Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

С точки зрения основных политических результатов региональные и муниципальные выборы 2019 года закончились достаточно успешно для действующей власти. В отличие от прошлого года, удалось избежать вторых туров на губернаторских выборах и поражений действующих региональных глав.

Бизнес

Арбитражный суд Москвы признал незаконным решение ФАС о том, что ЛУКОЙЛ завышал цену перевалки нефти на принадлежащем ему морском терминале в Арктике. Суд проходил в рамках спора компании «Роснефть» и ЛУКОЙЛа о ставке перевалки через терминал «Варандей», который начался практически с момента перехода «Башнефти» под контроль «Роснефти» в 2017 году. Решение Арбитражного суда называют победой ЛУКОЙЛа, однако с большой долей вероятности окончательной точкой в споре оно не станет. Представитель ФАС сообщил о намерении ведомства оспорить решение суда.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

14.09.2017 | Алексей Хлебников

Астана, раунд шестой. Нужен ли Москве подобный формат?

Астана, раунд шестой. Нужен ли Москве подобный формат?За последние два месяца Россия заключила три соглашения об установлении трех зон де-эскалации в Сирии. Ни одно из них не было подписано в Астане. К чему может привести подобная политика России?

Шестой раунд сирийских переговоров в Астане, изначально запланированный на последнюю неделю августа, был перенесен на середину сентября этого года. Последняя встреча, прошедшая 4-5 июля в столице Казахстана, не принесла видимых результатов: три страны гаранта выполнения договоренностей астанинского формата – Россия, Иран и Турция – обсуждали практические моменты создания зон де-эскалации в Сирии, но так и не подписали ни одного документа, определявшего параметры действия таких зон.

Однако 7 июля, практически сразу после переговоров в Астане, США и Россия подписали соглашение о прекращении огня, установившее зону де-эскалации на юго-западе Сирии (включившую в себя Кунейтру, Сувейду и Дераа). Новая сделка была подписана в рамках «Амманского формата» Иорданией, Россией и США, чему предшествовали месяцы предварительных переговоров и обсуждений вне формата Астаны.

Вполне естественно это ставит под вопрос необходимость и эффективность астанинского площадки сирийских переговоров.

Вслед за установлением первой зоны де-эскалации на юго-западе Сирии было подписано еще два соглашения о создании таких зон в восточной Гуте (пригород Дамаска) и на севере Хомса. Оба соглашения были подписаны в Каире в июле. В ходе недавнего визита министра иностранных дел Египта Самеха Шукри в Москву, Сергей Лавров отметил конструктивную роль Каира в установлении тех самых зон де-эскалации в восточной Гуте и Хомсе. В Каире прошло несколько раундов переговоров между представителями российского военного ведомства и сирийской оппозицией, что позволило добиться установления двух новых зон де-эскалации.

Помимо этого, еще один важный результат был достигнут вне рамок Астаны. Две основные исламистские оппозиционные группы, действующие в районе восточной Гуты – Джейш аль-Ислам и Фейлак ар-Рахман – подписали соглашения с министерство обороны России о присоединении к режиму прекращения огня и зон де-эскалации. Это произошло 22 июля и 18 августа в Каире и в Женеве соответственно.

Естественно, возникает ряд вопросов после заключения трех соглашений по зонам де-эскалации вне Астаны. Выполняются ли эти соглашения? Чем это грозит астанинскому формату переговоров? И как это может повлиять на отношения между Россией, Турцией и Ираном.

Юго-восточная зона, согласованная и установленная Россией, США и Иорданией первой, является первым удачным примером. 21-22 июля Россия разместила отряды военной полиции вдоль согласованных контактных линий зоны (при этом заранее уведомив США, Иорданию и Израиль). Более того, 23 августа Москва заявила об открытии и начале функционирования мониторингового центра в столице Иордании Аммане. Его основная задача – следить за выполнением режима прекращения огня в юго-западной зоне, обеспечивать доступ гуманитарной и медицинской помощи нуждающемуся населению.

Остальные две зоны де-эскалации также функционируют весьма успешно. Повсеместно отмечается снижение уровня насилия. 24 июля отряды российской военной полиции были размещены вдоль границ зоны в восточной Гуте, а 4 августа в Хомсе. Эти договоренности также были достигнуты в ходе переговоров в Каире.

В результате установления трех зон де-эскалации Россия является единственной силой в Сирии, следящей за соблюдением режима прекращения огня в трех существующих зонах (за юго-западной зоной также следят США и Иордания). Вместе с тем Москва проигнорировала интересы Ирана, имеющего значительное военное присутствие в Сирии, одновременно стараясь учесть интересы и озабоченности США, Иордании и Израиля. Вполне естественно, что Тегеран это не устраивает.

По сути, пойдя на сделку с США и Иорданией по юго-западной зоне, Россия взяла на себя обязательства учитывать озабоченности Иордании и Израиля в отношении растущего влияния Ирана в Сирии, в особенности на юге. Обе страны граничат с Сирией и видят угрозу в иранской экспансии. По факту Москва обеспечила отвод иранских сил от юго-западной зоны де-эскалации, как этого потребовали американци, израильтяне и иорданцы, а отряды российской военной полиции, помимо всего прочего, стали «разграничителем» и гарантом нераспространения иранского влияния на юге Сирии. В результате, Россия удовлетворяет интересы иорданцев и израильтян за счет Ирана.

