Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Политком.RU обсудил с первым вице-президентом Центра политических технологий Алексеем Макаркиным динамику общественных настроений в России в уходящем году.

Бизнес, несмотря ни на что

Локомотивом выхода из продолжающегося экономического кризиса может быть только частный сектор. Как чувствовал себя российский бизнес в уходящем году? Как можно оценить усилия правительства по стимулированию предпринимательской деятельности и привлечению инвестиций? Об этом в интервью Политком.RU рассказывает старший научный сотрудник Института экономической политики им. Е.Гайдара Сергей Жаворонков.

Интервью

Конец года всегда дает повод подвести итоги происшедших событий, выделить основные тенденции, высказать предположения на будущее. Своими оценками политических итогов 2016 года с «Политком.RU» поделился известный российский политолог, президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Колонка экономиста

13.12.2016 | Марина Войтенко

Бюджет-2017 и экономический рост

Марина Войтенко9 января Госдума РФ приняла в третьем чтении закон о федеральном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018-2019 годов. «За» проголосовали 315 депутатов, «против» – 99, воздержавшихся не было. Определенности по поводу госфинансовой политики на ближайшую трехлетку прибавилось, но и вопросов на ее счет меньше не стало.

Напомним, что замысел фискальной консолидации, теперь уже законодательно оформленный, предполагает снижение дефицита бюджета с 3,2% ВВП в 2017 году до 2,2% в 2018-ом и 1,2% в 2019 году. Доходы-2017 прогнозируются на уровне 13,488 трлн рублей, расходы – 16,241 трлн, дефицит в номинальном выражении – 2,753 трлн рублей. Доходы и расходы следующих двух лет составят 14,029 трлн и 14,845 трлн рублей и 16,04 трлн и 15,987 трлн рублей соответственно[1]. Сокращение трат из госказны и взятый курс на повышение их эффективности – принципиально важная черта принятого документа.

Не менее знаковым на сей раз оказалось и второе чтение (7 декабря), в ходе которого на трехлетнем горизонте были перераспределены расходы общим объемом в 1 трлн рублей. В одном лишь 2017-ом – 540 млрд рублей (в 2016 году, заметим, размерность перебросок была существенно меньше – 315 млрд). Более всего выиграли региональные бюджеты. Кредитная поддержка субъектам РФ из федеральной казны (по ставке 0,1%) увеличена вдвое: по 200 млрд в 2017-2018 годах, 50 млрд – в 2019-ом. Среди других бенефициаров выплаты пенсионерам, обеспечение инвалидов техническими средствами реабилитации, поддержка агропромышленного комплекса, дорожное строительство, пригородное железнодорожное сообщение, развитие моногородов и создание в регионах новых мест в школах (для этого ежегодно будет выделяться по 25 млрд рублей).

Кроме того, дополнительные ассигнования предусмотрены на закупку лекарственных препаратов и профилактические прививки. Без внимания не оставлены стимулирование малого бизнеса и индивидуальной предпринимательской инициативы (допрасходы на взнос в уставной капитал Корпорации МСП составят 12,8 млрд рублей), а также экспортно-ориентированные отрасли (добавлено 25 млрд рублей). Одновременно в ходе второго чтения бюджета Фонда обязательного медицинского страхования приняты поправки, предусматривающие механизм финансирования дефицита ФОМС, который позволяет не повышать ставку страховых взносов с 2019 года с 5,1% до 5,9%. Бизнес в целом получает, таким образом, некоторую передышку в утяжелении общего фискального бремени.

По мнению большинства экспертов, бюджет-2017 и весь трехлетний финплан получились довольно жесткими, но в принципе адекватно отражающими текущие возможности экономики. Впрочем, критики тоже немало. Причем практически во всех сегментах российского политического спектра. Главное возражение – в принятом законе не слишком заметны меры, напрямую «заточенные» на экономический рост, запланированная же фискальная консолидация по сути является синонимом стагнации.

Чаще всего говорят о рисках недостижения заложенных в документ макропараметров, техническом подходе к сокращению расходов, который лишь ухудшает их структуру (растут траты на социальную политику, обслуживание госдолга и межбюджетные трансферты, при этом недофинансируются инвестиции и вложения в человеческий капитал и инфраструктурные проекты)[2]. Обращают внимание и на высокую вероятность нарастания госзаимствований[3] и воспроизводства малорационального сточки зрения поддержки общеэкономической динамики состава бюджетной росписи, обрекающих достижение бюджетного баланса на «проедание» суверенных фондов и сжатие «незащищенных» статей.

Корни критики, как представляется, – в наблюдаемых трендах переходного состояния российского хозяйства, все еще не складывающихся в однозначно убедительную картину. Корректировка ранее сделанных официальных прогнозов на текущий и следующий годы ожидается ближе к концу второй декады декабря, когда появятся данные Росстата об итогах ноября. Некоторые экспертные оценки, впрочем, уже сделаны.

