Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

05.02.2013 | Александр Ивахник

Либерализм с партийным лицом

В «Единой России» вдруг оживилась идеологическая активность. Все три внутрипартийные идейные течения, оформившиеся прошлой весной, подготовили документы с изложением своих принципов. Возможно, это связано с назначением энергичного Андрея Исаева куратором идеологической работы партии. Первыми, однако, выступили не его идейные соратники из социальной платформы, а единороссовские либералы, которых после возвращения Владимира Путина на пост президента было не видно и не слышно.

4 февраля на сайте партии они опубликовали «Манифест российского политического либерализма». Но позиционируются авторы манифеста почему-то не по отношению к другим течениям внутри партии, а по отношению к оппозиционно настроенным либералам.

Еще 30 января координаторы Либеральной платформы в «Единой России» депутаты Госдумы Владимир Плигин и Виктор Зубарев и директор Института общественного проектирования, главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев выступили с заявлением «Против дискредитации либерализма». В нем авторы, справедливо отметив, что после 1990 года развитие России во многом определялось либеральными идеями и практиками, подчеркивают, что «сегодня позиции либерализма под угрозой». Эти позиции в значительной мере подорваны изнутри самого либерального лагеря – «эгоистической политикой неолибералов, с одной стороны, радикализацией группы оппозиционных либералов – с другой». Далее авторы рисуют преобладающее в оппозиционной среде «сектантское понимание либерализма», а точнее псевдолиберализма. Согласно этому пониманию, либерал должен: отрицать роль государства в экономике, выступать за нерегулируемые свободные рынки; в случае кризиса желать, чтобы закрылось как можно больше предприятий; отрицать наличие чего-либо позитивного в советском опыте; стремиться к защите различных маргиналий; считать, что всё, приходящее с Запада, заведомо лучше всего, что можно найти в России, включая область идей; считать, что все проблемы решают свободные выборы; мечтать выступить в парламентах других стран с обвинениями в адрес России, считать эти институты более важными, чем российская Государственная Дума. И так далее в том же духе.

Авторы признают, что подобное понимание либерализма имеет несколько карикатурный вид, но настаивают, что оно соответствует российской действительности и делает либеральные взгляды крайне непопулярными в более широких общественных кругах. Более того, по их мнению, на базе такого понимания либерализма возникло несколько деструктивных политических течений: радикальный либерализм, зовущий к развалу государства, к новой революции; космополитический либерализм, отрицающий национальные интересы России; шовинистический либерализм, зовущий к изгнанию из России малых народов и их государственных образований; авторитарный либерализм, призывающий повторить в России преступные опыты Пиночета; либертарианство, предлагающее фактически отказаться от социальных обязательств. Досталось от авторов и СМИ, считающим себя либеральными, среди которых заметна «ангажированность одной группой, одной точкой зрения, нетерпимо и даже тоталитарно звучащей».

В опубликованном 4 февраля «Манифесте российского политического либерализма», подписанном теми же тремя авторами, было бы логично ожидать развернутого изложения позитивной части их кредо. Однако львиную долю документа опять занимают разоблачения псевдолиберализма, включая дословное повторение предыдущего заявления. Авторы вновь подчеркивают, что либеральные идеи «можно реализовать только с сильным государством, способным защитить свободы от внешних и внутренних угроз». По крайней мере, неоднозначна их позиция по актуальным политическим событиям и процессам в стране. «Мы за честные выборы, – заявляют они. – Однако нам вовсе не безразлично, кто победит на максимально честных и прозрачных выборах. Поэтому при всем уважении к этому институту и недопустимости искажений результатов голосования, в политике мы выступаем за то, чтобы обеспечить конкуренцию между собой партий с содержательными конструктивными программами, а не между экстремистскими леваками и правыми радикалами, победа которых приведет лишь к насилию и беззаконию. Либералы никогда не принимали демократию безоговорочно». Отмечая статус свободы как главной ценности либерализма, авторы манифеста в то же время оговариваются: «Либералы должны ратовать за расширение свободы везде, где оно не влечет за собой прямых, реальных и ощутимых угроз личности, обществу и государству».

