Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Интервью

15.06.2009

Игорь Николаев: «Кризис — это крах спекулятивной модели экономики»

Как известно, нынешний экономический кризис является уникальным явлением. Обычно, такие масштабные «встряски» ведут к отмиранию одних характеристик и укоренению других. О фундаментальной особенности экономического кризиса, об антикризисной программе правительства РФ и перспективах российской экономики «Политком.Ру» поинтересовался у Игоря Николаева, директора департамента стратегического анализа компании ФБК, профессора Государственного университета – Высшая школа экономики.

— В декабре 2008 года в интервью «Политкому» вы сказали: «Для начала необходимо просто системно подойти к пониманию сущности кризиса, определиться с его фундаментальной особенностью, и только тогда станет понятно, какие механизмы, какие меры нужно задействовать». По прошествии шести месяцев как вы определяете эту самую «фундаментальную особенность» кризиса?

— Фундаментальных особенностей на самом деле несколько. Я, пожалуй, скажу самое главное — особенность кризиса предопределяется ситуацией со спросом и спросовыми ограничениями. Вроде бы, это то, с чем все соглашаются, что подтверждают вcе опросы— Росстата, Аналитического центра при Правительстве РФ и т.д. По результатам всех опросов, главная проблема сегодня — это спрос, который сжимается в последние месяцы как «шагренгевая кожа». Уже после этой проблемы называют неясность экономической ситуации, трудности с получением кредитов, конкуренцию со стороны импорта и т.д. Но самое главное — это спросовые ограничения. Казалось бы, если это самая главная проблема, первое, что надо предпринять — стимулировать спрос. Логично и правильно! Но я не могу понять, почему мы не можем сделать ставку именно на это?! Китай, например, именно в рамках антикризисных мер занимается стимулированием спроса. А в наших антикризисных мерах это совершенно не учитывается, и это очень печально.

— А на что делается упор в антикризисных мерах Правительства РФ? И к чему они гипотетически могут привести?

— Я бы обратил внимание, что у нас есть обнародованный в конце марта 2009 года проект программы антикризисных мер. Но это именно проект! С момента входа в острую фазу кризиса прошло уже больше полугода, а у нас только проект… Если так пойдет, у нас кризис закончится раньше, чем появится утвержденная программа...

Что касается самих мер и их эффекта, то, что мы делали осенью, и то, что закреплено в проекте антикризисных мер формулируется так: «Повышение устойчивости финансовой системы». Как мы помним, российское руководство неоднократно заявляло, что нам удалось преодолеть первую волну, сберечь банковскую систему. Этот приоритет - финансовая система - остается и сейчас в условиях, когда никакой острой необходимости продолжать спасать ее нет, когда проблема уже в другом – в спросовых ограничениях. Справедливости ради скажу, что такой приоритет как «повышение спроса» в проекте программы антикризисных мер тоже есть. В цифрах это выглядит так: на повышение спроса предполагается выделить 6 млрд рублей, а повышение устойчивости финансовой системы - 1 трлн 355 млрд рублей. Честно говоря, я отказываюсь понимать, как два вроде бы равных приоритета могут различаться в финансовом эквиваленте на три порядка?!

— Некоторые эксперты говорят, что на стимулирование спроса отводятся средства и в бюджете, поэтому сравнение не совсем корректно…

