Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

27 июля в Москве прошел не согласованный с властями митинг, поводом для которого стали массовые отказы в регистрации на выборы в Мосгордуму кандидатам от оппозиции. Это уже третья акция протеста за июль: первые две прошли 14 и 20 июля. Еще один митинг запланирован оппозицией на 3 августа в преддверье апелляций в Центральной избирательной комиссии.

Бизнес

Арбитражный суд Москвы признал незаконным решение ФАС о том, что ЛУКОЙЛ завышал цену перевалки нефти на принадлежащем ему морском терминале в Арктике. Суд проходил в рамках спора компании «Роснефть» и ЛУКОЙЛа о ставке перевалки через терминал «Варандей», который начался практически с момента перехода «Башнефти» под контроль «Роснефти» в 2017 году. Решение Арбитражного суда называют победой ЛУКОЙЛа, однако с большой долей вероятности окончательной точкой в споре оно не станет. Представитель ФАС сообщил о намерении ведомства оспорить решение суда.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Интервью

04.07.2014

«Портрет отечественного бизнеса: 20 лет спустя»: Андреева Елена Георгиевна – президент охранного холдинга «Бастион»

Когда государственные институты не способны в полной мере обеспечить безопасность, востребованными становятся частные охранные агентства. Очередным героем интервью из цикла «Портрет отечественного бизнеса» является человек, стоявший у истоков охранного бизнеса – Елена Андреева, президент холдинга «БАСТИОН». Появившись в 1992 году, в разгар переломной эпохи, сегодня предприятие превратилось в одну из ведущих компаний, обеспечивающих безопасность предпринимателей, чиновников и частных лиц. В беседе с «Центром политических технологий» Елена Андреева рассказала о высокой цене доверия, профессиональной компетентности и важности нравственных границ.

Бизнес от Калининграда до Владивостока

Мое первое образование физико-математическое, второе техническое. Профессиональную деятельность я начинала как ученый: защитила докторскую диссертацию, получила ряд собственных патентов. В то время для защиты было необходимо обеспечить практическое применение ключевых положений диссертации, т.е. по сути, принять на себя ответственность за реализацию предлагаемой в ней технологии: взять в аренду оборудование, помещение и попытаться наладить сбыт. Сразу же пришлось столкнуться с рядом серьёзных проблем, среди которых был общий дефицит сырья в стране. Однако и мотивации для их решения мне хватало – это были амбициозные задачи карьерного роста, защиты собственных идей, диссертации, самореализации. К тому же разработанная мной технология оказалась более прибыльной, чем это казалось первоначально. В итоге на ее основе удалось наладить три направления бизнеса, меховое, швейное и трикотажное, с широкой географией реализации продукции – от Калининграда до Владивостока.

Мех, оружие и КГБ

Когда образовался участок производства меховых изделий, ему потребовалась охрана. Поскольку меховые шкурки закупались большими партиями в период забоя, в эти моменты на складах быстро образовывался крупный объём дорогостоящего сырья. Сектор охранных услуг оказался очень востребованным и в целом по стране. В 1992 году в российских правоохранительных структурах, армии, ФСБ начались серьёзные реформы, прошли масштабные сокращения. Однажды на меня вышли сотрудники силовых и правоохранительных структур, в первую очередь КГБ, с предложением выступить в роли инвестора в охранное предприятие. На тот момент у меня как у молодого, но уже достаточно опытного предпринимателя имелась достаточно внятная стратегия по противодействию криминалу. К тому же я получила юридическое образование и защитила диссертацию на тему «Антикриминогенная деятельность частных детективных и охранных предприятий».

