Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Бывший конгрессмен от штата Техас Бето О’Рурк официально вступил в гонку за право быть выдвинутым кандидатом в президенты США от Демократической партии. Заметили его после того, как прошлой осенью он чуть не догнал (48% : 51% )на выборах в сенат Теда Круза – действующего сенатора и главного конкурента Дональда Трампа.

Бизнес

В практике экономической политики последних лет сложилась традиция, когда в начале весны РСПП – крупнейшее объединение работодателей и предпринимателей проводит «неделю российского бизнеса», завершающуюся съездом, на котором выступает Президент РФ. 14 марта это событие случилось в 10-й раз, оказавшись во многом не только значимым, но и знаковым.

Интервью

Веерный характер присоединения европейских стран к высылке российских дипломатов после отравления Скрипалей в Солсбери практически оставил Москву одну на европейском континенте. О том, как позиция Италии может измениться по результатам тяжелых коалиционных переговоров, которые сейчас ведут победившие на парламентских выборах 4 марта правые и левые силы, в интервью «Политком.RU» рассказывает сопредседатель ассоциации «Венето-Россия» и научный сотрудник Института высшей школы геополитики и смежных наук (Милан) Элизео Бертолази.

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

29.03.2005 | Михаил Виноградов

УРОКИ КИРГИЗСКОГО

Революция в Киргизии - уже пятая на постсоветском пространстве за последние полтора года после Грузии, Аджарии, Абхазии и Украины. Конечно, сценарии смены власти отнюдь не одинаковы: в Аджарии падение Абашидзе не было напрямую связано с проведением выборов, в Киргизии оппозиционные силы были заведомо слабее власти, в Абхазии итогом осенних волнений стал серьезный политический компромисс. Однако повод говорить о новой революционно-романтической волне, безусловно, появился.

Конечно, ее последствия будут не столь масштабны, как в конце 80-х - начале 90-х (когда импульс к преобразованиям получили не только СССР и страны Варшавского договора, но и Югославия, Албания, Монголия, многие страны Африки, а опосредованно и Китай). Но вряд ли осталась какая-либо из "нереволюционизированных" стран СНГ, где местные элиты, силовые структуры, оппозиционные политики не примеряют на себя "оранжевые сценарии" и не задумываются о том, как вести себя в случае повторения украинского или киргизского варианта развития событий. Происшедшее в Киргизии для них является тревожным звонком, сравнимым если не с Тбилиси апреля 89-го, то, по меньшей мере, с Алма-Атой декабря 86-го. А относительно удачный опыт "династической" передачи власти в Азербайджане теперь дискредитируется Киргизией и может побудить глав ряда стран СНГ к поиску преемников за пределами семейного круга.

После украинской революции большинство экспертов считали, что повторение таких событий в СНГ маловероятно. Теперь же комментаторов можно разделить на два лагеря. Первые полагают, что революции возможны в тех странах, где существует минимальный уровень политических свобод и сколько-нибудь влиятельные оппозиционные силы (как это было в Грузии, Украине, Киргизии). По их логике, новыми площадками для революционеров должны стать Казахстан и Молдавия. Вторые исходят из того, что киргизский путь продемонстрировал обратное: смена власти может произойти в стране, где власть как раз недооценивает потенциал оппозиции и вместо методичного манипулирования недовольными ведет кампанию по их политическому (в лучшем случае) уничтожению. Согласно этим расчетам, выглядящим более основательно, основные новости будут приходить из Минска и Ашхабада. В Белоруссии и разрозненным оппозиционерам, и антилукашенковски настроенным жителям столицы может стать "стыдно" за то, что куда менее европеизированные киргизы сумели подняться против куда более цивилизованного "диктатора". Что касается Туркмении, то повторить "подвиг" Ким Ир Сена, сумевшего "закрыть" страну от волны бархатных революций второй половины 80-х, Ниязову будет очень непросто. Для профилактики революции необходимо пойти на снижение пропасти в уровне жизни между "правящим классом" и рядовыми гражданами, но Ниязов к этому явно не склонен. Но если туркменская элита не будет готова провести такую "профилактику" (пусть даже в обход Ниязова), откроется перспектива повторения в стране даже не киргизского, а румынского или афганского сценария смены власти.

У российских властей пока есть основания тревожиться меньше, чем у лидеров других государств СНГ. Несмотря на социальные потрясения в январе-феврале 2005 года, повторение в ближайшие месяцы украинско-киргизского сценария на общефедеральном уровне маловероятно. Однако пример коллег из Бишкека наверняка воодушевит оппозиционеров в отдельных регионах - особенно таких "проблемных", как Башкирия, где ситуация все чаще требует экстренного федерального вмешательства.

Хотя по психологическим мотивам российские власти определенно не склонны пойти на роспуск СНГ (даже несмотря на то, что Содружество из чисто имитационного образования рискует превратиться в распространителя "оранжевой чумы"), заявленная Владимиром Путиным ориентация на приоритетное сотрудничество с официальными властями государств Содружества столкнулась с серьезным испытанием. Еще до событий в Киргизии Москва оказалась в состоянии "холодной войны" в отношениях с Кишиневом, а государственные телеканалы даже после визита Виктора Ющенко в Москву не скрывали своего скептицизма по отношению к новым украинским властям. Напрашиваются и другие логичные шаги: замена послов в странах СНГ, отказ от утопических проектов вроде "ЕвразЭС", обозначение готовности наладить неформальные контакты с оппозиционными силами в соседних государствах, отказ от иррационального страха дипломатов и государственных пропагандистов перед политической и экономической мощью Ашхабада (куда более уместным было бы разворачивание кампании в защиту русскоязычного населения Туркмении, которая позволила бы компенсировать растущее разочарование граждан политикой России в СНГ).

Еще одним следствием событий в Бишкеке может стать активизация дискуссий о присоединении России к Всемирной торговой организации. Не приходится сомневаться, что противники вступления в ВТО теперь будут охотно оперировать примером Киргизии, которую членство в ВТО обрекло не только на экономические, но и на политические потрясения.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Мы согласны с Ярославом Шимовым в том, что Европейский союз стал на рубеже тысячелетий жертвой собственного успеха, а основным социально-политическим содержанием мировой истории в первые два десятилетия XXI века стало столкновение глобалистского и антиглобалистского трендов, коалиции глобалистской элиты - с другой – набирающим силу антиглобалистсктим популистским движением. Однако если в фокусе его внимания – проблемы нации и национальной идентичности, переживающих испытание этим кризисом, мы же сосредоточимся на более общей картине: конфигурации политических сил и движений, неоднократно – по ходу глобализации и под ее воздействием – менявшейся на протяжении прошлого и нынешнего веков.

Менее чем за месяц до выборов Владимир Зеленский продолжает быть лидером украинской президентской гонки. Февральские опросы наиболее известных социологических учреждений страны - Центра Разумкова, Киевского международного института социологии (КМИС), Центра социальных и маркетинговых исследований «Социс», Центра социальных исследований «София» - единодушно это подтверждают.

В Венесуэле оппозиция добивается отставки президента Николаса Мадуро, легитимность которого она не признает. Острое политическое противостояние в этой стране повлекло за собой очередной этап дискуссий на тему сходства и различий этой страны и России.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net