Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

05.10.2015 | Марина Войтенко

Когда закончится рецессия?

В опубликованном на минувшей неделе МЭР мониторинге социально-экономического развития РФ в январе-августе 2015 года констатируется: снижение динамики ВВП в первом полугодии с исключением сезонного фактора последовательно замедлялось, в июле же и августе, по предварительной оценке, оно и вовсе практически остановилось. Вместе с тем, сокращение ВВП в конце лета (к августу-2014) составило 4,6%, за восемь месяцев с начала года – 3,8% (в сравнении с аналогичным прошлогодним периодом).

Тенденции основных экономических показателей разнонаправлены и неустойчивы. Торговая розница, похоже, нащупала «дно»: сокращения оборота не наблюдается с июля (в годовом выражении его объем, тем не менее, потерял 8,2%). Реальные доходы и зарплаты, однако, вновь показали отрицательные результаты – после сезонной очистки «-1,1%» и «-1,2%», потеряв в годовом выражении 3,1% и 9,0% соответственно. Эксперты заговорили даже о «новой волне» их сжатия, что вкупе с сохраняющейся напряженностью на рынке труда (в августе с исключением сезонности безработица выросла до 5,6%) по сути исключает на ближайшие несколько кварталов потребительский спрос из источников экономического роста. Заметим, что в отрицательной зоне (98,3% год к году) остается объем платных услуг населению, причем в августе падение (сезонно очищенное) ускорилось до 0,4%.

Промвыпуск в целом в последний месяц лета потерял 0,3% (в том числе на 0,5% сократились обрабатывающие производства)[1]. Сохраняется также и тенденция к снижению (хотя и с некоторым замедлением) инвестиций в основной капитал и объемов строительных работ: в августе они сократились на 0,2% и 0,6% против июльских 0,6% и 0,9%, отставание от уровня 2014 года насчитывает 6,0% и 8,1% соответственно. Продолжается сжатие внешнего спроса – профицит торгового баланса с августа в годовом выражении снизился на 47,6% до $8,5 млрд. При этом экспорт замедляется (на 37,7% к августу-2014) более интенсивно, чем импорт (на 34,7% в годовом выражении).

В МЭР полагают, что обозначившиеся тенденции в основном получат продолжение до конца года и итоговый спад-2015 не превысит 3,9% ВВП. Реальные располагаемые доходы потеряют 4% (в прошлом году 0,7%), реальная заработная плата уменьшится на 8,1% (в 2014-ом росла на 1,2%), промпроизводство «сбросит» 3,4% (еще весной предполагался минус в 1,3%), хотя при этом, видимо, достигнет «дна»; инфляция к концу года наберет 12,2%[2], доллар США в среднем за год будет стоить 61 рубль, а баррель Urals не превысит среднегодовых $53[3].

В результате российское хозяйство попадает в своего рода «макроэкономический пат», когда, с одной стороны, не будет наблюдаться углубления спада, а с другой, окажутся по сути неразличимы возможности и источники нового роста. В этих условиях «формула» прогноза-2016 в версии главы Минэкономразвития Алексея Улюкаева выглядит умеренно-оптимистичной: «+0,7% ВВП при нефти в $50 за баррель».

Сходные предположения у Минфина – рост 0,5% в 2016-ом и до 1,5% в 2017 году при условии, что бюджетный дефицит удастся удержать около 3% ВВП. Слабого восстановления (на те же 0,5% в следующем году) ожидают и аналитики Fitch.

Примечательно, что в МЭР начало роста инвестиций видят лишь с 2017 года, в 2016-ом же будет происходить постепенное расширение потребительского спроса при слабо позитивном вкладе в ВВП чистого экспорта (период низких нефтецен, по мнению Алексея Улюкаева, обещает быть долгим[4]). Роль внешних факторов, впрочем, может оказаться довольно скромной.

Характерная примета конца сентября – начала октября – ухудшение прогнозов общемирового роста. МВФ намерен опубликовать свои оценки 6 октября. Предваряя их, глава Фонда Кристин Лагард уже поставила первый диагноз (в речи 30 сентября на заседании Совета Америк): «Рост глобальной экономики, вероятно, будет ниже в текущем году, чем в прошлом, при этом в 2016 году ожидается лишь его небольшое ускорение. Перспективы повышения процентных ставок в США и снижения экономической активности в Китае усугубляют неопределенность и приводят к усилению изменчивости рынков. Произошло резкое снижение темпов мировой торговли[5]. Быстрое падение цен на биржевые товары создает трудности для стран с ресурсной экономикой». Небольшой подъем стран с развитой экономикой сопровождается снижением темпов (уже пятый год подряд) emerging markets. Напомним, что июльские оценки МВФ предполагали рост мирового ВВП-2015 на 3,3% после 3,4% в прошлом году и ускорение до 3,8% в 2016 году. Теперь прогноз поставлен на пересмотр в сторону ухудшения.

