Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Регионы Выборы в России Выборы в США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Во Франции правые всегда были идеологически расколоты, и в их рядах было множество персональных конфликтов. Правые идеологические течения существовали постоянно, хотя они, конечно, видоизменялись и во многом потеряли свою специфику в последние десятилетия.

Бизнес, несмотря ни на что

Как известно, в России две беды, и если первую в приличном обществе поминать не принято, то о второй говорят громко и вслух все: от президента и до владельца старенького «Запорожца». Речь идет о дорогах.

Интервью

Скоротечный военный мятеж в Турции закончился полным провалом. В стране начались массовые репрессии. Как может повести себя почти всесильный сейчас президент Эрдоган? Какие варианты действий перед ним открыты? На эти темы в беседе с «Политком.RU» размышляет известный российский востоковед, член научного совета Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Аналитика

30.12.2013 | Леонид Исаев

Конфликт в Сирии: как это было и что дальше?

Нет ни одной арабской страны, не затронутой событиями Арабской весны, но именно противостояние власти в лице Башара аль-Асада и, как ее повелось называть, внесистемной оппозиции приобрело наиболее драматический сценарий на всем Ближнем Востоке и Северной Африке. Когда свергали Бен Али и Хосни Мубарака, начиналась гражданская война в Ливии, никому и в голову не могло прийти, что следующая на очереди именно Сирия. Режим аль-Асада в силу своей существенной социальной ориентированности представлялся наименее уязвимым для процессов социально-политической дестабилизации. Однако все оказалось далеко не так.

Начиная со смерти Муаммара Каддафи в сражении под Сиртом в октябре 2011 года, давление на сирийский режим начало неуклонно расти. К непрекращающимся акциям протеста добавились экономические санкции со стороны Европейского союза, экономическая блокада со стороны государств-членов Лиги арабских государств, не говоря уже о мощнейшем политическом давлении со стороны большинства представителей мирового сообщества. К этому со временем добавился непрекращающийся поток наемников, вооружения и финансовых средств, направленных на поддержку сражающейся против аль-Асада Свободной сирийской армии. При этом даже щедрость Ирана и Хизбаллы в отношении обеспечения стабильности сирийского режима не могла сравниться с теми ресурсами, которые были задействованы сторонниками внесистемной сирийской оппозиции. Аль-Асад держался, но со временем становилось все более заметным, что он сдает свои позиции, и война на истощение сирийского режима рано или поздно придет к своему логическому завершению.

В конце концов ситуация достигла своей кульминационной точки в июне 2013 года. К тому моменту войска сирийской правительственной армии, уже несколько месяцев не одерживая крупных побед, фактически сосредоточились на обороне Дамаска. В то время как Свободная сирийская армия наступала по всем фронтам и вплотную подошла к столичным пригородам.

В этот-то момент аль-Асадом и было принято решение идти ва-банк и организовать, возможно, последнее наступление на позиции противника. Так и началась уже знаменитая битва за аль-Кусейр – стратегически важный город, находящийся в 15 км от Дамаска в месте, связывающем столицу страны с Ливаном и прибрежной зоной. Именно это сражение и стало переломным в противостоянии власти и оппозиции, и положило начало наступлениям армии аль-Асада. И именно это сражение выявило абсолютную несостоятельность противников сирийского президента. В то время, как сирийская армия подошла во всеоружии к предстоящей битве, оппозиция занялась уже привычным для нее делом – «дележкой шкуры неубитого медведя».

Споры вокруг того, кому достанется власть в Сирии после возможного свержения аль-Асада уже дважды сделали безрезультативными съезды сирийской оппозиции в Каире. А головокружение от успехов и предвкушение скорого падения Дамаска и вовсе лишили противников сирийского режима возможности договариваться между собой и достигать компромиссной позиции. Именно отсутствие централизованного органа управления внутри внесистемной оппозиции и единого военного командования предопределили поражение «друзей Сирии» от хорошо организованной армии президента аль-Асада.

Поражение же в битве за аль-Кусейр не только позволило сирийской армии занять стратегически важный пункт в стране, но имело и мощнейший психологический эффект. Если для сторонников аль-Асада эта победа была как глоток свежего воздуха, столь необходимый им в последние годы., то внесистемная оппозиция оказалась тотально деморализованной. Поражение еще больше углубило разлад и разногласия в ее рядах; противоборствующие группировки (подобные Свободной сирийской армии, Джабхат ан-Нусре, аль-Каиде и т. д.) принялись винить в неудачах друг друга и взяли курс на противостояние друг с другом, а внешние спонсоры сирийского конфликта полностью разочаровались в своей ставке на войну на истощение против режима аль-Асада. Красноречивым подтверждением этому является заявление на странице Свободной сирийской армии в сети «Фейсбук» 6 июня 2013 года, аккурат после поражения при аль-Кусейре. В нем, в частности, говорилось: «Сирийский народ и его свободная сирийская армия и боевики в сирийских городах – единственные, кто представляет революцию, и какая-либо внешняя сила из числа членов Коалиция [Национальная коалиция сирийских революционных и оппозиционных сил - прим. авт.], и кто бы то ни было еще не представляет сирийцев, если не будет реализовывать их требований». Что свидетельствует о том, что Свободная сирийская армия перестала признавать не только официальное сирийское правительство, но и тех, кто боролся вместе с ней против аль-Асада на протяжении последних двух лет.