Так, консенсус-прогноз макроэкономистов, опрошенных на минувшей неделе «Интерфаксом», предполагает, что инфляция-2016 достигнет 5,7%. Не исключено, что ее снижение может оказаться и более выраженным – в ноябре цены выросли на 0,4%, набрав за 11 месяцев 5,0% (в годовом выражении, то есть, к ноябрю-2015 – 5,8%).

В ЦБ РФ, тем не менее, предупреждают, что ценовое давление остается на повышенном уровне, рост цен на продовольственные товары в ближайшие недели способен несколько ускориться из-за разогрева конъюнктуры на мировых рынках аграрной продукции.

Консенсус-прогноз аналитиков по инфляции на конец 2017 года в настоящее время насчитывает 4,6%. В Центробанке видят в этом начало процесса закрепления инфляционных ожиданий около официальной цели.

Прогноз по торговой рознице выглядит хуже. По оценкам, ее ноябрьский спад замедлился до 3,3% год к году после 4,4% в октябре. Эксперты не исключают, что статистика занижает фактическую покупательскую активность населения. Например, не в полном объеме учитывается существенное увеличение продаж через интернет. Кроме того, имеет место своего рода «ловушка экономии», когда расширение объемов покупки менее дорогих товаров приводит в конечном счете к росту расходов. По данным опросов Ромир, в текущем году «стандартная» семья из трех человек тратила на товары повседневного спроса на 12% больше (то есть, со значительным опережением инфляции). В то же время, и в ЦБ РФ, и в экспертном сообществе отмечают, что наблюдавшееся в начале осени ускорение роста зарплат (в том числе в связи с «подскоком» бюджетных расходов на оплату труда), скорее всего, было временным явлением. Темп реальной зарплаты заметно притормаживает (хотя, очевидно, останется в положительной области по итогам-2016). Поэтому годовой ожидаемый результат розничной торговли останется хуже ноябрьского показателя – падение до 4,6%. В МЭР не исключают, что оно может быть и чуть больше.

Вместе с тем, в министерстве полагают, что инвестиции снизятся несколько меньше текущих прогнозных 3,7%. С этим солидарны и эксперты. Согласно консенсус-ожиданиям аналитиков, спад вложений в основной капитал достигнет 3,3%. Единство мнений наблюдается и в отношении промвыпуска. Если предварительная оценка роста промпроизводства в ноябре на 0,6% не будет ухудшена, то год промышленность в целом завершит с плюсом в 0,4% (в МЭР считают возможными и 0,5%).

Неоднозначное впечатление вызывают показатели платежного баланса. Профицит счета текущих операций в январе-ноябре сократился в 2,9 раза г/г – до $22,2 млрд (с $63,7 млрд в аналогичный период прошлого года). Одновременно вывоз капитала за 11 месяцев в сравнении с 2015-м снизился в 3,4 раза – с $54,1 млрд до $16,1 млрд. В Банке России указывают на то, что тенденция замедления оттока капитала в дальнейшем может закрепиться в связи с рядом факторов: снижением уровня госдолга, продолжением дедолларизации, финансированием бюджетного дефицита за счет эмиссии ОФЗ. При этом, похоже, понемногу складывается еще один положительный тренд – прямые иностранные инвестиции за 9 месяцев 2016 года достигли $8,3 млрд, за весь прошлый год – $5,9 млрд.

Реальный эффективный курс рубля в январе-ноябре вырос на 13,4%, правда, в последний осенний месяц снизился на 0,5%. Консенсус-прогноз «Интерфакса» по курсу доллара на конец 2016 года – 64,1 рубля, на конец 2017-го – 63,3 рубля. Вектор будущего года, впрочем, может оказаться направленным в сторону большего укрепления, если средняя цена Urals в 2017-ом доберется до $47-48 за баррель в ходе реализации соглашения в формате ОПЕК+ о сокращении добычи, достигнутого 10 декабря в Вене. В этом случае счет текущих операций постепенно укрепится за счет «отрастающей» нефти, но рублевый курс не станет необходимым стимулом для прочего экспорта.

Проноз-2016 по динамике ВВП пока остается без изменений – спад на 0,6%. В МЭР подчеркивают, чтобы он исполнился, падение в четвертом квартале год к году должно составить 0,3% (после 0,4% в июле-сентябре). В помесячном выражении это означает: ноябрь – минус 0,2% г/г, декабрь – нулевой рост. С устранением сезонности рост в октябре-декабре тогда должен составить +0,1% к предыдущем кварталу. Эту оценку разделяют и в ЦБ РФ, указывая на формирующийся тренд к сохранению и укреплению положительной динамики ВВП: в первом квартале 2017 года его рост к/к с сезонной очисткой ожидается на уровне 0,2%, во втором – 0,4% к/к. Фактор нефти, уверены в МЭР, повышает вероятность того, что российская экономика сможет развиваться в 2017-ом по сценарию «базовый плюс», разогнавшись к декабрю до 1,7% в годовом выражении.

