Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Выборы 10 сентября 2017 года не продемонстрировали каких-либо однозначных и однонаправленных тенденций в развитии электорального процесса. Напротив, существенно выросло влияние местных условий на итоги голосования. И, судя по всему, отсутствие каких-либо жестких установок центра в отношении того или иного сценария проведения выборов (по крайней мере, ход кампании и ее итоги не позволяют утверждать об их наличии) привело к заметному «разбеганию» этих сценариев в регионах.

Бизнес, несмотря ни на что

Под прицелом санкционной политики стран Евросоюза и США в отношении России оказался, в частности, топливно-энергетический комплекс, зависимый от передовых технологий нефте- и газодобычи, доступ к которым Запад ограничил. Но насколько значимым, по прошествии трех лет, оказалось воздействие, в частности – в Арктическом регионе, где подобные технологии имеют особенно большое значение?

Интервью

16 ноября в Ельцин Центре известный политолог, первый вице-президент фонда «Центр политических технологий» Алексей Макаркин прочитает лекцию «Корпоративные пантеоны героев современной России» и ответит на вопрос: какие исторические персонажи являются героями для современных российских государственных ведомств, субъектов Федерации и профессиональных сообществ?

Колонка экономиста

Видео

Наши партнеры

Экспертиза

21.08.2017 | Игорь Бунин

Победа Макрона и новый парламент

Победа Макрона и новый парламентПобеда Эмманюэля Макрона на президентских выборах и его партии “Вперед, Республика!” привела в Национальное собрание огромное количество новых депутатов, не очень разбирающихся в парламентской деятельности. 418 из 577 депутатов никогда не заседали в Национальном собрании, то есть три четверти всего состава нижней палаты парламента.

Только в 1958 году, после прихода к власти Шарля де Голля и его партии, был такой же уровень обновления парламента. В 1958 г. и в 2017 г. зафиксирован одинаковый процент депутатов, сохранивших свой мандат - 23%. Обычно же он составлял около половины депутатского корпуса, иногда доходя до 68% (например, в 2007 г.). Это обновление является “заслугой” партии Макрона, 90% депутатов которой никогда не были депутатами. Только депутаты “Вперед, Республика!” представляют две трети новых депутатов. Кроме того, 91% депутатов центристской партии “Современная демократия”, входящей в президентское большинство, также являются неофитами[i]. Другой признак обновления – доля бывших министров в нижней палате: сегодня их всего 12, тогда как в 2012 году их было 42[ii].

Макрон обещал «обновление политической жизни во Франции» и его партия продемонстрировала резкое омоложение депутатского корпуса. Депутаты “Вперед, Республика!” являются самыми молодыми в Национальном собрании: средний возраст 46 лет, тогда как у депутатов ФСП 54,7 лет, а средний возраст правых депутатов равен 53 годам. Наибольшее омоложение характерно для депутатов-неофитов, которые до 2017 года никогда никуда не избирались (192 депутата): их средний возраст – 42,5 года против 52,6 лет для остальных депутатов[iii]. Именно партия “Вперед, Республика!”, 46,8% депутатов которой составляют женщины, обеспечила феминизацию французского парламента. В годы легислатуры Саркози (2007-2012) женщины составляли 18,4% депутатского корпуса, в годы правления Олланда (2012-1017) – 27.%, а в 2017 их доля достигла 38,8%[iv].

Состав кандидатов партии Макрона по их политической принадлежности показал относительно высокий разброс: 33% из них вышли из левых партий в широком смысле слова (из ФСП или экологического движения), тогда как 15% - из правых партий (РП, Союза демократов и независимых и других) и 12,3% - из центристского движения “Современная демократия” Байру. Почти 40% не принадлежали ранее ни к одной политической партии, а сейчас являются членами «Вперед, Республика!». Но даже в последней группе, которую можно представить как выходцев из гражданского общества, многие были связаны с политикой. Они были или политическими активистами, или работали в качестве сотрудников «личных кабинетов» министра, или избирались на местном уровне, или возглавляли какую-либо общественную организацию, или просто были местными чиновниками. Среди них мало лиц, никогда не связанных с политикой. Хотя по своим политическим ориентациям депутаты президентской партии несколько ближе к левому центру, электорат партии скорее смещен к правому центру.