Стрелки, крыши и репутация

В течение первых двух дет работы предприятия я главным образом покупала лицензии, брала в аренду оружие и составляла представление о том, как устроен наш рынок охранных услуг. Вскоре мы стали одними из немногих, кто специализировался на снятии криминальных крыш, и оказались на самом острие этой проблемы. Примерно по три раза в день мы выезжали на так называемые стрелки, где можно было увидеть полный офис людей, лежащих на полу с руками за головой. Важную роль в развитии компании сыграло то, что я одна из немногих активно выступала тогда в прессе. Для меня это было формой обратной связи для предпринимателей. Они слышали, как я открыто говорю о том, что можно и даже целесообразно не платить криминальным крышам, поскольку такие платежи увеличивают этот сектор. Если им платить, это делает их более сильными. К тому же, когда им понадобятся деньги, они скорее всего придут туда, где им будет легко их получить, нежели ко мне, которая однозначно им платить не будет. Так у меня появился большой спектр клиентов, которые приняли решение не платить криминалу. И мы этот алгоритм действий реализовывали. Все были целы, здоровы, сохранили свой бизнес. Попутно оказалось, что я очень хорошо провожу переговоры. Заслуженная репутация позволила мне достаточно прочно занять личную позицию в силовом бизнесе.

Идеология бизнеса, эволюция рисков и честное купеческое слово

Отличительная особенность 90-х годов – четкое деление на «белого и пушистого» предпринимателя, который хочет построить свой самостоятельный независимый бизнес, и «черные» силы, которые не готовы работать, а хотят получать процент с этого бизнеса. Из этой расстановки сил следовали и стратегии решения проблем. Нам приходилось главным образом бороться с рэкетом, похищениями, покушениями на убийства и убийствами. В 2000-е годы базовые риски сохраняются, но возникли и другие проблемы, которые вышли на первый план повестки дня нашей компании. Во-первых, это риск, связанный с коррупцией и недобросовестностью предпринимателей. Сегодня постоянно растёт давление со стороны властных и проверяющих структур, откаты становятся всё больше и больше. Риск здесь главным образом лежит на стороне тех, кто готов работать с такими откатами. Если когда-то это было 10%, то сейчас 50-60%. Но способен ли предприниматель достойно построить объект за оставшиеся 40% и обеспечить его безопасность? Например, возьмём кабельную промышленность. Есть предприятия, которые добросовестно выпускают качественный кабель с определенным сечением. А есть те, которые при его производстве используют меньше меди, чем необходимо. Такой кабель при пожаре легко может создать аварийную ситуацию. В том числе это касается и систем атомной электростанции. То есть речь может идти о риске техногенной катастрофы. Таким образом, играя на рынке по общим правилам, снизив издержки и выбрав недобросовестного поставщика, можно попасть в неприятную ситуацию. Вторая группа рисков, характерных для 2000-х годов, связана с высоким уровнем безнравственности бизнеса. Фактически, изменилась его идеология. Если в советское время считалось, что украсть, убить или обмануть – это плохо, и человек, совершивший такой поступок, был осуждаем обществом, то в «нулевые» годы в 95% случаев предприниматели стали считать, что прав тот, кто эффективен. Тот, кто способен принести больше прибыли. А если кто-то позволил себя обмануть, то он просто «лох» – над ним нужно смеяться, он не вызывает никакого уважения. Простой пример: если у кого-то взяли денег в долг и не отдают, то молодец тот, кто взял и не отдает; а тот кто дал, сам виноват – значит, не понимал, что делает. Речи о том, что деньги нужно вернуть, не идет вообще. Поэтому между партнерами стали возникать достаточно сложные отношения. Причём, чем партнеры ближе и дружественнее, тем более жесток обман. Стандартной схемой для владеющего финансовым потоком стало вообще не делиться с партнерами. Полностью исчезло то, что раньше могло называться честным купеческим словом. Теперь, напротив, это понятие может вызвать смех. То есть честный партнер воспринимается как наивный, инфантильный и неумный предприниматель. Поэтому стратегия нашей компании, поскольку мы занимаемся вопросами безопасности, выстраивается теперь иначе. Начиная взаимодействовать с любым предпринимателем, мы считаем, что обокрасть и обмануть его может каждый – начиная от партнеров и менеджеров, и заканчивая нашими собственными охранниками.

