Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

08.08.2006 | Сергей Маркедонов

Российские ошибки кавказской политики США

США стремительно активизируют свое участие в урегулировании межэтнических конфликтов на Южном Кавказе. Сегодня именно тема нагорно-карабахского урегулирования находится в фокусе американской «кавказской политики», хотя вовлеченность в процесс грузино-абхазского урегулирования тоже возрастает. Этого пока нельзя сказать о вовлеченности в грузино-осетинский конфликт. И если раньше для американской политики на Южном Кавказе была характерна скорее нравоучительность, то сегодня почерк администрации США меняется. Теперь представители американской администрации стремятся выйти на проектный уровень. Свидетельством тому – принципы нагорно-карабахского урегулирования, озвученные заместителем помощника государственного секретаря США по вопросам Европы и Евразии Мэтью Брайза в конце июня 2006 года, а также целый ряд «конструктивных» предложений по грузино-абхазскому урегулированию, высказанных им на прошлой неделе.

В конце июля – начале августа 2006 года Мэтью Брайза, новый главный переговорщик, представляющий интересы США в Минской группе, побывал с визитом во всех государствах Южного Кавказа. Находясь в Грузии, американский дипломат подверг российскую политику в Абхазии серьезной критике (и эта критика намного важнее, чем абстрактные декларации представителей американского истеблишмента). По словам Брайза, в ходе Кодорской операции Тбилиси «заявления со стороны Москвы и Сухуми не способствуют разрядке ситуации", и «ни в одном уголке мира подобные заявления не способствовали бы урегулированию ситуации». Вместе с тем американский дипломат дал высокую оценку грузинской политике, поскольку «правительство Грузии уже продемонстрировало, что оно очень осторожно и аккуратно может урегулировать любой конфликт, существующий на территории страны».

Что имел в виду господин посол, осталось не понятно. Какое это умение продемонстрировало правительство Грузии? Умение разблокировать Дагомысские соглашения 1992 года и фактически возобновить кровопролитие в Южной Осетии в 2004 году? Объявить военную тревогу в Абхазии, поставив ситуацию на грань возобновления этнического конфликта?

Однако не будем столь критичны по отношению к американскому дипломату. Как и многие его коллеги из США и государств ЕС, Мэтью Брайза действует со страстью неофита, желая доказать всем, что именно у него находится ключ к разрешению многолетних конфликтов на территории Евразии. В ходе своего визита в Грузию Брайза сделал и целый ряд конструктивных предложений. Во-первых, он заявил о необходимости интернационализации «полицейского присутствия» в Гальском районе. В интервью грузинскому бюро радио «Свобода» американский дипломат сделал следующее заявление: «Операция по ликвидации криминальной банды (имеется виду Эмзар Квициани его батальон «Охотник»- С.М.), которая создавала проблемы населению Кодорского ущелья - там, где раньше ничего не делалось для искоренения преступности - подчеркивает значение размещения международных полицейских соединений.

И, возможно, не столько в Кодорском ущелье, сколько в Гальском районе, где существуют аналогичные проблемы с точки зрения криминогенной обстановки, мешающие возвращению перемещенных лиц в свои дома». Однако, по мнению Брайза, это не означает завершение российской миротворческой операции в зоне грузино-абхазского конфликта. Таких заявлений, могущих порадовать представителей грузинского истеблишмента, Мэтью Брайза не делал. По мнению американского дипломата, российские «голубые каски» имеют другие задачи, к числу которых не относится борьба с криминалом, то есть чисто полицейские функции. За российскими же миротворцами американский дипломат признает военно-политические приоритеты, и прежде всего, предотвращение возобновления конфликтов. С последним тезисом можно было бы согласиться, если бы только принять другой тезис. Подобные заявления, ободряющие грузинские политические действия в Кодори, служат легитимации для официального Тбилиси в деле «разморозки конфликтов». О том, что эта «разморозка» может быть деструктивной, свидетельствует двухлетняя история грузино-осетинских отношений (2004-2006 гг.).

Однако Мэтью Брайза попытался представить свое конструктивное видение будущего Абхазии и Южной Осетии. Увы, но здесь его новые «принципы» практически ничем не отличаются от морально устаревшего «плана Бодена» (проект бывшего спецпредставителя ООН по Абхазии), принятого еще в «эпоху до Саакашвили». «Южной Осетии и Абхазии должна быть дана та автономия, которая их удовлетворит, и это будет автономия внутри Грузии с той степенью независимости, которую они сами себе желают. Администрация США поддерживает территориальную целостность Грузии и считает, что правительство Грузии должно продолжить сотрудничество с международными организациями с тем, чтобы урегулировать конфликты на своей территории и убедить население, проживающее в этих регионах, в его полной безопасности».

Однако на сегодняшний день главы непризнанных образований не желают никакой степени автономии в рамках Грузии. И если Южная Осетия рассматривает себя как часть РФ, то Абхазия стремится к «той степени независимости», где заканчивается юрисдикция Тбилиси. Убеждать же население «мятежных территорий» в чем–либо грузинское руководство не желает. Вместо этого оно раздает обещания встретить новый год в Цхинвали, создает никого не представляющие марионеточные «правительства в изгнании» (на манер товарища Сталина, создававшего правительство социалистической Финляндии), ликвидируют автономию Аджарии, не допускают создания автономии для джавахкских армян. Подобными заявлениями Мэтью Брайза демонстрирует догматическое понимание межэтнических конфликтов в Грузии.

