Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

26.10.2007 | Александр Шаравин

Россия во внешнем мире: какие союзы нам нужны

Россия – великая страна, великая по многим показателям. Ядерный потенциал России – это надежный гарант того, что мы можем планировать самостоятельную внешнюю и внутреннюю политику, ни на кого не оглядываясь. Но этот потенциал тоже убывает, он требует вложения огромных средств.

Россия и великие державы

Не могу высоко оценивать результаты внешней политики России. Для меня всегда важен конечный результат и отсутствие конфликтов. Если оценивать российскую внешнюю политику по конечному результату, то похвалиться России особенно нечем. Эффективная внешняя политика – это отсутствие конфликтов, авторитет среди соседей и ведущих держав мира, наличие числа союзников и отсутствие потенциальных противников. По этим критериям у России не все благополучно. Мы не можем сказать, что у России есть достаточное количество надежных союзников, за исключением тех, кто входит в договор о коллективной безопасности. Но если оценивать этот договор, то можно сказать, что государства туда вступали не для того, чтобы защищать Россию, а чтобы Россия защищала их.

Что касается отношений с ведущими державами мира, то здесь мало чем можно похвалиться, за исключением тесных, достаточно успешных отношений с Китаем (результаты есть, в частности, в военно-технической сфере). Но не стоит забывать, что поворот во внутренней и внешней политике Китая может произойти в любое время, и может оказаться достаточно неожиданным и весьма неблагоприятным для России. Необходимо внимательно отслеживать все шаги китайского руководства. Я не думаю, что Китай может пойти на какие-то военные акции против России, но давление в политической, экономической и военной сфере можно ожидать в любое время. Кстати говоря, такое давление не раз на нас оказывалось.

Что касается США, то сегодня отношения с Россией не очень радостные, но большей частью причина здесь в российских шагах. Когда министром иностранных дел стал Сергей Лавров, я очень надеялся, что будет выстроена новая последовательная и эффективная концепция международной политики. Я помню первые шаги. У него было намерение собрать ведущих экспертов в сфере внешней политики, вместе с ними разработать такую концепцию. Но, насколько мне известно, ничего не сделано. Формально концепция и сегодня существует, но пользоваться ей в повседневной жизни нельзя.

Отношения должны быть взаимовыгодными, очень взвешенными. У нас зачастую одна рука не знает, что делает другая. С одной стороны, мы посылаем жесты доброй воли, обнимаемся и целуемся, посещаем в неформальной обстановке друг друга. С другой стороны, звучат довольно жесткие выступления в адрес одной и другой стороны. Это говорит о том, что российская политика очень противоречива: сначала мы требуем у американцев деньги на поддержание в сохранности наших ядерных потенциалов, и Америка их дает, а потом мы заявляем, что очень не довольны размещением элементов противоракетной обороны и собираемся нацелить ракеты средней и малой дальности на Европу. Поднимаем уровень напряженности на уровень более высокий, чем во времена холодной войны, а потом вдруг заявляем, что будем совместно строить противоракетную оборону.

Причина такой противоречивой политики кроется глубоко. Дело не в личности президента или в личности министра иностранных дел, а дело в системе, которая досталась нам в наследство от Советского Союза. Раньше Министерство иностранных дел было все лишь исполнителем воли ЦК партии и Политбюро. Перед МИДом не стояло задачи вырабатывать свою внешнюю политику, этим занимался совсем другой орган. Сегодня у нас нет ни ЦК, ни Политбюро. И МИД в достаточно сложном положении: с одной стороны, он может заниматься разработкой какой-то концепции, а с другой, ему все время дают указания, которые часто бывают противоречивыми.

Судьба СНГ и межрегиональных организаций

Например, рассмотрим важную тему: соотношение Шанхайской организации сотрудничества и Организации договора о коллективной безопасности. Я приветствую подписание договора о коллективной безопасности и превращение этой организации в военно-политический блок. Это очень хорошо. Это нам позволяет, по крайней мере, контролировать большую часть постсоветского пространства и каким-то образом теснее привязывать к себе наших бывших коллег по СССР. С другой стороны, параллельно вдруг создали ШОС. И хотя все время заявляют о том, что это не военная организация, она регулярно проводит совместные учения вместе с Китаем. Какой в этом смысл? Состав Организации договора о коллективной безопасности не очень отличается от Шанхайской организации сотрудничества. С какой стати нам нужно было создавать ШОС? Зачем нам надо было в сферу своих интересов допускать такого монстра, как Китай, который играет свою игру? Он ведь может использовать свою огромную экономическую мощь, свои ресурсы, чтобы перетягивать на свою сторону наших союзников.

