Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Политком.RU обсудил с первым вице-президентом Центра политических технологий Алексеем Макаркиным динамику общественных настроений в России в уходящем году.

Бизнес, несмотря ни на что

Локомотивом выхода из продолжающегося экономического кризиса может быть только частный сектор. Как чувствовал себя российский бизнес в уходящем году? Как можно оценить усилия правительства по стимулированию предпринимательской деятельности и привлечению инвестиций? Об этом в интервью Политком.RU рассказывает старший научный сотрудник Института экономической политики им. Е.Гайдара Сергей Жаворонков.

Интервью

Конец года всегда дает повод подвести итоги происшедших событий, выделить основные тенденции, высказать предположения на будущее. Своими оценками политических итогов 2016 года с «Политком.RU» поделился известный российский политолог, президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Текущая аналитика

12.01.2016 | Бенедикт Гарцль

Полезная провокация министра Закарейшвили

Полезная провокация министра ЗакарейшвилиМинистр примирения и гражданского равенства Грузии Паата Закарейшвили сделал громкое заявление о том, что Абхазия никогда не была частью независимой постсоветской Грузии. Поэтому, по его словам, республика не знает практики сосуществования в одном государстве с Грузией, выходящей за рамки советского опыта. Как можно интерпретировать данное высказывание?

Во-первых, можем предположить, что господину Закарейшвили больше подходит работа в неправительствованных организациях, занимающихся правами человека. Зная, что эта тема очень чувствительна и чрезмерно деликатная для грузинского общества, новаторское, но, в конце концов, довольно проблематичное высказывание раскрывает его неосторожность в политике. В этом он был замечен и раньше.

Во-вторых, некоторые представители СМИ и пользователи социальных сетей, как со стороны Грузии, так и со стороны Абхазии, интерпретируют высказывание министра по старым категориям предпологаемых «исторических прав». И правда, аргументы с обеих сторон во многом сводятся к ответу на главный (хотя и далеко не единственный) вопрос: чья этническая группа первая поселилась между Гаграми и Гали? В этот спор были втянуты историки, этнологи, филологи несущие мегафоны этнической мобилизации: Марьям Лордкипанидзе, известная историк грузинского исторического института, прославившаяся безответственным высказыванием, что «у Абхазии нет никаких прав на автономию».

В то же время противники с абхазской стороны пустили залпы со всех орудий: историк и исследователь Кавказа Юрий Воронов (до убийства в 1995 году был вице-премьером Абхазии) начал фантазировать о тысячелетнем постоянном проживании этнических абхазцев в этой стране. Поэтому не вызывает сомнений, что обе стороны конфликта и их элиты с энтузиазмом продвигали, по словам известного русского этнолога Валерия Тишкова, наследие советского государственного строя - чисто примордиальское и ессенциалистическое понятие «народа» и «нации». Похоже, что заявление господина Закарейшвили было понято именно в этом контексте: политические оппоненты в Грузии обвиняют его в предательстве, в то же время в Абхазии появилось мнение, что Грузия смирилась с «новым положением» после 2008 года и признала отсутствие предпологаемых «исторических прав» в Абхазии. Однако эта интерпретация, по мнению автора этой стати, ошибочна.

Итак, подходим к третьей возможной интерпретации, которая открывает проблемно-ориентированное объяснение заявления Паата Закарейшвили. На основе данного объяснения, высказывание министра было обращено прежде всего к грузинской общественности. Таким образом, и по этой линии интерпретации, министр хотел инициировать давно необходимую общественную дискуссию. И эта дискуссия не ограничевается только вопросом возможной федирализации Грузии, она актуальна и по вопросам Абхазии, хотя не только.

