Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

26 марта президент РФ Владимир Путин провел встречу с представителями российского бизнеса. На встрече присутствовали 26 человек, включая гендиректора Mail.ru Group Бориса Добродеева, гендиректор сервиса Okko Яну Бардинцеву, совладельца сети Hoff Михаила Кучмента, президента Faberlic Алексея Нечаева, гендиректора «AliExpress Россия» Дмитрия Сергеева, основательницу сети кафе «Андерсон» Анастасию Татулову и президента ГК «Балтика-транс» Дмитрия Красильникова.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

20.07.2007 | Сергей Романенко

Применить нельзя воздержаться

В Совет безопасности ООН США, Великобританией и Францией внесен новый проект резолюции по статусу Косово. По сравнению с предыдущими проектами в нем содержатся существенные изменения, учитывающие позицию России, которая, как известно, угрожает применить право вето, если новый статус Косово не будет результатом согласия между Белградом и Приштиной.

Между тем позиции всех сторон в разной степени вовлечены в конфликт, и поиски путей и форм его разрешения не вызывают оптимизма.

В первую очередь, сами участники – сербское общество и государство и общество и государственное образование косовских албанцев не выказывают желания договориться. Пока обе стороны придерживаются исключительно «этнического» видения проблемы: Косово – это наша исконная территория и другим там не место. Собственно говоря, этот подход подтвердил прошедший в конце 2006 г. референдум по проекту новой конституции Сербии. Косово было провозглашено неотъемлемой частью Сербии, а албанское население Косово отказалось в нем участвовать.

В данной ситуации ни Белград, ни Приштина не могут отказаться от своих позиций, поскольку сербский политик, признавший независимость Косово, точно также как и косовский политик, отказавшийся от этой независимости, может поставить крест на своем политическим будущем, а то и создать угрозу для своей жизни. В то же время общественное мнение не остается неизменным. Итоги референдума по проекту конституции Сербии и последовавшие за ним парламентские выборы показали, что значительная часть сербского общества, может, и без энтузиазма, но готова смириться с независимостью провинции. Косовскую проблему она воспринимает как препятствие на пути в Европу, принадлежность к которой в глазах сербов является гарантией спокойной и обеспеченной жизни. Растет понимание того, что Сербии надо, наконец, решать насущные социальные и экономические проблемы, а не гоняться за призраком этнотерриториального «величия». Однако эти настроения пока еще не до конца оформились политически.

Позиция России оправданна в том смысле, что прежде всего должны договариваться сами непосредственные участники конфликта. Тем самым, мы признаем, что этнополитический и этнотерриториальный конфликт в данном случае первичен, а не является результатом «заговора» или «интриг» извне. С одной стороны, эта логика верна. Но в то же время очевидно, что если бы не вмешательство извне, не только косовский конфликт, но и конфликты, возникшие в процессе национального самоопределения на территории распавшейся Югославии вполне могли еще бушевать, рискуя перекинуться на соседние регионы Европы. Балканские народы и их государства и политические классы, обуреваемые идеями создания каждый своего собственного «великого моноэтничного государства часто своими силами не были способны прийти к удовлетворяющему всех решению. Что не могло не вести к вмешательству «великих держав». А те в свою очередь, преследуя свои интересы, добивались замирения и проведения границ, которые вызывали новый виток недовольства «балканцев» и обуславливали возникновение новых конфликтов.

Кроме того, постоянно возникал и по сию пору возникает вопрос: кто кем манипулирует – крупные государства и военно-политические блоки навязывали и навязывают с вою волю «малым народам» или же короли и генеральные секретари балканских государств ловко играли и играют на противоречиях между «великими», искусно стравливая их и добиваясь тем самым своих целей. Таким образом, локальные проблемы превращаются в центральные проблемы мировой политики.

В конце ХХ в. стало очевидно, что балканские народы и государства более не хотят быть объектом международных отношений, а стремятся превратиться в их субъект, не хотят быть ареной соперничества «Востока» и «Запада», а хотят быть ареной сотрудничества, вернувшись « в Европу». Однако для этого они должны проявить зрелость и ответственность, в данном конкретном случае – отказаться абсолютизации своего этноса и проявить готовность к компромиссу.

Общепризнано, что конфликт вокруг статуса Косова отражает столкновение двух основополагающих принципов современной политики – национального самоопределения и сохранения целостности государств и их суверенитета. Проблема, однако, состоит в том, что оба принципа обеспечиваются насилием. Новые государства возникали, возникают и будут возникать; этот процесс невозможно остановить, как бы ни хотелось раз и навсегда зафиксировать существующие ныне в Европе границы. Учитывая печальный и трагический опыт ХIХ–ХХ вв., одна из главных задач мировой политики состоит в том, чтобы добиваться того, чтобы процесс национального самоопределения и государствообразования осуществлялся мирным и законным путем.