И если российскую сторону (зачастую справедливо) упрекают в непонимании грузинской мотивации и нежелании вести серьезную работу не только в Цхинвали и в Сухуми, но и в Тбилиси, то представителей американского госдепартамента можно было бы упрекнуть в нежелании глубоко вникнуть в мотивацию абхазских и осетинских политиков. Не оправдать их действия, а попытаться без политической ангажированности понять причины их бегства от «малой империи» (по образному выражению академика Андрея Сахарова).

Но главной целью кавказского турне Мэтью Брайза была не столько Грузия, сколько нагорно-карабахское урегулирование. Напомним, что еще месяц назад именно Брайза озвучил основные «принципы нагорно-карабахского урегулирования», которые, однако были весьма прохладно встречены самими конфликтующими сторонами. Американский дипломат, являющийся сопредседателем Минской группы ОБСЕ от США, посетил Азербайджан, Армению и непризнанный Нагорный Карабах. В этом поступке американский дипломат уже проявил гораздо большую гибкость и гораздо меньший догматизм, согласившись посетить непризнанное мировым сообществом образование. Круг общения американского дипломата был весьма широк. Никто не остался без внимания, ни официальные лица, ни оппозиция (включая радикалов). В данном случае российской дипломатии есть чему поучиться. Речь идет о вовлечении в политику всех «заинтересованных сторон», имеющих политическое влияние на происходящие процессы. Влиятельная армянская газета «Голос Армении» так охарактеризовала гиперактивность американского дипломата в процессе нагорно-карабахского урегулирования: «Новый сопредседатель МГ ОБСЕ от США Мэтью Брайза, похоже, намерен совершить маленькую революцию в одном отдельно взятом переговорном процессе по нагорно-карабахскому конфликту… Своими чуть ли не каждодневными заявлениями и интервью молодой сопредседатель вот уже почти месяц как торпедирует (чтобы не сказать терроризирует) доселе не слишком быстротекущий переговорный процесс… И хотя с трудом верится, что ему удастся переломить ситуацию, но... чем черт не шутит… В сопредседателях Мэтью Брайза всего-то месяц, а разговоров о его заявлениях и о нем самом - как ни об одном другом сопредседателе за весь переговорный процесс. Вплоть до частной жизни. А до конца года еще 5 месяцев и чуть-чуть. А что если Мэтью Брайза намерен продолжать такими же темпами?» Между тем именно визит Мэтью Брайза стал предметом для серьезного обсуждения перспектив разрешения конфликта на встрече сопредседателей Минской группы ОБСЕ 2 августа 2006 года. На этой встрече Мэтью Брайза постарался представить свой визит как серьезный дипломатический успех, а политику своего государства как наиболее конструктивную в деле мирного урегулирования конфликта.

Однако гиперактивность Мэтью Брайза на всех кавказских фронтах имеет серьезные пределы. Об этом достаточно аргументировано высказался Жирайр Либаридян (Либардин), главный «переговорщик» по Нагорному Карабаху в период президентской легислатуры Левона Тер-Петросяна. По мнению Либаридяна, урегулирование наталкивается на разные национальные интересы государств-сопредседателей Минской группы ОБСЕ. А значит, какой-то консенсус со стороны «внешних миротворцев» трудно достижим. Во-вторых, сами стороны конфликта имеют различные (не совместимые) подходы. В самом деле, как может согласовываться тезис о самоопределении армян Карабаха и заявление президента Ильхама Алиева о том, что территориальная целостность Азербайджана не будет темой для дискуссии «ни сегодня, ни завтра, никогда и ни при каких обстоятельствах» (это заявление Алиев-младший сделал за день до визита в Баку Мэтью Брайза). Не способствуют продвижению к миру и заявления отдельных азербайджанских политиков о повторении «кодорского сценария» в НКР.

Однако помимо тезисов Жирайра Либардяна, есть еще одно важное соображение. Американская политика на Кавказе во многом повторяет российские ошибки периода 1990-х гг. США в отличие от России умеют работать и с властью и с оппозицией. И вообще гораздо лучше проводят курс на диверсификацию отношений. Однако действия американского госдепартамента отличает правовой и политический догматизм. Всерьез полагаясь на силу подписанных документов и абсолютизируя рациональное мышление (мир лучше, чем война, потому что он экономически выгодней и приносит стабильность), Вашингтон упускает многие факторы эмоционально-психологического свойства. В случае с межэтническими конфликтами речь идет не о правовых казусах, не о статусных спорах. Эти конфликты являют собой не акты гражданского права. В них речь идет не о дележе наследства, а, следовательно, любые декларации и подписанные соглашения сами по себе не являются политической реальностью. Они – мало что значащие политические бумаги, выполнять которые население не готово. Не готово потому, что для грузин, абхазов, осетин, армян и азербайджанцев межэтническое противоборство - это не вопрос торжества закона. Это - идентификационный выбор, определяющий не только внутри –и-внешнеполитическую стратегию их государств. Это - определение своего собственного «я» в кавказской системе координат. Без апелляции к обществам Кавказа, а также к факторам психологического, а не формально-правового свойства, межэтнические конфликты на Южном Кавказе не решаемы по определению.

Именно апелляция к этим факторам, национальным символам создает меры доверия, строит новую идентичность с гораздо меньшим конфронтационным потенциалом. И только опираясь на меры доверия (а не на подписанные договоренности между главами государств), можно взяться за строительство постконфликтной конструкции Южного Кавказа.

Сергей Маркедонов - зав. отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа, кандидат исторических наук

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net