Алгоритмы, доверие и технология безопасности

Одна из причин, по которой проблема может исходить и от сотрудников охранных агентств – резкое падение оплаты их труда. Если в 90-е годы они могли получать по 5 тысяч долларов в месяц, то сейчас это одни из самых низкооплачиваемых работников. И, соответственно, требовать от них высокой отдачи, чтобы они своим телом и жизнью заслоняли имущество работодателя, достаточно сложно. Важно максимально подробно их инструктировать и не дать возможности что-то украсть. Охрана работает на алгоритмах, необходимы очень чёткие схемы реагирования в различных ситуациях. Например, в работе на контрольно-пропускном пункте расписано, когда и какие производятся записи в журнал. В другой журнал сканируется штрих-код, параллельно номера заходящей машины считываются видеорегистратором. Проводится взвешивание до, взвешивание после. Всё для того, чтобы можно было в онлайн-режиме выявить – если что-то украдено, то когда и кем это сделано. Если украл наш охранник, мы должны его уволить и обязательно возместить нанесенный ущерб. Если украл кто-то другой – найти его, возместить ущерб и найти похищенное. К сожалению, технология безопасности заключается в том, что доверия не может быть абсолютно ни к кому.

Бизнес и семейный подход

За прошедшие двадцать лет серьёзные перемены претерпело моё отношение к корпоративной политике. Оно изменилось кардинально. Изначально (так как я, всё-таки, учёный), я читала достаточно много литературы, связанной с различными организациями и их корпоративной культурой. Изучала данные по американским формам, японским моделям и так далее. Хотелось создать бренд, а для этого нужно было привнести элементы некоей внутренней корпоративной преданности. Я старалась проявлять внимание к каждому сотруднику, решать их частные проблемы как своего рода глава семьи. Тем более, что они находились в горячих точках, а в 90-е годы рисковали собой ежедневно. Каждый день возникал достаточно сложный спектр проблем, связанных с угрозами морального и физического насилия, и мне хотелось быть уверенной в своих людях, заботиться о них. Мы проводили очень серьёзные тренинги по рукопашному бою, по специальному проигрыванию потенциальных ситуаций в командном, игровом режиме. Я оплачивала их стрелковую, физическую подготовку, с душой относилась к их проблемам – свадьбам, болезням, получению высшего образования. К финансированию всех этих проектов. Оплачивала коммунальные услуги и покрывала транспортные расходы. Однако в результате оказалось, что все мои положительные идеи дали крайне отрицательный эффект. К сожалению, на первоначальном этапе мы были вынуждены вести скрытое аудионаблюдение некоторых объектов, и стало ясно, о чём говорят там охранники. Оказалось, что результатом «семейного» подхода к корпоративной политике стало достаточно фамильярное ко мне отношение. Конечно, можно было понять, что у большого количества взрослых офицеров молодая женщина-руководитель заочно не вызывала какого-то пиетета. Но я выслушала ряд заочных комментариев относительно того, почему я решила возглавить этот бизнес, и которые мне естественно не понравились.

Авторитарное руководство и доброта на крайний случай

Я провела большое собрание, где присутствовали две трети состава организации, и сказала: кому не нравится, уходите сразу. Я была сильно оскорблена тем, что такие вещи как оплату транспорта считали подачкой, которой я якобы пытаюсь заставить меня любить. Раз это воспринимается как подачки, то я доплачу компенсацию на среднюю сумму, чтобы люди не потеряли в зарплате. Но больше меня никоим образом не интересует, кто и как добирается домой. Я больше не занимаюсь этими вопросами. Если еще раз услышу, то просто сама переломаю ноги. Буду потом в больнице с фруктами навещать. А учитывая тот момент, что я лично ходила на тренировки, это была вполне реальная угроза. И, как ни странно, такое мое более жесткое и дистантное отношение сразу вызвало другое отношение со стороны моих сотрудников. Я сразу заочно стала Еленой Георгиевной. Стало ясно, что никто мне не нравится, и лучше со мной не связываться. Соответственно, оказалось, что модель семейного доброжелательного подхода совершенно не работает в России. И на протяжении двадцати лет я убеждаюсь, что в России доброту можно позволить только в крайнем случае. И позволить ее может в полном смысле слова только очень сильный человек. Потому что в России любая доброта и благородство воспринимаются однозначно – как слабость. Так изменился мой подход к управлению. Он стал более строгим и авторитарным. Теперь он заключается в том, чтобы сначала выслушать все экспертные оценки и принять решение. Затем вся команда реализует решение, принятое руководителем и владельцем. Если кому-то что-то не нравится, он просто встает и уходит. Как правило, отправляется в течение 24-х часов. Добровольно, либо по вынужденной причине.

