Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Прошедший 18 июня с. г. второй тур парламентских выборов во Франции не обошелся без сюрпризов. По его итогам, партия президента Эмманюэля Макрона «Республика, вперёд», вместе со своим союзником, центристским Демократическим движением (Модем) Франсуа Байру, получила не 415-445 депутатских мандатов из 577, как предсказывали специалисты, а 350 мандатов. Тем не менее, налицо бесспорная и внушительная победа.

Бизнес, несмотря ни на что

Комитет Госдумы по финансовому рынку оказывает серьезное влияние на финансовую систему России. Он активно взаимодействует с Центральным банком, биржами, Национальной системой платежных карт, Министерством финансов. В то же время, кажущаяся узость сферы законотворческих интересов Комитета обманчива. Комитет осуществляет предварительное рассмотрение законопроектов, касающихся ипотечного кредитования, страхования, инвестиций, лизинга, аудита и др.

Интервью

Положение в Сирии с приходом Дональда Трампа к власти в США не стало более ясным. Наоборот, ряд действий новой администрации еще больше запутали «сирийский клубок». В перипетиях ситуации в регионе, интересах многочисленных участников и последних тенденциях «Политком.RU» разбирался вместе со старшим преподавателем департамента политической науки НИУ ВШЭ, экспертом по Ближнему Востоку Леонидом Исаевым.

Колонка экономиста

Видео

Наши партнеры

Текущая аналитика

18.12.2016 | Сергей Маркедонов

Абхазия: уроки компромисса

АбхазияПредновогоднее политическое обострение в Абхазии завершилось компромиссом. 15 декабря в Сухуми был организован «народный сход» оппозиции. Он продолжался в течение более 14 часов. Противники действующего президента Рауля Хаджимбы требовали его досрочной отставки. Параллельно с массовой протестной акцией проходило выступление сторонников власти. Напомню, что глава республики был избран на этот пост в августе 2014 года, а через месяц после этого вступил в должность. К настоящему времени он даже не преодолел условный экватор своей первой легислатуры (в Абхазии президент избирается на 5 лет).

В результате сложных переговоров представители власти и оппозиции смогли достичь компромисса. Рауль Хаджимба предложил своим оппонентам занять ряд высоких должностей (пост генпрокурора, вице-премьера республиканского правительства). «Народный сход» завершился, а спикер абхазского парламента Валерий Бганба взял на себя роль гаранта достигнутых соглашений. Означает ли достижение компромисса завершение очередного внутриполитического кризиса в Абхазии и долгожданную стабилизацию? И какие уроки необходимо извлечь всем сторонам, причастным к этой истории, подведшей республику к опасной черте?

Отвечая на поставленные вопросы, необходимо признать, что декабрьская ситуация не была каким-то сюрпризом, она складывалась, как снежный ком неразрешенных и отложенных проблем. На 10 июля 2016 года в Абхазии был намечен референдум по вопросу о доверии президенту. Однако из-за рекордно низкой явки (она, по данным ЦИК республики, составила всего лишь 1,23 % от всего числа голосующих избирателей) народное волеизъявление провалилось. В свою очередь сама эта проблема своими корнями восходит к событиям 2014 года. Тогда недовольство предыдущим (третьим по счету) президентом Абхазии Александром Анквабом переросло в итоге в массовые выступления против него. Все это закончилось его отставкой с президентского поста и проведением досрочных выборов, в которых победу одержал Рауль Хаджимба. Но его оппоненты воспринимали этот электоральный успех, как цепь нелегитимных шагов, произошедших во время ухода его предшественника.

Впрочем, внутриполитический раскол в Абхазии имеет и более глубокие предпосылки. В этом контексте можно вспомнить и о противоречиях между первым абхазским лидером Владиславом Ардзинбой и Александром Анквабом (который долгое время был вынужден участвовать в делах республики дистанционно из Москвы), а также о расколе на «хаджимбистов» и «багапшистов» во время избирательной кампании 2004 года, приведшей к масштабному кризису. Выход из него потребовал экстраординарных усилий от всего абхазского общества и политического класса. Впоследствии благодаря мастерству политической медиации, которую в течение всех лет своего президентства (вплоть до ухода из жизни в марте 2011 года) демонстрировал Сергей Багапш, внутриабхазские расколы удавалось не выпускать на поверхность.

