О проекте Реклама Редакция Партнеры Архив мы в Facebook  
Создание и поддержка: Центр политических технологий
ЭКСПРЕСС-КОММЕНТАРИИ
НОВОСТИ ЦПТ
ИНТЕРВЬЮ
Георгий Чижов: «Украина, вероятно, готова ввести лидеров «республик» в свое политическое пространство, но если те будут играть по украинским правилам»
Установившееся перемирие на Украине, скрепленное международными договоренностями в рамках Трехсторонней контактной группы, настолько зыбко, что его могут разрушить слишком ретивые войсковые командиры с обеих сторон. Однако с политической точки зрения передышка в войне нужна как ополченцам, так и Киеву, серьезно поиздержавшемуся в ходе вооруженного конфликта. О подробностях режима прекращения огня на Востоке Украины и политических последствиях данного шага для обеих сторон конфликта в интервью для Политком.RU рассказывает руководитель Украинского бюро «Центра политических технологий» Георгий Чижов.

Далее
(комментировать)

РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
МОДЕРНИЗАЦИЯ

Губернаторские выборы 2014 года: конкуренция, превращенная в плебисцит
Ростислав Туровский, Светлана Карандашова

Прямые губернаторские выборы, которые прошли 14 сентября в 30 регионах России, не принесли больших сюрпризов. Как и ожидалось, во всех регионах уже в первом туре выиграли действующие региональные руководители. Ожидания второго тура в нескольких регионах, которые транслировались отдельными СМИ и экспертами, оказались скорее попыткой хотя бы немного подогреть интригу, чем реальным прогнозом. Одним из главных, хотя не радикальных отличий избирательной кампании 2014 года от двух предыдущих (2012 и 2013 гг.) стали еще более высокие результаты действующих глав, легко превосходившие 80%, а в ряде случаев и 90% (до сих пор рекордом был результат чукотского губернатора Р.Копина, набравшего в прошлом году 79,8% голосов). Наиболее интересными темами для анализа являются, на наш взгляд, механизм обеспечения столь высокого результата и его политические последствия.

Далее
(комментировать)

НОВЫЙ КГБ
Выйти в рост не так-то просто
Данные Росстата о структуре динамики ВВП за первый квартал 2014 года говорят об ухудшении состояния всех без исключения секторов экономики. А основная макростатистика за апрель-май не позволяет сделать вывод о том, что спад прекращён.

Далее
(комментировать)

НАШИ ПАРТНЕРЫ




РЕКЛАМА
ВЗГЛЯД
ФЕЙСКОНТРОЛЬ НА ВХОДЕ В СИСТЕМНОЕ ПОЛЕ
Татьяна Становая

19 сентября президент России Владимир Путин выступил на итоговой пленарной сессии заседания «Многообразие России для современного мира» в рамках проходившего 16-19 сентября форума «Валдай». Глава государства говорил преимущественно об идеологии, а его слушателями впервые были представители внесистемной оппозиции. По сути, глава государства попытался сформулировать конкретные правила, выполнение которых дает несистемным игрокам доступ в системное поле. Впрочем, эти правила пока выглядят слишком гибкими.

Особенностью нынешнего форума стало выступление президента перед весьма широкой аудиторией, где, помимо иностранных экспертов и журналистов (традиционные участники «валдайских» встреч с Путиным) были также и российские политики, включая представителей внесистемной оппозиции. Кремль не стал приглашать главного лидера Болотной – Алексей Навального (хотя по данным некоторых участников форума, в частности, Евгений Минченко и Николая Злобина, Навального приглашали, но он отказался). Однако в форуме активное участие приняли Геннадий Гудков, Илья Пономарев, Ксения Собчак и Владимир Рыжков. Причем они не просто присутствовали, но и имели (и использовали) реальные возможности задавать вопросы всем высокопоставленным участникам форума.

Со слов политолога Евгения Минченко, первый заместитель главы администрации президента Вячеслав Володин активнее всего общался с Рыжковым и Гудковым. Он также похвалил Пономарева за решение участвовать в выборах мэра Новосибирска и предложил Гудкову, участвовавшему в выборах главы Подмосковья, избираться мэром одного из подмосковных городов, на что Гудков с явной иронией заявил, что лучше будет руководить ЖЭКом. Понятно, что речь идет не о предложении поддержки на выборах со стороны АП, а об очередной попытке направить активность оппозиционеров в электоральное русло. Рыжков, в свою очередь, спросил у Володина о прозрачности выборов в Москве. Глава президентской администрации, отвечая на вопрос, не кажется ли ему, что «власть сама начинает популяризировать оппозицию?», согласился с этим «отчасти». «Некоторым кандидатам от оппозиции, давайте признаем прямо, открыто оказывают поддержку в сборе подписей и представители других партий, собирали подписи за того или иного кандидата… В этом смысле так, популяризация действительно происходит…».