Во множестве рабочих документов и договоров достигнутах с Абхазией до 2008 года (например, в Московском соглашении 1994 года или в предложении спецпредставителя ООН Дитера Бодена 2001 года) зафиксировано, что Грузия согласилась на поэтапную регионализацию или даже федирализацию страны, а также признаёт за Абхазией особый статус суверенного субъекта. Но в 1 статье Конституции Грузии Абхазия признаётся только как «Автономная (!) советская (!) социалистическая республика», которая является неделимой частью Грузии. Только один этот аспект раскрывает дилемму, а точнее трагедию, в эпицентре которой не только правовые и технические вопросы. Он показывает, что ни диалог, ни дискуссия, ни политико-научный спор о возможности рейнтеграции Абхазии и ее условиях не только не сдвинулись с места, но и с 2008 года совсем прекратились в Грузии.

Вместо этого ограничиваются абстрактным заявлением о «деокупации» Грузии, при этом не уточняя что именно подразумевается под этим термином. Идет ли речь о выводу российских войск с территории Абхазии или возвращение насильственно перемещённых (военных) беженцев или отзыв признания Россиской Федерацией? Вместо настоящей дискусии о настоящих перспективах будущего сосуществования, грузинская общественность обрадовалась пустым политическим заявлениям. В общественно-государственном праве Грузии до сегоднящнего дня нет никакого действительного статуса автономии Абхазии: эта точка зрения приобретает особенно большое значение в дискуссии и в интенсификации дискуссии о конкретных условиях будушего отношения между Сухумом и Тбилиси.

Однако заявление министра имеет значение не только в конкретной ситуации с Абхазией - оно имеет главный и решительный смысл для самой Грузии. Разные жизненные вопросы госудастрвенного строительства и совместной межэтнической жизни (особенно соотношения моделей культурной и гражданской наций и их правовые елементы) с момента восстановления независимости Грузии не нашли места в общественного критическом дискурсе. И речь должна идти не только о Абхазии и Южной Осетии, но и одновременно о Самцхе-Джвахетии или Квемо Картли, густо заселённых этническими армянами и азербайджанцами. И здесь вопрос этнического сожительства, независимо от Абхазии и Южной Осетии, не потерял актуальности. Закон Грузии о политических организациях до сих пор запрещает создавать партии на региональной основе. До сих пор не подписана и не ратифицирована Европейская хартия региональных языков, а конфликт с Аджарией также был решён совершенно неудачно – создана только фасадная «автономия» без реального наделения полномочиями. Это продемонстрировало неготовность грузинского руководства к реальной автономизации национальных меньшинств, чем, безусловно, не способствовало созданию стимулов для Абхазии в уступках в рамках переговорного процесса с Грузией,.

В этом контексте заявление господина Закарейшвили надо понимать как побуждение проснуться и инницировать дискуссию на фоне отсутствия вовлеченности у грузинского государства. Поэтому главную ошибку допускают не только те, кто обвиняет министра в измене интересам Грузии, но и те, кто видит в его заявлении зелёный свет для окончательного отказа Грузии от Абхазии.

Бенедикт Гарцль – политолог и юрист, доцент Центра Восточно-Европейских и Евразийских исследований Университета Граца (Австрия)

Позиция автора может не соответствовать позиции редакции

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Противостояние Ирана и Саудовской Аравии – условных центров мирового шиизма и суннизма, наметилось аж со времени победы в иранской Исламской Революции в 1979 году. Именно с тех времен Эр-Рияд начал кампанию по нивелированию политического влияния шиитских общин.

Долгое время системные политические партии Старого Света с правого и левого фланга двигались навстречу друг другу и по мере размывания своей социальной базы смешивались до степени неразличимости. Сформировался широкий политический консенсус, включавший активную социальную политику, принципы политкорректности, уважение прав меньшинств и продвижение целей европейской интеграции. Однако сейчас этот консенсус на глазах начинает распадаться.

Одного из фаворитов президентской кампании во Франции Франсуа Фийона и западная пресса, и российская называют дружественной Москве фигурой, от которой ждут снятия санкций и отказа от политики сдерживания. Вместе с этим, однако, было бы правильнее говорить о внешнеполитических позициях Фийона в контексте не «pro et contra», а, в первую очередь, возвращения Франции активной роли в международных делах, что задает совершенно иную систему координат для анализа его приоритетов.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net