Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения (признана Минюстом организацией, выполняющей функции иностранного агента) с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Новый КГБ

29.09.2013

Замораживание тарифов естественных монополий: новая стратегия или популистский кульбит?

Помимо секвестра в проекте бюджета-2014 правительство решилось на еще одну экстраординарную меру – замораживание на год тарифов естественных монополий для промышленных потребителей. В условиях многолетней высокой инфляции, стабильного курса рубля и невозможности повышать (после достижения договоренностей о вступлении в ВТО) импортные пошлины ежегодная индексация тарифов не только окончательно подрывала конкурентоспособность российской промышленности, но и превратилась в механизм перекачки и так небольших финансовых ресурсов в пользу газовой монополии. В такой ситуации замораживание тарифов выглядит чуть ли не панацеей. На самом деле это хотя и лекарство, но довольно горькое и с возможными побочными эффектами, которые делают необходимым принятие дополнительных мер лечения хиреющей экономики.

Декларируемая новым министром экономики А. Улюкаевым политика по отношению к тарифам естественных монополий необычна. Она удивляет не только тем, что тарифы для промышленности замораживаются на год (такого не было никогда, кроме кризисного 1998 года, когда цены на электроэнергию в рублевом выражении сократились на 6%, а на железнодорожные перевозки – на 19%), но и тем, что в дальнейшем правительство намерено проводить их индексацию с понижающим коэффициентом к потребительской инфляции (в 2000-е годы тарифы, в основном, опережали инфляцию, за исключением 2004, 2007 и 2011–2012 гг. для железных дорог).

С одной стороны, от этого шага есть очевидные плюсы. Затраты одной только обрабатывающей промышленности на продукцию естественных монополий (то есть на топливо, энергию, железнодорожные перевозки и природный газ как сырье для производства) очень значительны. В первом полугодии текущего года они, по нашим оценкам, составили в одной только обрабатывающей промышленности порядка 690 млрд. руб., или немногим менее 8% стоимости произведенной продукции. Таким образом, замораживание тарифов даст обрабатывающей промышленности в расчете на первое полугодие 2013 г. приблизительно 50–60 млрд. руб. экономии и (при прочих равных) позволит сократить темпы роста цен в обработке в целом примерно почти на 1 п.п. в год. Наиболее значима заморозка цен для таких секторов, как производство стройматериалов, металлургия, целлюлозно-бумажное производство, химическое производство, деревообработка, где доля затрат на продукцию монополистов составляет в цене от 11 до 21%, а также для электроэнергетики, где она в 10 раз превышает общероссийский уровень, который превышает 4,5% в среднем для всех секторов экономики.

Динамика и уровень трудовых, энергетических и сырьевых издержек – один из важнейших факторов конкурентоспособности национальной экономики (наряду с инновационными показателями). В условиях высокой инфляции и укрепления реального эффективного курса рубля (примерно на 70% в 2004–2013 гг.), а также быстрого роста заработной платы, опережающего рост производительности труда (что связано с дефицитом кадров и низкой их мобильностью по территории России), относительно низкий уровень цен на энергоносители и электроэнергию мог бы являться важным конкурентным преимуществом российской промышленности. Вспомните, как воспрянула экономика России после кратного снижения цен на газ, электроэнергию и заработных плат в валютном выражении после мощной девальвации в 1998 г. Однако сейчас девальвация сама по себе не спасет, так как сильно вырос уровень загрузки мощностей и слишком высока зависимость многих производств от импортных комплектующих и оборудования. Но снижение или торможение роста затрат, не сопровождаемое валютным шоком, помочь сможет, так как позволит сохранить еще имеющийся гандикап России по ценам на продукцию естественных монополий в абсолютном выражении.

Уровень цен на электроэнергию в России в валютном выражении для промышленности и населения составляет около 50 и 40% соответственно, от среднего значения для 33 развитых и среднеразвитых стран в базе данных Мирового энергетического агентства (IEA). Цена дизельного топлива и бензина составляет в России не более 60% от среднего значения для базы IEA. При этом если ориентироваться на нефтегазодобывающие страны из этой же базы, то цены в России окажутся все равно на треть ниже4. С другой стороны, у замораживания тарифов есть и минусы. И это не только возможное сокращение инвестиционных программ естественных монополий, которые формируют примерно четверть всех инвестиций в основной капитал в России. В конце концов, монополии могут поджаться: скинуть накопленный в корпоративных резервных фондах «финансовый жирок», умерить аппетиты в области инвестиций за рубежом (порты в Греции и прочее), отказаться от ряда не просчитанных до конца «строек века», высвободить часть людей, что снизит дефицит кадров в других сферах экономики, и наконец (по очереди, но не по важности), неплохо было бы ликвидировать необъяснимые повышающие коэффициенты к стоимости строительства различных объектов, которыми (коэффициентами) славятся все монополии.

Не секрет, что в России существует большое количество экспертов, которые считают оправданным и необходимым приближение внутрироссийских цен на энергоносители к некоему условно мировому уровню. Свою позицию они обосновывают высоким уровнем энергоемкости российской экономики. Действительно, энергоотдача российской экономики в 2010 г. по сравнению с 1990 г. относительно среднемирового уровня выросла незначительно: с 50% от среднемирового уровня до 52% и с 43,8% до 46,8% – относительно стран с высоким уровнем дохода. Правда, если убрать период 90-х годов, когда экономика России структурно перестраивалась, а новые промышленные мощности (без которых нельзя снизить энергоемкость), практически не вводились в строй, то окажется, что в 2000-е годы процесс снижения энергоемкости и электроемкости ВВП в России и других странах СНГ шел достаточно активно. Так, в период с 2002 по 2009 гг. уровень энергоемкости и электроемкости экономики в России и странах СНГ относительно остальных стран мира сократился примерно на 26%, с 249% от среднемирового уровня до 186% и с 257% до 190%, соответственно. В России, Казахстане и Украине можно говорить о снижении относительной энергоемкости ВВП за этот период на 11, 1,3 и 20% соответственно, то есть Россия выглядит лучше нефтяного Казахстана, но хуже Украины, которую в силу схожести экономик часто называют Россией без нефти.

Мы считаем, что сохранение относительно низких цен на энергоносители для российской промышленности должно стать элементом структурной политики в России – не так уж и много у отечественной промышленности конкурентных преимуществ. Говоря о перспективах использования замораживания тарифов (как меры поддержки обрабатывающих секторов и стимулирования диверсификации сырьевой экономики), следует иметь в виду в качестве цели переход в дальнейшем к их повышению, но темпами гораздо ниже инфляции. При этом снижение энергоемкости, которое, несомненно, необходимо для российской экономики, является результатом новых инвестиций, а не роста цен на энергоносители6. Лучшим же стимулом для инвестиций является здоровая конкуренция, которой так не хватает в нашей стране, в том числе в ТЭКе и на транспорте. А «лучшим» тормозом для инвестиций является пресловутый инвестиционный климат, о необходимости радикального улучшения которого, между прочим, постоянно говорят и правительственные чиновники.

Валерий Миронов

Материал подготовлен Институтом «Центр Развития» (НИУ ВШЭ) под ред. Сергея Алексашенко

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net