Но главным феноменом нового Национального собрания стало ослабление позиций “нотаблей” и национализация депутатского корпуса. Большинство комментаторов перед первым туром парламентских выборов было уверенно, что слабые позиции на местах кандидатов в депутаты от партии “Вперед, Республика!”, отсутствие у них каких-либо политических титулов (депутата, мэра, президента департаментского или регионального совета и так далее), которые характерны для укорененных “нотаблей”, годами обхаживающих избирателей своего округа, является тем дефектом, который позволит традиционным правящим партиям – ФСП и Республиканской партии – компенсировать поражение на президентских выборах и выиграть выборы в нижнюю палату. Лидеры РП даже надеялись получить большинство мест в парламенте и, следовательно, пост премьер-министра. Но их надежды были разрушены, и картина оказалась прямо противоположной.

Известный политолог Люк Рубен взвесил политические титулы всех депутатов в зависимости от их значимости. В результате средний коэффициент политических атрибутов для депутатов новой легислатуры был равен 2,6. При этом средний коэффициент депутатов-социалистов был равен 5,67, а правых депутатов – 5,11. Напротив, у депутатов партии президента этот коэффициент равнялся всего-навсего 1,19[v]. Иначе говоря, они были политическими неофитами и практически не имели никаких признаков “нотаблей”.

Таким образом, в новом парламенте образовались две группы политиков. Первая - те, кто ориентированы на защиту местных интересов, укоренены в своих округах, имеют множество политических атрибутов и исторически связаны с соцпартией или Республиканской партией, находившихся у власти всю историю Пятой Республики. Вторая - представители новой элиты, сформированной Макроном, не имеющей традиционной политической повадки и определенной территориальной привязки и в большей мере защищающей общенациональный проект. С учетом новых законов, ограничивающих совместимость национальных и местных мандатов, и подготавливаемых законопроектов о сокращении депутатских корпусов всех уровней на треть, можно ожидать обострение конфликта между новой технократической элитой и “нотаблями”, составлявшими костяк прежней элиты страны.

Успех новой технократической элиты Макрона вызван не только особыми обстоятельствами президентских выборов, но и кризисом французской политической системы. По данным СЕVIPOF, главного политологического центра во Франции, 89% французов предполагают, что “политики практически не задумываются о проблемах простых людей”. Ресентимент и гнев стали важными элементами мотивации французских избирателей. Французские социологи говорили о возможности такого иррационального феномена, как дегажизм, то есть протест ради протеста, без ясно выраженного стремления завоевать власть. Это понятие впервые появилось во время народного движения в Тунисе в 2011 году, когда демонстранты выдвинули лозунг “dégage” (“убирайся”) по отношению к президенту Бен Али. И действительно, во время избирательной кампании за шесть месяцев французы вышвырнули за борт двух президентов Франции, одного из них действующего, и трех премьер-министров, один из которых только что руководил правительством. Одновременно они “взорвали” две партии, которые правили страной в течение 50 лет. Кандидаты в президенты от этих двух партий не набрали вместе и 30% голосов, тогда как в 2012 году Олланд и Саркози имели вдвоем 56%.

По своему социально-профессиональному составу партия Макрона показывает определенный регресс: среди новых депутатов не много выходцев из народа (8,4%), доминируют представители высших слоев (70,5%). Для народных слоев политическая карьера всегда открывала редкую возможность пути наверх, тогда как отбор, проводимый специалистами рекрутинга в партии Макрона, поощрял более элитные категории. Поэтому депутатов из народа больше всего в рядах “Непокоренной Франции!” и ФКП – 20%. Кроме того, в партии Макрона гораздо больше выходцев из частного сектора: они составляют 60% всего корпуса кандидатов «Вперед, Республика!», тогда как из государственного вышло 40% (причем, среди «новичков» они составляли лишь 33%)[vi]. Это важная новость, ибо представительство государства во французском парламенте всегда было весьма высоким. Люк Рубен усматривает в этом потенциальную угрозу конфликта интересов (и прокуратура уже завела семь дел на кандидатов в депутаты от «президентской коалиции»). Но, с другой стороны, было бы явной утопией менять и переделывать «блокированное общество» (по терминологии великого французского социолога Мишеля Крозье) с помощью чиновников.

