Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

16 декабря прошли повторные выборы губернатора Приморского края. Результаты прошедших в сентябре двух туров выборов губернатора Приморья краевой избирком признал недействительными из-за многочисленных нарушений. В итоговый список кандидатов на пост главы региона вошло четыре человека: Андрей Андрейченко (ЛДПР), врио губернатора Олег Кожемяко (самовыдвиженец), Алексей Тимченко («Партия Роста») и Роза Чемерис («За женщин России»). По результатам выборов новым губернатором Приморья стал Кожемяко с 61% голосов. Андрейченко получил 26%, остальные кандидаты в сумме набрали 9%.

Бизнес, несмотря ни на что

28 ноября на совещании у президента Владимира Путина с правительством обсуждались частные инвестиции в национальные проекты. Основными докладчиками выступили министр финансов Антон Силуанов и президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин. Совещание прошло полностью в открытом режиме, хотя традиционно встречи президента с правительством делятся на открытую и закрытую части, а большинство вопросов рассматривается именно в закрытом режиме.

Интервью

Веерный характер присоединения европейских стран к высылке российских дипломатов после отравления Скрипалей в Солсбери практически оставил Москву одну на европейском континенте. О том, как позиция Италии может измениться по результатам тяжелых коалиционных переговоров, которые сейчас ведут победившие на парламентских выборах 4 марта правые и левые силы, в интервью «Политком.RU» рассказывает сопредседатель ассоциации «Венето-Россия» и научный сотрудник Института высшей школы геополитики и смежных наук (Милан) Элизео Бертолази.

Колонка экономиста

Видео

Наши партнеры

Взгляд

22.03.2006 | Алексей Рощин

В ЗАЩИТУ БЕЗЗАЩИТНОГО ПРИЗЫВА, ИЛИ ЧЕМ ОПАСНА КОНТРАКТНАЯ АРМИЯ

В последнее время идея заменить нынешнюю призывную армию на контрактную завоевывает сторонников лавинообразно. Как-то вдруг стали буквально «лезть в глаза» многочисленные «минусы» призыва в том виде, в котором он существовал в СССР и сохранился в России. Общество и государство, кажется, уже отчаялись победить органически присущие ТАКОЙ призывной армии «дедовщину», низкую боеспособность, безудержную коррупцию и склонность воинских начальников воспринимать солдат и матросов как бесплатную (читай – рабскую) рабочую силу.

Кроме того, надо признать, что на престиже армии в ее нынешнем виде весьма негативно сказались и ее постоянные, говоря мягко, «полуудачи» в собственно военных предприятиях последних десятилетий: тут и уход из Афганистана, и две сомнительные кампании в Чечне, которые, однако, так и не привели к окончательному подавлению вооруженного сопротивления. Конечно, любой военный или «сочувствующий» найдет массу «невоенных» оправданий тому, почему армия в обоих случаях не смогла одержать полную победу; однако уже сама необходимость оправданий ставит боеспособность ЭТОЙ армии под сомнение. Как бы то ни было, но самоощущение армии как «армии-победительницы» в настоящий момент во многом утеряно.

На этом фоне идея «разрубить гордиев узел», перейдя на иной принцип комплектования армии, выглядит весьма привлекательно. В контрактной (то есть наемной) армии не только рядовые граждане и эксперты, но и уже и многие политики (например, Немцов) видят массу преимуществ: с «дедовщиной» проблем будет меньше, а боеготовность, напротив, выше (ведь еще одно название «контрактной» или «наемной» армии – «профессиональная армия»), и генералы поостерегутся знающего свои права контрактника отправлять строить свои генеральские дачи…

Серьезное возражение всегда было только одно – мол, дорого очень. Не хватит денег у государства на контрактную армию! Однако теперь, когда от Стабфонда, ЗВР и профицита бюджета уже чуть не лопается казна – и финансовый аргумент звучит малоубедительно. И last, but not least: в контрактную армию пойдут только те граждане, которые ХОТЯТ в нее идти. А те, которые НЕ ХОТЯТ («то есть я и мои дети», как мысленно добавляют едва ли не подавляющее большинство 'дорогих россиян') – и НЕ ПОЙДУТ! Без всяких взяток, справок, «отмазок» и прочего.

Почему же при всех этих убойных аргументах вопрос перехода «на контракт» никак не продвигается дальше деклараций в духе «надо бы» и «неплохо бы»? Неужели дело только в неимоверной косности или некомпетентности руководства страны и министерства обороны?

Дело в том, что призывная армия обладает одним, но зато поистине огромным преимуществом именно с точки зрения гражданской государственной власти.

