Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

14.05.2014 | Леонид Исаев

Египет: выборы «без кандидатов»

26 мая в Египте стартуют очередные президентские выборы, уже вторые за последние два года – после революции 30 июня высший пост в стране вновь оказался вакантным, а временным главой государства стал Адли Мансур. За президентское кресло будут бороться лишь два кандидата: экс-министр обороны Абд аль-Фаттах ас-Сиси и лидер левых кругов египетской оппозиции от «Египетского народного движения» (ат-Таййар аш-ша`бий ал-мисрий) Хамдин Сабахи.

Весьма скудный список кандидатов в нынешней избирательной кампании резко контрастирует с выборами 2012 года. Тогда свои кандидатуры выдвинуло более десяти кандидатов, причем, как минимум, пять из них – Мухаммед Мурси, Ахмед Шафик, Амр Мусса, Хамдин Сабахи и Абд аль-Муним Абдуль Футух – представлялись достаточно сильными и имели высокие шансы на успех в избирательной гонке. Да и решилось все в самый последний момент, когда во втором туре Ахмеду Шафику не хватило двух процентов голосов для победы над Мухаммедом Мурси.

Но от тех времен и след простыл, и президентский пост в стране фараонов уже не пользуется той популярностью, что имела место два года тому назад. Метаморфозы политической власти в Египте, начавшиеся после свержения Хосни Мубарака в 2011 году, все более явственно обнаруживает выход египетского общества в некоторых (хотя и не во всех) отношениях к той нулевой отметке, с которой собственно и начинались потрясения. У армейского кандидата ас-Сиси на выборах 26-27 мая 2014 года де-юре практически нет (а де-факто вообще нет) конкурентов. Амр Муса, аль-Барадеи, Абуль Футух, Ахмед Шафик и другие серьезные кандидаты отказались от участия в президентской гонке, а лидеры запрещенного движения «Братья-мусульмане» вообще лишились данной возможности. Очевидно, что военные вновь получат президентское кресло, которое за исключением продлившегося лишь год правления М. Мурси, с 1952 г. принадлежало выходцам из армейской верхушки. Интересно, что в обращении к нации в марте 2014 года по случаю своего выдвижения на пост президента ас-Сиси заявил, что больше никогда не оденет военную форму, повторив тем самым аналогичный ход Мубарака, ставшего первым демилитаризованным президентом в Египте. Мубараку тогда было жизненно необходимо сформировать свой собственный имидж, заметно отличавшийся и от Гамаля Насера, и от Анвара ас-Садата, обладавших незаурядной харизмой, что и было сделано – Хосни Мубарак стал первым президентом, преподнесшим себя в качестве «гражданского» лидера. По этому же пути пошел и ас-Сиси, что только в очередной раз подчеркивает преемственность мубараковской эпохи.

Сейчас в Египте на лицо все нарастающая монополия военных на власть в стране, что явилось следствием революции 30 июня. Портреты маршала ас-Сиси все чаще соседствуют с портретами лидера революции 1952 года Гамаля Абделя Насера. Те силы, которые свергали заодно с военными Мухаммеда Мурси и, прежде всего, экономическая элита поняли, что продолжать какие-либо серьезные попытки захватить собственность военных «себе дороже», что лучше признать доминирующее положение военных в новом правящем блоке, а также неприкосновенность их «экономической империи» (в том числе и путем конституционных изменений). Союзникам военных в борьбе с «Братьями» было понятно, что любые их серьезные попытки выйти в правящем блоке на лидирующие позиции могут закончиться тем, что они потеряют несравненно больше, чем смогут приобрести.

Другой вопрос – насколько прочным окажется нынешний союз армии и экономической элиты, уцелевшей с мубараковских времен. Очевидно, что в ближайшее время идти против военных не способен в Египте никто. Еще летом 2013 года после свержения Мухаммеда Мурси постановка вопроса военными была абсолютно категорична: кто не с нами, тот против нас, - и уже тогда, практически все политические силы в стране за исключением самих «Братьев-мусульман» (да и то, только многие руководители движения поспешили от него отречься) по сути присягнули на верность Высшему совету вооруженных сил. Армия в очередной раз доказала, что является «непотопляемым» институтом на политическом ландшафте Египта, она вновь популярна в «стране фараонов»: Абд аль-Фаттах ас-Сиси в отличие от своего предшественника поступил куда дальновиднее и предпочел увести военных «в тень», выполняя роль «серого кардинала», практически сразу же отдав бразды правления временному правительству. Убрав тем самым себя из под огня, ас-Сиси обеспечил неуязвимое положение военным, сохранив, однако, контроль над происходящим в стране. При таком раскладе вступать в противоборство с армией за лидирующие позиции в будущей политической элите страны выглядит самоубийством. Даже салафиты предпочли поступиться собственными принципами и встать на сторону ас-Сиси, нежели оказаться «смятыми» подобно тому, как это произошло с «Братьями». Альянс же с военными для экономической элиты – «синица в руках», гарантированная рента, которую египетский генералитет готов этой элите платить за лояльность.

