Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения (признана Минюстом организацией, выполняющей функции иностранного агента) с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Колонка экономиста

22.04.2019 | Марина Войтенко

Итоги первого квартала – многозначные сигналы

Марина ВойтенкоНеделя, прошедшая после «холодного душа» обновленных прогнозов МВФ, отметилась некоторым оживлением оптимизма на мировых рынках. Достаточным тому поводом стали темпы роста января-марта в экономиках Китая и США – ВВП этих стран, по предварительным оценкам, увеличился на 6,4% и 2,4%, что оказалось выше ожиданий. Наблюдатели, однако, едины в том, что оснований для новых предположений о перспективах глобальной макродинамики пока явно недостаточно. Неопределенность ее траектории на годовом горизонте сохраняется. В полной мере это относится и к российскому хозяйству, показавшему резкое замедление по итогам первого квартала: ВВП прибавил лишь 0,8% после 2,7% в октябре-декабре 2018-го. Причем мартовский темп составил 0,6% год к году (в феврале – 1,4% г/г, в январе – те же 0,6%). Последствия повышения НДС, усиление инфляции и эффект высокой базы прошлого года отразились торможением почти всех главных показателей (включая внешнеторговый оборот). При этом опросы и исследования, замеряющие настроения и самоощущения граждан, показали значимое размывание восприятия социальной отдачи от общеэкономического роста.

По версии МЭР, наибольший вклад в ВВП (0,6 п.п.) в январе-марте внесло промпроизводство, увеличившись на 2,1% год к году. Показатель оказался слабее консенсус-прогноза аналитиков в 2,3%. Месячные темпы марта в 1,2% г/г по сути вернулись в январь (1,1% г/г), оказавшись много ниже февральских (4,1% г/г). За три месяца добыча подросла на 4,7%, обработка – на 1,3%. Мартовские результаты хуже – 4,3% и 0,3% соответственно. К тому же первый весенний месяц обозначил разворот (возможно временный) тренда – промвыпуск с исключением сезонного и календарного факторов, по расчетам Росстата, сократился на 0,6% месяц к месяцу после повышения на 1,2% в феврале.

Главным препятствием остается внутренний спрос. По результатам опросов ИЭП им.Е.Т.Гайдара, в марте-2019 его объем устраивал лишь 55% руководителей предприятий, год назад – 63%. Ограничения из-за дефицита квалифицированной рабочей силы испытывают 17% респондентов, вследствие нехватки машин и оборудования – 10%. Неудивительно, что на таком фоне промышленность не торопится наращивать инвестиции. Их текущий уровень по итогам первого квартала удовлетворяет потребности у 64% опрошенных предприятий. Напомним, что текущий консенсус-прогноз финаналитиков (по опросам «Интерфакса») по промпроизводству – рост-2019 в 1,7% – ниже оценок МЭР. Есть уже и более жесткие предположения. Так, по версии ФК «Уралсиб», промперспектива-2019 видится не выше 1,1%.

Нисходящий тренд продолжает демонстрировать строительство, характеризующееся с начала года околонулевой динамикой. В результате его темп в первой четверти 2019-го замедлился до 0,2% по сравнению с 4,1% в октябре-декабре прошлого года. Впрочем, в марте впервые за 12 месяцев символический рост в 0,6% г/г показал ввод жилья. Но впереди непростая адаптация застройщиков к новому механизму проектного финансирования (эскроу-счета). Это уже подвигло Минстрой к предложениям скорректировать план в рамках нацпроекта «Жилье» на ближайшие три года – с 88 млн кв м до 72,3 млн кв м.

По итогам первого квартала оборот торговой розницы вырос на 1,8% г/г (в октябре-декабре 2018-го – на 2,8%). Но здесь также налицо торможение: январь – 1,9%, февраль – 2,0%, март – 1,6% (с отрицательным вкладом вместе с оптовой торговлей в ВВП в 0,5 п.п.). Ожидания экспертов по году в целом опять-таки ниже официального прогноза – 1,2% и 1,7% соответственно. При этом в МЭР полагают, что реальные зарплаты в 2019-ом увеличатся на 1,1%, реальные располагаемые доходы населения – на 1,0%. Итоги января-марта, тем не менее, пока находятся в противофазе – зарплаты прибавили 0,4% (показав в марте нулевой темп), доходы (при новой методике расчета) снизились на 2,3%, ускорив падение с минус 1,9% в четвертом квартале прошлого года. Сказались эффект высокой базы-2018 (в текущем году не было никаких дополнительных выплат бюджетникам), околонулевая динамика в реальном выражении социальных трансфертов и продолжение опережающего роста обязательных платежей. При такой траектории показателей, характеризующих потребительский спрос, он вряд ли окажется способным к уверенной поддержке роста экономики в 2019 году, даже несмотря на обновление безработицей нового исторического минимума.