Риски, работа на упреждение и желание взлететь

Как руководитель, я принимаю ключевые решения и занимаюсь стратегическими вопросами. Значительную часть своего времени я взаимодействую непосредственно с владельцами компаний-клиентов, занимаясь формированием технического задания по безопасности и подготовкой рекомендаций. Иногда предприятие растёт, но еще не чувствует, что уже необходимо менять уровень и режим безопасности. Это требует привлечения некоторых инвестиций, новых специалистов, обеспечения специальными техническими средствами. Соответствующие рекомендации обязательно должны быть заранее представлены в письменном виде, чтобы было ясно, как действовать, когда вопрос назреет. Каждый год в обществе образуются определенные тренды, меняющие карту рисков. Это может быть новая схема рейдерских захватов, мошенничества. Отсюда необходимо проведение внутренних совещаний, аналитические изменения, приход новых руководителей, изменение внутренней стратегии силовых структур. С другой стороны, я с удовольствием занимаюсь непосредственно оперативной работой. То есть я, в принципе, доступна для своих клиентов 24 часа, 7 дней в неделю. Если мне неожиданно звонят в 5 утра и сообщают о проблеме, я воспринимаю это как признание моей профессиональной компетентности. Меня радует способность оставаться в тонусе, желание взлететь. Максимум 15 минут мне требуется. чтобы встать, одеться и прибыть на место – туда, где нужно вызвать полицию и произвести все необходимые меры. Или должным образом приехать в подразделение полиции, то есть оказать адекватную юридическую поддержку в случае конфликта. Я делаю это с радостью.

Конкурентный рынок и нравственно-правовое единомыслие

Корпоративная политика любой компании должна учитывать тот факт, что каждого сотрудника следует воспринимать как конкурентного персонажа на рынке. Нужно быть готовым к тому, что набрав уровень высокой профессиональной компетенции, он легко может найти себе другое место работы, что людей не держат никакие корпоративные привязанности. Параллельно работая в университете заведующей кафедры, я понимаю, что в западной системе образования правильно построен механизм ротации, когда добившийся успеха учёный периодически меняет свой университет. Нельзя сидеть на одном месте. С одной стороны, я корпоративно отношусь к тому, что любой человек может покинуть меня в любой момент. К каждому специалисту нужно относиться с уважением за то, что он выбрал твою компанию. Но в нашем бизнесе еще более важно то, что я называю нравственно-правовым единомыслием. То есть команда должна знать, что у нас есть общий подход. Что ни за какие деньги, ни при каких потенциальных искушениях мы никогда не перейдем определённых границ. С течением времени я понимаю, что это профессиональные особенности, присущие именно нашему сектору бизнеса. Например, такая ситуация: один из клиентов, высказывая пожелания и предположения о возможных угрозах давления на оппонента, предложил встретить дочь оппонента и высказать ей некие угрожающие пожелания. Второй момент: при обсуждении потенциального конфликта в самолёте, возможностей его предотвращения и алгоритма аккуратного выхода из него у клиента возник вопрос – как можно обозвать ребёнка скандальной женщины? Допустим, у него на возникло бы такое желание. Но мне было совершенно ясно, что и в первом приведенном примере, и во втором нельзя задевать детей. Этого вообще нельзя делать. Существует определенное нравственно-правовое поле, в котором мы имеем право действовать. В этих рамках мы документируем погрешности второй стороны для того, чтобы собрать против нее достаточное количество материала для возбуждения уголовного дела, либо для нейтрализации или ограничения каких-то финансовых потоков. Мне необходимо, чтобы все сотрудники четко понимали эти границы, в которых мы работаем. Хотя порой клиенту очень сложно эмоционально пережить ситуацию, она должна оставаться в рамках закона. Поэтому идеологически крайне значимо, чтобы команда была высокопрофессиональной, очень четко работающей в рамках закона, имеющей одинаковый критерий оценки ситуации – и нравственный, и правовой. При наличии такой команды единомышленников понимаешь, что тебя и не подставят, и помогут.