Со слов Глеба Павловского, создавалось впечатление, что форум превратился в бенефис внесистемной оппозиции. «Для Володина особенно важно после выборов 8 сентября закрепить победу этого курса, которую его аппаратные враги трактуют как провал», - заявил он в интервью «Слону». Заметим, что за более жесткий сценарий против внесистемной оппозиции выступают «силовики», настаивающие на реальном сроке для Алексея Навального.

И, вероятно, такой бенефис – сознательная тактика Кремля, представители которого пытались донести до слушателей, что сознательная поддержка конкурентных и прозрачных выборов – это новый стратегический курс власти. Кремль, начиная с конца 2011 года, пытается инсталлировать новые правила политической игры, предлагая, по сути, лидерам внесистемной оппозиции войти в систему на определённых условиях. Они допускаются к выборам (и им даже с этим помогают), регистрируются, доходят до конца гонки и получают иногда неплохой результат (Алексей Навальный) или выигрывают (Евгений Ройзман). Власть пытается очертить своего рода «красные линии», за которые внесистемной оппозиции, желающей стать системной, заходить нежелательно. Эти «красные линии» и правила, в целом, давно известны. Однако до протестов декабря 2011 года, вопрос о допуске внесистемной оппозиции к выборам не был предметом обсуждения вообще.

Правило первое сформулировано Сергеем Ивановым: соблюдать закон, что, по сути, можно трактовать как требование отказа от любых несанкционированных акций. «Болотное дело» в этом случае – показательный процесс, и Путин частично признал это, согласившись, отвечая на вопрос Рыжкова, рассмотреть вопрос об амнистии его участников, индивидуальную вину которых доказать непросто, а многие «потерпевшие» омоновцы не узнают своих «обидчиков» или признаются, что не испытывали физической боли во время конфликта с участниками акции оппозиции. Однако Путин назвал «дело серьезным» и заявил о недопустимости нарушения законов. Участники форума также сообщали, что в более приватных беседах представители Кремля признавали, что «болотный процесс» должен закрепить в сознании участников акций протеста недопустимость насилия против представителей правоохранительных органов».

Второе правило (хотя все они носят одинаково принципиальный характер для власти) – патриотизм. «При всей разнице наших взглядов, дискуссия об идентичности, о национальном будущем невозможна без патриотизма всех ее участников. Патриотизма, конечно, в самом чистом значении этого слова», - сказал Путин. Патриотизм в понимании Кремля имеет вполне конкретное смысловое наполнение – это обслуживание «национальных», а не «заморских» интересов. Кремлю очень не нравится, что оппозиция общается с иностранными дипломатами. Его также сильно раздражает, что НКО, защищающие политические и избирательные права, существуют на зарубежные деньги (хотя возможности их финансирования российским бизнесом фактически перекрыты уже давно) – именно поэтому и был принят закон об «иностранных агентах».

Власть изначально исходит из того, что априори Вашингтон заинтересован в дестабилизации политической ситуации в России и использует оппозицию и правозащитников для этих целей (прямо или косвенно). Например, Сергей Иванов счел неуместным прием российских оппозиционеров в посольстве США, подчеркнув, что посольство РФ не устраивало приемов для активистов «Occupy Wall Street», писал «Коммерсант». Илья Пономарев обратил внимание главы АП на то, что активисты «Occupy Wall Street» «теперь сидят в мэрии Нью-Йорка, а активисты Болотной — в тюрьме». В действительности, сравнение российской оппозиции и движения «Occupy Wall Street» - некорректно. Первые используют законные институты политического участия: партии, выборы, мирные уличные акции и т.д. Вторые – это относительно новое явление вне традиционных институтов, без внятной организационной структуры и лидерства и при этом часто выраженное в актах насилия.

На этом фоне Владимир Путин неслучайно уже в рамках своего выступления повторил о недопустимости навязывания национальной идеи извне, равно как и модели государственного устройства. Это традиционная мысль, которая часто используется для легитимации отступления России от демократических стандартов по букве и по духу закона.

