Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

12.02.2008 | Борис Макаренко

Новые президенты - новая политика?

Прежде всего, о границах возможного. Вряд ли в 2009 г. стоит ждать революционных изменений в российско-американских отношениях. Период «медового месяца» в безвозвратном прошлом. В настоящем же – и наработанный позитив трезвого диалога по стратегическим проблемам (в том числе Ирану), и стопорящие отношения объективные проблемы. К тому же трудно будет изменить общее восприятие: американцев нами – как безудержных экспансионистов, нас американцами – как упустивших шанс на демократизацию внутри и «вливание» в западное сообщество.

Дискурс американской политики, все чаще говорящей об угрозах, исходящих от России, и российской – опасающейся «окружения» России американцами – тоже изменить будет непросто. Разница лишь в том, что в Штатах эта критика чаще звучит в стенах Конгресса или на предвыборных митингах, а у нас – в менее «институциональных» контекстах. И все же я осмелюсь проявить оптимизм и увидеть в смене президентов некое окно возможностей.

С американской стороны любой новый президент будет пытаться выйти из «ловушки Буша» - неудачной иракской авантюры, не более удачно «завернутой» во флаг «распространения демократии». При разных новых президентах траектория «прощания с Бушем» будет происходить по разным сценариям – как с точки зрения радикализма и темпов, так и пропагандистского прикрытия. Вспомним известную аллюзию американского культуролога Уолтера Мида. Он утверждает, что у руля «корабля» внешней политики США всегда стоит не один рулевой, а четыре дюжих матроса, олицетворяющих четыре разных традиции отношений Америки с внешним миром. Матросы отпихивают друг друга от штурвала, каждый крутит его в свою сторону, в итоге корабль идет зигзагом, но благодаря этому курс сохраняет гибкость и избегает рифов. В этой логике проблемы нынешнего Белого дома состоят в том, что у его «курса» слишком прочно утвердилась самая резкая и интервенционистская составляющая (которую Мид назвал именем президента Э.Джексона), лишь отчасти и не слишком удачно дополняемая идеалистической «вильсоновской» линией «распространения демократии». У любого нового президента к штурвалу ближе подойдут «матросы», придающие курсу больший прагматизм и учет внутренних интересов Америки, (такой курс Мид идентифицирует с именами Т.Джефферсона и А.Гамильтона).

С российской же стороны можно ждать преодоления «фантомных болей», порожденных оранжевыми революциями, и раздражения от топорных действий «джексоновской политики». Российский внешеполитический истеблишмент до того устал от идеологической зашоренности неоконсервативной, что потирал руки, наблюдая за складывающимся в Америке консенсусом: «лишь бы Буш поскорее ушел». Правда, увидев в качестве его преемника от республиканского стана Джона Маккейна, наши «реал-политики» всерьез приуныли: этот человек не только требовал исключить Россию из «восьмерки», но еще 8 лет назад собирал «компромат» на российско-американские отношения, готовясь вступить в гонку за Белый Дом с сопредседателем комиссии «Гор-Черномырдин». У Маккейна тогда «не склалось», но его «доброе дело» не пропало и явилось свету под видом «Доклада Кокса» с выразительным названием «Путь России к коррупции». Маккейн кажется нашему истеблишменту настолько неудобным, что они даже начали сомневаться в величайшем «открытии» отечественной американистики – что нам легче иметь дело с республиканскими, а не демократическими администрациями.

Давайте сразу похороним этот миф. «Открытие» это произошло от того, что нынешнее поколение «принимающих решения» начинало свою профессиональную карьеру либо в оптимистическое время «разрядки» (Республиканская администрации начала 70-х), либо в пору крепчавшего маразма советской внешней политики (Ангола-Мозамбик-Афганистан), подвергавшейся критике со стороны Демократической администрации конца 70-х. Именно в это десятилетие уходят корнями «партийные симпатии» наших вершителей внешней политики.