— Ну, так можно договориться и до того, что вообще все бюджетные деньги можно отнести в категорию «стимулирования спроса». Но это же не так! Кстати, тут надо вспомнить еще один широко декларируемый приоритет — это повышение социальной защищенности. Почему? Потому что часто говорят, что бюджетные деньги, направленные на повышение пенсий, пособий и т.д. должны стимулировать спрос. В нормально экономике с высоким уровнем доверия, наверное, это действительно сработает как фактор стимулирующий спрос. Но в нашей ситуации, когда доверия маловато, когда валютный рынок неустойчив, повышений пенсий в «ускоренном режиме» на 35-40% приведет к тому, что люди будут покупать валюту, «лишние» 50-100 долларов или евро, а не тратить рубли на покупки. Свидетельством этого являются показатели розничного товарооборота, которые начали устойчиво снижаться, начиная с февраля. И в апреле мы имели уже - 5,3% снижения розничного товарооборота. Иными словами, несмотря на повышение социальных выплат, люди покупают все меньше и меньше, а сберегают больше. Поэтому эти бюджетные деньги (а мы рассмотрели только социальные траты), которые, якобы, должны стимулировать спрос, на деле не дают антикризисного эффекта.

— А какие меры вы предлагаете по стимулированию спроса?

— Это необъятная тема. Я скажу лишь о главном. Сложность нашей ситуации в том, что наша экономика отличается низким уровнем доверия. И чтобы деньги хоть как-то тратились, не надо таких экспериментов как «плавная девальвация»! Вообще-то спрос достаточно трудно стимулировать, но все-таки можно. Что для этого необходимо делать? Кое-какие меры подсказывают западные страны. Посмотрите, насколько эффективна мера по стимулированию покупки автомашин в Германии, Словакии, Великобритании. Как известно, в Германии придумали такую меру: при сдаче старого автомобиля и покупке нового 2,5 тыс. евро доплачивает государство и автопроизводители. Эту меру по стимулированию спроса позаимствовали другие страны. Что сделали у нас? Мы решили стимулировать через субсидирование ставки по автокредитам. Это значит, что вам говорят, что вы можете взять кредит не по ставке, например, в 20%, а по 13-14%. Уверяю вас, это должным образом не стимулирует спрос, когда у людей действительно денег нет, снижение ставки на 6-8% не подтолкнет их к покупке автомобиля. И в данном случае мы не стимулируем граждан к покупке, мы просто помогаем банкам, которые получают компенсацию за снижение процента. Кроме того, когда вы снижаете ставку по кредитам, общая ставка остается крайне высокой — на уровне 20 с лишним процентов.

Можно посмотреть на Китай, который субсидировал покупку некоторых категорий бытовой техники, сделал ставку на развитие торговых сетей в сельских районах, пошел на ослабление подоходного налогообложения.

Надо задействовать хотя бы положительный опыт других! Государственные инвестиционные деньги надо направить так, чтобы они максимально инициировали спрос в максимальном количестве отраслей, как бы «расползлись» по экономике. Мы проводили соответствующий анализ и пришли к выводу: наибольший мультипликативный эффект дают вложения в инфраструктуру – транспортную и коммунальную. Здесь не возникает проблемы рыночного спроса, потому что, например, в транспортную инфраструктуру может и должно инвестировать именно государство. При этом деньги надо вкладывать еще и так, чтобы побуждать население тратиться. И это самое сложное! Но если подумать, то можно сделать и это!

— Если подумать…

— Да, если подумать — важная оговорка. Мы подумали и одно из наших предложений такое: раздавать бесплатно или за символическую плату землю под индивидуальное жилищное строительство и при этом помочь с обустройством транспортной, энергетической, газовой инфраструктурой. Это не потребует чрезмерно больших денег и по силам даже региональным властям. И вы увидите, что люди начнут активно строить на этой земле. У кого-то деньги остались! Люди будут тратиться на строительные материалы, строительные услуги. Таким образом, мы, с одной стороны, вкладывая в инфраструктуру, порождаем инвестиционный спрос в ряде отраслей, но самое главное - мы генерируем спрос со стороны население. Мы анализировали, что делается в регионах – и в российских, и на Западе (в штате Нью-Йорк, в Уэльсе и Шотландии). В Уэльсе выделяют участки под индивидуальное жилищное строительство как антикризисная мера. Уж там-то проблем, наверное, с индивидуальным жильем и инфраструктурой нет, но они сочли необходимым это делать. А мы этого практически не делаем (небольшое исключение, подтверждающее общее правило видим лишь в Татарстане). Я считаю, что такая мера была способом мощнейшей генерации спроса в экономике. А сейчас именно это и необходимо!

