Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Интервью

04.07.2014

«Портрет отечественного бизнеса: 20 лет спустя»: Андреева Елена Георгиевна – президент охранного холдинга «Бастион»

Когда государственные институты не способны в полной мере обеспечить безопасность, востребованными становятся частные охранные агентства. Очередным героем интервью из цикла «Портрет отечественного бизнеса» является человек, стоявший у истоков охранного бизнеса – Елена Андреева, президент холдинга «БАСТИОН». Появившись в 1992 году, в разгар переломной эпохи, сегодня предприятие превратилось в одну из ведущих компаний, обеспечивающих безопасность предпринимателей, чиновников и частных лиц. В беседе с «Центром политических технологий» Елена Андреева рассказала о высокой цене доверия, профессиональной компетентности и важности нравственных границ.

Бизнес от Калининграда до Владивостока

Мое первое образование физико-математическое, второе техническое. Профессиональную деятельность я начинала как ученый: защитила докторскую диссертацию, получила ряд собственных патентов. В то время для защиты было необходимо обеспечить практическое применение ключевых положений диссертации, т.е. по сути, принять на себя ответственность за реализацию предлагаемой в ней технологии: взять в аренду оборудование, помещение и попытаться наладить сбыт. Сразу же пришлось столкнуться с рядом серьёзных проблем, среди которых был общий дефицит сырья в стране. Однако и мотивации для их решения мне хватало – это были амбициозные задачи карьерного роста, защиты собственных идей, диссертации, самореализации. К тому же разработанная мной технология оказалась более прибыльной, чем это казалось первоначально. В итоге на ее основе удалось наладить три направления бизнеса, меховое, швейное и трикотажное, с широкой географией реализации продукции – от Калининграда до Владивостока.

Мех, оружие и КГБ

Когда образовался участок производства меховых изделий, ему потребовалась охрана. Поскольку меховые шкурки закупались большими партиями в период забоя, в эти моменты на складах быстро образовывался крупный объём дорогостоящего сырья. Сектор охранных услуг оказался очень востребованным и в целом по стране. В 1992 году в российских правоохранительных структурах, армии, ФСБ начались серьёзные реформы, прошли масштабные сокращения. Однажды на меня вышли сотрудники силовых и правоохранительных структур, в первую очередь КГБ, с предложением выступить в роли инвестора в охранное предприятие. На тот момент у меня как у молодого, но уже достаточно опытного предпринимателя имелась достаточно внятная стратегия по противодействию криминалу. К тому же я получила юридическое образование и защитила диссертацию на тему «Антикриминогенная деятельность частных детективных и охранных предприятий».

Стрелки, крыши и репутация

В течение первых двух дет работы предприятия я главным образом покупала лицензии, брала в аренду оружие и составляла представление о том, как устроен наш рынок охранных услуг. Вскоре мы стали одними из немногих, кто специализировался на снятии криминальных крыш, и оказались на самом острие этой проблемы. Примерно по три раза в день мы выезжали на так называемые стрелки, где можно было увидеть полный офис людей, лежащих на полу с руками за головой. Важную роль в развитии компании сыграло то, что я одна из немногих активно выступала тогда в прессе. Для меня это было формой обратной связи для предпринимателей. Они слышали, как я открыто говорю о том, что можно и даже целесообразно не платить криминальным крышам, поскольку такие платежи увеличивают этот сектор. Если им платить, это делает их более сильными. К тому же, когда им понадобятся деньги, они скорее всего придут туда, где им будет легко их получить, нежели ко мне, которая однозначно им платить не будет. Так у меня появился большой спектр клиентов, которые приняли решение не платить криминалу. И мы этот алгоритм действий реализовывали. Все были целы, здоровы, сохранили свой бизнес. Попутно оказалось, что я очень хорошо провожу переговоры. Заслуженная репутация позволила мне достаточно прочно занять личную позицию в силовом бизнесе.