Выраженное замедление основных макропоказателей, однако, не дает достаточных оснований для вывода об экономическом провале первого квартала. Нефтецены полностью отыграли падение и двинулись вверх (к тому же дисконт Urals к Brent снизился до $0,7 за баррель; фондовый рынок отметился ростом индексов, профицит федерального бюджета составил 2,2% ВВП; консолидированного – увеличился в годовом выражении в 1,8 раза; инфляция, скорее всего, прошла пик (5,3% г/г по итогам марта, 5,2% г/г – к середине апреля); расширилось денежное предложение (М2).

Все эти факторы отразились в мартовском Сводном опережающем индексе (рассчитывается Центром развития НИУ ВШЭ) – он вырос с -3,3% до -1,2%. Тем не менее, оставаясь в отрицательной области он указывает на высокую вероятность продолжения замедления российской экономики. Неизбежность спада вовсе не очевидна, но и перспективы роста (на что указывает динамика основных макропоказателей) остаются под давлением структурных ограничений. Прямое следствие их синергии – ситуация, сложившаяся в динамике реальных зарплат и доходов.

Задуматься об этом заставляет и динамика численности среднего класса, наблюдаемая в последние годы.

· Стоит отметить, что тренд на снижение его доли обозначился во всем глобальном хозяйстве. Согласно опубликованным 10 апреля в докладе «Under Pressure: The Squeezed Middle Class» (Под давлением: сжатие среднего класса) ОЭСР данным, в развитых экономиках средние доходы в последние десять лет увеличивались лишь на 0,3% в год, тогда как стоимость жизни среднего класса росла быстрее, чем инфляция. Если в 1990-х расходы на жилье составляли четверть располагаемых доходов таких домохозяйств, то теперь – треть. В результате за тридцать лет численность среднего класса в странах ОЭСР сократилась с 64% до 61%. Казалось бы, не такое и большое сжатие за столь длительный период. Однако оно уже вызывает серьезную озабоченность. Генеральный секретарь Организации Анхель Гуррия охарактеризовал ситуацию так: «Сегодня средний класс все больше напоминает лодку в скалистых водах». Рекомендации же (снижение налогов, перенос фискального бремени с трудовых доходов на доходы от прироста капитала, введение мер, направленных на заморозку стоимости недвижимости, образования и здравоохранения, расширение доступа к высококачественным государственным услугам и т.п.) – прямое напоминание о неотлагательности структурных реформ.

· В России процесс сжатия среднего класса идет еще более быстрыми темпами. Так, согласно обнародованным на минувшей неделе результатам исследований Сбербанк CIB «Потребительский индекс Иванова» и «Российские регионы: где находится потенциал роста?», где к среднему классу относятся те, кому денег хватает не только на основные траты, но и на посещение ресторанов, путешествия и накопления, его доля с 2014-го по 2018 год сжалась с 60% до 47%. При этом число считающих, что их доходы ниже среднего, выросло с 35% до 48% (в том числе в Москве – с 34% до 45%, в Санкт-Петербурге – с 34% до 48%, в регионах – с 39% до 51%).

· Быстрого восстановления численности среднего класса, видимо, ожидать не стоит. По данным регулярного мониторингового обследования (проводится с 2915 года) Института социального анализа и прогнозирования (ИНСАП) РАНХиГС, в марте-2019 четверть опрошенных рассматривают перспективы развития экономики относительно позитивно, но об уже произошедшем ухудшении заявили 35,3%. При этом в оценках будущего своего материального положения респонденты со средними доходами весьма консервативны – 55,7% полагают, что оно не изменится. Медианный показатель для всех групп (включая «выше среднего» и «ниже среднего» – 50,8%). В целом же большинство россиян полностью или частично удовлетворены питанием (39,8% и 48,8% соответственно), жилищными условиями (40,5% и 42,3%) и личной безопасностью (39,4% и 45,0%). В то же время половина негативно оценивают свои возможности по оплате услуг медицины (49,5%) и образования (49,8%), а также размеры доходов (50,4%). И это – однозначное свидетельство о запросе в обществе на структурные трансформации в этих сферах.

Согласно опубликованным в начале апреля результатам комплексного обследования Росстата, для того, чтобы «свести концы с концами», среднестатистической российской семье требуется минимальный доход в 58,5 тыс рублей. При этом 79,5% российских семей испытывают трудности с рем, чтобы купить самое необходимое. По сравнению с показателем 2916 года (84,6%) – несомненное улучшение. Вместе с тем, в ходе исследования, проведенного Финансовым университетом при Правительстве РФ, выяснилось, что для достойной жизни россиянам в месяц нужен доход в пределах 66 тыс рублей, в том числе жителям Москвы – не менее 100 тыс, а Санкт-Петербурга – 91 тыс рублей. Однако по итогам первого квартала-2019 средняя начисленная номинальная зарплата (до уплаты НДФЛ, включая премии, бонусы и компенсации), по данным Росстата, составила лишь 45,0 тыс. рублей.