Логично предположить, что взамен Ирану предложили какую-то сделку. Однако, Москва решила и дальше действовать по-своему, исключив и Иран, и Турцию из переговоров по установлению двух других зон де-эскалации в восточной Гуте и северном Хомсе. В итоге Россия получила контроль над этими зонами, где иранские силы долгое время пытались добиться перевеса сил в свою пользу. Все это несет определенные риски для Москвы.

На сегодняшний момент осталось лишь договориться по одной зоне де-эскалации – в провинции Идлиб на северо-западе Сирии. Однако эта территория является сферой интересов Турции, что в результате осложняет достижение компромисса между Россией, Турцией и Ираном. В добавок, подобная ситуация может способствовать сближению позиций Анкары и Тегерана, угрожая интересам Москвы. При этом стоит помнить, что на севере также действуют и другие силы, которые влияют на расклад сил – сирийские курды, и США.

В этом контексте 16 августа состоялся важный визит: глава генштаба вооруженных сил Ирана посетил Турцию, где провел встречи с президентом Эрдоганом и турецким министром обороны. Подобный визит стал первым после исламской революции 1979 года. На повестке дня было военное сотрудничество и урегулирование иранско-турецких разногласий в Сирии и Ираке. Стороны также обсудили продвигаемый Россией механизм установления зон де-эскалации в Сирии. И Анкара, и Тегеран подтвердили, что у них нет соглашения с Москвой по установлению контрольно-пропускных пунктов внутри Сирии. России не стоит исключать, что Иран и Турция вполне могут объединиться с целью противодействия политике Москвы.

Все это, безусловно, осложняет работу астанинского формата и заставляет его основных участников уже не в первый раз переносить запланированные встречи. Однако стоит отметить, что переговоры в Астане остаются важными как для России, так и для Турции, и Ирана.

Во-первых, они легимитизируют их статус важнейших внешних участников конфликта. Во-вторых, этот формат позволил создать концептуальные рамки для действующих сегодня на территории Сирии весьма эффективных режимов прекращения огня и зон де-эскалации. И в-третьих, формат Астаны поднимает международный имидж его участников как авторов эффективного подхода к снижению уровня насилия в Сирии. В добавок площадка в Астане позволяет трем странам отстаивать свои интересы без деятельного участия США, которые являются лишь наблюдателем.

Поэтому, если Росси, Турции и Ирану не удастся прийти к компромиссу по четвертой зоне де-эскалации в Идлибе и продемонстрировать эффективность Астанинского формата переговоров, он может в скором времени прекратить свое существование, открывая путь альтернативным площадкам в Аммане и Каире, уже показавшим свою эффективность.

Судя по сообщениям сторон представители России, Турции и Ирана находятся в постоянном контакте и работают над параметрами установления четвертой зоны де-эскалации в Идлибе. Однако вне зависимости от того, чего уже удалось добиться астанинскому формату, перенос переговоров лишь подтверждает наличие серьезных проблем и разногласий между его основными участниками.

На прошлой неделе 6 сентября министерство обороны России сообщило о создании зоны деконфликтации в районе города Тель Рифаат, который был до этого занят отрядам сирийских курдов. В результате достигнутых договоренностей, подразделения сирийских правительственных войск и российской военной полиции сменили курдские вооруженные формирования в целях недопущения возможных провокаций и столкновений между отрядами формирований Сирийской свободной армии, находящимися на севере Сирии, и курдами. По факту этот шаг призван остановить возможную агрессию со стороны Турции против курдских отрядов, которые Анкара считает террористами. Это с одной стороны создает буферную зону между Турцией и сирийскими курдами, исключая возможную эскалацию, а с другой стороны, дает Анкаре гарантии уменьшения военного присутствия курдов в кантоне Африн. Тем самым создаются более благоприятные условия для переговоров по поводу параметров установления зоны де-эскалации в Идлибе и совместной борьбы против Джабхат ан-Нусры (сегодня известная как Джабхат Фатах аш-Шам) в этой провинции.

Поэтому, основной вызов, стоящий перед Москвой, Анкарой и Тегераном на предстоящем раунде переговоров в Астане – найти компромиссное решение по созданию четвертой зоны де-эскалации, чтобы доказать, что астанинский формат незаменим и эффективен, а стороны способны находить компромиссы.

Алексей Хлебников - политолог, эксперт Российского совета по международным делам (РСМД)

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

В самом начале октября страна забурлила. Поводом резкого обострения ситуации в Эквадоре, расположенном по обе стороны экватора, явилось решение властей отпустить цены на горючее, что привело к повышению стоимости жизни, в частности, проезда на общественном транспорте.

Развитие жилищной кооперации поможет восстановить спрос на жилищном рынке и позволит купить квартиру социально незащищенным слоям населения.

Покинутая своими западными союзниками в ходе сирийского конфликта и отвергнутая Европой Турция пытается найти свое место в мире. Сегодня ее взор обращен в сторону России – давнего противника или мнимого друга. Однако разворот в сторону евразийства для Эрдогана - не столько добровольный выбор, сколько вынужденная мера.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net