Подспорьем этому станут вероятные дополнительные доходы от экспорта нефти, которые, по оценке Минфина, могут составить около 1 трлн рублей. Расширению пространства для маневра поспособствуют и ожидаемые поступления от приватизации «Роснефти» в размере 703,5 млрд рублей. Приращение доходов казны предполагается использовать пока поровну на экономию резервов и увеличение расходов. Последнее в принципе способно отчасти содействовать большей устойчивости плюсовых темпов ВВП. Но одновременно могут возрасти и риски «углеводородного благодушия», тормозящего, по не лучшей отечественной традиции, необходимые перемены в содержании экономической политики.

Российское хозяйство в этом случае лишь быстрее упрется в 1,5-2,0%-й потолок потенциального роста. А, вот, время, нужное для синергии монетарного регулирования, фискальной консолидации и действий собственно в рамках структурной повестки, позволяющих добиться скорости ВВП, превышающей мировую, может вновь оказаться упущенным.

Такая перспектива способна существенно ослабить стимулирующий потенциал бюджета-2017, который, прежде всего, заключается в подталкивании экономики к выходу из нынешнего переходного состояния. Во-первых, при планируемой жесткости бюджетной политики вполне достижимой становится цель по 4%-ой инфляции, что может позволить снизить ключевую ставку Центробанка до 6,5-6,7% и подстраховать начинающийся рост значимым расширением кредитования. Если при этом ввести в действие еще и новое бюджетное правило, определяющее в том числе и механизмы пополнения суверенных фондов, то реальностью становится снижение влияния волатильности нефтецен на курс национальной валюты. В свою очередь, его стабильность оказывается важной предпосылкой подъема инвестиций и тем самым структурных трансформаций в российском хозяйстве.

Во-вторых, исполнение бюджетных параметров делает неизбежной разработку плана действий, направленных на преодоление накопленных структурных ограничений экономическому росту (ситуация на рынке труда, старение населения, качество бизнес-климата, институтов и госуправления и т.п.). В этом плане намеченная фискальная жесткость может оказаться оправданной продуманной структурной политикой уже в 2017 году.

На поверку выходит, что принятый Госдумой РФ бюджет далеко не безразличен экономическому росту в самом прямом и позитивном смысле. Ускорение перехода в новую модель развития в конечном счете обещает быть эффективнее линейного расширения антикризисного финансирования. При этом, однако, существенно и принципиально одно непреложное условие. Экономико-политический замысел-2017 не должен разминуться с его практическим воплощением.

Марина Войтенко – экономический обозреватель

[1] Главными «счетными» параметрами трехлетнего бюджета остаются: среднегодовая цена Urals в $40 за баррель, инфляция не выше 4% на все три года, средний курс доллара в 2017 году – 67,5 рубля, в 2018-ом – 68,7 рубля, в 2019 году – 71,1 рубля. Предполагается, что в 2017 году Резервный фонд будет исчерпан полностью (за 11 месяцев текущего года уже израсходовано 1,170 трлн рублей, в декабре Минфин планирует потратить еще около 1 трлн рублей). Остающиеся в нем 1,15 трлн пойдут на покрытие бюджетного дефицита. С той же целью из Фонда национального благосостояния в 2017 году будут использованы 668,2 млрд рублей, в 2018-ом – 1,16 трлн, в 2019 году – 139,7 млрд рублей.

[2] К 2019 году, по расчетам экспертов, доля инфраструктурных расходов снизится более чем на четверть в сравнении с 2016 годом. Будет нарастать и отставание (сейчас разрыв составляет 2,5-3,0 п.п. ВВП) от развитых стран в расходах на образование и здравоохранение.

[3] Внутренний долг РФ вырос с 2,1 трлн рублей в 2010 году до 7,3 трлн в 2016-ом. Внешний долг – с $40 млрд до $50 млрд. В 2017 году размер госдолга составит 12,4 млрд рублей или 14,3% ВВП.

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Противостояние Ирана и Саудовской Аравии – условных центров мирового шиизма и суннизма, наметилось аж со времени победы в иранской Исламской Революции в 1979 году. Именно с тех времен Эр-Рияд начал кампанию по нивелированию политического влияния шиитских общин.

Долгое время системные политические партии Старого Света с правого и левого фланга двигались навстречу друг другу и по мере размывания своей социальной базы смешивались до степени неразличимости. Сформировался широкий политический консенсус, включавший активную социальную политику, принципы политкорректности, уважение прав меньшинств и продвижение целей европейской интеграции. Однако сейчас этот консенсус на глазах начинает распадаться.

Одного из фаворитов президентской кампании во Франции Франсуа Фийона и западная пресса, и российская называют дружественной Москве фигурой, от которой ждут снятия санкций и отказа от политики сдерживания. Вместе с этим, однако, было бы правильнее говорить о внешнеполитических позициях Фийона в контексте не «pro et contra», а, в первую очередь, возвращения Франции активной роли в международных делах, что задает совершенно иную систему координат для анализа его приоритетов.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net