После подобного разворота событий сомнения в дальнейшей победе сирийской армии постепенно развеивались, а потому у «друзей Сирии» не оставалось другой возможности, кроме хода с козырей, в роли которых выступили события, связанные с использованием химического оружия. Для внешнего вмешательства в ситуацию в Сирии (особенно на фоне провальных операций в Ираке и Ливии) требовался очень весомый повод, способный объединить все мировое сообщество против аль-Асада. Однако провокация не удалась, доказательств причастности сирийских властей к применению химического оружия не было найдено, что подтвердила и спецкомиссия ООН.

Это в свою очередь сделало невозможным и несанкционированное вторжение в Сирию. Во-первых, отсутствие доказательств вины аль-Асада вынудило ряд стран (Великобритания, Австрия и др.) дистанцироваться от сирийского конфликта. Во-вторых, изменились реалии в регионе Ближнего Востока – революция 30 июня в Египте привела к власти в этой стране военных, настроенных на восстановление отношений с Дамаском, и ослабило позиции Катара, являющегося главным врагом сирийского режима. Лига арабских государств уже не была столь единодушна в отношении сирийских событий и отказалась от военного вмешательства в Сирию. В-третьих, открытым так и остался вопрос о том, кто из соседей Сирии предоставит свою территорию для проведения наземной операции. И Турция, и Иордания отдавали себе отчет в самоубийственности подобного шага, а Ирак и Ливан изначально заняли проасадовскую позицию. И, наконец, позиция России, выступившей в качестве главного посредника между Дамаском и Вашингтоном и сыгравшей ключевую роль в отстаивании идеи мирного разрешения конфликта. Все это фактически предопределило дальнейший исход сирийского конфликта и курс на нормализацию ситуации в стране.

В свою очередь на сегодняшний день наиболее актуальным становится следующий вопрос. Куда в дальнейшем будет распространяться тот дестабилизирующий потенциал, который накопился в контексте сирийского кризиса? Все дело в том, что «друзья Сирии» заложили бомбу замедленного действия (привлекая аль-Каиду и активизируя идеи радикального исламизма), которой оказалось не суждено взорваться «здесь и сейчас», но которая «рано или поздно» все равно взорвется. И на сегодняшний день наиболее вероятным выглядит распространение сирийского кризиса на север (Турцию) и юг (Саудовскую Аравию). В первую – за счет курдского фактора, приобретшего заметную актуальность после ослабления влияния режима аль-Асада на курдские районы страны, в целях обеспечения их лояльности действующему режиму. А во вторую – ввиду того, что саудовский герантократический режим в самое ближайшее время столкнется с теми же проблемами сменяемости власти, с которыми столкнулись в 2011 году режимы Хосни Мубарака, Али Абдаллы Салеха и Муаммара Каддафи. Кроме того, именно саудовский принц Бандар бин Султан, являясь главой разведки королевства занимался распространением радикального исламизма в Сирии, собирая кадры для реализации этой идеи со всех уголков мусульманского мира. А потому, именно ему придется в первую очередь столкнуться со своими бывшими наемниками, которые уже сейчас начинают обращать свои взоры в сторону Эр-Рияда.

Таким образом, все идет к тому, что сирийский вопрос приобретает устойчивую тенденцию к своему завершению, однако вместо него на политической карте Ближнего Востока уже назревают другие точки эскалации конфликта, которые способны оказаться не менее разрушительными.

Леонид Исаев - научный сотрудник Лаборатории мониторинга рисков социально-политической дестабилизации НИУ ВШЭ

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Главной медийной фигурой этого лета в конфликте между Константинополем и Москвой стал архиепископ Телмисский Иов (Геча) – представитель Вселенской патриархии при Всемирном совете церквей. На сегодня именно он является главным переговорщиком Фанара (Константинопольской Церкви) с украинской стороной.

В самый разгар российской парламентской избирательной кампании представляется вполне актуальным и уместным посмотреть на то, как проходят выборы в Латинской Америке. Страны континента сравнительно давно развиваются по демократической парадигме. Это означает, что там регулярно осуществляется смена всех ветвей власти снизу доверху. Но каждое государство имеет собственную специфику.

12 августа Владимир Путин назначил главой своей администрации Антона Вайно, который сменил в этом качестве Сергея Иванова. Если Иванов работал с Путиным еще в 1970-е годы в Ленинградском управлении КГБ, то Вайно познакомился с президентом, когда тот уже был главой государства. Новый руководитель АП принадлежит к другому поколению, чем президент и Иванов – он родился в 1972 году, когда Путин уже учился в университете.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net