Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Марина Войтенко

Видео

Взгляд

20.04.2006 | Алексей Рощин

Универсальная присяжная

Недавно в Москву приезжала из Америки погостить моя однокурсница Галя. Я ее не видел лет 15, а то и больше – благо в Америку они перебрались еще в самом начале 90-х. «Они» - потому что уехали они вдвоем с другим моим однокурсником, Димкой. Сначала обретались в Штатах как студенты, потом, что называется, «закрепились». Живут, как выяснилось, под Бостоном. Не бедствуют: свой дом, двое детей, старший уже в колледже. А основные деньги зарабатывает как раз жена, Галка. Вот ее профессия меня и поразила более всего…

Галя по образованию психолог. Причем в Америке она не переквалифицировалась – наоборот, даже защитила что-то типа диссера (Ph.D). И диссер был аккурат на материале нашумевшего в США "дела О-ДЖея Симпсона" (понимающий поймет). Что-то о психологии убеждения. Я до этой встречи только слышал краем уха от общих знакомых, что делает она что-то такое "психологическое" в каких-то сферах, связанных с американскими юридическими фирмами. Естественно, очень хотелось узнать «из первых рук», чем же она там занимается на самом деле.

Я ее слушал, сидя в неплохом кафе на Большой Ордынке, и меня охватывало странное чувство, что-то вроде «дежавю»… С одной стороны, специфика работы показалась мне до боли знакомой – я здесь, похоже, занимаюсь примерно тем же; с другой стороны, в нынешней России такая профессия практически немыслима, и у нас в языке нет ни слов, ни терминов для того, чтобы как-то ее обозначить. Впрочем, судите сами.

Галка работает ведущим специалистом в консалтинговой фирме, которая специализируется на… подготовке сторон судебного процесса к работе с присяжными. Другими словами, она учит адвокатов (и, реже, прокуроров) – как им разговаривать с присяжными, чтобы их убедить.

Еще раз: в Америке постоянно идут тысячи судебных процессов. Они состязательные и в конечном итоге сводятся к тому, какая из сторон сумеет убедить присяжных в своей правоте. Целые команды адвокатов (или прокуроров) собирают и сортируют доказательства, анализируют доводы и доказательства соперников, готовят жаркие и обоснованные речи… В общем, все это мы видели десятки раз в голливудских фильмах. Но, оказывается, между всем этим и собственно выступлением в суде есть еще один важнейший этап: все эти «адвокаты дьявола» приходят к Галке и там, переминаясь с ноги на ногу, очень просят оценить – как звучит? Галка уверяет, что с адвокатами обычно не церемонится: «Это ерунда! Это занудно… Эту чушь никто слушать не будет… Такими доводами даже мою бабушку не убедишь…» - вот такие вердикты выдает она присмиревшим адвокатам (тем самым, которые, как я до этого наивно полагал – короли насквозь сутяжного западного мира)…

- А прокурорам вы, наверно, делаете скидки? – спрашивал я, желая проявить свое знание реалий мира чистогана. – Они ж ведь бедные, да? Не то что адвокаты, эти кровопийцы?..

- Да сейчас мы с прокурорами мало работаем, - весело машет рукой Галя. – Потому что решили – «никаких скидок»! Обожглись несколько раз: им идешь-идешь навстречу, а потом в окружной Прокуратуре стакана воды не допросишься…

Впрочем, прокуроры, расчлененка и кровища – это только в России непременный атрибут суда присяжных, зафиксированный законом. Ведь в Штатах, в отличие от России, присяжные судят не только «тяжкие уголовные» процессы, но и вообще все – в том числе и чисто гражданские. Граждане и всякие ассоциации периодически вчиняют огромные иски табачным и фармацевтическим компаниям – Philip Morris, Eli Lilly и т.д. Оценивают наличие/отсутствие ущерба для здоровья тоже присяжные. Галя мотается по всем Штатам, и на счету ее фирмы – десятки «отбитых» табачных исков (потому что первое время в своем «юридически-психологическом» амплуа она специализировалась как раз по табаку).Поначалу ее партнеры сомневались – мол, сумеет ли она с подлинной страстью продумывать защиту «Ковбоя Мальборо», если сама не курит и отродясь не курила? Но она быстро убедила всех – сможет. Психфак МГУ, наша школа! Недаром еще на втором курсе, в 1987 году, мы с ее будущим мужем Димкой издавали первый на факультете самодельный студенческий «психологический журнал» с характерным названием «Душа и воля»! Вот и Галя с первых дней заявила своим коллегам что-то вроде «Свобода дороже! Хотят люди курить – никто их не должен заставлять отказываться от любимой привычки!»