Снижение издержек, сегменты рынка и стратегия развития

После первого экономического кризиса очень много российских бизнесов не выжило. Огромное количество людей выбыло из этой сферы. Во второй кризис, когда очень сильно, в несколько раз, изменился курс доллара по отношению к рублю, произошел, как я считаю, позитивный сдвиг для экономики. Многие из наших клиентов, занимавшихся торговлей, стали гораздо активнее. Потому что намного легче работать не в той ситуации, когда что-то производишь и неизвестно, куда это продавать, а когда есть понимание запроса, существующего на рынке. Чтобы снизить издержки и не покупать товар за границей, было организовано множество новых производств. Так наши крупные давние торговые клиенты преобразовались в очень крупные промышленные компании. С другой стороны, кризис привел к сокращению общего рынка услуг по обеспечению безопасности. Сегодня один из самых востребованных его секторов – это рынок вахтовых услуг с очень низкой стоимостью рабочей силы. Такие предприятия, также идущие по пути сокращения издержек, часто создаются на несколько месяцев, а их сотрудники получают около 8 тысяч рублей в месяц. Этот сектор оккупировали гастарбайтеры. Мы играем в другой плоскости: есть достаточно большой пласт людей, которые не хотят работать с вахтовиками неизвестного происхождения и готовы оплачивать труд москвичей и людей, проживающих в близлежащих областях. Основной элемент стратегии дальнейшего развития и расширения нашего бизнеса заключается в способности организации предоставлять эксклюзивные услуги. Это может быть ситуация, когда клиент сталкивается с новой неожиданной проблемой в бизнесе, которую он не может решить – например, с нападением коррупционно ёмких структур, или с попыткой рейдерского захвата со стороны недобросовестного партнера или контрагента, имеющего лоббистские связи. Однако на практике те же рейдерские захваты удачны не более, чем на 60 процентов. Сталкиваясь с остальными 40%, компания спокойно может выстоять, если ей предоставить определённый уровень защиты. Просто для компании с обычным режимом такая защита кажется чрезмерной; когда же ее неожиданно начинают поглощать, она оказывается к этому не готова. Если же клиент один раз уже почувствовал, что его проблема решена, то, наверное, он и в дальнейшем хочет чувствовать себя в безопасности. Это даёт нам основания расширять свой спектр клиентов. Можно полагать, что недобросовестные структуры будут вымываться с рынка с учётом их недостаточной профессиональной компетентности, и общий тренд на рынке охранных услуг достаточно позитивен. Таким образом, снижение издержек не всегда обеспечивает устойчивость.

Усложнение бизнеса и инновационные технологии

Специалисты европейского уровня однажды сказали мне, что в 90-е годы в России бизнесмен принимал множество решений, и большинство из них были верными. Он просто нарабатывал опыт и, в принципе, был готов выиграть. Но сейчас нужно чётко знать и понимать инновационные технологии. Когда я пригласила консультантов по продажам в отношении моего швейного бизнеса, они сразу отмели несколько капиталоёмких решений для улучшения продаж из тех, что я сама предлагала. Например, создание розничных интернет-продаж, развитие магазинной сети. Оказалось, что эти наиболее капиталоёмкие решения являются самыми потенциально убыточными. В конечном счете мы предприняли совершенно другие шаги, связанные с развитием сети оптовых дистрибьюторов в регионах и применением различных коммуникативных технологий. Таким образом, путь по которому, как кажется, нужно идти, оказывается совершенно неправильным. Бизнес сегодня стал очень сложным: он требует огромного опыта и высокого уровня профессиональной компетентности. Войти в него со стороны сложно. Нужно очень хорошее образование, чтобы человек мог реально стоять на ногах и зарабатывать.