Ситуация изменилась с приходом к власти Александра Анкваба. Но и после его досрочной отставки положение дел не изменилось в лучшую сторону. Власть и оппозиция поменялись местами, а их противостояние в последние годы стало хроническим. И после провала референдума, ответственность за который по праву могут разделить и сторонники, и противники Рауля Хаджимба, стало ясно, что стабилизация, скорее всего, не наступит. Во-первых, власть, де-факто выиграв тактическое политическое сражение, посчитала, что достигла стратегического успеха. Отсюда, явная неготовность к полноценному диалогу и привлечению оппонентов к делу управления республикой. Во-вторых, оппозиция сделала ставку на жесткое противостояние властям и поднятие ставок в игре. Уже через десять дней после проваленного референдума политсовет оппозиционной партии «Амцахара» заявил о необходимости проведения «общенародного схода». Это словосочетание мы намеренно ставим в кавычки. Дело не в том, чтобы умалить инициативы критиков власти и доказать отсутствие у них народной поддержки. Оппозиция, безусловно, имела и имеет значительный ресурс поддержки. На выборах в августе 2014 года ее кандидат Аслан Бжания набрал порядка 36% голосов! Однако в абхазском историческом контексте понятие сход имеет иное значение. Эта форма прямой демократии была символом решения не столько определенных политических задач, сколько символом общенародного единства, будь то сопротивление коллективизации или нахождению в составе Грузинской ССР. Но оппозиционный «сход» был изначально ориентирован на другую цель, а именно на борьбу за изменение властной конфигурации и уход действующего президента. Политика, который, к слову сказать, также имеет поддержку значительной части абхазского народа.

Как бы то ни было, а 30 ноября 2016 года 600 делегатов Седьмого съезда партии «Амцахара» снова выдвинули требования отставки Рауля Хаджимбы, проведения досрочных выборов и заявили о своем намерении провести «сход» за 16 дней до нового года. Естественно, в том случае, если власть не пойдет им навстречу. Власть же по понятным причинам на это пойти не могла. Остроты ситуации добавили два последующих события, в которых в той или иной степени оказалась «засвеченной» и Москва. В первый декабрьский день состоялась встреча абхазского лидера с президентом РФ Владимиром Путиным, во время которой они обсудили проблемы двустороннего сотрудничества и реализации положений договора от 24 ноября 2014 года. В канун этого события российский лидер подписал закон о ратификации соглашения об объединенной группировке войск Вооруженных сил РФ и Республики Абхазия. Заметим, что между этой встречей и предыдущим общением Путина и Хаджимбы был значительный перерыв. Президент России встречался со своим абхазским коллегой в феврале 2016 года. В этом контексте важно иметь в виду, что абхазская оппозиция в своей критике использует такой аргумент, как неэффективность действующей власти в выстраивании отношений с Москвой. Во многом схожую риторику использовал и Хаджимба, когда сам был оппозиционером. Но сегодня об этом говорят его оппоненты. Таким образом, встреча с российским президентом была воспринята, как знак благосклонности Кремля по отношению к главе Абхазии. В контексте абхазской политики этот жест Москвы крайне важен, так как и власти, и оппозиция в республике выступают за пророссийский курс, какие бы внутренние споры и противоречия не разделяли их.

Наверное, при других обстоятельствах поддержка со стороны Владимира Путина могла бы немного успокоить ситуацию. Однако 3 декабря 2016 года при пересечении границы между РФ и Абхазией на реке Псоу сопредседатель блока оппозиционных сил Аслан Бжания был задержан по подозрению в нелегальном хранении боеприпасов. И хотя вскоре он был отпущен на свободу и отбыл на родину, это событие радикализировало позиции оппонентов власти. В этом они увидели попытки президентской команды использовать российский ресурс для решения своих сиюминутных задач. Сразу оговоримся. На сегодняшний день вся картина декабрьского инцидента с задержанием Бжания не ясна. И, наверное, еще долго мы не узнаем точно все детали и нюансы этой операции. Но в абхазском обществе слишком сильна память о неуклюжем вмешательстве российской администрации в ход президентских выборов 2004 года. Тогда, кстати, ставка делалась именно на Рауля Хаджимбу, как преемника первого президента Абхазии. В условиях же 2016 года претензии оппозиции были не столько к Москве, сколько к собственной власти, которая была, по ее мнению, готова втянуть Россию в решение внутриабхазских споров. Фактически после инцидента на границе «сход» стал неизбежен, как и защитные действия президентской команды, включая и жесткое информационное давление на оппонентов, и мобилизацию собственных сторонников (чтобы не дать оппозиции монополизировать улицу).