Идеология бизнеса, эволюция рисков и честное купеческое слово

Отличительная особенность 90-х годов – четкое деление на «белого и пушистого» предпринимателя, который хочет построить свой самостоятельный независимый бизнес, и «черные» силы, которые не готовы работать, а хотят получать процент с этого бизнеса. Из этой расстановки сил следовали и стратегии решения проблем. Нам приходилось главным образом бороться с рэкетом, похищениями, покушениями на убийства и убийствами. В 2000-е годы базовые риски сохраняются, но возникли и другие проблемы, которые вышли на первый план повестки дня нашей компании. Во-первых, это риск, связанный с коррупцией и недобросовестностью предпринимателей. Сегодня постоянно растёт давление со стороны властных и проверяющих структур, откаты становятся всё больше и больше. Риск здесь главным образом лежит на стороне тех, кто готов работать с такими откатами. Если когда-то это было 10%, то сейчас 50-60%. Но способен ли предприниматель достойно построить объект за оставшиеся 40% и обеспечить его безопасность? Например, возьмём кабельную промышленность. Есть предприятия, которые добросовестно выпускают качественный кабель с определенным сечением. А есть те, которые при его производстве используют меньше меди, чем необходимо. Такой кабель при пожаре легко может создать аварийную ситуацию. В том числе это касается и систем атомной электростанции. То есть речь может идти о риске техногенной катастрофы. Таким образом, играя на рынке по общим правилам, снизив издержки и выбрав недобросовестного поставщика, можно попасть в неприятную ситуацию. Вторая группа рисков, характерных для 2000-х годов, связана с высоким уровнем безнравственности бизнеса. Фактически, изменилась его идеология. Если в советское время считалось, что украсть, убить или обмануть – это плохо, и человек, совершивший такой поступок, был осуждаем обществом, то в «нулевые» годы в 95% случаев предприниматели стали считать, что прав тот, кто эффективен. Тот, кто способен принести больше прибыли. А если кто-то позволил себя обмануть, то он просто «лох» – над ним нужно смеяться, он не вызывает никакого уважения. Простой пример: если у кого-то взяли денег в долг и не отдают, то молодец тот, кто взял и не отдает; а тот кто дал, сам виноват – значит, не понимал, что делает. Речи о том, что деньги нужно вернуть, не идет вообще. Поэтому между партнерами стали возникать достаточно сложные отношения. Причём, чем партнеры ближе и дружественнее, тем более жесток обман. Стандартной схемой для владеющего финансовым потоком стало вообще не делиться с партнерами. Полностью исчезло то, что раньше могло называться честным купеческим словом. Теперь, напротив, это понятие может вызвать смех. То есть честный партнер воспринимается как наивный, инфантильный и неумный предприниматель. Поэтому стратегия нашей компании, поскольку мы занимаемся вопросами безопасности, выстраивается теперь иначе. Начиная взаимодействовать с любым предпринимателем, мы считаем, что обокрасть и обмануть его может каждый – начиная от партнеров и менеджеров, и заканчивая нашими собственными охранниками.

Алгоритмы, доверие и технология безопасности

Одна из причин, по которой проблема может исходить и от сотрудников охранных агентств – резкое падение оплаты их труда. Если в 90-е годы они могли получать по 5 тысяч долларов в месяц, то сейчас это одни из самых низкооплачиваемых работников. И, соответственно, требовать от них высокой отдачи, чтобы они своим телом и жизнью заслоняли имущество работодателя, достаточно сложно. Важно максимально подробно их инструктировать и не дать возможности что-то украсть. Охрана работает на алгоритмах, необходимы очень чёткие схемы реагирования в различных ситуациях. Например, в работе на контрольно-пропускном пункте расписано, когда и какие производятся записи в журнал. В другой журнал сканируется штрих-код, параллельно номера заходящей машины считываются видеорегистратором. Проводится взвешивание до, взвешивание после. Всё для того, чтобы можно было в онлайн-режиме выявить – если что-то украдено, то когда и кем это сделано. Если украл наш охранник, мы должны его уволить и обязательно возместить нанесенный ущерб. Если украл кто-то другой – найти его, возместить ущерб и найти похищенное. К сожалению, технология безопасности заключается в том, что доверия не может быть абсолютно ни к кому.

Бизнес и семейный подход

За прошедшие двадцать лет серьёзные перемены претерпело моё отношение к корпоративной политике. Оно изменилось кардинально. Изначально (так как я, всё-таки, учёный), я читала достаточно много литературы, связанной с различными организациями и их корпоративной культурой. Изучала данные по американским формам, японским моделям и так далее. Хотелось создать бренд, а для этого нужно было привнести элементы некоей внутренней корпоративной преданности. Я старалась проявлять внимание к каждому сотруднику, решать их частные проблемы как своего рода глава семьи. Тем более, что они находились в горячих точках, а в 90-е годы рисковали собой ежедневно. Каждый день возникал достаточно сложный спектр проблем, связанных с угрозами морального и физического насилия, и мне хотелось быть уверенной в своих людях, заботиться о них. Мы проводили очень серьёзные тренинги по рукопашному бою, по специальному проигрыванию потенциальных ситуаций в командном, игровом режиме. Я оплачивала их стрелковую, физическую подготовку, с душой относилась к их проблемам – свадьбам, болезням, получению высшего образования. К финансированию всех этих проектов. Оплачивала коммунальные услуги и покрывала транспортные расходы. Однако в результате оказалось, что все мои положительные идеи дали крайне отрицательный эффект. К сожалению, на первоначальном этапе мы были вынуждены вести скрытое аудионаблюдение некоторых объектов, и стало ясно, о чём говорят там охранники. Оказалось, что результатом «семейного» подхода к корпоративной политике стало достаточно фамильярное ко мне отношение. Конечно, можно было понять, что у большого количества взрослых офицеров молодая женщина-руководитель заочно не вызывала какого-то пиетета. Но я выслушала ряд заочных комментариев относительно того, почему я решила возглавить этот бизнес, и которые мне естественно не понравились.

