Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

07.11.2006 | Алексей Макаркин

«Русский марш-2»: перехват праздника

«Русский марш» 4 ноября нынешнего года прошел не только в Москве – как это было в прошлом году, когда День народного единства отмечался впервые и проходил «Русский марш-1», – но и в других российских городах: националисты стремятся «закрепить» этот праздник за собой. При этом власть, также в отличие от прошлого года, была настроена по отношению к националистам несколько жестче.«Русский марш-2» в Москве в полном объеме националистам провести не дали, хотя их квазишествие – от метро «Парк культуры» до Девичьего поля, где прошел митинг, - все же состоялось. Его организаторы не пошли на лобовое столкновение с властями, которое было бы возможным, если бы митинг начался в метро, как первоначально планировали лидеры Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ).

Сама власть, запретив «Русский марш», продемонстрировала, что стала более негативно относиться к националистическому движению, чем это было в прошлом году. Тогда националисты рассматривались в качестве куда меньшего зла, чем «оранжевые» либералы – напомним, что изначально прошлогодний «Русский марш» был организован прокремлевским Евразийским союзом молодежи, а ультраправые первоначально должны были выступать в качестве «массовки». Теперь же, после Кондопоги, стало ясно, что националистически настроенные политики могут небезуспешно использовать антииммигрантские настроения части общества. Кроме того, к националистам пришли их единомышленники, вытесненные из «Родины» в нынешнем году – так, в качестве одного из организаторов «Русского марша» в нынешнем году выступал Дмитрий Рогозин, а его ближайший политический союзник Андрей Савельев официально вступил в ДПНИ. Общественный совет в поддержку проведения марша возглавил еще один депутат Госдумы, Виктор Алкснис, получивший известность еще в конце 1980-х годов как сторонник сохранения СССР любой ценой.Сейчас евразийцы подчеркнуто осудили марш националистов, хотя и участвовали в аналогичной акции в Киеве – которая, однако, полностью находилась в русле «антиоранжевой» стилистики. Часть православных патриотов отказалась от участия в марше и провела собственное мероприятие на Славянской площади – их главной задачей в отношениях с властью является сейчас лоббирование введения «Основ православной культуры» в средней школе. Поэтому на прямой конфликт с Кремлем они идти не хотят – «плюрализм» же протестных акций, как известно, всегда ослабляет публичный эффект от них. Официальным же предлогом для раскола стало участие в акции открыто пронацистского «Славянского союза» (не менее известного в националистических кругах под «знаковой» аббревиатурой СС).

Кроме того, из ЛДПР был исключен депутат Николай Курьянович, который и раньше был известен своими тесными контактами с ДПНИ и другими ультраправыми силами. Но если его участие в прошлогоднем «Русском марше» не рассматривалось партийным руководством (и Кремлем) как провинность, то сейчас дело обстоит совершенно иначе. Также накануне нынешнего «Русского марша» в провластных СМИ была развернута кампания по дискредитации его участников, причем с ярко выраженной антисемитской составляющей. Утверждалось, что за организаторами марша стоят «оранжевые» демократы – такие, как Евгения Альбац, и вместе с ними раввин Шмулевич и политтехнолог Белковский. Концентрировалось внимание на том, что настоящая фамилия лидера ДПНИ Александра Белова – Поткин.

Однако говорить о том, что националисты и власть разошлись раз и навсегда, было бы поспешно. Официально митинг на Девичьем поле организовала партия «Народная воля», которая известна своей лояльностью по отношению к Кремлю – так, в период, когда во главе «Родины» стоял Дмитрий Рогозин, то «народовольцы» выступали по отношению к ней в качестве спойлеров (например, во время прошлогодней избирательной кампании в Москве). Лидер партии Сергей Бабурин в последние годы имеет репутацию крайне осторожного политика, не склонного к резким необдуманным движениям. Похоже, что власть, запрещая «Русский марш», все же заинтересована в том, чтобы иметь рычаги политического влияния на националистическую часть политического спектра. В роли такого прокремлевского игрока на этом поле и может выступить партия Бабурина, которая после того, как «Родина» влилась в «Справедливую Россию», утратила спойлерскую функцию и могла остаться невостребованной. Примечательно, что Бабурин с самого начала подготовки акции счел нужным дистанцироваться от Белова. Говоря о возможности столкновений участников марша с милицией, Бабурин сказал, имея в виду лидера ДПНИ: «Сегодня этот мальчик - клоун, но если в субботу хотя бы пять человек упадут под поезд, он станет серьезной проблемой для страны».Похоже, однако, что Бабурину в минувшую субботу не удалось ввести националистическую публику в умеренные рамки. Так, попытка не дать слово на митинге Белову завершилась неудачей, а сам лидер ДПНИ в своем выступлении подверг личным нападкам Владислава Суркова, который считается одним из главных кремлевских противников марша и с именем которого связывается основное противодействие его проведению. Эта риторика свидетельствует не столько о степени «отвязанности» националистов, сколько о том, что представители «антииммигрантского» движения, похоже, апеллируют к представителям «силовой» группы во власти.