На наш взгляд, США и ЕС в своем подходе к косовской проблеме исходят из нескольких ошибочных посылок. Во-первых, в решении подобного рода конфликтов невозможно ставить «окончательные сроки» (хотя причины, по которым это делается в данном конкретном случае, очевидны). Более того, в случае других подобного рода конфликтов никто так не ставил и не ставит вопрос. План Марти Ахтисаари и основанная на нем резолюция или любой иной план и соответствующее решение СБ ООН в нынешней фазе конфликта так или иначе будут не окончательным решением, а только одним из этапов на пути к поискам компромисса, стабильности и мира.

Вторая ошибка – поддержка лишь одной косовско-албанской стороны. Не говоря о чисто технической стороне подобных переговоров, Сербия, мучительно ищущая путь к демократии и преодолевающая «наследство» Слободана Милошевича, также нуждается в реальной поддержке, а не одних обещаниях. Не говоря уже о том, что ослабление Сербии не будет способствовать стабильности в регионе.

Третья ошибка состоит в том, что фактически поддерживается создание моноэтничного государства, созданного путем изгнания жителей иной национальности. Изгнание сербов вместо изгнания албанцев не решает проблемы и не только не создает предпосылок для провозглашаемого утверждения демократии, но отдаляет ее.

Однако и позиция России также вызывает вопросы. Во-первых, насколько обоснованно проведение параллелей между ситуацией в Косово с постсоветским пространством, использование прецедента.Жесткое противопоставление Западу и ставка не применение права вето были ошибочными и свидетельствуют о слабости России. Невольно создается впечатление, что это – единственный аргумент нашей страны. Но делая на него ставку, не загнала ли Россия сама себя в угол?Вето по Косово – использованное или нет – может оказать разрушительное действие не только на общую структуру международных отношений, но и на российско-сербские отношения. Дело в ом, что в случае его применения Косово не удастся вернуть в состав Сербии, ибо по-прежнему не будет ответа на два главных вопроса: как обеспечить власть Сербии над этой территорией и как заставить албанское население отказаться от той полунезависимости, которая у него уже имеется. Сохранение Косово в составе Сербии означает возвращение туда (хотя бы формальное) сербских силовых структур, что неизбежно приведет к сопротивлению албанской стороны и новому вооруженному конфликту. Иными словами, цель Белграда применением Россией вето достигнута не будет.

Более того, вето может стимулировать власти в Приштине на действия, выходящие за рамки международного права и договоренностей – т.е. самопровозглашение независимости. А это повлечет за собой обострение и без того напряженных отношений с Белградом. Не говоря уже о том, что результат – внеправовые действия – окажется прямо противоположным провозглашаемым Россией принципам. Если же вето, о котором столько говорят, Россия не применит, то сербское общественное мнение – и та часть его, которая искренне считает Россию «вечной» союзницей Сербии в противостоянии «Западу», и та, которая по традиции вполне цинично считает, что Россия должна таскать для Сербии каштаны из огня, полностью разочаруется в России как в неверном или слабом союзнике. Таким образом, Россия утратит их симпатии и не приобретет симпатии той части сербского общества, которая считает Сербию частью Европы, куда та должна вернуться. И в том, и в другом случае позициям России будет нанесен ущерб, что не может не сказаться на ее геополитических и геоэкономических планах.

На следующий день после применения вето окажется разрушенной структура переговоров по Косово. Россия потеряет симпатии не только части сербов, но и укрепит негативное отношение к себе косовских албанцев. Однако голосование в СБ ООН с использованием вето будет поражением и всех остальных участников переговоров, поражением дипломатии как таковой. Останутся одни руины.Если же говорить о прецедентности случая Косово для постсоветского пространства, то, на наш взгляд, прежде всего она должна заключаться не в определении статуса и механическом перенесении стандартов из одного региона Европы в другой. Это невозможно, поскольку каждый конфликт имеет свои причины возникновения, динамику и формы развития и, соответственно, динамику и формы урегулирования. Случай Косово являет собой пример опасности политической игры на идеях и чувствах в политике этнонационализма, который зачастую политики используют в качестве фундамента обретения и сохранения власти. Разрушить мир в полиэтничном и многоконфессиональном государстве легко.

Восстановить же его бывает очень трудно, а порой и невозможно. И об этом стоит серьезно задуматься российским политикам и политтехнологам в преддверии грядущих предвыборных кампаний. Информацию о ситуации в Косово не стоит использовать для нагнетания напряженности в межнациональных отношений в России.

Сергей Романенко - ведущий научный сотрудник Института экономики РАН

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net