Я считаю, что создание ШОСа было ошибкой. Если выбирать стратегию, с кем сотрудничать, то нужно выбирать договор о коллективной безопасности, а не Шанхайскую организацию.

Что касается СНГ, то это, по сути, умирающая структура. Но хоронить ее не нужно. Если структура есть, то она нужна для того, чтобы поддерживать те существующие реалии, которые есть сегодня. Немало договоров, всевозможных решений опираются именно на СНГ. При его ликвидации юридически выстроенная система может просто рассыпаться. Поэтому пусть живет СНГ, пусть существует ШОС, но не это должно быть приоритетом. Приоритетом должен быть договор о коллективной безопасности.

Роль России на постсоветском пространстве определяется ею самой. В начале 90-х годов она была лидером и образцом для подражания в строительстве экономики, в системных изменениях социальной сферы, создании системы свободных СМИ и других демократических преобразованиях. Несмотря на то, что у нас была очень сложная экономическая ситуация, авторитет России был достаточно высоким. Когда некоторые наши союзники стали от нас отворачиваться, мы удивлялись. А следовало бы подумать, почему они это делают? Возможно, мы перестали быть в чем-то лидером. Несмотря на то, что экономика развивается, наблюдается даже приличный экономический рост, нужно смотреть, на чем он основан. Если только за счет высоких цен на сырье, то тут нашей заслуги нет. Нужно благодарить только наших предков и нашу природу.

Для того чтобы быть лидером на постсоветском пространстве, мы должны быть лидерами во всем: в экономике, в политике, в культуре, в науке, в военном деле. Но, прежде всего, должны быть лидером во внутренней демократии. В плане нового государственного строительства почти все страны СНГ находятся на переходном этапе: переходят от прежней экономической формации к новой. И Россия прошла по подобному пути не более 30%. Где конечная точка, к которой мы должны стремиться? Об этом лучше всего написано в нашей Конституции. То, что в ней было принято в 1993 году, должно быть реализовано. Должна быть выстроена новая российская государственность, с новыми институтами практически во всех сферах.

А что мы имеем сегодня? Парламент в России появился только в декабре 1993 года, появились Конституционный суд, органы управления имуществом, органы, которые стали заниматься учетом земель, финансовая разведка (кстати, самая лучшая в мире) и много других структур. Много, чего не было раньше.

А многие институты, которые нам достались от СССР, по существу остались прежними, советскими. Например, МИД, органы правопорядка, суд, прокуратура, наши вооруженные силы, да и другие силовые структуры. Высшая власть в стране ничего не сделала для реальных перемен в этих сферах. Потому что она даже не осознала, что эти структуры нужно не реформировать, а отстраивать заново. Они не подлежат реформированию.

И все это отражается на нашей внешней политике. Если бы мы четко определились, где находимся и куда движемся как строящееся государство, тогда мы должны были бы определить себя и во внешней политике: кто наши союзники? кто наши вероятные и потенциальные противники? Исходя из этого, строить всю внешнюю политику и политику внутренней безопасности.

Парадокс заключается в том, что такого серьезного системного анализа всего происходящего, как во внутренней, так и во внешней политике, в России нет. Анализ часто заменяется какими-то сиюминутными решениями и выгодами. Часто эти выгоды потом оборачиваются отрицательным результатом. Парадокс. Во внешней политике важен долговременный результат и политическая линия, а она у нас не всегда просматривается.

Интересный пример – наши отношения с Китаем, самой крупной в мире тиранией. Западные страны с ужасом наблюдали за тем, как мы поставляли туда вооружение. На сегодняшний день Народно-освободительная армия Китая достаточно обеспечена. Китай уже сам начинает производить современные самолеты (аналог нашего СУ-27), строит приличные военные корабли, не говоря уже о вооружении сухопутных войск. Довольно серьезные результаты у Китая в освоении космоса, по крайней мере, они нисколько не отстают от нас. Идут следом за нами даже в создании глобальной спутниковой навигационной системы. То есть, Китай огромными шагами движется к тому, чтобы стать не региональной, а мировой державой, и учитывая природу его политического режима, трудно не заметить опасность этой перспективы для всего мира.

