07.05.2018 | Политком.RU

Армения: на пути к смене власти

Армения, протесты2 мая в политическом кризисе Армении произошел очередной перелом: имеющая в парламенте большинство Республиканская партия отказалась от выдвижения собственного кандидата на пост премьер-министра страны и выразила готовность проголосовать за любого политика, предложенного народом. Это означает, что на следующем заседании 8 мая Никол Пашинян имеет все шансы стать главой правительства, тем самым, доведя до логического завершения мирную революцию в Армении.

Напомним, что 1 мая парламент Армении не смог избрать главу оппозиционной парламентской фракции «Елк» Никола Пашиняна премьер-министром. Его кандидатура была единственной, но за нее проголосовали лишь 45 депутатов (три фракции парламента — «Елк», блок «Процветающая Армения» и «Дашнакцутюн»), а против – 56. Пашиняна отказалась поддержать правящая Республиканская партия, имеющая в парламенте большинство. После этого протесты вспыхнули с новой силой: 2 мая тысячи сторонников Пашиняна снова вышли на улицы, были блокированы все ключевые дороги. Сам оппозиционер объявил о начале мирного протеста: «Они [Республиканская партия] хотели спровоцировать нас. Но нет. Это мирное движение. Заявляю, что переговоры с ними могут быть проведены исключительно по одному вопросу - о политических похоронах Республиканской партии», - объявил тогда политик.

Долго ждать Пашиняну не пришлось: спустя несколько часов Республиканская партия выразила готовность фактически поддержать его кандидатуру на пост премьер-министра. 2 мая глава фракции РПА Ваграм Багдасарян заявил, что правящая партия решила не выдвигать кандидата на предстоящих выборах премьер-министра, однако поддержит кандидата, представленного третью депутатов. О готовности снова голосовать за него заявил депутат и крупный армянский предприниматель Гагик Царукян, возглавляющий фракцию «Царукян» — вторую по величине в парламенте (31 парламентарий из 105). Царукян — основатель и руководитель многопрофильного концерна «Мульти групп», который включает в себя производства лекарств, пива, коньяка, сеть мебельных салонов и т.д.

Уже 3 мая фракция «Елк» представила в общий отдел парламента Армении все документы, необходимые для выдвижения Никола Пашиняна на должность премьер-министра страны. Голосование состоится 8 мая. Сам оппозиционер призвал своих сторонников прекратить протесты, ситуация в стране начла постепенно стабилизироваться. Однако при этом Пашинян дал понять, что в случае любого срыва процесса его избрания, он готов снова вывести людей на улицы.

Начиная с момента распада правящей коалиции наблюдаешься процесс разложения сложившейся конструкции власти. Находящиеся у власти фигуры вынуждены быстро адаптироваться к меняющимся обстоятельствам: противостояние уличным протестам становится политически рискованным выбором. Так, 2 мая правительство покинул и. о. министра культуры страны Армен Амирян, более гибкую позицию занимает все большее число представителей партии власти.

Особым феноменом политической ситуации в Армении стало преобразование относительно периферийного оппозиционного политика Никола Пашиняна в национального героя. Получив в 2017 году всего 7% голосов на выборах в парламент, не имея значительного персонального электорального опыта (его лучшим результатом было получение на выборах мэра Еревана 21%), Пашинян буквально за несколько дней превратился в политического кумира: в стране резко вырос спрос на его изображения (футболки, кепки), его портретами оклеены витрины магазинов и автомобили, с его именем связаны надежды на перемены.

Причины столь стремительного взлета еще предстоит изучить, но можно отметить несколько важных факторов. Во-первых, практически пустующее место реальной оппозиции. Армения представляла собой мягкий полуавторитарный режим, в котором исключалась активная оппозиционная деятельность, а все в той или иной степени заметные оппозиционные политики не допускались к реальному распределению власти. Показательно, что та же сама фракция Пашиняна «Елк» во время голосования за прежнего премьер-министра Сержа Саргсяна была вынуждена учитывать сложившиеся правила игры: пятеро из девяти ее членов хотя и проголосовали против Саргсяна, но не пошли протестовать на улицу, и лишь четверо, включая Пашиняна, организовали протесты. А наиболее известный оппозиционер, бывший президент Левон Тер-Петросян был вытеснен из политической жизни страны на обочину: он не прошел в парламент на последних выборах, от протестов дистанцировался, со своими бывшими единомышленниками, включая и Пашиняна (он входил в его избирательный штаб Тер-Петросяна в 2008 году), разошелся.

В то же время и жёстким этот режим не был: Республиканская партия Саргсяна была вынуждена создавать постоянные коалиции с умеренной прагматичной оппозицией, что позволяло также и делить ответственность за ситуацию в стране. Особенностью распределения политического влияния в Армении, как, впрочем, и во многих странах бывшего СССР, остается и сильное влияние крупного бизнеса, диверсифицирующего свои политические инвестиции, активно участвующего в создании политических партий и выстраивании коалиций с властью. В разное время союзниками Саргсяна были такие силы как партия «Процветающая Армения», возглавлявшая Царукяном, а также партия Дашнакцутюн, традиционно имеющая крупные связи с армянской диаспорой. Сейчас Царукян подержал премьерство Пашиняна, но это де-факто воспроизводит прежнюю схему распределения и конфигурирования власти. В некотором смысле можно сказать, что гибкость армянской элиты позволила избежать силового сценария и после жертвы ряда крупных фигур сохранить (по крайней мере, пока) механизмы воспроизводства режима.