Призывная армия абсолютно беззащитна перед собственно государством и практически неспособна выступать в качестве СУБЪЕКТА ВНУТРЕННЕЙ ПОЛИТИКИ. Это единственное достоинство как раз является продолжением (вопреки пословице) всех перечисленных выше многочисленных ее недостатков.Солдаты в призывной армии, как справедливо уже отмечалось, почти рабы, остающиеся «в рядах» главным образом ввиду общего государственного принуждения. Сами они служить, как правило, не испытывают ни малейшего желания и при первой же ЛЕГАЛЬНОЙ возможности охотно бы расстались с погонами и всем, что с ними связано. Причем данное принуждение осуществляет вовсе не сама армия; она лишь пользуется его плодами. Грубо говоря, солдат остается служить главным образом из страха перед милиционером (т.е. – перед репрессивным аппаратом государства). Таким образом, главный ресурс этой армии, ее «мясо» (пусть даже пушечное) – ей, оказывается, не принадлежит! Аппарат нынешней (как и советской) армии, ее «мозг» - многочисленный офицерский корпус – как бы подвешен в воздухе. И ниточка, за которую он подвешен, находится в руках Гражданской Власти.

Именно этим объясняется удивительная беспомощность армии в эпоху всех и всяческих катаклизмов, реорганизаций и сокращений в ее истории, особенно в начале 90-х, когда реальное денежное довольствие офицеров в реальном выражении сократилось в десятки раз (поскольку никогда не успевало за галопирующей инфляцией), годами не выплачивалось вовремя, условия жизни в военных городках повсеместно ужасали – и за весь это период не было не то что состоявшегося военного бунта, но даже и маломальской угрозы его!

Впрочем, вспомним обвальное и чрезвычайно жестокое по форме сокращение армии, предпринятое в 60-е годы Хрущевым, которое также прошло без каких-либо попыток армии возмутиться… Власть в нашей стране всегда «в глубине души» знала, что со стороны офицерства ей опасаться нечего – и потому никогда с ним особо не церемонилось.

А почему так? Хрущев ДЕСЯТКАМИ ТЫСЯЧ вышвыривал со службы, не дав дослужить год-два до пенсии, командиров батальонов и полков, вооруженных самым современным на тот момент оружием; при Ельцине целые военные городки (скажем, возле расположения танковых дивизий), бывало, оставались без отопления, продпайков и денежного довольствия на всю зиму; офицеры глухо роптали, солдаты мерзли – но никаких поползновений «стукнуть железным кулаком» не было!

Призывная армия не может быть самостоятельной внутренней политической силой прежде всего потому, что ее основа – солдаты – всегда имеет тенденцию разбежаться. По большому счету, они только ждут соответствующей отмашки… именно от гражданской власти, а вовсе не от своих командиров. В своей истории мы имеем тому чрезвычайно красноречивое подтверждение – 1917 год.

Ведь царская армия также была по своей сути призывной. На момент революции она была поистине огромна – если судить по количеству «штыков» - располагаясь на огромном фронте от Валахии до Прибалтики. Что в сравнении с нею была горстка «повстанцев»-большевиков? Кому, казалось бы, должна была в итоге достаться вся власть в стране? Им или боевым генералам Корнилову и Деникину, имевшим в непосредственном подчинении огромные войсковые соединения?

Однако, как только выяснилось, что центральная власть ослабела, будущие генералы Белой Армии – а на тот момент генералы армии действующей – в полной мере почувствовали, что командовать им фактически НЕКЕМ. Солдатская масса с фронтов разбежалась практически ВСЯ. Целые полки «серой скотинки» захватывали эшелоны и двигали в тыл. Как известно, Добровольческая Армия первоначально была вынуждена формироваться ТОЛЬКО из офицеров – потому что солдат как таковых в нее заманить не удавалось ничем. Соответственно, и вся «сила» Корнилова и Деникина – кадровых офицеров! - изначально измерялась не армиями и корпусами, а тысячей-двумя бойцов в заново сформированных «офицерских полках».

Сцены многочисленных расправ вооруженных солдат и матросов с «офицериками» и «золотопогонниками» мы прекрасно знаем по бесчисленным художественным произведениям, описывающим период революции. Вдруг оказалось, что, как ни странно, безопасность и сами полномочия офицера в призывной армии во многом обеспечивают… полиция и городовые в глубоком тылу. А когда их ТАМ по какой-либо причине нет – тогда и власть офицера становится практически эфемерной…

Это – еще одна важная особенность армии призывной: наличие более-менее явного антагонизма между офицерской и солдатской массой. Офицер в призывной армии постоянно, а солдат – временно; офицер здесь по доброй воле – солдат по принуждению; офицер имеет право приказывать – солдат должен беспрекословно подчиняться. Уже поэтому действовать более-менее как единое целое офицер и солдат могут только в ситуации противостояния внешнему врагу; во внутренних же делах солдат офицеру не товарищ и не помощник, ибо чаще всего сама армия как институт офицеру нужна, а солдату – активно нет.