В международном рейтинговом агентстве Fitch, впрочем. уже определили новые ориентиры: глобальный рост-2015 на 2,3%, в 2016-ом и 2017 годах – по 2,7%. Во всемирном банке также указывают на торможение общемировой динамики – 2,8% в текущем году, 3,3% – в следующем, 3,2% – в 2017 году. При этом темпы развитых экономик составят 2,0%, 2,4% и 2,2%, развивающихся стран – 4,4%, 5,2% и 5,4% соответственно. Прогноз World Bank для России неутешителен: после падения ВВП-2015 на 3,8% (что практически совпадает с оценкой МЭР) продолжение рецессии глубиной в 0,6% в 2016 году с умеренным восстановлением в дальнейшем – рост-2017 в 1,5%. Оговоримся, что речь идет о базовом варианте прогноза с ценами на нефть в $53-55 за баррель.

В пессимистическом варианте (при нефтеценах около $40 за баррель) спад-2016 достигнет 2,8%, а 2017 год пройдет под знаком нулевого роста. В оптимистическом сценарии (цены на нефть в 2016-2017 годах, что маловероятно, растут с $58 до $67 за баррель) ВВП увеличится в 2016-ом и 2017 годах на 1,3% и 1,7%.

Между тем, даже вероятность сбываемости базового прогноза под вопросом. Как отмечает главный экономист Всемирного банка по России Биргит Хансль: «Мы еще не уверены, достигла ли экономика дна, перспективы 2015 и 2016 годов, к сожалению, негативны». Подчеркнем, что во всех трех сценариях Банка экономика РФ остается ниже уровня 2014 года. При этом растет уровень бедности. В 2015 году по базовому варианту за ее чертой, то есть, с доходом ниже прожиточного минимума, окажется 20,5 млн. человек или 14,5% населения. К 2017 году число бедных снизится до 20 млн. человек, но останется выше показателей-2014. Для возвращения на тренд поступательного снижения уровня бедности требуются темпы роста в 2,5-3,0%. Но их признаков на экономическом российском горизонте пока не наблюдается.

Как видим, исходя из одних и тех же макроэкономических обстоятельств, сложившихся к настоящему времени, в правительстве и Всемирном банке приходят к противоположным выводам о сроках выхода из текущей рецессии. Далеко не благостный взгляд на динамику-2016 у экспертов ИЭП им. Е.Т.Гайдара. Их общая посылка – ситуация складывается хуже, чем ожидалось. Поэтому в следующем году падение ВВП (в реальном выражении) может достичь 1,6%: инвестиции сожмутся на 2,4% (после минус 11% в 2015 году), продолжится снижение реальных денежных доходов населения – на 2,4% (в 2015-ом ожидается их падение на 5,3%), а также оборота розничной торговли – на 1,5% (в текущем году – на 7,7%). Прирост индекса потребительских цен при этом составит 7,7% (что выше ожиданий МЭР в 6,8%). Прогноз-2015 по инфляции в ИЭП тоже не оптимистический – около 14%.

В Институте Гайдара ожидают сохранения высокого уровня ставок по рублевым кредитам – 14,4% годовых в 2016 году. Это означает, что в реальном выражении они вырастут по сравнению с 2015 годом (3,8% и 0,5% соответственно) и не станут стимулом для инвестиций даже при сокращении ключевой ставки ЦБ РФ до 6,5-7,0%. По сути нейтральным для деловой активности окажется и прогнозируемый умеренный (ниже инфляции) темп роста денежных активов.

Прогнозные оценки, естественно, всегда должны рассматриваться как некое предупреждение. В них нет фатальной неизбежности, поскольку всегда «в резерве» остается такой существенный фактор как содержание экономической политики. Однако именно с ним то сложнее всего, так как налицо «клинический случай» прогрессирующей неопределенности в ответах как на краткосрочные вызовы, так и на накапливающиеся ограничения развитию на долговременных треках.

В докладе Всемирного банка по экономике России (опубликован 30 сентября 2015 года), например. отмечается: «В условиях серьезных демографических изменений и ослабления роли нефтегазового сектора в экономике на передний план выйдут вопросы долгосрочной устойчивости бюджета. Именно эти факторы станут основной движущей силой глубоких структурных преобразований в российской экономике … Залогом успеха мер экономической политики станут сочетание бюджетной дисциплины, устойчивости регулятивной среды и повышения институционального потенциала». Принципиально важно при этом «не поддаваться давлению и не принимать меры, обещающие временное облегчение … в ущерб долгосрочному росту».