Депутаты президентской коалиции за работой

Депутаты от «Вперед, Республика!" зачастую ведут себя, как солдаты партии: аплодисменты по любому поводу в поддержку президента и премьера, пассивность во время работы в парламентских комиссиях или даже забывчивость во время голосования по важнейшим проблемам. Например, за час с небольшим выступления премьер-министра Эдуара Филиппа депутаты президентского большинства 55 раз устраивали овации, что напоминает скорее съезд КПСС, нежели работу демократического парламента[vii].

Будучи достаточно часто выходцами из частного сектора, из мира бизнеса, эти депутаты не имеют ни практики демократических дискуссий, ни стремления работать с прессой. Привыкшие всё измерять «эффективностью», они дискомфортно себя ощущают в идеологических битвах. Даже их язык необычен для политиков, он ближе к языку предпринимателей или менеджеров стартапов: они говорят о «team building» или о «процессах управления» и требуют проводить «компетентную политику». Эта менеджерская культура «напрямую восходит к Макрону, для которого, чтобы создать оптимальную организационную структуру, необходимо умело управлять людскими ресурсами»[viii]. И свою эффективность депутаты президентской партии понимают как возможность быстро принимать законопроекты, подготовленные исполнительной властью.

Фактически столкнулись две политические культуры: традиционная культура политиков, с их постоянным поиском компромиссов и политических решений, и культура менеджмента, основанная на идеологии эффективности. Предприниматель Брюно Бонель из Лиона, который на парламентских выборах одержал победу над министром правительства Вальса, недавно заявил: «Лично я понял, что в Национальном собрании существуют два мира: мой мир предпринимательства, который похож на моторную лодку, что движется прямо к цели, и традиционный политический мир, который напоминает скорее парусник, передвигающийся по воле ветров и течений общественного мнения» (Qui sont réellement ces nouveaux députés En Marche ? – Le Point, 21. 08. 2017)

Возник естественный конфликт между историческими депутатами (около 30 человек) и неофитами. Как сказал один из старожилов, «появились мальчики 25 лет, которые по своей наивности пришли, чтобы всё изменить»[ix]. В частной беседе Макрон сказал, что существует опасность превращения парламента в «говорильню» или даже в «кавардак» («futoir»), и предложил найти инструменты контроля над деятельностью депутатов. Создана система обучающих семинаров каждую неделю. К новичкам будут представлены опекуны, которые должны помочь депутатом понять свои задачи. В качестве «надзирателя» над этой толпой неопытных политиков-неофитов был назначен Ришар Ферран, первый секретарь движения «На Марше!», который покинул пост министра территориального развития в правительстве Филиппа и возглавил парламентскую группу партии Макрона. Против Феррана было возбуждено предварительное следствие по обвинению в махинациях с недвижимостью. Макрон его вывел из состава правительства в связи со стратегической линией на «морализацию политики» и одновременно укрепил парламентскую группу, поручив возглавить её верному человеку. Ферран уже обещал, что «Франция увидит не только новые лица, но и новые обычаи». Одним из таких нововведений станет правило смены руководящих органов Национального собрания на середине легислатуры[x].

Вместе с тем среди депутатов партии Макрона появились признаки раздражения, особенно после отставки Пьера де Вилье, начальника генерального штаба французской армии, и снижения с октября социальной помощи в жилищной сфере на 5 евро, которое должно сбалансировать бюджет. Первый период деятельности правительства Филиппа явно проходит в соответствии с правыми идеями и либеральной идеологией: реформа трудового кодекса, уменьшение налогового бремени, в том числе реформа налога на крупные состояния, сокращение бюджетных расходов (для местных коллективов и государственного аппарата) и так далее. Левое крыло партии Макрона (депутатов, пришедших из левых партий в два раза больше, чем выходцев из правых политических объединений) начинает проявлять недовольство отсутствием социальных переменных в программе правительства. Министры экономического блока, пришедшие вместе с премьер-министром из РП, больше всего опасаются восстановления противостояния между левыми и правыми внутри партии «Вперед, Республика!» и новой «фронды», которая во время легислатуры Олланда погубила правительство Вальса[xi].

