Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

01.12.2006 | Сергей Маркедонов

Карабахский кризис: прогнозы не оправдались

Урегулирования нагорно-карабахского конфликта в 2006 году не случилось. Разрешение этого «замороженного», начиная с мая 1994 года, конфликта откладывается на неопределенное время. 28 ноября 2006 года в рамках саммита глав государств СНГ в Минске Президент Азербайджана Ильхам Алиев встретился российском посольстве в Белоруссии с Президентом Армении Робертом Кочаряном. Сначала встреча прошла в «расширенном формате». Участие в переговорах приняли также министры иностранных дел двух стран соответственно Эльмар Мамедъяров и Вардан Осканян, а также министр иностранных дел России Сергей Лавров, действующий председатель ОБСЕ Карел де Гухт, его личный представитель Анджей Каспшик. Во встрече принял также участие российский сопредседатель Минской группы ОБСЕ Юрий Мерзляков. Затем президенты Азербайджана и Армении пообщались в «закрытом режиме». Результаты этой (скорее всего последней в уходящем году) встречи двух президентов были весьма скромными. В значительной степени итоги минских переговоров напомнили результаты встреч в Лондоне, Рамбуйе и в Бухаресте.

После минской встречи президент Азербайджана Ильхам Алиев заявил, что на встрече удалось согласовать ранее несогласованные вопросы и «мы приближаемся к последней стадии переговоров по урегулированию конфликта в Нагорном Карабахе». В то же самое время глава Азербайджана признал, что остаются «принципиальные вопросы, по которым мнения сторон различаются». Скорее всего, Алиев-младший имел в виду проблему беженцев, а также освобождения оккупированных территорий (с армянской точки зрения речь идет о «зоне безопасности» вокруг Нагорного Карабаха). И, естественно, вопрос о статусе самого Карабаха! В отличие от своего коллеги президент Армении Роберт Кочарян предпочел взять паузу для обдумывания сложившейся ситуации.

Помнится после очередного раунда переговоров в 2006 году один из азербайджанских дипломатов заявил, что конфликтующим сторонам удалось согласовать позиции по семи вопросам, в то время как расхождения были всего по двум. Эти всего «два вопроса» оказались проблема беженцев и статуса Нагорного Карабаха. Что ж в этой связи вспоминается незабвенный герой популярного сериала «Место встречи изменить нельзя» Глеб Жеглов, который в пылу горячего спора бросил своему оппоненту молодому следователю Володе Шарапову фразу о том, что «один пистолет перевести тысячу улик». К сожалению, сегодня многие политики и дипломаты напоминают молодого следователя, искренне полагая, что без разрешения вопроса о статусе Карабаха, возвращения беженцев и освобождения семи районов вокруг de facto государства НКР, оккупированных армянами, можно всерьез «продвинуться к миру», «достичь согласия». В самом деле, в переговорах между Арменией и Азербайджаном дело подошло к последней стадии. Но на этой стадии придется решать «всего два вопроса», которые могут минимизировать (если не уничтожить вовсе) все ранее достигнутые договоренности.

Увы, но ни у кого сегодня не хватает политической смелости и ответственности признать очевидные факты. Нагорно-карабахское урегулирование находится в кризисе, выхода из него не предложено, а необоснованные надежды на скорейший выход из тупика не оправдались. Собственно говоря, они и не могли оправдаться. Чем ближе завершение 2006 года (не только политического, но и просто календарного), тем более очевидным становится вся необоснованность миротворческого оптимизма американских, европейских и российских политиков. Сегодня мало кто любит вспоминать начало 2006 года, когда прогнозы о скорейшем решении самого крупного этнополитического конфликта сыпались как из рога изобилия. Новый председатель ОБСЕ, министр иностранных дел Бельгии Карел де Гухт в ходе своей первой пресс-конференции заявил, что впервые за долгие годы наметились признаки того, что Армения и Азербайджан могут урегулировать карабахский конфликт. «Считаю, что у нас есть «окно возможности», так как в Азербайджане состоялись выборы, в Армении — конституционный референдум. «Окна возможностей» в политике очень важны, и мы из нескольких столиц получили сигналы о возможном решении карабахской проблемы», — отметил тогда бельгийский дипломат. На чем были основаны подобные выводы? Это так и осталось тайной для политиков и политологов в течение всего 2006 года. Не остались в стороне от оптимистического миротворчества и российские дипломаты. По словам Сергея Лаврова (сказаны им в январе 2006 года), «в вопросе урегулирования карабахского конфликта по итогам 2005 года есть подвижки». В чем конкретно заключались эти подвижки, российский министр тоже уточнять не стал. В 2005 - начале 2006 года не были решены ни один из ключевых вопросов карабахского урегулирования. Беженцы-азербайджанцы не вернулись в места своего прежнего проживания, статус Карабаха был не разрешен, а территории не были освобождены. Не получили какой-либо материальной компенсации и армяне, изгнанные в первые годы конфликта с территории еще советского Азербайджана. Собственно говоря, и сама эта позиция не была обозначена в ходе переговоров. Не был обозначен и вопрос об оккупированном армянском анклаве (именно армянском, он не входил в состав Нагорно-Карабахской АО) Арцвашен. Между тем, представители армянского экспертного сообщества весьма активно обсуждают данную проблему, хотя официальный Ереван стремится ее не очень - то педалировать. Вне «подвижек» остались и проблемы экономической реабилитации Карабаха, и восстановления армяно-азербайджанских экономических отношений, и установления хотя бы минимума экономических контактов между Арменией и Азербайджаном вне карабахского контекста. Вслед за европейцами и россиянами пришел черед американского миротворческого оптимизма. И в этом плане равных не было помощнику заместителя Госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии Мэтью Брайзе. Заступив на пост американского сопредседателя Минской группы, Брайза объявил, что ключ к решению карабахской проблемы находится, если не у него в кармане, то где-то поблизости. В своем интервью радио «Свобода» (июнь 2006 года) Мэтью Брайза заявил: «На столе переговоров президентов Армении и Азербайджана в настоящее время лежит готовый, конкретный документ, который они пока отказываются принять». Однако каковы пункты этого договора, осталось также не понятно. Без ответа также остался и вопрос: «А почему собственно, такой гениальный мирный проект, отказываются принять в Баку и в Ереване?» Какие изъяны мирных предложений мешают достичь компромисса Азербайджану и Армении? К сожалению, эти содержательные аспекты мирного процесса оказываются без должного обсуждения. Между тем, вместо этого почтеннейшую публику на протяжении всего 2006 года кормили оптимистическими прогнозами. Продолжают это делать и сейчас, повторяя, как заклинание тезис о том, что прогресс переговоров налицо, и осталось сделать всего один шаг…