Россия – европейская держава

Иногда Россию пытаются оценивать лишь как регионального игрока. Но пока мы имеем арсенал ядерного оружия (хотя бы один из компонентов, по которому определяется великая держава), никто нас из списка мировых лидеров не вычеркнет. Россия – великая страна, великая по многим показателям. Мы не самые большие по населению и по экономике, но в сфере обороны мы являемся лидером. Ядерный потенциал России – это надежный гарант того, что у нас можем планировать самостоятельную внешнюю и внутреннюю политику, ни на кого не оглядываясь. Но этот потенциал тоже убывает, он требует вложения огромных средств. У меня большие сомнения, сможем ли мы через 15-20 лет поддерживать оборонный потенциал на достаточно высоком уровне.

Внешняя политика настолько завязана и опирается на внутреннюю, что все проблемы вовне часто имеют внутреннюю природу. Часто возникает вопрос: может ли при определенных обстоятельствах НАТО стать нашим противником? Может. Но не НАТО сама по себе (это очень противоречивая и рыхлая организация). Можно говорить о серьезном противоборстве с США. Такое гипотетически возможно, если произойдет поворот от демократии к авторитаризму, когда в России к власти придут прокоммунистические или националистические силы. Это может привести к холодной войне, которая при определенных условиях может перерасти в горячую. Соответственно, будет серьезная военная угроза со стороны США.

Я думаю, что Россия уже много веков является частью Европы. Нам от Европы никак не оторваться. Хотя мы не совсем европейское государство, у нас огромная территория в Азии, но по своему историческому, культурному развитию мы, безусловно, европейская страна. Были же времена, когда Россия играла решающую роль в Европе. Все может вернуться, но при одном условии: если мы станем для Европы образцом для подражания. Такое тоже возможно по ряду причин. У нас есть огромный человеческий потенциал. Наш народ достаточно пассионарный. Даже пример, когда мы уходили от советской системы в рынок, посмотрите, сколько у нас появилось эффективных предпринимателей. Они даже оказались конкурентоспособными по отношению к западным. Это говорит о нашем огромнейшем потенциале. Реализуется он сегодня, к сожалению, недостаточен. Одна из причин в том, что наша элита не всегда является образцом для своего народа. Народ часто сам по себе принимает более взвешенные и мудрые решения, чем его элита. Посмотрите на все сложные моменты, которые наша страна переживала: народ оказывался на высоте в самых сложных случаях. Даже во время дефолта 1998 года, когда люди должны были полностью отвернуться от своей власти и плюнуть на все, этого не сделали. Мы вышли из этого дефолта. Это был хороший холодный душ для граждан и для власти.

Стоит ли опасаться НАТО?

Я думаю, что само по себе расширение НАТО на восток неприятно, но не опасно. Я спокойно относился к вступлению в НАТО прибалтийских государств, спокойно отнесусь к вступлению в НАТО Грузии, потому что это будет головная боль для НАТО, а не для нас. Пусть они сами разбираются с горячими грузинскими политиками. Если речь будет идти о вступлении Украины в НАТО, то это будет серьезной проблемой для нас. И опасность не в том, что НАТО сильно расширится, а в том, что это может привести к взрыву внутри самой Украины. Последствия могут быть совершенно непредсказуемые, вплоть до раскола Украины. Учитывая, что это наш самый ближайший сосед, для России это не может пройти без последствий. Последствия могут быть очень серьезными и очень опасными.

Украина когда-нибудь, может, и станет членом НАТО, но не раньше, чем когда Россия будет играть в этой организации если не первую, то вторую скрипку. Украину сегодня, кроме американцев, в НАТО никто не ждет. Думаю, что и Россию никто не ждет. Да и что может дать России НАТО, которая сегодня практически не дееспособна? Вот союз между США и Россией был бы сам по себе силен без НАТО. Можно было бы расширить союз и добавить еще Израиль. Такому союзу уже точно не было бы равных.

Шаравин А.А. - директор Института политического и военного анализа

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

40 лет развития по пути плюралистической демократии сменились авторитарным вектором, когда глава государства получил возможность выдвигаться вновь, спустя 10 лет. После 1998 года политическая система Венесуэлы стала существенно отличаться от остальных стран региона, а позднее это стало еще более заметно.

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net