Чтобы убить в зародыше потенциальную фронду и одновременно поднять боевой дух, Макрон специально встретился с депутатами своей партии. Он попытался им объяснить, что они должны быть и «амбициозны», то есть приобрести политическую повадку, и сохранять «сплоченность». Он потребовал обеспечить единство целей исполнительной власти, партии и парламентской группы. Более того, он даже заявил, что идеология сбалансированного бюджета должна быть уравновешена политическими соображениями. По его словам, законопроект, предусматривающий уменьшение жилищных субсидий, подготовлен технократами, без учета политических переменных. Таким образом, он явно пытается примирить идеологию эффективности с традиционной политической культурой.

Какое будущее ждет партию “Вперед, Республика!”?

У Макрона появилась сверхзадача: создать такую партию, которая обеспечивала бы поддержку избирателей и позволила бы переизбраться в 2022 году, но не превратилась бы в конкурента, то есть не допустить превращения депутатов «ни во фрондеров, ни в пехотинцев» (ni des «frondeurs» ni des «godillots»)[xii].

8 июля состоялся «конвент» движения Макрона, на котором рассмотрены его перспективы и будущее. Как пишет французская пресса, задачей было «создание партии, которая не была бы похожа на партию»[xiii]. Один функционер «Вперед, Республика!» объяснял: «Мы получили очень «простое» задание. Прежде всего, избежать того, чтобы президент оглядывался каждые пять минут, опасаясь удара ножом в спину. И одновременно создать что-то, не имеющее аналогов»[xiv]. Макрон – “отец” этой партии, но формально он – президент всех французов и не имеет права участвовать в партийной жизни. Чтобы избежать появления соперника президенту Франции, правление партии стало коллегиальным, однако импульсы все равно исходят из Елисейского дворца.

Проект партийного устава предполагает, что «Совет» партии, ее главный руководящий орган, на три четверти состоит из членов, или избираемых на основании своих статусных позиций, или назначенных сверху (министры, депутаты, руководители федераций), а последняя четверть попадает в Совет на основании жребия. Подавляющее большинство членов партии (96%) одобрило этот устав. Сами депутаты парламентской группы «Вперед, Республика!» подчинены строгим правилам внутреннего распорядка: им необходимо сообщать руководству о подготовленных поправках, им запрещено подписывать поправки к законопроектам с депутатами других партий, они должны соблюдать конфиденциальность партийных дебатов, следовать дисциплине партийного голосования. Депутат-республиканец Филипп Госселэн следующим образом прокомментировал ситуацию: «Президент Республики создает авторитарный режим в генштабе французской армии, в своей партии, а теперь – и в депутатском корпусе»[xv].

Централизация партийных структур вызывает протесты у части рядовых членов, создавая определенные предпосылки для появления «фрондеров». Возникла группа «Демократия, Вперед!», которая не принимает новый устав партии и требует продлить дискуссию до 30 декабря. Лидер этой группы Реми Бутон утверждает, что проект устава «недемократичен и практически не оставляет свободы членам партии, превращая их в пушечное мясо»[xvi]. На местном уровне усиливается недовольство тем, что рядовые члены партии практически лишены каких-либо возможностей повлиять на выбор руководящих органов. Около 9300 членов партии объединились в «коллектив разгневанных ходоков», недовольных отсутствием демократии в партии. Попытка «разгневанных ходоков» начать диалог с руководством партии полностью провалилась[xvii].