Таким образом, долгое время в Армении существовала ситуация, при которой власть распределялась между сложными коалициями политических сил и влиятельных бизнес групп при отсутствии реальной альтернативности и слабости институтов реальной демократии. Пашинян во многом воспользовался накопившейся в обществе усталостью, а также подхватил протест, спонтанно возникший как реакция на фактический обман Саргсяна, обещавшего во время конституционной реформы не претендовать на пост премьера.

Еще одним фактором успеха Пашиняна стало ослабление условного «карабахского клана» (сейчас эксперты становятся гораздо более осторожными при использовании этого термина), правящего на протяжении последних десятилетий. Карабахская тема для Армении является сакральной, и это во многом делало позиции выходцев из Нагорного Карабаха привилегированной политической кастой. Однако тупиковость процесса урегулирования кризиса, проблема коррупции, клановости привели к значительному осложнению восприятия обществом карабахской элиты и усилению разногласий внутри нее: фактически она перестала быть тем самым «кланом», вместо которого образовалась сложное, полицентричное, подвижное элитное образование. Показательно, что во время протестов Серж Саргсян утратил поддержку влиятельных карабахских генералов, фактически перешедших на сторону оппозиции. Во многом именно этот раскол (а точнее многочисленные расколы и постепенная, долго накапливающееся ослабление позиций Саргсяном как неформального лидера «карабахского клана») определил ход революции. Бывший премьер, попытавшийся оттеснить генералов от крупных ресурсов, в итоге сам лишился силовой поддержки.

Еще одной конфликтной линией стал рост противоречий и утрата доверия в тандеме Саргсян – Карен Карапетян. Изначально предполагалось, что именно Карапетян останется премьером. Его продвижение в премьеры не было операцией прикрытия скрытых намерений Саргсяна остаться во власти: изначально конституционная реформа действительно готовилась под Карапетяна, под которого началось выстраивание элит, на которого стали делать ставку и значимые внешние игроки, включая Россию. Как будущий реальный лидер страны он вполне устраивал Москву: будучи в свое время одним из топ-менеджеров «Газпрома», он был хорошо знаком российскому истеблишменту. Карапетян также имел и неплохую политическую репутацию: успешное участие в парламентской кампании, надежды на перемены, - он имел неплохие шансы стать преемником Саргсяна, если бы последний не попытался постепенно пересмотреть свои планы и не начать игру на выдавливание своего несостоявшегося преемника из власти. Это во многом объясняет тот факт, что Россия так легко согласилась с отставкой Саргсяна, а российские власти публично демонстрировали поддержку Карапетяна (значимым в этом смысле стал телефонный разговор 26 апреля президента Путина с и.о. премьером).

В этом смысле Россию вполне устроило бы завершение революции лишь на первой фазе: свержения Саргсяна. Приход во власть Пашиняна скорее нарушало планы Москвы, но подобная перспектива не расценивалась как угроза геополитическим интересам России. Кремль исходит из того, что любой будущий политический лидер Армении будет вынужден ориентироваться на приоритеты России, играющей ключевую роль в регулировании карабахского конфликта. «Мы надеемся, что в любом случае союзнические, добрые и конструктивные двусторонние российско-армянские отношения будут оставаться константой как для внешней политики нашей страны, так и для внешней политики Еревана», — сказал 3 мая пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. В то же время по данным главного редактора «Эхо Москвы» Алексея Венедиктова, именно из-за звонка Путина Карапетяну было сорвано голосование за Пашиняна в первый раз. Москва якобы намерена использовать тактику точечного давления для ослабления позиций Пашиняна.

Действительно, общее отношение к событиям в Армении после изменения расстановки сил в пользу Пашиняна, в Кремле стало более прохладным. В прокремлевских социальных сетях легко можно встретить упоминания об активной работе Госдепа США по подготовке дискредитации правящего режима. Часто упоминается и тот факт, что в Армении одна из самых крупных американских дипломатических миссий: явный намек на причастность Вашингтона к революции. Судя по всему, внутри российской элиты есть определённая часть консерваторов, которые сочли сам факт свержения законного премьера и назначение нового под давлением улицы неприемлемым и опасным явлением с точки зрения интересов России.

В Армении фактически произошла мягкая революция, в результате которой в течение буквально двух недель произошла смена лидера: уход Сержа Саргсяна с последующим ожидаемым избранием премьер-министром еще недавно периферийного оппозиционного лидера Никола Пашиняна. Революционные процессы прошли без активного внешнего вмешательства: Запад занял наблюдательную позицию, Россия пыталась мягко влиять, но попыток изменить ход событий не предпринимала. Теперь не менее интересные процессы впереди – Пашиняну предстоит встроиться в фактически враждебный по отношению к нему персонально режим, выстроить внутри коалиции, адаптироваться к сложившимся институциональным рамкам, - и все это без опыта административной работы, без наличия собственной команды. Это значит, что Пашиняну придется интегрироваться в то политическое пространство, против которого он так активно боролся, а это может вести к новым будущим конфликтам, так как элита не собирается сдавать свои позиции.

© Информационный сайт политических комментариев "Политком.RU" 2001-2018
Учредитель - ЗАО "Политические технологии"
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-69227 от 06 апреля 2017 г.
При полном или частичном использовании материалов сайта активная гиперссылка на "Политком.RU" обязательна