Бизнес, государство и предупреждение преступлений

Еще в 90-е годы мы начали взаимодействовать с РУБОП. Сегодня мы занимаемся разработкой концепции для Министерства внутренних дел, связанной с предупреждением преступлений. Дело в том, что правоохранительные органы в России работают тогда, когда уже убили и украли. А в нашу компанию обращаются, когда есть угроза, реальная или потенциальная. Возможность похищения, кражи, утечки информации. Наша задача – найти, расследовать и пресечь, чтобы подобное не происходило в дальнейшем. Или выяснить реалистичность угрозы и также не допустить ее реализации. Поэтому очень важно, чтобы негосударственные структуры безопасности вовлеклись в процесс предупреждения. С одной стороны, чтобы у них были для этого какие-то легитимные права. Причём правильнее эти права дать не охранникам, а топ менеджерам, которые уже вышли в отставку. Это те же ветераны правоохранительных структур, имеющие высокий уровень подготовки и огромный опыт. Нужно сделать всё, чтобы их опыт не остался нереализованным. Например, предоставить им определённые полномочия для проведения оперативно-розыскной работы, связанной с предупреждением покушений на преступления. С другой стороны, необходимо использовать современные технологии, которыми располагает охранное предприятие, и уровень которых достаточно высок. В зависимости от типа охраняемого объекта предприятием разрабатывается своя концепция по противодействию схемам вывоза и хищения, соответственно и технологии обеспечения безопасности применяются разные. Эти предприятия могли бы поделиться с МВД опытом использования технологий, эффективности их применения в тех или иных случаях. Я считаю, что сейчас развивать технологии безопасности нужно уже не только в рамках отдельных предприятий, для отдельных задач, решений для конкретного бизнеса, но и в более широком поле. Объективная реальность такова, что мне как руководителю охранного предприятия мешает отсутствие достаточных легальных полномочий для проведения в полном объеме разного рода служебных расследований, которые в должной мере помогли бы полиции. Было бы значительно логичнее и проще, чтобы я осуществляла их не в рамках своих связей, или своего рода коллегиальной помощи, а в рамках полноценного сотрудничества с государством.

Знание, благотворительность и безопасность

Как заведующей кафедрой в университете, мне важно, чтобы новое поколение студентов знало все современные западные программы, технологии проектирования в автоматизированном режиме, и владело ими на мировом уровне. Для этого я инвестировала в инновационные программы в своем университете – в компьютерное оборудование, программное обеспечение, оплату преподавателей. Аналогичным образом я финансировала программистов, которые разработали отечественные инновационные продукты, связанные с САПР технологической обработки. Это программы, которые по технологии и разработке не имеют равного конкурента в России. А как руководитель охранного агентства я всегда стараюсь оказывать благотворительную помощь людям, оказавшимся в сложных ситуациях, которые зачастую сами не могут оплатить обеспечение своей безопасности. В таких ситуациях мы стараемся найти решение, поскольку это требует не только времени, энергии и работы, но иногда и определённых издержек. Я вижу, как непросто порой приходится людям, не обладающим определёнными ресурсами, во взаимодействии с государством, с недобросовестными контрагентами и т.д. Поэтому я считаю такую работу важной, и она является для нас частью гражданской ответственности. Ведь мы могли бы повернуться к людям спиной и спокойно уснуть, но принимаем решение помочь.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Покинутая своими западными союзниками в ходе сирийского конфликта и отвергнутая Европой Турция пытается найти свое место в мире. Сегодня ее взор обращен в сторону России – давнего противника или мнимого друга. Однако разворот в сторону евразийства для Эрдогана - не столько добровольный выбор, сколько вынужденная мера.

На старте избирательной кампании кандидаты в депутаты Мосгордумы начали проявлять небывалую активность в социальных сетях. Особенно это бросается в глаза в случае с теми, кто ранее был едва представлен в медиа-пространстве. Вывод из этого только один: мобилизация избирателей в интернете больше не рассматривается только как часть создания имиджа. Это технология, на которую делают серьезные ставки. Но умеют ли в Москве ею пользоваться?

Год назад в Армении произошла «бархатная революция». К власти пришло новое правительство, после чего политический ландшафт республики значительно изменился. Досрочные выборы Национального собрания, городского парламента Еревана (Совета старейшин), реформы судебной системы, появление новых объединений и реконфигурация (если угодно ребрэндинг) старых — вот далеко не полный перечень тех перемен, которые сопровождали страну в течение последнего года.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net