Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

09.06.2017 | Алексей Портанский

Навстречу шестому технологическому укладу: политические последствия цифровизации страны

Цифровизация страныСегодня уже не все знают, что на заре советской власти в 1920 году Ульянов-Ленин произнес фразу, ставшую крылатой на десятилетия вперед: «Коммунизм - это есть Советская власть плюс электрификация всей страны». Во второй половине 1980-х коммунизм окончательно ушел из нашей повестки, несмотря на почти завершившуюся электрификацию всей страны. И вот сегодня на повестке цифровизация, рифмующаяся с электрификацией. Сулит ли цифровизация стране «светлое будущее», которого так ждали предыдущие поколения, уверовавшие в свое время в электрификацию и коммунизм?

По свидетельствам некоторых министров, президент Путин буквально «заболел» цифровой экономикой и уже сделал на сей счет ряд распоряжений, дав, в частности, поручение Правительству разработать Программу «Цифровая экономика» и озадачив руководителей госкорпораций внедрением цифровизации. Судя по всему, Путин видит в переходе на цифру новый источник роста в момент, когда прежние, связанные с сырьем, утрачивают перспективу.

Соответствующие акценты были сделаны президентом и на прошедшем в начале месяца Петербургском международном экономическом форуме – направление государственной поддержки может измениться в пользу цифровых стартапов. Государство вероятно будет финансировать подготовку специалистов в области цифровых технологий. Все это несомненно очень важно – государство должно помогать бизнесу на ранних этапах цифровизации. Но будет ли это достаточным для ликвидации отставания и запуска новой экономики?

Для ответа на поставленный нелишне будет вспомнить о так называемых «технологических укладах» - совокупности технологий, характерных для определенного уровня развития производства. Благодаря теории известного отечественного экономиста Н.Кондратьева, были открыты шесть технологических укладов.

Третий технологический уклад (1880—1940 гг.) базируется на использовании в производстве электроэнергии, развитии тяжелого машиностроения и электротехнической промышленности, новых открытиях в области химии, радиосвязи, автотранспорте. Четвертый технологический уклад (1930—1990 гг.) основан на дальнейшем использовании энергетики с использованием нефти и газа, средств связи, новых синтетических материалов, автотранспорта, самолетов, компьютеров и программного обеспечения для них. Пятый уклад (1985—2035 гг.) опирается на достижения в области микроэлектроники, информатики, биотехнологии, генной инженерии, использования новых видов энергии, материалов, освоения космического пространства, спутниковой связи и т.п.; происходит переход от разрозненных фирм к единой сети крупных и мелких компаний, соединённых электронной сетью на основе интернета, осуществляющих тесное взаимодействие в области технологий, контроля качества продукции, планирования инноваций.

Сегодня мир начал движение к шестому технологическому укладу, контуры которого уже видны в США, Японии, Южной Корее, Китае. Он будет базироваться на открытиях в сфере нано- и биотехнологий, мембранных, квантовых технологий, фотонике, микромеханике, робототехнике, генной инженерии, технологиях виртуальной реальности, термоядерной энергетики. В Соединенных Штатах, например, уже около 5% производительных сил приходится на шестой уклад, соответственно доля пятого уклада - 60%, четвёртого — 20%.

В России, к сожалению, картина сильно отличается: не менее 30% используемых технологий относится еще к третьему технологическому укладу, более 50% – к четвёртому укладу, и лишь около 10% приходится на технологии пятого уклада (в ВПК и в авиакосмической промышленности).

Как нетрудно догадаться, именно на пятом укладе складываются условия для цифровизации экономики. Ибо цифровая экономика, выражаясь словами председателя комитета ОЭСР по политике развития данной экономики Вонки Мина, – это общетехнологический прогресс, влияющий на общее развитие всей экономики в целом. Но пятый технологический уклад, как заявил еще в 2013 г. вице-премьер Д.Рогозин, «мы профукали», и теперь должны перепрыгнуть из третьего-четвертого укладов сразу в шестой. То есть мы ставим перед собой задачу «догнать и перегнать в сжатые сроки», что в нашей истории случалось неоднократно, но отнюдь не всегда приводило к успеху.

Россия интегрирована в мировую экономику и так или иначе подчиняется ее трендам. В мире уже укоренилось понятие «цифровой бизнес» – это новая модель бизнеса, охватывающая людей/бизнес/вещи и масштабируемая глобально для всего мира за счет использования ИТ, интернета и всех их свойств, предполагающая эффективное персональное обслуживание всех, везде, всегда. Следуем ли мы на практике данному определению? Буквально на днях в Госдуму был внесен законопроект, делающий нелегальными большинство способов обхода блокировок в интернете. В комментарии для прессы уполномоченный по защите прав предпринимателей в интернете Д.Мариничев назвал внесенный законопроект «безумием». Все это идет вразрез со здравым смыслом, считает он, ибо невозможно будет отделить так называемые VPN-сервисы и анонимайзеры, используемые для обхода блокировок, от тех же инструментов, которые применяются в коммерческих целях. Другой мощнейший удар по цифровизации – вступающий в силу с июля 2018 г. так называемый антитеррористический пакет законов Яровой. Помимо того, что он потребует огромных затрат и грозит банкротством многих интернет-компаний, его реализация просто резко осложнит информационный обмен в широком смысле, без которого трудно представить цифровую экономику.

Надо также понять, что по мере развития цифровая экономика неизбежно будет ослаблять зависимость граждан от государства. К примеру, роль государства в эмиссии национальных валют снизится, т.к. люди смогут совершать сделки, используя биткоин или технологию блокчейн, и подобные примеры есть уже сегодня. Как тогда государство, усиливающее год от года контроль над различными сферами активности граждан, будет справляться с новыми вызовами? Возможный ответ известен – это продолжение практики избыточного регулирования. Однако такая практика, по мнению того же В.Мина из ОЭСР, вероятно затормозит развитие.

Вывод из сказанного очевиден: если власть говорит о переходе на цифру всерьез, то ей, помимо решения невероятно масштабной задачи завершения перехода к пятому технологическому укладу и переходу на шестой, придется готовиться к сложному политическому периоду. Ибо, во-первых, цифровая экономика неизбежно предполагает переход общества на новую степень свободы; во-вторых, когда бенефициары реформы еще не окрепнут, недовольные, но экономически и политически еще влиятельные приверженцы прежних укладов будут всячески тормозить движение вперед.

Если с этими вызовами справиться не удастся, то в качестве результатов цифровизации через какое-то время мы увидим пухлые отчеты министерств и госкомпаний по данной злободневной теме, но не более того. Подобное в недавней истории уже было, в частности, с инновациями. Хотелось бы избежать повторения.

Алексей Портанский – профессор факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ, Ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Физическое устранение в 1961 году кровавого диктатора Рафаэля Леонидаса Трухильо, сжигавшего заживо в топках пароходов своих противников, положило начало долгому пути становлению демократии в Доминиканской республике. Определяющее влияние на этот процесс оказало противоборство двух политических фигур и видных литераторов – Хуана Боша и Хоакина Балагера.

40 лет развития по пути плюралистической демократии сменились авторитарным вектором, когда глава государства получил возможность выдвигаться вновь, спустя 10 лет. После 1998 года политическая система Венесуэлы стала существенно отличаться от остальных стран региона, а позднее это стало еще более заметно.

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net