Обращает на себя внимание и тот факт, что московский запрет «Русского марша» не стал безусловным прецедентом для других городов России. Так, марш был запрещен в Петербурге (там он прошел явочным порядком и привел к столкновению националистов с антифашистами – как это уже было в этом городе во время прошлого митинга ДПНИ), Ульяновске (там вначале марш разрешили, а затем запретили), Благовещенске. В Красноярске инициативной группе ДПНИ было отказано в проведении шествия по центральным улицам города, в связи «с невозможностью перекрытия движения». Зато ДПНИ разрешили провести пикет в центре города. В Чите организаторам «Русского марша» было отказано на том основании, что в заявке название праздника значилось как «День избавления русского государства от польского ига», а такого праздника в России не существует.

В то же время в Иркутске «Русский марш» прошел по инициативе местного Союза русского народа. В Волгограде общественная организация «Союз русского народа – русская община» провела свою акцию, которая, однако, была прекращена правоохранителями из-за нарушения маршрута. В Ставрополе организатором марша выступил «Союз славянских общин Ставрополья». Во Владивостоке марш был организован местным отделением ДПНИ (помимо них в марше приняли участие «Русский клуб» и РНЕ).Впрочем, численность националистических митингов и маршей оказалась относительно невелика. В Москве к Бабурину, Белову и Курьяновичу пришли более двух тысяч человек – больше, чем к СПС, «Яблоку» и другим демократическим организациям, устроившим митинг на Болотной площади (он собрал не менее одной тысячи человек), но цифры участников обеих акций выглядят сопоставимыми. В Волгограде и Владивостоке на марш собрались по две сотни националистов, в Ставрополе – несколько сотен. Разумеется, еще хуже обстояло дело в тех городах, где марш был запрещен. В Благовещенске на несанкционированную акцию пришли десяток активистов праворадикальных организаций (двое из которых – члены Союза русского народа – были задержаны). В Нижнем Новгороде на марш явились несколько десятков человек, которые были задержаны. Впрочем, в Новосибирске марш был запрещен, но на него явилось около 250 человек.

Таким образом, общенациональный политический проект националистов удался лишь частично. Однако он стал свидетельством того, что в условиях далеко не самой высокой политической активности российского общества, в ряде городов националисты смогли мобилизовать заметное (для регионов) число участников своих акций. Там, где есть харизматический лидер и (или) реально действующая организация, количество участников акций сразу же увеличивается с нескольких десятков до нескольких сотен человек – так произошло в Новосибирске, где националистами руководит депутат местного уровня Александр Люлько. Там же, где праворадикальные организации действуют в виде «тусовки» нескольких единомышленников, результат оказывался весьма плачевным. Кроме того, можно отметить взаимодействие различных праворадикальных организаций (в первую очередь, «антииммигрантского» ДПНИ и «почвеннического» Союза русского народа) - московский «раскол» националистов был скорее исключением, чем правилом.

Также прошедшие события показали, что у власти на сегодняшний момент нет реальной привлекательной концепции праздника, которую можно было бы противопоставить немногочисленным, но крайне активным националистам. Дело в том, что 4 ноября было выбрано в качестве праздничного дня по сугубо прагматическим основаниям – чтобы новый праздник заместил «коммунистическое» 7 ноября и при этом не был связан с 90-ми годами. Главный праздник страны по определению легитимирует национальную традицию – отсюда и стремление найти «подходящую» дату из отечественной истории. Однако действительно всенародно признанный праздник невозможен без ярко выраженной эмоциональной составляющей, а она в данном случае отсутствует. Это не означает, что праздник «безнадежен» - в отличие от прошлого года нынешнем делались попытки его «концептуализации» - но для того, чтобы он стал закономерным явлением для большинства россиян, нужно время. А пока общество привыкает к празднованию 4 ноября, этот день стараются «присвоить» себе националисты.

Показательна в связи с этим точка зрения председателя комитета по связям с общественностью и национальным отношениям администрации губернатора Иркутской области Сергея Коженкова, который, объясняя мотивы разрешения в городе «Русского марша», заявил: «Государство еще не придумало форму новому празднику, народ сам решил таким образом отметить, ощутить народное единство». Сама природа недавно учрежденного праздника – дня освобождения Москвы от поляков – делает его выгодной площадкой для действий именно националистически настроенной части общества. А раз так, то идеологическая инициатива находится сейчас у праворадикалов, и власти к следующему Дня народного единства предстоит попытаться решить вопрос о том, как ее перехватить.

Алексей Макаркин – заместитель генерального директора Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net