Государство в этой связи (по сути, Кремль) берет на себя функцию курирования процесса поиска национальной идеи. «Самоустроение государства, общества не сработало, так же как и механическое копирование чужого опыта», - сказал Путин, давая понять, что теперь вопросы идеологии будут одним из государственных приоритетов. Роль верховного арбитра тут не нова. Однако особенностью нынешней ситуации является косвенное признание Путиным невозможности полноценного процесса «исторического творчества» без допуска к этому представителей альтернативных идеологических парадигм, при условии соблюдения ими описанных выше правил. «Нам всем: и так называемым неославянофилам, и неозападникам, государственникам и так называемым либералам – всему обществу предстоит совместно работать над формированием общих целей развития», - заявил Путин. Более радикальные идеологические формы отвергаются: «приверженцы фундаментального консерватизма, идеализирующие Россию до 1917 года, похоже, также далеки от реальности, как и сторонники западного ультралиберализма». Проблема в данном случае в том, что грань между радикализмом и умеренностью может трактоваться властью и оппозицией по-разному. И даже если такая грань нащупается (гипотетически), она вряд ли будет стабильной (а реально – «плавающей», в зависимости от политических обстоятельств, как это происходило и ранее).

Правило третье – безусловное разделение принципа территориальной целостности России, ее суверенитета. «Суверенитет, самостоятельность, целостность России – безусловны. Это те «красные линии», за которые нельзя никому заходить», - сказал Путин. Те, кто «работают на Запад», в понимании Путина, оказываются оппозицией России, а не власти, хотя зачастую власть именно так пытается представить своих противников.

Правило четвертое – уважение к традиционным ценностям. Это, пожалуй, относительно новое в мировоззрении Путина, который в течение своих первых президентских сроков публично никогда не смешивал вопросы государственной политики и нравственных ценностей. Частично появление этого «пласта» в его видении можно объяснить дефицитом того, что он в прошлом году назвал «духовными скрепами». Это в некотором роде попытка компенсировать эрозию позитивного отношения и восприятия Путина в общественном сознании: надежда, национальная гордость постепенно теряют свой «блеск», заполняя мотивы поддержки Путина безальтернативностью. Сакральность в образе Путина растворилась в период президентства Дмитрия Медведева, образ «национального лидера» - значительно прагматизирован, а попытки реабилитировать его пока кажутся недостаточно успешными.

Поэтому Путин все чаще защищает традиционные ценности как основу государственности. «Мы видим, как многие евроатлантические страны фактически пошли по пути отказа от своих корней, в том числе и от христианских ценностей... Отрицаются нравственные начала и любая традиционная идентичность…. Проводится политика, ставящая на один уровень многодетную семью и однополое партнерство, веру в Бога или веру в сатану. Эксцессы политкорректности доходят до того, что всерьез говорится о регистрации партий, ставящих своей целью пропаганду педофилии… И эту модель пытаются агрессивно навязывать всем, всему миру. Убежден, это прямой путь к деградации и примитивизации, глубокому демографическому и нравственному кризису», - сказал Путин. Иными словами, меняется модель негативного противопоставления: если раньше в качестве общественной «страшилки» использовалась нестабильная политическая ситуация в Украине, а затем в странах, затронутых «арабской весной», то сейчас акцент смещается на темы «европейской деградации». Это весьма противоречивый прием, так как в рамках первых двух президентских сроков Путин часто относил Россию к европейской цивилизации, близкой к России по своей идентичности. Быть европейцем считалось престижным, а теперь, получается, - примитивным.

Судя по всему, власть пытается адаптироваться к той новой политической реальности, которая начала формироваться на фоне зимних протестов конца 2011 – начала 2012 гг. Одной из характеристик этой новой политической реальности является появление политически активного меньшинства как субъекта политической жизни. Власть показывает, что готова признать этого нового игрока, нуждающегося в легитимных лидерах, равно как и частично – тех лидеров оппозиции, которые до конца 2011 года не допускались во внесистемное поле. Владимир Путин фактически показывает политической элите страны, что его возвращение будет долгосрочным, и для всех сторон будет лучше отказаться от противостояния и договориться о правилах игры. У власти остается возможность силового давления на оппозицию, но использовать ее после московских выборов становится существенно сложнее. Но и оппозиция пользуется поддержкой лишь активного меньшинства общества, значительная часть которого к тому же не хотела бы жесткой конфронтации с властью.