А теперь давайте рассмотрим, что же изменится в нашем обществе, если нам – несмотря на все громадные затраты и технические трудности данного начинания – все же удастся сформировать полноценную наемную, целиком «профессиональную» армию. Прежде всего – чисто политически – изменится сам ВЕС армии в обществе. Это уже будет по-настоящему мощная и единая сила. Возникнет КОРПОРАЦИЯ, у которой будет свой, единый и постоянный интерес в отношении к каждому Правительству.Каким же будет этот интерес у этой «армии профессионалов»? Нет, по сути, он ничем не будет отличаться от подобного же интереса любой другой корпорации внутри государства – врачей ли, учителей, работников лесной промышленности и т.п. Он максимально прост – армия будет хотеть от правительства ДЕНЕГ. На ВСЁ необходимое: и на техническое оснащение, и на «достойные зарплаты», и на «достойные боевые», и на достойные привилегии… Только вот, в отличие от тех же учителей, у профессиональной армии будет значительно более весомый арсенал средств давления на правительство. Причем слово «арсенал» здесь вполне можно понимать в самом что ни на есть буквальном смысле… Представим себе: военные гарнизоны, как сегодня, практически в каждом регионе страны, спаянные общим – от рядового-«контрактника» до генерала – ИНТЕРЕСОМ, а также располагающие при этом всем необходимым вооружением и единым командованием!

Насколько вероятно предположение, что ТАКАЯ армия будет из правительства… ну, говоря мягко, веревки вить?

Здесь важно еще и то несомненное обстоятельство, что российское общество и сегодня, и, очевидно, в ближайшие годы – образование чрезвычайно рыхлое, атомарное, безжалостно к тому же порезанное различными «властными вертикалями». Компактная и единая СИЛА, которую представляет собой контрактная армия – это фактор, который именно в этих условиях, скорее всего, станет прекрасной опорой любой диктатуры.

Сегодня же ситуация принципиально иная: да, офицер, обремененный семьей и не обремененный ни особыми перспективами, ни собственным жильем, хочет от правительства все того же – денег и уважения к его нелегкому труду. Солдат же денег не хочет (их ему никто и не предлагает); его единственная робкая просьба к Власти лучше всего выражается чем-то вроде стона «Дяденька, отпустите меня, пожалуйста!» Да и сами офицеры всем складом нынешней армейской жизни принуждены не столько думать о бунтах, сколько о том, как удерживать в повиновении и добиваться хоть какой-то дисциплины от стада, загнанного в казармы и только и мечтающего о том, как бы их покинуть, буквально «считающего дни» (подсчет «сколько мне осталось до дембеля» - одно из любимейших развлечений во всех российских казармах).

Возможно, кто-то считает поголовное «нежелание служить» внутри казарм каким-то сильным преувеличением? Едва ли; можно привести весьма яркое опытное подтверждение.

В течение 4 лет начиная с 1985 года в СССР были отменены отсрочки при призыве в армию для студентов большинства ВУЗов страны, и студентов брали «в ряды Вооруженных Сил» прямо из институтов. В 1989 году Постановлением Верховного Совета СССР не только были возвращены так называемые «студенческие отсрочки» при призыве в армию, но и принято беспрецедентное решение немедленно вернуть за студенческую скамью тех студентов, что были призваны и на момент выхода постановления еще должны были проходить службу (кому-то оставался год, кому-то – полтора и т.д.). Постановление касалось буквально сотни тысяч призывников из числа студентов. Все практически все они воспользовались возможностью, предоставленной ВС, и досрочно демобилизовались. По крайней мере, о случаях, чтобы кто-то пожелал «дослужить», ничего не известно…

Таким образом, можно сделать вывод, что политические последствия от появления у нас в стране контрактной армии далеко не исчерпываются только «избавлением от дедовщины» и повышением боеготовности. Существенно изменится сам политический ландшафт, и военные, вполне возможно, превратятся в один из серьезных и ПОСТОЯННЫХ факторов дестабилизации и угрозы демократии в стране.

Алексей Рощин – ведущий эксперт ЦПТ

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Победа на президентских выборах в Бразилии крайне правого политика Жаира Болсонару вызвала резко негативную реакцию ведущих мировых СМИ. Избранного президента страны (он должен приступить к своим обязанностям 1 января 2019 года) иногда называют «бразильским Трампом», но тот по сравнению с Болсонару выглядит умеренным политиком. Болсонару имеет репутацию жесткого противника либерализма, социал-демократии, коммунизма, а также христианского фундаменталиста (он католик, но политически близок к бразильским протестантам-евангелистам) и гомофоба.

Владимир Путин и Синдзо Абэ на встрече в Сингапуре 14 ноября договорились ускорить переговорный процесс на основе Советско-японской совместной декларации 1956 года, предполагающей возможность передачи Токио после заключения мирного договора острова Шикотан и группы островов Хабомаи. На встрече Абэ выразил надежду, что Россия и Япония решат территориальный спор и заключат мирный договор. А Путин подтвердил, что переговоры об островах начались именно на основе декларации 1956 года.

Предсказывать исход и даже интригу президентских выборов в США, когда до них еще более двух лет, ни один уважающий себя эксперт не решится. Но о некоторых параметрах президентской гонки 2020 года можно рассуждать уже сейчас. Смысл этой статьи – показать, за чем и за кем следить, потому что американская политика, как внутренняя, так и внешняя, во все большей степени будет определяться «прицелом» на эти выборы.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net