Вообще, явно противореча европейской, да и российской дореволюционной либеральной традиции, координаторы Либеральной платформы в «Единой России» в своем манифесте уходят от политической повестки дня, вообще не упоминают о необходимости глубокой реформы институтов власти и не дают оценки государственному курсу последнего времени, ограничивающему гражданские свободы и все чаще включающему практику репрессий. Да и как иначе быть единороссовским либералам, если они не только голосовали за соответствующие законопроекты, но и активно продвигали их в Госдуме. В манифесте в качестве приоритетной сегодня для общества и государства выдвигается экономическая повестка, «так как именно экономические вопросы являлись всегда основанием для политических перемен, а их успешное решение служит основанием для политической стабильности». В центр этой повестки ставится изменение политики денежных властей, которая сегодня является «важнейшим ограничителем экономической свободы в России». Именно так: не экспансия и привилегии госкомпаний и приближенных к Кремлю крупных предпринимателей, не правовая уязвимость частной собственности, не беспредел силовиков, не зависимость судов, а близорукая политика Минфина и Центробанка.

Поясняя политический посыл своего манифеста, лидеры Либеральной платформы в «Единой России» настаивают, что российский политический либерализм должен быть не узким течением, а идеологией и политической платформой, работающей с как можно более широкой, общенациональной повесткой. В качестве своего «опорного класса» они называют буржуазию, которую совершенно произвольно определяют как «класс мелких и крупных собственников, менеджеров компаний и лиц свободных профессий». При этом авторы манифеста уверены, что «в политическом поле России нет других партий, кроме «Единой России», способных реализовать либеральные ценности: свободу, частную собственность, справедливость, солидарность, суверенитет». С каких пор социал-демократические ценности справедливости и солидарности и консервативно-государственническая ценность суверенитета вошли в идейное ядро либерализма, остается только гадать.

Единороссовские либералы, в силу политических обстоятельств оказавшись в изоляции внутри собственной партии, пытаются навести мосты с продвинутыми городскими слоями, в которых ощущается разочарование в лидерах уличного протеста. Тем самым делается расчет и на укрепление своей социальной базы, и на расширение электоральной привлекательности «Единой России» в целом. Однако в условиях, когда в обществе произошло отчетливое идейно-политическое размежевание, когда Кремль ориентируется на сохранение лояльности патерналистско-консервативных слоев, а у городского среднего класса политика и практика партия власти вызывает моральное отторжение, эта попытка немногочисленных либералов-охранителей обречена на провал.

Александр Ивахник – руководитель департамента политологического анализа Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Каудильизм – феномен, получивший распространение в латиноамериканском регионе в период завоевания независимости в первой четверти XIX века. Каудильо – вождь, сильная, харизматичная личность, пользовавшаяся не­ограниченной властью в вооруженном отряде, в партии, в том или ином ре­гионе, государстве. Постепенно это явление приобрело специфику, характеризующуюся персонализацией политической системы. Отличительная черта каудильизма - нахождение у руля правления в течение длительного времени одного и того же деятеля, который под всевозможными предлогами ищет и находит способы продления своих полномочий. Типичным каудильо был венесуэлец Хуан Висенте Гомес, правивший 27 лет, с 1908 по 1935 годы. В нынешнем столетии по стопам соотечественника пошел Уго Чавес. Помешала тяжелая болезнь.

Колумбия - одно из крупнейших государств региона - славится своими божественными орхидеями. Другая особенность в том, что там длительное время противостояли друг другу вооруженные формирования и законные власти. При этом имеется своеобразный парадокс. С завидной периодичностью, раз в четыре года проводятся президентские, парламентские и местные выборы. Имеется четкое разделение властей, исправно функционирует парламент и муниципальные органы управления.

Физическое устранение в 1961 году кровавого диктатора Рафаэля Леонидаса Трухильо, сжигавшего заживо в топках пароходов своих противников, положило начало долгому пути становлению демократии в Доминиканской республике. Определяющее влияние на этот процесс оказало противоборство двух политических фигур и видных литераторов – Хуана Боша и Хоакина Балагера.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net