— Вы сказали, что ваша команда анализировала ситуацию в регионах. Там хоть что-то делается для борьбы с кризисом?

—Если брать социально-экономические показатели, то у нас, оказывается, есть регионы, которые растут. Возьмем Калужскую область, где промышленное производство выросло на 16,8% за первый квартал этого года, или Ямало-Ненецкий округ, или Сахалинскую область. В России полтора десятка регионов, где промышленное производство растет, несмотря на кризис. Но примерно в 60 регионах оно упало. Например, в Орловской области около 38% падение, а ряд Поволжских регионов, известных своим машиностроением (Нижегородская, Ульяновская, Самарская области), «упали» более, чем на 30%. Почему в некоторых регионах наблюдается рост? Оказывается, там произошел или запуск новых производств, или месторождения начали функционировать. На Сахалине запустили проект «Сахалин-2», в Калужской области начал работать Volkswagen... Но общая картина по всем регионам, конечно же, говорит, что везде кризис. Регионы справляются с кризисом по-разному, потому что местное руководство по-разному подошло к оценке серьезности ситуации, к выработке методов программ борьбы. Мы насчитали 28 регионов, которые имеют собственные антикризисные планы действий на конец апреля 2009 года, то есть треть регионов имеет утвержденные антикризисные программы в отличие от федерального правительства. Некоторые регионы имеют хороший и подробный и, что немаловажно, открытый план действий — это Санкт-Петербург, Ленинградская область, Омская область и другие.

— Сейчас многие экономисты буквально с содроганием говорят об осени 2009: предрекают банковский кризис, падение цен на нефть и соответствующую девальвацию рубля и т.д. А другие считают, что первые признаки роста экономики можно увидеть именно в конце этого года. Какой точки зрения придерживаетесь вы? И почему?

— Я не хочу называть это второй волной кризиса, но то, что у нас ситуация продолжает ухудшаться - это точно. Именно с весны сформировались мощные негативные тенденции, которые оказывают и будут оказывать в ближайшие месяцы влияние на экономику — сжатие потребительского спроса. По большому счету все 2000-е гг. наша экономика росла на потребительском буме, обусловленным бешенным ростом цен на нефть. Фактор сжатия потребительского спроса не оказывал влияния на экономику, когда она вошла в острую фазу в октябре-декабре 2008 года. Тогда торговля продолжала еще по инерции расти. А потом случился перелом. С февраля торговля начала падать: февраль - минус 2,4%, март — минус 4%, апрель — минус 5,3%. Это тенденция, а тенденция в экономике значит гораздо больше, чем абсолютные цифры. Все надежды, что в феврале или марте мы достигли «дна», отпали. Сегодня некоторые экономисты утверждают, что «дна» мы достигнем в июне. Честно говоря, такое впечатление, что они больше думают не о том, как выходить из ситуации, а о достижении дна, забывая, что дно бывает разное — бывает илистое, куда вляпаешься и там же останешься. И пока мы идем именно по такому сценарию.

Помимо сжатия потребительского спроса есть второй негативный фактор - это снижение инвестиций в основной капитал (по апрелю мы имеем самый низкий показатель из месячных показателей этого года — минус 16,2% по сравнению с соответствующим периодом прошлого года). Проведя ряд исследований, мы для себя четко уяснили: если хотите знать, что будет с экономикой, посмотрите, что происходит с инвестициями в основной капитал. Сегодня наша оценка такая: экономическая ситуация будет ухудшаться до конца года (это, кстати, не исключает отдельных ситуативных улучшений). Мне, например, понятно, почему заговорили именно про июнь. Если вспомнить, год назад у нас был один из самых низких результатов роста промышленного производства — всего 0,9% (кстати, год назад мы обращали внимание, что это тревожный звонок), а в апреле прошлого года промышленность выросла на 9%. В итоге в этом июне мы получим так называемый «эффект базы». Показатели июня по этому году в сравнении с прошлым годом будут гораздо более приличными, чем апрельские! Но не надо забывать, что несмотря ни на что наступит июль, а в прошлом году в июле промышленность прилично выросла (на 6,7%), и мы вновь получим ухудшение. Одним словом, пока говорить о какой-то стабилизации российской экономики рано!