В то же время, похоже, что Путин не прочь баллотироваться в президенты на очередной срок в 2018 году – по крайней мере, его заявление о том, что он не исключает такой возможности, стало одним из основных событий форума. И хотя позднее было разъяснено, что речь не идет об объявлении о выдвижении кандидатуры (да и времени до выборов еще много), но показательно, что все государственные деятели, которых эксперты называют в качестве потенциальных претендентов на президентство, поспешили объявить об отсутствии у них подобных амбиций. В то же время для реальной оппозиции – как политиков, так и других представителей оппозиционной субкультуры – такой вариант выглядит совершенно неприемлемым, что не обещает идиллии в отношениях между властью и ее оппонентами.

Татьяна Становая – руководитель Аналитического департамента Центра политических технологий

23.09.2013


ВЗГЛЯД

«Дело Евтушенкова»: силовики vs. либералы
Татьяна Становая
25 сентября, несмотря на попытки адвокатов добиться освобождения под залог в 300 млн. рублей, Мосгорсуд оставил основного владельца АФК «Система» Владимира Евтушенкова под домашним арестом. При этом условия его содержания остались жесткими: ему запрещено ходить на работу и пользоваться средствами связи. Тем временем, 26 сентября Генеральная прокуратура обратилась в арбитражный суд с требованием вернуть «Башнефть» государству.

Далее
(комментировать)

АНАЛИТИКА

Ашраф Гани – новый президент АфганистанаАлексей Макаркин
Президентом Афганистана избран Ашраф Гани. В первом туре президентских выборов, прошедшем 5 апреля, он занял второе место, получив 31,5% голосов, тогда как за его основного соперника Абдуллу Абдуллу проголосовали 45%. Второй тур состоялся 14 июня, и в его ходе Ашраф Гани набрал уже 56,5%, тогда как его соперника поддержали 43,5%, то есть даже меньше, чем в первом туре. Абдулла Абдулла долгое время не хотел признавать результаты голосования и требовал их аудита – но и пересчет подтвердил победу Ашрафа Гани. Однако реальным фактором, позволившим обнародовать результаты второго тура, стал компромисс между двумя основными кандидатами, позволивший им разделить власть – он был официально оформлен 21 сентября.

Далее
(комментировать)

КАВКАЗ

Трансатлантическое партнерство – неотъемлемый атрибут политики Вашингтона в Евразии
Нана Гегелашвили
В контексте намерения Барака Обамы поставить США во главе двух гигантских интеграционных объединений – Транстихоокеанского и Трансатлантического партнерства – становится очевидным заинтересованность Вашингтона в активизации политики ЕС на постсоветском пространстве. Такой подход продиктован, прежде всего, прагматичными соображениями, определяемыми как перенапряжением сил США, так и географической близостью ЕС к странам СНГ. Это позволяет Вашингтону более пристально отслеживать и реализовывать трансатлантическую парадигму в контексте проводимой им политики в отношениях стран СНГ. Похоже, что Вашингтон займется разработкой «дорожной карты», призванной продвигать поэтапную политику в нужном регионе на постсоветском пространстве, которую будет реализовывать Брюссель.

Далее
(комментировать)

РОССИЙСКИЙ МИР

Приднестровье в контексте украинского кризиса: новые вызовы и угрозы
Александр Гущин
В последние месяцы на общем фоне трагических событий на Юго-Востоке Украины большее внимание стало уделяться приднестровской проблематике. Приднестровье, в отличие от Южной Осетии и Абхазии, выглядело ранее как периферийный регион, который в силу отсутствия стратегических ресурсов, развития переговорного процесса и сохраняющихся контактов между Тирасполем и Кишиневом, не вызывал к себе пристального интереса со времен провала реализации плана Козака. Сейчас же, политическая значимость Приднестровской Молдавской республики вновь возросла, что напрямую связано с теми трансформациями, которые произошли в 2014 г в Украине.

Далее
(комментировать)

Главное Взгляд Комментарии Интервью Аналитика Российский мир
Экспресс-комментарии Новый КГБ Модернизация Кавказ Региональные исследования
Создание и поддержка : Центр политических технологий
© Информационный сайт политических комментариев "Политком.RU" 2001-2014
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл №77-4579 от 21.05.2001
При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Политком.RU" обязательна.