Именно через эту развилку как раз и предстоит пройти в октябре правительству в многотрудных дискуссиях о проектировках бюджета-2016. Без ответа пока остаются: размер сокращения госрасходов и объемы их перераспределения в пользу человеческого капитала и инфраструктуры; уровень индексации пенсий (пока предполагается повысить их на 4% в феврале-2016, а далее смотреть «по возможности бюджета»); степень повышения тарифов естественных монополий, имеющих прямое влияние на динамику издержек всех экономических субъектов; вопрос об очередной «заморозке» пенсионных накоплений (что может заметно ограничить приток средств НПФ в реальный сектор); готовность к повышению пенсионного возраста (его увеличение на 1 год позволило бы в 2016 году проиндексировать пенсии на уровень инфляции) и др.

Еще больше вопросов к структурной повестке. В последнем докладе Всемирного экономического форума о международной конкурентоспособности Россия поднялась на 8 позиций – до 45-го места. По ряду показателей, действительно, есть продвижение. Но, «радость», однако, омрачается потерей 9 пунктов по «макроэкономической стабильности» (теперь это 40-е место), 114 местом по уровню коррупции, 100-ым – по «развитию институтов», 92-ым – по «эффективности товарных рынков» (то есть, свободе конкуренции), 95-ым местом по качеству финансовых рынков, 84-ым – по инновационному потенциалу, а также перемещением на одну ступень вниз (на 76-е место) в сводном индексе развитости бизнеса и инноваций. Заметим. что в текущем году завершается срок действия «дорожных карт» по улучшению инвестиционного климата. Оценка меры их исполнения, которая еще предстоит, очевидно, добавит к непозитивным ощущениям в макроэкономических делах немало свежих красок в нерешенных вопросах давно намеченных изменений российской институционально-регулятивной среды.

Разброс ожиданий в отношении 2016 года впечатляет: от роста в 0,5-0,7% до продолжения спада в 1% и глубже. Большей точности мешает неопределенность в экономической политике, уже ставшей весомым фактором растягивания маршрута выхода из рецессии и демотивации участников всех рынков. Поэтому и ответ на вопрос, вынесенный в заголовок этого текста, можно сформулировать так: ровно тогда, когда удастся зачеркнуть уже изрядно поднадоевшую частицу «не».

Марина Войтенко – экономический обозреватель

[1] По предварительным итогам сентября, ситуация в обработке несколько улучшилась: PMI сектора вырос до 49,1 пункта после 47,9 пункта в августе. Показатель находится ниже критической отметки в 50 пунктов («рубеж», свидетельствующий об охлаждении деловой активности) уже девятый месяц подряд. Между тем, сентябрьский результат – лучший с февраля текущего года – может трактоваться как «незначительное снижение конъюнктуры».

[2] После 0,4% в августе инфляция в сентябре (по результатам мониторинга потребительских цен на 28.09.2015) ускорилась до 0,6%, набрав 10,4% с начала года (в том числе примерно половину прироста составил эффект переноса на внутренние цены ослабления валютного курса). При сохранении темпа до конца года прогноз МЭР может оказаться реалистичным. Вместе с тем, эксперты считают высоковероятной более высокую инфляцию (около 13%). Причины: предстоящий перенос эффекта второй волны девальвации рубля, традиционная для конца года бюджетная эмиссия, а также новое ослабление валютного курса, если ФРС США примет решение о повышении базовой ставки в текущем году.

[3] Средняя цена Urals в январе-сентябре составила $54,41 за баррель против $105,07 за аналогичный период прошлого года. В сентябре она опустилась до $46,66 за баррель, что вдвое ниже значения сентября-2014 ($95,84 за баррель). По оценкам аналитиков российских нефтяных компаний, цены до конца года будут колебаться в интервале $45-50 за баррель. В итоге конечный результат может оказаться несколько ниже прогноза МЭР.

[4] Оценки МЭР при этом выглядят оптимистичнее многих других. Так, Международное энергетическое агентство прогнозирует низкие цены «в течение нескольких кварталов» – около $45 за баррель. В китайском нефтегиганте PetroChina уверены, что цена нефти в 2016 году не поднимется выше $50 за баррель.

[5] ВТО понизила прогноз темпов роста мировой торговли в 2015 году с 3,3% до 2,8%, в 2016-ом – с 4,0% до 3,9%. Таким образом, 2015-й оказывается четвертым годом подряд, когда объемы мировой торговли растут менее 3% в год, отставая от темпов глобального ВВП. В обзоре ВТО отмечается: «Пересмотр прогнозов отражает ряд факторов, оказавших давление на мировую экономику в первом полугодии 2015 года, в том числе падение спроса на импорт в Китае, Бразилии и других emerging markets, снижение цен на нефть и другие виды сырья, а также значительные колебания валютных курсов».

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net