Кроме того, важно пояснить ситуацию с фондовыми рынками: рост индексов является чисто спекулятивным разогревом. Нынешний кризис — это вообще крах спекулятивной модели экономики. Реализация принципа «капитализация ради капитализации» даже в растущей экономике показала, что все до поры до времени. Когда экономика раздувается, то рано или поздно входит в стадию «неуверенной экономики», которой достаточно любого события — политического, экономического, чтобы инвесторы развернулись, а дальше ситуация развивается по принципу снежного кома. Если у нас произошел мощный разворот год назад на фоне растущей экономики, то когда мы надуваем этот «пузырь» на фоне экономики, где промышленность падает (по апрелю 2009 г. промышленность упала на 16,9%), то будьте уверены этот разворот будет — это дело времени. Я считаю, что нас ждет новое значительное снижение котировок.

Еще один фактор, свидетельствующий о скором развороте экономики, - это рост цен на нефть. Быстрорастущие цены на нефть в условиях, когда в Западной Европе переполнены нефтехранилища и мировая экономика снижается, по прогнозам МВФ, ОЭСР и т.д., на 2-3% , являются результатом спекуляций. Спрос на нефтепродукты формируется со стороны спекулянтов, которые вкладываются в нефтяные фьючерсы, чтобы их перепродать. Поэтому цены на нефть тоже снизятся, что может вызвать вторую девальвационную волну и нарастание негативных тенденций, таких как, опустошение международных золотовалютных резервов России, чистый отток капитала и т.д. Я считаю, что конец лета – осень, увы, готовит нам порцию неприятных новостей. Негативный потенциал снижения экономики не исчерпан, более того, сформировались мощные предпосылки для более ощутимого падения...

Беседовала Ольга Мефодьева

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

18 октября 2020 года в Боливии прошли всеобщие выборы. Предстояло избрать президента, вице-президента, двухпалатную законодательную Ассамблею. Сенсации не произошло. По подсчетам 90 процентов голосов победу одержал Луис Арсе, заручившийся поддержкой 54, 51 % граждан, вышел вперед в 6 департаментах из 9, в том числе в 3 набрал свыше 60 %. За ним следовал центрист Карлос Месса, имевший 29, 21 % голосов.

Каудильизм – феномен, получивший распространение в латиноамериканском регионе в период завоевания независимости в первой четверти XIX века. Каудильо – вождь, сильная, харизматичная личность, пользовавшаяся не­ограниченной властью в вооруженном отряде, в партии, в том или ином ре­гионе, государстве. Постепенно это явление приобрело специфику, характеризующуюся персонализацией политической системы. Отличительная черта каудильизма - нахождение у руля правления в течение длительного времени одного и того же деятеля, который под всевозможными предлогами ищет и находит способы продления своих полномочий. Типичным каудильо был венесуэлец Хуан Висенте Гомес, правивший 27 лет, с 1908 по 1935 годы. В нынешнем столетии по стопам соотечественника пошел Уго Чавес. Помешала тяжелая болезнь.

Колумбия - одно из крупнейших государств региона - славится своими божественными орхидеями. Другая особенность в том, что там длительное время противостояли друг другу вооруженные формирования и законные власти. При этом имеется своеобразный парадокс. С завидной периодичностью, раз в четыре года проводятся президентские, парламентские и местные выборы. Имеется четкое разделение властей, исправно функционирует парламент и муниципальные органы управления.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net