Появление движения “Вперед, Республика!”, которое многие политологи назвали НЛО в сфере политики, напоминает неожиданный взлет таких партий, как «Сьюдадамос» («Граждане») или «Подемос» в Испании. Вместе с тем феномен «Вперед, Республика!» напоминает схожие явления в Италии: возникновение в 1994 году движения «Вперед, Италия!» Сильвио Берлускони и движения «Пять звезд», созданного комиком Беппе Грилло и предпринимателем Джанроберто Козаледжо. Возникновение всех этих политических НЛО обусловлено как общими причинами (утратой влияния прежних великих идеологий – социалистической и либеральной, эрозией традиционных политических культур, ослаблением позиций правящих партий, персонализацией политики), так и конкретными обстоятельствами общественной жизни. Например, в Италии крах всей партийной системы в середине 90-х годов после проведения операции «чистые руки» открыл возможность Берлускони прийти к власти в кратчайшие сроки[xviii].

Все эти движения имеют общие черты. Прежде всего, они являются персоналистскими, если не вождистскими, полностью зависимыми от своего лидера; партии не обладают политической автономией, которая могла бы подорвать позиции партийного вождя. Депутаты «Вперед, Республика!» своим успехом полностью обязаны Макрону, и они обречены на превращение в партию верных сторонников, полностью преданных своему вождю, в «партию пехотинцев» («parti godillot»). Серьезная неудача лидера смертельно опасна для партии.

Игорь Бунин – президент Центра политических технологий

[i] Brouard (Sylvain), “Elections législatives 2017: un renouvellement parlementaire inédit depuis 1958”, Note ENEF 40, Science Po CEVIPOF, juin 2017

[ii] Quelle est la physionomie de la nouvelle Assemblée nationale. - Le Figaro, 04.07.2017

[iii] Rouban (Luc), “L’Assemblée élue en 2017 et lа crise de la représentation”, Note ENEF 43, Science Po CEVIPOF, juillet 2017

[iv] ibid

[v] ibid

[vi] Rouban Luc, Le profil des candidats investis par la République en marche: un renouveau limité, Note du CEVIPOF №39, vague15, juin 2017

[vii] Les debuts maladroits des deputés macronistes. - Le Figaro, 07.07.2017

[viii] Les députés LRM, entre culture d'entreprise et discipline de parti. - Le Monde, 24.07.2017

[ix] Chez les deputes de La Republique en marche, s'est la guerre entre les anciens et les modernes. - Le Figaro, 07.07.2017

[x] Assemblee: Macron impose le «renouvellement permanent». - Les Echos, 27.06.2017

[xi] Macron et LREM: le retour du clivage droite-gauche. - Le Point, 07.08.2017

[xii] Elections legislatives: les «marcheurs» songent déja à l'après.- Le Figaro, 17.06.2017

[xiii] Macron se taille un parti sur mesure.- L'Opinion, 01.07.2017

[xiv] ibid

[xv] Premiéres fissures au sien de la République en marche. - Le Point, 30.07.2017

[xvi] Quand le doute grogne les rangs des marcheurs. - Le Figaro, 26.07.2017

[xvii] Dans les rangs macronistes, des «marcheurs en colere» reclament plus de democratie. - Le Figaro, 07.07.2017; Dialogue de sourds entre En marche et les marcheurs en colère. - Le Figaro, 02.08.2017

[xviii] Marc Lazar:"La Republique en marche aura-t-elle un destin a l'italienne? - Le Figaro, 25.06.2017

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Прошел год с того дня, как Дональд Трамп одержал во многом неожиданную победу на президентских выборах в США. Срок достаточный для первых оценок и несмелых прогнозов, хотя на этой точке вопросов он перед Америкой поставил куда больше, чем дал ответов. Как же оценить итоги работы за год – с момента победы и почти десять месяцев – с момента вступления в должность?

Центр политических технологий провел третье исследование эффективности работы депутатов Госдумы в российских регионах. В рамках этого исследования нами была изучена работа депутатов в период с июля по сентябрь 2017 г. Акцент в исследовании, как и прежде, сделан на работе депутатов в регионах или на той деятельности депутатов в центре, которая приносит пользу регионам.

Когда Алексей Дюмин в начале прошлого года стал и.о. губернатора Тульской области, его сразу же стали воспринимать в публичном пространстве как возможного преемника Владимира Путина. С тех пор прошло почти два года, но слухов по этому поводу не становится меньше. Хотя вопрос о преемничестве выглядит непростым – представляется, что спешить с оценками не стоит.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net