Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Прошедший 18 июня с. г. второй тур парламентских выборов во Франции не обошелся без сюрпризов. По его итогам, партия президента Эмманюэля Макрона «Республика, вперёд», вместе со своим союзником, центристским Демократическим движением (Модем) Франсуа Байру, получила не 415-445 депутатских мандатов из 577, как предсказывали специалисты, а 350 мандатов. Тем не менее, налицо бесспорная и внушительная победа.

Бизнес, несмотря ни на что

Участник списка Forbes предприниматель Сергей Петров — о том, как он заработал первоначальный капитал на автопрокате, как выбрал название для компании и о людях, которые помогли ему построить бизнес

Интервью

Положение в Сирии с приходом Дональда Трампа к власти в США не стало более ясным. Наоборот, ряд действий новой администрации еще больше запутали «сирийский клубок». В перипетиях ситуации в регионе, интересах многочисленных участников и последних тенденциях «Политком.RU» разбирался вместе со старшим преподавателем департамента политической науки НИУ ВШЭ, экспертом по Ближнему Востоку Леонидом Исаевым.

Колонка экономиста

Видео

Наши партнеры

Интервью

05.10.2015

Михаил Фридман: «Все люди должны иметь бизнес-навыки»

Михаил Фридман, глава консорциума«Альфа-Групп», в интервьюОлегу Тинькову рассказал, чем отличается российский бизнес от английского и почему у сегодняшних предпринимателей больше возможностей, чем было у их коллег в начале 90-х гг.

— Предпринимательские качества — это врождённое или приобретённое?

— Какие-то качества — я сейчас даже не о предпринимательских качествах, о любых качествах человека — врождённые. Если не обладать ими от рождения, не унаследовать их от родителей, то приобрести их уже невозможно.

Например, характер. Это врождённое качество. Когда родились мои дети, я уже ясно видел в них определённые черты характера, которые впоследствии проявились. К сожалению или к счастью, поменять это практически нереально. А вот знания, навыки, профессиональные ноу-хау, конечно, приобретаются.

Если предпринимательство рассматривать как комбинацию талантов и навыков, то важны и врождённые, и приобретённые качества. Чего больше? Это прозвучит обескураживающе, но все-таки унаследованные, генетические качества. Процентов на 80. Процентов на 20 — это уже приобретённые в процессе жизни умения, знания и навыки.

Это расстроит тех, кто убеждён, что всему можно научиться. Но лучше трезво оценивать свои возможности и подбирать себе занятие не только по душе, но и по силам.

Если человек не обладает талантом предпринимателя, это не должно его расстраивать. Наверняка он обладает другими талантами в гораздо большей степени. Он должен заниматься чем-нибудь другим, и, возможно, быть гораздо более успешным и счастливым.

«В жизни каждый человек вынужден заниматься бизнесом»

— Есть такой американский стереотип: «каждый должен попробовать». У 5% получается, у 95% — нет. Но попробовать должен каждый. Как ты считаешь, должен ли каждый человек попробовать сделать свой бизнес?

— Я так не считаю. Например, у меня младшая дочка сейчас учится на втором курсе в Йеле, и она всерьез собирается заниматься историей. Я не думаю, что ей обязательно пробовать быть предпринимателем. Если она станет хорошим профессионалом в этой области, я уверен, что у неё будет насыщенная жизнь и увлекательная работа. Ей не обязательно, на мой взгляд, пытаться заниматься частным бизнесом.

Другое дело, что в жизни любой человек всё равно вынужден заниматься бизнесом, потому что он устраивает свои личные дела, на уровне своих личных активов. Там всё равно есть бизнес-ситуации и бизнес-отношения. Да и вообще, занимаясь любой профессией, работая в коллективе, добиваясь каких-то результатов — всё это требует некого бизнес-подхода.

В этом отношении все люди должны иметь какие-то бизнес-навыки. Не с точки зрения зарабатывания денег, а с точки зрения достижения каких-то осязаемых результатов в работе, в личных делах или финансах.

Каждый что-то попробует на уровне управления собственными деньгами. Но совершенно не обязательно выходить на уровень управления своей компанией.

— Мы помним, как китайцы нам подсказали, что кризис — это и возможности, и трудности. С точки зрения возможностей, считаешь ли ты, что сейчас правильное время начинать свой бизнес?

— Честно говоря, если у человека есть талант, ему не надо особенно спрашивать, как начать. У него масса идей чисто на уровне наблюдения за окружающей жизнью. Он видит массу возможностей что-то сделать.

