Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Регионы Выборы в России Выборы в США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

К президентским выборам 2017 года французские левые подходят «в состоянии хаоса и разброда»[1]. Президент Франции Франсуа Олланд в случае выдвижения своей кандидатуры в 2017 году, согласно опросам всех французских социологических институтов, набирает в первом туре 14-16% голосов, то есть меньше, чем Марин Ле Пен, кандидат от Национального фронта, и меньше, чем любой кандидат от правоцентристской коалиции, чье имя определится в ходе праймериз в ноябре 2016 года, и, следовательно, выбывает из политической борьбы[2]. В некоторых сценариях президентских выборов Олланда может опередить центристский кандидат Франсуа Байру (за него готовы голосовать 13% опрошенных) или догнать кандидат «радикальной левой» Жан-Люк Меланшон, набирающий, по опросам, 12%[3].

Бизнес, несмотря ни на что

Сегодня в Петербурге открывается очередной Международный экономический форум. Это мероприятие является знаковым не только потому, что оно проходит в юбилейный, двадцатый раз, но и потому, что там будут обсуждаться подходы к выстраиванию новой экономической реальности. Однако успешное решение этой задачи невозможно без проведения новой, уже третьей по счету перестройки отношений между бизнесом и властью.

Интервью

Итоги британского референдума вызвали сильнейшую политическую грозу не только в этой стране, но и во всей Европе. Ясно, что «Брексит» надолго станет тяжелой проблемой для ЕС. Сама Британия оказалась расколотой по демографическим и географическим линиям. О причинах подобного исхода голосования, о том, как «Брексит» отразится на политической жизни Британии и ее отношениях с внешним миром «Политком.RU» поговорил с руководителем Центра британских исследований Института Европы РАН Еленой Ананьевой.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Взгляд

04.02.2014 | Алексей Рощин

Почему нет «лидеров протеста»

Украинские события волей-неволей приковывают к себе внимание, потому что ситуация слишком уж модельная и острая. Кажется – вглядись попристальнее, и найдешь ответы на все застарелые «русские вопросы», о которых мы давно «хотели, но боялись спросить». Вот, скажем, извечный – об оппозиции. Традиционны стенания, причем даже со стороны тех, кто поддерживает Майдан, – об «отсутствии лидеров».

Протест, мол, какой-то безымянный, «власть толпы», просто пришли какие-то неведомые простые люди и борются, а все «лидеры протеста», словно нарочно, один за другим демонстрируют свою ничтожность и бестолковость. Это воодушевляет сторонников «законной власти», орущих «да у вас там никого нет!» Хотя при этом – вот парадокс! – редко кто из украинских или российских «государственников» может сказать хоть одно доброе слово о Януковиче.

Но ведь эта мантра – «нет лидеров протеста!» - от повторения давно навязла в зубах и у нас в России! Ее повторяют все кому не лень лет 10 подряд. Одно время у алчущих «лидера» забрезжила было надежда – на Навального. Самая пылкая, увлекающаяся и зачастую бестолковая оппозиционная публицистка – уважаемая Юлия Латынина – даже простодушно записала Навального в «будущие русские пиночеты». Однако уже понятно, что и Навальный пока никак не может «зажечь» своим лидерством широкие круги оппозиционно настроенных граждан, оставаясь лидером хоть и самой крупной, но все-таки секты «навальнистов». Латынина в бешенстве, Кашин в унынии – но все дружно обвиняют саму «протестную массу»: мол, какая-то она «не такая», не может никак выдвинуть какого-нибудь лихого Илью Муромца, чтобы под его чутким руководством свергнуть-таки злочинну владу…

А может, надо посмотреть на дело в позитивном ключе? Может быть отсутствие лидеров (лидера) – это не недостаток и даже не достоинство, а системное свойство нынешнего протеста? Может быть, в этом и есть СМЫСЛ нынешнего протеста? Причем смысл абсолютно очевидный.

Ближайшая аналогия с государством – семейные отношения. Вот типичная ситуация – муж бежит из семьи, требует развода. Жена в слезах и первым делом обвиняет неверного: «Что? Другую нашел?» И требует признаться: «Кто она?! Говори!» Возможна и обратная ситуация: жена уходит, муж сходит с ума от ревности – к кому? Кто твой любовник?!

Да, обычно уходят «к кому-то». Но не всегда. Бывают ситуации, когда человек бежит из семьи не «к другому», а потому что хочет ДРУГОЕ. Одного из супругов перестает устраивать та семья, та модель семьи, которая сложилась – и он хочет просто УЙТИ. Ищет не другую (но такую же) семью – ищет свободу.

Мне кажется, что такая же ситуация сейчас с «протестом» - и в России, и на Украине. Свидетельства можно находить десятками, в любом репортаже, в любом разговоре с «майданщиками». Вот, скажем, из последней «Новой газеты»: человек говорит – я работаю в офисе западной компании, у меня зарплата «белая», езжу по всему миру, к политике равнодушен, а присоединился к митингующим просто потому, что «это» какой-то беспредел, и «Янукович должен уйти».

Фокус протестов в России предельно прост: люди на самом деле не хотят ДРУГОЙ власти; они хотят МЕНЬШЕ власти! Агитпроп, как брошенная жена, зря голосит – «злыдень, ради кого ты готов бросить Януковича (Путина) – ради Кличко (Навального)??»

В том-то и дело, что НЕТ, отвечает майдан тысячей глоток. Люди – на самом деле – не хотят Януковича-2.0 или Путина-2.0; люди хотят ДРУГОГО государства. Урезанного. Государства, которое не лезет ни в жизнь, ни в кошелек.

Суть украинского (а на самом деле и русского) протеста – в том, что это протест не против конкретных властителей; это протест против гипертрофированного государства. Причем даже не все протестующие отдают себе в этом отчет. В России многие искренне уверены, что они «единственного, что хотят – это чтобы Путин ушел». Но эти же люди, хоть убей, не могут сказать, кого они хотят взамен. Наоборот – вопрос о «замене» большинство из них заметно раздражает.

И очень трудно представить себе человека, который подходил бы в лидеры ТАКОГО протеста. Хотя простые люди, когда с ними говоришь, охотно рисуют его портрет. Едва ли не главное требование к нему – что это должен быть не политик и не олигарх. То есть сама «протестная масса» предъявляет почти невыполнимое требование к «лидеру протеста»: это должен быть человек без «инстинкта власти»… но который при этом способен быть прекрасным организатором. То есть запрос на человека уровня Вацлава Гавела или того же Махатмы Ганди. Вот когда такой Ганди появится – Путину волей-неволей придется с ним поговорить.

Алексей Рощин – ведущий эксперт Центра политических технологий

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

«Начался этап нормализации между Россией и Турцией». С этим заявлением турецкий премьер-министр Бинали Йылдырым выступил 28 июня в национальном парламенте. Впрочем, экспромт главы правительства был, что называется, хорошо подготовленным.

Заявления и события последних двух лет указывают на заметное переосмысление властью роли СМИ и их места в политической сфере. Много дискуссий разворачивается вокруг тенденций в журналистике не только между провластными и оппозиционными силами, но и внутри самой власти, которая в последнее время делает очевидные попытки осмыслить новую роль СМИ.

В Украине активно проходит процесс декоммунизации – переименовываются населенные пункты и улицы, снимаются памятники советским государственным деятелям. На фоне нерешительного проведения реформ в других сферах борьба с советскими символами становится областью, в которой украинские власти продвинулись наиболее далеко. А различные способы сопротивления декоммунизации не приводят к успеху.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net