Авторитарное руководство и доброта на крайний случай

Я провела большое собрание, где присутствовали две трети состава организации, и сказала: кому не нравится, уходите сразу. Я была сильно оскорблена тем, что такие вещи как оплату транспорта считали подачкой, которой я якобы пытаюсь заставить меня любить. Раз это воспринимается как подачки, то я доплачу компенсацию на среднюю сумму, чтобы люди не потеряли в зарплате. Но больше меня никоим образом не интересует, кто и как добирается домой. Я больше не занимаюсь этими вопросами. Если еще раз услышу, то просто сама переломаю ноги. Буду потом в больнице с фруктами навещать. А учитывая тот момент, что я лично ходила на тренировки, это была вполне реальная угроза. И, как ни странно, такое мое более жесткое и дистантное отношение сразу вызвало другое отношение со стороны моих сотрудников. Я сразу заочно стала Еленой Георгиевной. Стало ясно, что никто мне не нравится, и лучше со мной не связываться. Соответственно, оказалось, что модель семейного доброжелательного подхода совершенно не работает в России. И на протяжении двадцати лет я убеждаюсь, что в России доброту можно позволить только в крайнем случае. И позволить ее может в полном смысле слова только очень сильный человек. Потому что в России любая доброта и благородство воспринимаются однозначно – как слабость. Так изменился мой подход к управлению. Он стал более строгим и авторитарным. Теперь он заключается в том, чтобы сначала выслушать все экспертные оценки и принять решение. Затем вся команда реализует решение, принятое руководителем и владельцем. Если кому-то что-то не нравится, он просто встает и уходит. Как правило, отправляется в течение 24-х часов. Добровольно, либо по вынужденной причине.

Риски, работа на упреждение и желание взлететь

Как руководитель, я принимаю ключевые решения и занимаюсь стратегическими вопросами. Значительную часть своего времени я взаимодействую непосредственно с владельцами компаний-клиентов, занимаясь формированием технического задания по безопасности и подготовкой рекомендаций. Иногда предприятие растёт, но еще не чувствует, что уже необходимо менять уровень и режим безопасности. Это требует привлечения некоторых инвестиций, новых специалистов, обеспечения специальными техническими средствами. Соответствующие рекомендации обязательно должны быть заранее представлены в письменном виде, чтобы было ясно, как действовать, когда вопрос назреет. Каждый год в обществе образуются определенные тренды, меняющие карту рисков. Это может быть новая схема рейдерских захватов, мошенничества. Отсюда необходимо проведение внутренних совещаний, аналитические изменения, приход новых руководителей, изменение внутренней стратегии силовых структур. С другой стороны, я с удовольствием занимаюсь непосредственно оперативной работой. То есть я, в принципе, доступна для своих клиентов 24 часа, 7 дней в неделю. Если мне неожиданно звонят в 5 утра и сообщают о проблеме, я воспринимаю это как признание моей профессиональной компетентности. Меня радует способность оставаться в тонусе, желание взлететь. Максимум 15 минут мне требуется. чтобы встать, одеться и прибыть на место – туда, где нужно вызвать полицию и произвести все необходимые меры. Или должным образом приехать в подразделение полиции, то есть оказать адекватную юридическую поддержку в случае конфликта. Я делаю это с радостью.

