена обязательной накопительной пенсионной системы для них означала бы в целом очень существенный тормоз в развитии. Для некоторых же сегментов и институциональных инвесторов (например, НПФ, УК и даже ряда ПИФов) и вовсе верную деградацию.

Все эти обстоятельства вызывают немало содержательных вопросов, которые могли бы быть сняты, веди правительство дискуссию по пенсионной реформе не за закрытыми дверями, а, мягко говоря, несколько пошире и «пооткрытие». Тем не менее, имеем то, что «дали». Если суммировать аргументы против обязательной накопительной системы, то в основном они сводятся к трем основным группам контрдоводов. Во-первых, у инвестиционных портфелей (особенно в ВЭБе) низкая доходность, подверженная сильной волатильности. Во-вторых, при нынешнем состоянии российского финансового рынка на нем нет надежных инструментов для вложений «длинных денег». Создание же новых (особенно тех, что предназначены формировать долгосрочную ликвидность) идет с многолетним скрипом (наглядное свидетельство тому судьба так называемых инфраструктурных облигаций, когда дело вроде бы начало сдвигаться с мертвой точки лишь после непосредственного вмешательства Президента РФ Владимира Путина). Наконец, в-третьих, накопительные системы – это сфера с непонятными и плохоуправляемыми рисками, а. следовательно, и со слабопрогнозируемыми долгосрочными результатами4 .

Подчеркнем сразу, у всех этих соображений под собой есть основания. И все-таки они проистекают из одного фундаментального и отягчающего обстоятельства – с самого начала накопительная пенсионная система оказалась институционально отделенной от финансового рынка. Их эволюции, по логике общемирового опыта, взаимодополняющие и взаимоусиливающие друг друга, в российской реальности шли как бы параллельно, но при этом разнонаправленными курсами. В итоге мы получили то, что получили: накопительную систему, обособленную от рынка (и соответствующих мотиваций граждан добровольно вкладывать в нее кровно заработанное5 ) как минимум двумя факторами – отсутствием единого регулятора (обязательной накопительной компонентой занимаются в разной степени неуспешности Минтруда и соцзащиты, ПФР,

Минэкономразвития, ФСФР и Минфин) и, что еще важнее, ее нахождением в сфере публично-правовых, а не гражданско-правовых отношений. В результате чего пенсионные накопления граждан не являются их частной собственностью. Сам же рынок оказался по сути отрезанным от длинных пенсионных денег (они составляют не более 9% в его общей капитализации).

И все же, по мнению многих экспертов (например, в ЦСР, ИЭП им. Е.Т.Гайдара, Независимом институте социальной политики, Экономической экспертной группе и др.), сложившаяся ситуация хотя и не проста, но не фатально необратима. До точки невозврата еще есть пространство для маневра, суть которого в восстановлении органичной связи между финансовым (фондовым) рынком и накопительной пенсионной системой. Здесь есть немало неотложных частных дел. Например, пересмотр давно уже морально устаревших инвестиционных деклараций ГУК, НПФ и УК6 . Не менее важны запуск новых финансовых инструментов (через три года, по оценке ПФР, объем средств накопительной пенсионной системы, как минимум удвоится, и «инструментальный дефицит» станет системной проблемой), переход к оценке эффективности инвестиционных порфелей с годового горизонта как минимум на 3-5-летний7 и др. Гораздо важнее, однако, сами принципы отношения государства к накопительной пенсионной системе. У экспертов на этот счет тоже есть консолидированная позиция:

- пенсионные накопления – это частная собственность граждан, которая должна получить соответствующую правовую защиту;

- развитие системы в целом – функция от рынка и вместо «пяти нянек» у нее обязан быть единый регулятор (может быть, на базе ФСФР);

- экономический смысл системы – не малопонятный большинству населения «довесок» к страховой пенсии, а пространство для рационального инвестиционного поведения граждан и извлечения ими дохода без нормативных ограничений (навыки и умения к чему, естественно, нужно формировать и развивать, в том числе соответствующими национальными программами повышения финансовой грамотности населения и его образования);

- по аналогии с АСВ необходимо создавать (государством и профучастниками рынка) страховые фонды;

- сами же граждане должны быть максимально мотивированы к добровольному (то есть, более широкому) участию в накопительной системе (например, через прогрессивную шкалу вычетов из НДФЛ8 ).

Если все эти условия, касающиеся сути дела, выполнены, можно заниматься формой – решать должна ли быть система обязательной или добровольной. Причем стоит посмотреть и на мировой опыт – обязательное участие создаст наиболее комфортные условия для стартового этапа развития накопительных систем. Коли в России по ряду причин сделано было крайне мало именно на старте, то это вовсе не аргумент, чтобы все взять и разом свернуть, подорвав доверие граждан и подтолкнув в деградацию финансовый рынок.

Работа с ним, спору нет, всегда суть управление рисками. Дело сложное, трудоемкое, интеллекто-затратное. Но если этим не заниматься регулярно, то в конце концов придется иметь дело с рисками другого рода – политическими. По сути это и есть реальный выбор, перед которым стоят российские власти. Он мог бы быть облегчен в ходе общественно-политической дискуссии по всем деталям пенсионной реформы. Но именно к этому правительство как раз и не готово. Отсюда возрастают и вероятности неоптимальных решений.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Колумбия - одно из крупнейших государств региона - славится своими божественными орхидеями. Другая особенность в том, что там длительное время противостояли друг другу вооруженные формирования и законные власти. При этом имеется своеобразный парадокс. С завидной периодичностью, раз в четыре года проводятся президентские, парламентские и местные выборы. Имеется четкое разделение властей, исправно функционирует парламент и муниципальные органы управления.

Физическое устранение в 1961 году кровавого диктатора Рафаэля Леонидаса Трухильо, сжигавшего заживо в топках пароходов своих противников, положило начало долгому пути становлению демократии в Доминиканской республике. Определяющее влияние на этот процесс оказало противоборство двух политических фигур и видных литераторов – Хуана Боша и Хоакина Балагера.

40 лет развития по пути плюралистической демократии сменились авторитарным вектором, когда глава государства получил возможность выдвигаться вновь, спустя 10 лет. После 1998 года политическая система Венесуэлы стала существенно отличаться от остальных стран региона, а позднее это стало еще более заметно.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net