Между тем до сих пор политическая формула мирного процесса четко не определена. Даже знаменитая ближневосточная формула «мир в обмен на территории» здесь не звучит. Без ответа остается вопрос о статусе Карабаха. Начиная с 1988 года, большая часть бывшей Нагорно-Карабахской автономной области находится вне азербайджанской юрисдикции. С 1991 года существует de facto государство Нагорно-Карабахская Республика (с 1994 года в мирных условиях). В то же время вопрос о статусе является ключевым для продвижения к миру в регионе. Если бы Баку пошел на признание НКР, думается, что тогда Карабах можно было бы (и должно было бы) заставить освободить занятые в ходе боев территории, которые держатся как гарантия безопасности. В известном смысле территория семи районов за пределами НКР играет роль миротворцев в других конфликтных точках. Они удерживают ситуацию в «замороженном виде». Все нынешние миротворческие усилия как будто не замечают укрепления непризнанной карабахской государственности. Между тем, там в 2005 году прошла своя собственная перепись, а в 2006 году (10 декабря) состоится референдум по Конституции. Что это, как не укрепление собственных институтов власти вне Азербайджана. В то же самое время официальный Баку готов на предоставление НКР статуса, сопоставимого с положением Татарстана внутри РФ. Проблема только в том, что такой статус Татарстан получил посредством сложных переговоров с Москвой, без военных действий и 15-летнего опыта самостоятельного государственного строительства. Таким образом, вопрос статуса сегодня, как гири, тянет переговорный процесс на дно. Сосредоточившись на этом вопросе, миротворцы могли бы гораздо более успешно решать и другие. Увы, одной из главных проблем в деятельности той же Минской группы является неумение определять политические приоритеты переговоров, стремление решать все сразу.

Но самое главное - это то, что в переговорах по Карабаху не достигнуто доверие между сторонами. Фактически переговоры стали делом двух приятных джентльменов- президентов Алиева и Кочаряна. В переговорный процесс не вовлечены парламентарии, представители «третьего сектора», эксперты. Точнее, они вовлечены, но, скорее в обход Минской группы, а не ее стараниями. Все эти контакты напоминают частные инициативы, а не систему мер. Между тем, было бы чрезвычайно важно «охватить» переговорами не узкий круг посвященных, а более широкий круг людей. Это, тем самым, освобождало бы президентов двух стран от того общественного пресса, который они испытывают. Будучи лидерами своих государств, президенты не могут давать обещания противоборствующей стороне, равно как и идти на компромисс. В случае расширения круга переговорщиков разделяется и персональная ответственность между участниками мирного процесса. С другой стороны, сама дипломатическая сторона мирного процесса (т.е. выработка конкретных политических формул и решений) должна из пиар-проектов превратиться в рутинную экспертную работу. Таким образом, сегодня мирный процесс по Нагорному Карабаху нуждается в «перезагрузке». С одной стороны, он требует вовлечения свежих лиц и свежих идей, а с другой определенной дипломатической «рутинизации». Первая мера позволит укрепить доверие к противнику, а вторая сделать переговоры уделом профессионалов, а не первых лиц государств. Именно «обновление» карабахского урегулирования должно стать приоритетной задачей 2007 года. Еще один год несбыточных прогнозов всего лишь затормозит реальные подвижки мирного процесса.

Сергей Маркедонов - зав. отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа, кандидат исторических наук

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

18 октября 2020 года в Боливии прошли всеобщие выборы. Предстояло избрать президента, вице-президента, двухпалатную законодательную Ассамблею. Сенсации не произошло. По подсчетам 90 процентов голосов победу одержал Луис Арсе, заручившийся поддержкой 54, 51 % граждан, вышел вперед в 6 департаментах из 9, в том числе в 3 набрал свыше 60 %. За ним следовал центрист Карлос Месса, имевший 29, 21 % голосов.

Каудильизм – феномен, получивший распространение в латиноамериканском регионе в период завоевания независимости в первой четверти XIX века. Каудильо – вождь, сильная, харизматичная личность, пользовавшаяся не­ограниченной властью в вооруженном отряде, в партии, в том или ином ре­гионе, государстве. Постепенно это явление приобрело специфику, характеризующуюся персонализацией политической системы. Отличительная черта каудильизма - нахождение у руля правления в течение длительного времени одного и того же деятеля, который под всевозможными предлогами ищет и находит способы продления своих полномочий. Типичным каудильо был венесуэлец Хуан Висенте Гомес, правивший 27 лет, с 1908 по 1935 годы. В нынешнем столетии по стопам соотечественника пошел Уго Чавес. Помешала тяжелая болезнь.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net