Казалось бы, повторение ситуации 2004 или 2014 года (с теми или иными нюансами)- это дело нескольких дней. Но в последний момент, дойдя до «красной черты», и власть, и оппозиция нашли ресурсы для достижения компромисса. Заметим, это не первый случай в постсоветской абхазской истории. По справедливому замечанию председателя общественной организации «Современная Абхазия» Ираклий Тужбы, «кризисы у нас периодически возникают, но в самый решающий момент в людях срабатывает какой-то звоночек, и они самоорганизуются, и не доводят ситуацию до крайне негативного развития. Мне трудно это чем-то объяснить, возможно, это какие-то характеристики маленького общества, где все друг друга знают, где многие являются родственниками, и все-таки какие-то сдерживающие факторы в этом, мне кажется, есть». Добавим к этому и относительно недавний опыт этнополитического конфликта, демографические и психологические последствия которого сказываются до сих пор. В постсоветских де-факто образованиях вообще нередки внутренние споры и противоречия, но перед лицом внешней угрозы оппоненты готовы отложить их. И хотя после 2008 года для Абхазии угроза «разморозки конфликта» не является актуальной, предыдущий опыт играет свою позитивную роль. Если говорить о готовности остановиться перед угрозой конфронтации между разными группами абхазов.

В то же самое время компромисс между властью и оппозицией не означает какого-то «вечного мира» и стопроцентной стабилизации. Противоречия между ними сохраняются, особенно на личном уровне, идеология здесь не играет ведущей роли. Видно, как сменяя друг друга, различные политики нередко воспроизводят один и тот же набор критических аргументов (взять хотя бы паспортизацию жителей Гальского района или проблему взаимоотношений с Москвой). Не за горами парламентские выборы (они состоятся уже в будущем году), при подготовке к которым (не говоря уже о самой кампании) будет происходить мобилизация различных политических сил, а также и протестных настроений. По словам известного абхазского политика Аслана Кобахии, «с той реформой, которую проводит нынешняя власть, следующий парламент будет обладать очень серьезными полномочиями». Предыдущий опыт показывает, что выборы в высший представительный орган республики не являются церемониальной процедурой. Значит, конкуренция никуда не денется. И в этой связи декабрьская ситуация требует извлечения важных уроков. Для власти крайне важно понять, что с оппозицией необходимо регулярно взаимодействовать, а не только в формате, «когда жареный петух клюнет». Для оппонентов президента необходимо понимать, что отстранение Хаджимбы не может быть идефикс. Уход одного человека с Олимпа без системных трансформаций станет лишь сменой лиц и ничем иным. Между тем, со стратегическим видением будущего и у оппозиции явный дефицит (хотя и власть профицитом похвастать не может).

Если же говорить о России, которая выступает по факту гарантом абхазского самоопределения, то крайне важно воздерживаться от превращения большой управленческой машины в инструмент для решения сугубо сиюминутных задач той или иной «группы кураторов». Абхазия, как и Южная Осетия важны для Москвы как модели эффективности пророссийского выбора, с чем и сегодня, через 8 лет после признания немалые проблемы. Наверное, стоит обратить внимание и на информационные выступления в российских СМИ, порой подогревающих остроту абхазских кризисов, а не снижающих напряженность. В особенности стоит обратить внимание на конспирологические версии и постоянное использование «майданной кальки» для описания отношений между властями и оппозицией в республике. Между тем, высокая внутренняя конкуренция, развитое гражданское общество и свобода СМИ - это не результат «западных рук» и хитрых агентов, а запрос самих жителей Абхазии на качественное управление и высокий уровень собственной национальной элиты, который, к слову сказать, таковым пока не стал.

Сергей Маркедонов - доцент кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики Российского государственного гуманитарного университета

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Долгое время вызовы авторитаризма оставались для ЕС сугубо внешним фактором. Ситуация изменилась после того, как премьер-министр Венгрии Виктор Орбан открыто заявил об отказе от общеевропейской либеральной повестки дня. Вместо нее предлагается модель «общества, основанного на труде». «Демократия не обязательно должна быть либеральной», - повторяет в своих выступлениях Орбан.

14 июля 2017 года исполнилось четверть века со дня начала миротворческой операции в Южной Осетии. Между тем, эта дата и сегодня представляет значительный интерес не только как значимое юбилейное событие. В своем развитии грузино-осетинский конфликт прошел несколько этапов – от локального (даже не регионального) противостояния, малоизвестного и малоинтересного мировому сообществу, до события международного уровня.

Западные Балканы не сходят с повестки дня объединенной Европы. Они остаются основным резервом для расширения ЕС и в то же время являются источником постоянной напряженности. С одной стороны, перспектива вступления в Евросоюз стала для этих стран ключевым драйвером реформ и социально-экономического прогресса. С другой – регулярно возникают серьезные кризисы на Западных Балканах, и Брюссель часто вынужден брать на себя роль медиатора для их разрешения и купирования.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net