Конкурентный рынок и нравственно-правовое единомыслие

Корпоративная политика любой компании должна учитывать тот факт, что каждого сотрудника следует воспринимать как конкурентного персонажа на рынке. Нужно быть готовым к тому, что набрав уровень высокой профессиональной компетенции, он легко может найти себе другое место работы, что людей не держат никакие корпоративные привязанности. Параллельно работая в университете заведующей кафедры, я понимаю, что в западной системе образования правильно построен механизм ротации, когда добившийся успеха учёный периодически меняет свой университет. Нельзя сидеть на одном месте. С одной стороны, я корпоративно отношусь к тому, что любой человек может покинуть меня в любой момент. К каждому специалисту нужно относиться с уважением за то, что он выбрал твою компанию. Но в нашем бизнесе еще более важно то, что я называю нравственно-правовым единомыслием. То есть команда должна знать, что у нас есть общий подход. Что ни за какие деньги, ни при каких потенциальных искушениях мы никогда не перейдем определённых границ. С течением времени я понимаю, что это профессиональные особенности, присущие именно нашему сектору бизнеса. Например, такая ситуация: один из клиентов, высказывая пожелания и предположения о возможных угрозах давления на оппонента, предложил встретить дочь оппонента и высказать ей некие угрожающие пожелания. Второй момент: при обсуждении потенциального конфликта в самолёте, возможностей его предотвращения и алгоритма аккуратного выхода из него у клиента возник вопрос – как можно обозвать ребёнка скандальной женщины? Допустим, у него на возникло бы такое желание. Но мне было совершенно ясно, что и в первом приведенном примере, и во втором нельзя задевать детей. Этого вообще нельзя делать. Существует определенное нравственно-правовое поле, в котором мы имеем право действовать. В этих рамках мы документируем погрешности второй стороны для того, чтобы собрать против нее достаточное количество материала для возбуждения уголовного дела, либо для нейтрализации или ограничения каких-то финансовых потоков. Мне необходимо, чтобы все сотрудники четко понимали эти границы, в которых мы работаем. Хотя порой клиенту очень сложно эмоционально пережить ситуацию, она должна оставаться в рамках закона. Поэтому идеологически крайне значимо, чтобы команда была высокопрофессиональной, очень четко работающей в рамках закона, имеющей одинаковый критерий оценки ситуации – и нравственный, и правовой. При наличии такой команды единомышленников понимаешь, что тебя и не подставят, и помогут.

Снижение издержек, сегменты рынка и стратегия развития

После первого экономического кризиса очень много российских бизнесов не выжило. Огромное количество людей выбыло из этой сферы. Во второй кризис, когда очень сильно, в несколько раз, изменился курс доллара по отношению к рублю, произошел, как я считаю, позитивный сдвиг для экономики. Многие из наших клиентов, занимавшихся торговлей, стали гораздо активнее. Потому что намного легче работать не в той ситуации, когда что-то производишь и неизвестно, куда это продавать, а когда есть понимание запроса, существующего на рынке. Чтобы снизить издержки и не покупать товар за границей, было организовано множество новых производств. Так наши крупные давние торговые клиенты преобразовались в очень крупные промышленные компании. С другой стороны, кризис привел к сокращению общего рынка услуг по обеспечению безопасности. Сегодня один из самых востребованных его секторов – это рынок вахтовых услуг с очень низкой стоимостью рабочей силы. Такие предприятия, также идущие по пути сокращения издержек, часто создаются на несколько месяцев, а их сотрудники получают около 8 тысяч рублей в месяц. Этот сектор оккупировали гастарбайтеры. Мы играем в другой плоскости: есть достаточно большой пласт людей, которые не хотят работать с вахтовиками неизвестного происхождения и готовы оплачивать труд москвичей и людей, проживающих в близлежащих областях. Основной элемент стратегии дальнейшего развития и расширения нашего бизнеса заключается в способности организации предоставлять эксклюзивные услуги. Это может быть ситуация, когда клиент сталкивается с новой неожиданной проблемой в бизнесе, которую он не может решить – например, с нападением коррупционно ёмких структур, или с попыткой рейдерского захвата со стороны недобросовестного партнера или контрагента, имеющего лоббистские связи. Однако на практике те же рейдерские захваты удачны не более, чем на 60 процентов. Сталкиваясь с остальными 40%, компания спокойно может выстоять, если ей предоставить определённый уровень защиты. Просто для компании с обычным режимом такая защита кажется чрезмерной; когда же ее неожиданно начинают поглощать, она оказывается к этому не готова. Если же клиент один раз уже почувствовал, что его проблема решена, то, наверное, он и в дальнейшем хочет чувствовать себя в безопасности. Это даёт нам основания расширять свой спектр клиентов. Можно полагать, что недобросовестные структуры будут вымываться с рынка с учётом их недостаточной профессиональной компетентности, и общий тренд на рынке охранных услуг достаточно позитивен. Таким образом, снижение издержек не всегда обеспечивает устойчивость.

