Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

С точки зрения основных политических результатов региональные и муниципальные выборы 2019 года закончились достаточно успешно для действующей власти. В отличие от прошлого года, удалось избежать вторых туров на губернаторских выборах и поражений действующих региональных глав.

Бизнес

В середине февраля Басманный суд заочно арестовал бизнесмена, владельца O1 Group Бориса Минца, а 31 января были заочно арестованы два его сына - Дмитрий и Александр. Причиной ареста стали обвинения в растрате 34 млрд руб. (ч. 4 ст. 160 УК) средств банка «ФК Открытие» и последовавшее обвинение в межгосударственный розыск. На данный момент Борис Минц и его семья с весны 2018 года проживают в Великобритании.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Главное

17.04.2009 | Татьяна Становая

Им не место на Красной площади

Вчера на президентском сайте была опубликована стенограмма закрытой части встречи президента России Дмитрия Медведева с членами Совета по гражданскому обществу и правам человека. Как выяснилось, перед президентом были поставлены весьма острые вопросы: сама власть достаточно жестко критиковалась, а Медведеву пришлось на критику реагировать. Одной из тем стала проблема проведения уличных акций…

Тема свободы проведения уличных акций стала политически острой после «цветной революции» в Грузии. Именно тогда в Кремле стали задумываться о введении инструментов контроля над акциями. Летом 2004 года был принят новый жесткий закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетировании», который предоставлял властям возможность запрещать практически любой митинг и резко сокращал площадки для проведения массовых акций протеста. Законопроект вызвал бурную реакцию общественности, президент внес в него поправки, которые его существенно смягчали. Но вопреки этому смягчению правоприменительная практика показывает, что формально более чем либеральный закон (порядок согласования акций носит уведомительный характер) предоставляет все возможности для запрета любого митинга или шествия. Получить разрешение на акцию внесистемной оппозиции практически невозможно, КПРФ также часто сталкивается с затруднениями – например, ей запрещали проведение шествия по Тверской площади.

Данная тема была поднята в докладе Людмилы Алексеевой, главы Московской Хельсинской группы, одной из самых авторитетных и при этом критичных оппонентов власти. Свое выступление она начала сразу с утверждения, что доступ рядовых граждан к СМИ ограничен, и уличная акция оказывается единственной возможностью донести свое мнение по вопросам, которые их тревожат, до сведения властей. Похвалив закон, который действительно с юридической точки зрения либерален, она резко раскритиковала правоприменительную практику. «Власти не вправе запретить публичные мероприятия, а могут лишь предложить изменить место и время его проведения… Ограничения не должны лишать права самого его содержания», – заявила она. В целом она говорила достаточно известные вещи, что на практике власти взаимодействуют с организаторами акций в ультимативной форме, отправляют митинговать в безлюдные места, накладывают ограничения на численность участников, используют ОМОН и административные меры. Алексеева особо обратила внимание на ситуацию в Москве. При этом все существующие ограничения никогда не действуют в отношении партии власти или «Наших».

В качестве предложений Алексеева попросила президента «разъяснить» представителям власти разных уровней, что участники мирных акций – не преступники, пересмотреть подзаконные акты, которые определяют действие властей. Наконец, она выдвинула идею «создать московский «гайд-парк» – определённое место, где проходили бы все публичные мероприятия. Причем это должна быть не набережная Шевченко, куда часто московские власти ссылают оппозицию, а аналог «Гайд-парка» в Лондоне: «в самом центре, напротив королевской резиденции», - подчеркнула Алексеева. «В Москве естественным «гайд-парком» является Красная площадь. Для этого требуется Ваше решение, господин Президент», - скромно закончила правозащитница.

Надо признать, что столь лобового напора, видимо, не ожидал и сам Медведев. Его комментарий также свидетельствует о том, что у него не было ни специальных заготовок к данной теме, ни выраженной собственной позиции. Медведев начал просто рассуждать, стараясь не задеть ничьи интересы – ни правозащитников, ни авторов известного закона. Его позиция оказалась внутренне достаточно противоречивой.

Медведев признал, что власти, конечно, никогда не хотят разрешать такого рода мероприятия, и понять это отчасти можно. «Но в любом случае эти решения на законе не основаны», - то есть президент сказал, что по закону нельзя запрещать акции. Затем он, по сути, признал, что логика региональных, местных властей во многом определяется «центральной властью»: ограничения и запреты вводятся из-за страха. «А страха-то быть не должно, должна быть осторожность не поставить под угрозу жизнь, стабильность, безопасность людей, которые хотят собраться и что-то сказать власти. Основная проблема заключается именно в мотивации и в сигналах, которые посылаются от центральной власти», - сказал он. Президент предложил идти в суды и там доказывать организаторам акций свою правоту. При этом Москву Медведев вывел в особое положение: «здесь всё-таки особые правила регулирования и особые вызовы», то есть, по логике, получается и судиться нежелательно.

Очень осторожно Медведев поддержал идею Гайд-парка. «Выглядит он [в Лондоне], конечно, классно, хотя не могу не согласиться с коллегами, там тоже не всё видно, он уж не такая выжженная поляна, а там всё как раз закрыто, но тем не менее место очень хорошее. Я согласен, что если что-то смотреть для такого рода мероприятий, то это не должны быть какие-то пустоты вокруг гаражей, рядом с промзоной или ещё где-то. Нужно поговорить с московскими властями, пусть создадут свой Гайд-парк, те же самые деревья посадят и так далее», - намекнул президент московскому начальству. Что же остается в сухом остатке после диалога президента с Алексеевой? Рекомендация идти в суд, признание незаконности запрета акций (при этом переносить место и менять дату можно) и совет московским властям создать гайд-парк «еще где-то» - то есть не на пустырях, но и, видимо, не на Красной площади. В СМИ почему-то такую позицию расценили как смягчение, хотя в действительности об этом говорить пока не приходится: пока это лишь знак внимания к проблеме, причем без публичного признания ее остроты.

Теперь надо представить региональные власти или мэров крупных городов, которые получают от «центральной власти» целый набор сигналов за последнее время. Так, 27 февраля Владимир Путин на встрече с «единороссами» заявил о недопустимости несанкционированных акций протеста и легитимировал, по сути, право применения против его участников силы. Через два дня Дмитрий Медведев, очевидно, с целью демонстрации единства властей, в интервью испанским СМИ высказывается еще жестче. Отвечая на вопрос о том, почему не дают проводить уличные акции «Другой России», Каспарову и т.д., президент заявил, что «это небольшая группа маргинальных политиков». «Всё, что хотят орать, они всё орут в разных местах. Выходят на улицы, кричат о том, что Президента и Правительство нужно отправить в отставку. Они все заявления, которые им хочется делать, они делают.

Поэтому мне представляется, что никто им рты не затыкает, они всё, что хотят, они всё говорят. Но то, что они не выступают на Красной площади, ну, извините, я считаю, что им не место на Красной площади», - сказал Медведев. Это заявление уже совсем не похоже на заявление юриста. Это заявление политика.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

В Никарагуа свыше 40 лет с краткими пере­рывами на вершине власти находится революционер, испытан­ный в боях - Даниэль Ортега Сааведра. Он принимал активнейшее участие в свержении отрядами Сандинистского фронта национального освобождения (СФНО) диктатуры Анастасио Сомоса Дебайло 19 июля 1979 года.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net