Думается, что преувеличивать «ястребизм» Маккейна не стоит. «Перманентная атака» на Белый Дом – стиль его политического поведения, и «русская тема» - далеко не единственное, тем паче – не главное его осадное оружие. Только такое оружие утратит свою надобность в тот самый момент, когда крепость – сиречь Белый Дом – будет взята. Каким президентом станет Маккейн – большой вопрос для американцев, равно как и для всего мира. Если в чем-то можно быть почти уверенным, так это в том, что постарается стать «анти-Бушем», и начнет с разгона прежней и набора новой команды. Вот по ее составу и можно будет судить о намерениях нового президента. Скорее всего, он останется в русле жесткой реал-политики «джексоновского» толка с куда более жидким идеологическим оформлением. Просто с ним не будет, но я бы не стал преуменьшать возможности прагматичного торга.

Состав команды станет ключевым и в представляющемся менее вероятным случае победы Барака Обамы. Из всех трех реальных кандидатов он в наименьшей степени «укоренен» не только в «вашингтонской тусовке», но и во всем элитном истеблишменте. Его команда (кстати, не только внешнеполитическая) либо станет «заемной» у собственной партии, либо будет формироваться с наибольшей долей случайности. Это – риск для всей американской политики, риск для малоопытного во внешних делах президента. Но проведем параллель с командой Никсона образца 1969 года: тогда она тоже пришла к власти под лозунгом больших перемен на фоне непопулярной войны, тоже была «чужой» для всего столичного «бомонда» (Никсон даже за восемь лет своего вице-президентства при Эйзенхауэре так и не стал влиятельной фигурой для американской элиты). И именно эта команда закончила войну во Вьетнаме и запустила процесс советско-американского контроля над ядерными вооружениями и «разрядку». Станет ли приход Обамы новым «окном возможностей» - вопрос, на который нам, возможно, придется отвечать.

Если же президентом станет Хиллари Клинтон, в российско-американских отношениях получится «политика четырех президентов». За спиной легитимных хозяев Кремля и Белого Дома будет стоять по экс-президенту: у них – муж Билл, у нас – Владимир Путин. И если мы с вами гадаем, как сложатся отношения между вторым и третьим президентами России, то американцы с не меньшей озадаченностью рассуждают о феномене «Биллари» - семейного альянса между 42-ым и – возможно – 44 президентами США. И если есть что-то общее в этих рассуждениях, то это почти единодушная убежденность, что именно в сфере внешней политики новые президенты будут находиться под самым сильным влиянием своих предшественников. В команде Клинтона была и мадам Олбрайт, которую у нас не любят, но были и Уоррен Кристофер, и Строуб Тэлбот, с которыми вполне удавалось вести серьезный разговор. Нельзя войти дважды в одну реку: и время другое на дворе, и руководители внешней политики будут помоложе. Но команда будет серьезной и настроенной на осмысленную ревизию нынешней политики. Окно возможностей отроется и при этом варианте, тем более, что именно при такой конфигурации и российской, и американской стороне понадобится меньше времени на «раскачку».

Я сознательно не прогнозирую подвижек (или их отсутствия) по конкретным проблемам: слишком многое зависит не только от президентов, но и от их «команд». Каждая из них постарается сохранить «зону согласия», и я не вижу, почему им захочется усугублять «зону несогласия» - хотя существенно уменьшить ее тоже вряд ли удастся. Может, удастся перевести в более конструктивное русло обсуждение ПРО в Европе, развить намечающиеся наработки по Ирану и Ближнему Востоку, по ряду других региональных проблем. Никуда не уйдет с повестки дня проблема несовпадающих ценностей, активности американцев в соседних с Россией странами. Так что реальное «окно возможностей» скорее связано со стилем, а не содержанием политики. Насколько удастся снять «субъективные раздражители», какой у каждого из президентов (и с той, и с другой стороны) будет запас терпения и доброй воли для утверждения более благожелательного стиля отношений – в этом то и состоит главная загадка российско-американской повестки дня образца 2009 г.

Борис Макаренко - Председатель правления Центра политических технологий

Статья опубликована в журнале The New Times, №06 (52), 11 февраля 2008 г.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net