Усложнение бизнеса и инновационные технологии

Специалисты европейского уровня однажды сказали мне, что в 90-е годы в России бизнесмен принимал множество решений, и большинство из них были верными. Он просто нарабатывал опыт и, в принципе, был готов выиграть. Но сейчас нужно чётко знать и понимать инновационные технологии. Когда я пригласила консультантов по продажам в отношении моего швейного бизнеса, они сразу отмели несколько капиталоёмких решений для улучшения продаж из тех, что я сама предлагала. Например, создание розничных интернет-продаж, развитие магазинной сети. Оказалось, что эти наиболее капиталоёмкие решения являются самыми потенциально убыточными. В конечном счете мы предприняли совершенно другие шаги, связанные с развитием сети оптовых дистрибьюторов в регионах и применением различных коммуникативных технологий. Таким образом, путь по которому, как кажется, нужно идти, оказывается совершенно неправильным. Бизнес сегодня стал очень сложным: он требует огромного опыта и высокого уровня профессиональной компетентности. Войти в него со стороны сложно. Нужно очень хорошее образование, чтобы человек мог реально стоять на ногах и зарабатывать.

Бизнес, государство и предупреждение преступлений

Еще в 90-е годы мы начали взаимодействовать с РУБОП. Сегодня мы занимаемся разработкой концепции для Министерства внутренних дел, связанной с предупреждением преступлений. Дело в том, что правоохранительные органы в России работают тогда, когда уже убили и украли. А в нашу компанию обращаются, когда есть угроза, реальная или потенциальная. Возможность похищения, кражи, утечки информации. Наша задача – найти, расследовать и пресечь, чтобы подобное не происходило в дальнейшем. Или выяснить реалистичность угрозы и также не допустить ее реализации. Поэтому очень важно, чтобы негосударственные структуры безопасности вовлеклись в процесс предупреждения. С одной стороны, чтобы у них были для этого какие-то легитимные права. Причём правильнее эти права дать не охранникам, а топ менеджерам, которые уже вышли в отставку. Это те же ветераны правоохранительных структур, имеющие высокий уровень подготовки и огромный опыт. Нужно сделать всё, чтобы их опыт не остался нереализованным. Например, предоставить им определённые полномочия для проведения оперативно-розыскной работы, связанной с предупреждением покушений на преступления. С другой стороны, необходимо использовать современные технологии, которыми располагает охранное предприятие, и уровень которых достаточно высок. В зависимости от типа охраняемого объекта предприятием разрабатывается своя концепция по противодействию схемам вывоза и хищения, соответственно и технологии обеспечения безопасности применяются разные. Эти предприятия могли бы поделиться с МВД опытом использования технологий, эффективности их применения в тех или иных случаях. Я считаю, что сейчас развивать технологии безопасности нужно уже не только в рамках отдельных предприятий, для отдельных задач, решений для конкретного бизнеса, но и в более широком поле. Объективная реальность такова, что мне как руководителю охранного предприятия мешает отсутствие достаточных легальных полномочий для проведения в полном объеме разного рода служебных расследований, которые в должной мере помогли бы полиции. Было бы значительно логичнее и проще, чтобы я осуществляла их не в рамках своих связей, или своего рода коллегиальной помощи, а в рамках полноценного сотрудничества с государством.

Знание, благотворительность и безопасность

Как заведующей кафедрой в университете, мне важно, чтобы новое поколение студентов знало все современные западные программы, технологии проектирования в автоматизированном режиме, и владело ими на мировом уровне. Для этого я инвестировала в инновационные программы в своем университете – в компьютерное оборудование, программное обеспечение, оплату преподавателей. Аналогичным образом я финансировала программистов, которые разработали отечественные инновационные продукты, связанные с САПР технологической обработки. Это программы, которые по технологии и разработке не имеют равного конкурента в России. А как руководитель охранного агентства я всегда стараюсь оказывать благотворительную помощь людям, оказавшимся в сложных ситуациях, которые зачастую сами не могут оплатить обеспечение своей безопасности. В таких ситуациях мы стараемся найти решение, поскольку это требует не только времени, энергии и работы, но иногда и определённых издержек. Я вижу, как непросто порой приходится людям, не обладающим определёнными ресурсами, во взаимодействии с государством, с недобросовестными контрагентами и т.д. Поэтому я считаю такую работу важной, и она является для нас частью гражданской ответственности. Ведь мы могли бы повернуться к людям спиной и спокойно уснуть, но принимаем решение помочь.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net