Как видим, разрыв между необходимыми и имеющимися доходами весьма значительный. На первый взгляд, нивелировать его должна помочь поступательная реализация национальных проектов. Согласно представленным в начале апреля МЭР сценарным условиям прогноза социально-экономического развития на 2019–2024 годы через шесть лет средняя зарплата должна достигнуть 63,4 тыс рублей. Но ведь и инфляция не стоит на месте – ее накопленный итог окажется выше 20% к текущему уровню. Да и сам прогнозный показатель-2024 ниже текущих оценок россиянами необходимого уже сейчас уровня оплаты труда.

Между тем, в адаптации населения к текущей макроэкономической ситуации и собственному материальному положению по-прежнему преобладают пассивные стратегии. По итогам марта-2019 в качестве основного инструмента приспосабливаемости 80,7% респондентов ИНСАП РАНХиГС было выбрали сокращение расходов, 38,6% сокращали сбережения, 8,1% продавали имущество, 33% занимали деньги у друзей и знакомых. При этом покупали ценные бумаги, валюту или делали вклады в банках 9,8% (20,2% годом ранее), а кредиты брали 29,5%.

По данным ЦБ РФ, за январь-март банковская розница выросла на 4,3% (за тот же период 2018 года – на 3,3%), а годовой прирост составил 23,6%. В то же время, спрос на ипотеку начал снижаться. Согласно расчетам Дом.РФ и Frank RG, в первом квартале-2019 в денежном выражении ее объемы выросли на 5%, но в количественном сокращались – было выдано 280 тыс. таких ссуд, что на 5% ниже аналогичного периода прошлого года, в том числе в марте – на 15%. Оценка спада спроса Объединенным кредитным бюро еще выше – снижение на 12%. То есть, рост розничного кредитования все больше поддерживает текущие потребительские расходы домашних хозяйств, а не инвестиции в недвижимость. Понятно, что в условиях сокращения реальных располагаемых доходов и снижения темпов роста зарплат такая финансовая модель обеспечения потребления сама по себе является серьезным риском.

Впрочем, активные стратегии адаптации тоже набирают темпы. Если в марте-2018, по данным ИНСАП РАНХиГС, только 16,6% россиян меняли работу на более высокооплачиваемую или находили приработки, то в начале весны 2019-го таких было уже 35,0%. Но и на этом пути могут возникнуть ограничения. Так, в МЭР ожидают, что даже в условиях повышения пенсионного возраста спрос на труд будет расти, а безработица еще дальше снижаться – с 4,8% в 2018 году до 4,5% в 2024-ом. Эксперты, между тем, в этом не так уверены. В докладе НИУ ВШЭ «Национальные цели социального развития: вызовы и решения», подготовленном при участии Всемирного банка к XX Апрельской международной конференции, отмечается: если «повышение производительности труда будет сопровождаться высвобождением работников, которые смогут трудоустроиться только на неформальном рынке труда, несмотря на рост заработной платы у оставшихся на предприятии сотрудников, совокупный эффект приведет к росту бедности и снижению доходов». Эксперты также обращают внимание на то, что мер, способных хеджировать эти риски, ни один нацпроект пока (?) не содержит. Между тем, по расчетам ЦМАКП, потенциал роста безработицы насчитывает 8-10 млн человек.

При всей неоднозначности наблюдаемой макродинамики замедление первого квартала может оказаться плодотворным для адекватной реакции на прозвучавшие «звонки». Главный из них в том, что заторможенное начало «шестилетки ускорения» совпало с нарастающей общественной потребностью в ликвидации дефицита социальной отдачи от роста ВВП, профицита бюджета, пополнения ФНБ и проч. Это означает, что российская структурная повестка перехода к новой модели развития, складывающаяся вокруг реализации нацпроектов и создания стимулирующей деловой среды, на каждом этапе своего исполнения чем дальше, тем больше будет требовать тщательного баланса экономических и социальных эффектов. Новые инвестиции – условие для этого абсолютно необходимое. И в этом же «статусе» и перемены в самоощущении граждан (68% респондентов мартовского опроса ФОМ уверены, что в экономике кризис), на деле являющиеся не менее важной движущей силой экономического роста.

Марина Войтенко - экономический обозреватель

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Rss лента
Разработка сайта: http://standarta.net