Специфика и методы работы в таком «психо-юридическом консультировании» примерно такие же, как и в хорошо известном мне политконсалтинге. Они применяют тот же личный тренинг публичного выступления, ту же адаптацию «умных текстов» к пониманию «простого человека», те же фокус-группы для «обкатки» тех или иных тезисов или целых речей. Разница только в том, что здесь объект воздействия – не население (избиратели) целого населенного пункта, области или страны, а всего 12 человек. 12 присяжных. Их надо убедить. С ними надо говорить на их языке…

Адвокатские конторы продумывают что сказать, а фирмы подобные Галкиной – как сказать. Вся судебная система «заточена» и крутится вокруг присяжных.

Меня особо поразил такой часто, по словам Галки, применяемый метод: в той же местности, где проводится суд, нанимают что-то вроде фокус-группы (т.е. желающих поучаствовать в исследовании за плату от 100 до 200, в зависимости от места, долларов в день), участники которой по всем половозрастным, расовым и имущественным параметрам соответствуют параметрам группы присяжных (они известны). По сути, формируется как бы «вторая коллегия присяжных» - из тех же «людей с улицы». Перед ними выступают с речами сами клиенты-адвокаты, все как в настоящем суде, с той же страстью – а в руках у каждого из «присяжных» пультики с двумя кнопками: красная – «убеждает», синяя – «не убеждает». По условиям каждый «условный присяжный» должен, слушая речь, нажимать на одну из кнопок каждые 10-15 секунд… Потом данные выводятся на компьютер, обрабатываются, накладываются на хронометраж речи – и таким образом в ней выявляются «ударные» и «проседающие» места, составляются «кривые убедительности» и т.п… (Кстати, что-то подобное можно было бы ввести в передачах типа «К барьеру!» - было бы забавно).

Короче, к работе с присяжными подходят в Америке максимально серьезно. Я спросил Галю – какое у нее теперь сформировалось отношение к американским присяжным, после 8 или 9 лет работы в такой специфической сфере? Неужто как к подопытным крысам или кроликам, или иным «объектам для манипуляций»?

Оказалось, нет. И мне это очень близко – потому что что-то подобное, уверен, чувствует и любой настоящий политтехнолог. Галка, как мне показалось, испытывает огромное и неподдельное уважение к присяжным, и оно только растет, чем больше она работает! С одной стороны, это важнейшее условие работы: ведь, по сути, работа Гали и состоит в том, чтобы идентифицироваться с присяжными, думать, чувствовать и видеть, как они, с их позиций оценивать все то, что собирается говорить и говорит клиент – а также то, что он недоговаривает... Галя в каком-то смысле сама «универсальная присяжная». Стала ею за годы работы.

С другой стороны, конечно, 8 лет работы дают бесценный опыт, картину того, как работает судебная система. Галя, похоже, убеждена – присяжные практически никогда не ошибаются. «Что ж – неужели они не ошибались и в тех процессах, которые ваши клиенты проигрывали?» - «подколол» я университетскую подругу. «Конечно! – с жаром отвечала Галя. – Пойми – мы ж только делаем наших клиентов насколько можно убедительнее; а уж убеждают ли они – это другой вопрос. Тут и от самой сути дела многое зависит…» (Завидная объективность, которую я в себе также часто замечаю. Такая объективность – счастливая особенность консультантов, получающих свою высокую ставку не «по успеху», а исключительно за квалификацию и большие вложенные усилия).

Естественно, я не мог не поинтересоваться мнением Галки о недавнем нашумевшем процессе по делу «таджикской девочки». Очень был про себя горд, что сумел задать такой интересный вопрос, и уже готовился вкратце посвятить Галку в обстоятельства дела… как тут же оказалось, что я был примерно 15-м человеком, который спросил у Гали ее мнение по этому вопросу за те 2 дня, что она ступала по российской территории. Все обстоятельства дела Галка знала не хуже меня (все ж профессиональный интерес, как ни крути!).

- Абсолютно понятный и правильный вердикт, - безапелляционно заявила Галка.

- Ну да – присяжные ж не ошибаются, да? - сказал я уныло.

- Да при чем здесь это? – возмутилась она. – Из процесса же ясно видно – двоих, которые как раз убивали, не поймали и даже не выяснили, кто такие! Присяжный ведь не должен отвечать на вопрос – «кто убил скорее всего?» Вопрос другой – «есть ли достаточные основания без всяких сомнений утверждать, что именно ЭТОТ убил?» Они смотрят и говорят – нет, нет таких оснований. И они правы! Если следствие не собрало убедительных доказательств, а троих вообще «не нашло» - что делать присяжным? И кстати – в Америке вердикт суда присяжных вообще пересмотру не подлежит. Оправдали – значит, оправдали. Всякий прокурор знает, что у него, как правило, есть ОДИН шанс… Понимаешь, ОДИН! Что-то упустил, не учел, не доработал – и всё! Человек оправдан! Там они, как у вас, не работают: не получилось – переследствие, не получилось – еще переследствие…

Галка не на шутку разошлась.

- Ну да, - сказал я еще более уныло. – Так ведь у вас там прокуроров выбирают?

- Это у вас тут никого не выбирают, - пожала плечами Галка, успокаиваясь.

Алексей Рощин – ведущий эксперт ЦПТ

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net