С другой стороны, и военным сегодня необходима команда грамотных экономистов, чтобы вывести страну из глубокого финансово-экономического кризиса. При этом здесь очевиден конфликт между остатками мубараковской команды и левыми секуляристами, вроде Хамдина ас-Сабахи, чьи взгляды на программу экономических реформ диаметрально противоположны. Вероятно, вектор дальнейшего экономического развития будет определен на ближайших выборах, победа на которых – риск для победителя; ведь роль арбитра, оценивающего эффективность претворяемой в жизнь социально-экономической политики будет осуществлять армия. Именно ей за последние три года удалось извлечь максимальную выгоду как из революции, так и из контрреволюции: ослабив всех своих главных соперников от гамалевских бизнесменов до исламистов, военные укрепили свои позиции.

Интересно, что и сам Сабахи не спешил выставлять свою кандидатуру на президентских выборах. Мы уже писали ранее[1], что самому ас-Сиси было не выгодно менять кресло министра обороны на президентское и его выдвижение свидетельствовало, скорее, о его поражении внутри армейской элиты. Это было обусловлено тем, что в соответствии с принятой в январе 2014 г. конституцией должность министра обороны выглядит заметно более привлекательной, нежели пост президента. Именно министр обороны является верховным главнокомандующим (статья 201 Конституции), он выведен из подчинения президенту (статья 234) и подотчетен непосредственно председателю Высшего совета вооруженных сил (а эти две должности в Египте, как правило, совмещаются). Ввиду нестабильной ситуации в стране должность президента выглядит более уязвимой по сравнению с постом министра обороны во многом из-за того, что лидеру страны в ближайшее время предстоит провести ряд непопулярных социально-экономических реформ.

В этой связи существовавшее мнение о том, что Хамдин Сабахи шел на выборы в тандеме с ас-Сиси, представляется весьма реалистичным. Такой политик, как Х. Сабахи, выглядел достаточно убедительной фигурой, способной взять на себя ответственность за проведение в Египте требуемой социально-экономической политики. При этом реальный контроль над страной оставался бы в руках военных во главе с министром обороны. Однако с большой долей вероятности можно утверждать, что кандидатура Хамдина Сабахи в качестве «ручного» президента (как на то рассчитывал ас-Сиси) не удовлетворила военных, опасавшихся возможной потери контроля над будущим главой государства.

Как бы то ни было на ближайший президентских выборах победит ас-Сиси, причем у него есть все шансы решить исход противостояния уже в первом туре. Даже несмотря на то, что Сабахи остается сильным оппонентом, занявшим третье место на выборах 2012 года c 20,7% голосов (что лишь на 2% меньше, чем у Ахмеда Шафика и на 4% - чем у Мухаммеда Мурси в первом туре), его шансы на победу близки к нулю. И дело здесь скорее в том, что сейчас просто не его время. Страна нуждается в реформах, обеспечении безопасности и выходе на уровень стабильного развития. Вряд ли кому бы то ни было еще, кроме ас-Сиси, египтяне будут способны простить проведение непопулярных социально-экономических реформ или, скажем, жесткие меры по обеспечению безопасности в стране. Плюс ко всему «Братья-мусульмане» на данный момент практически полностью нейтрализованы и задача военных закрепить достигнутый в этом направлении успех. В свою очередь новая египетская власть становится все более милитаризованной и авторитарной, навеивая воспоминания о мубараковском прошлом.

Леонид Исаев - научный сотрудник Лаборатории мониторинга рисков социально-политической дестабилизации, старший преподаватель факультета Прикладной политологии НИУ ВШЭ

[1] Подробнее см. http://www.politcom.ru/17046.html

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

18 октября 2020 года в Боливии прошли всеобщие выборы. Предстояло избрать президента, вице-президента, двухпалатную законодательную Ассамблею. Сенсации не произошло. По подсчетам 90 процентов голосов победу одержал Луис Арсе, заручившийся поддержкой 54, 51 % граждан, вышел вперед в 6 департаментах из 9, в том числе в 3 набрал свыше 60 %. За ним следовал центрист Карлос Месса, имевший 29, 21 % голосов.

Каудильизм – феномен, получивший распространение в латиноамериканском регионе в период завоевания независимости в первой четверти XIX века. Каудильо – вождь, сильная, харизматичная личность, пользовавшаяся не­ограниченной властью в вооруженном отряде, в партии, в том или ином ре­гионе, государстве. Постепенно это явление приобрело специфику, характеризующуюся персонализацией политической системы. Отличительная черта каудильизма - нахождение у руля правления в течение длительного времени одного и того же деятеля, который под всевозможными предлогами ищет и находит способы продления своих полномочий. Типичным каудильо был венесуэлец Хуан Висенте Гомес, правивший 27 лет, с 1908 по 1935 годы. В нынешнем столетии по стопам соотечественника пошел Уго Чавес. Помешала тяжелая болезнь.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net