Безусловно, кризис открывает много возможностей. Самый простой аргумент — это то, как обесцениваются активы — начиная от недвижимости, заканчивая промышленностью.

Если человек видит возможности, даже не обладая серьёзными капиталами, обладая совершенно небольшими деньгами, он уже может попытаться вложить. Например, купить однокомнатную квартиру, а потом её перепродать, если он считает, что сейчас правильный момент, когда цены уже достигли дна и скоро начнут рост. Я, кстати, не советую это делать именно сейчас, это просто пример.

— Чем конкретно ты бы посоветовал заниматься?

— Сейчас у молодых людей, если им действительно интересно слушать мои советы, есть гигантское непаханое поле возможностей, которые связаны с новыми технологиями. Интернет, диджитализация мира переворачивает жизнь человечества с огромной скоростью. Мне кажется, вся вот эта необъятная сфера… Это даже не интернет, интернет — это способ. А фундаментально это просто…

— Оцифровывание человечества.

— Да. Человечество переходит в цифру. Это настолько фундаментальные, тектонические изменения общества, что количество возможностей неизмеримо. Количество новаций, которые произойдут, исчисляется тысячами и десятками тысяч, если не миллионами. В самых разных областях.

Эта вещь такая привлекательная, потому что требуется в основном человеческий капитал. На начальном этапе нужны минимальные капитальные вложения.

Конечно, на более позднем этапе, когда что-то превращается в серьёзную корпорацию, требуются деньги. Но сначала, чтобы совершить такой вот рывок с добавочной стоимостью, требуются только интеллект, талант, упорство и правильный выбор фокуса: где, в чем и как это сделать.

Это в чистом виде человеческие мозги. И в этом смысле это поколение, оно счастливое, потому что такие возможности у него есть. Я думаю, что когда мы начинали, таких возможностей было существенно меньше, потому что для любого мало-мальски доходного дела требовались какие-то вложения. Например, офис.

Google начинался в гараже, это просто была кучка энтузиастов, которые никакими капиталами не обладали, у них были совершенно смешные деньги. Понятно, что далеко не все построят Google или Apple. Но это хорошая иллюстрация того, что можно сделать, каких бизнес-успехов можно достичь, обладая просто хорошей головой и правильным характером.

«Нужно умение ощущать, чувствовать характер, потребности, стимулы других людей»

— Какая черта характера больше всего помогает? Например, в бизнесе.

— Думаю, таких черт несколько. Во-первых, я достаточно неплохо разбираюсь в людях. Полагаю, это скорее врождённое качество. Что это такое? Умение ощущать, чувствовать характер, потребности, стимулы других людей. Наверное, есть бизнес, где можно за компьютерами сидеть. В моём бизнесе я работаю с людьми. И от того, какие люди у меня работают, будет зависеть результат.

Я достаточно неплохо разбираюсь в людях, и я люблю общаться с людьми. Мне это не надоело, несмотря на то, что я занимаюсь бизнесом уже почти 30 лет. Мне в принципе общение с людьми всегда кажется интересным и содержательным. Это первое важное качество.

Другое важное качество — психологическая устойчивость. Вот я смотрю за жизнью своих знакомых, которые занимаются менее масштабными вещами, хотя не менее сложными. И они всё время переживают. Куча людей, которые прямо спать не могут, если у них неприятности.

У меня иначе. Я засыпаю через полторы минуты после, так сказать, приземления. Что бы там ни было в моей бизнес-биографии, я, в принципе, всегда говорил «ну, ладно, что-нибудь придумаем». То есть я тоже переживаю, но не настолько, что меня это лишает работоспособности.

Третье — это вкус и любовь к борьбе, к противостоянию. Потому что бизнес это всегда противостояние, конкуренция, борьба за то, чтобы добиться справедливого к себе отношения, честных правил и т.д. В российском бизнесе это не так просто.

Если ты устаёшь от этой борьбы, если тебе психологически не комфортно, то, наверное, это трудно, особенно в России. Наверное, где-то всё иначе, где-то более чёткие правила. У нас же часто правила размытые, поэтому состояние перманентной борьбы и отстаивание своих прав, позиций, возможностей — это критически важно.

«Русское состояние эффективности возникает тогда, когда есть какие-то чрезвычайные обстоятельства»

— Ты международный инвестор, ты много работал с разными национальностями — с турками, британцами, немцами, бразильцами, русскими. Как бы ты в этом ряду выделил усреднённого русского? Понятие «русские» сложное, но вот среднего русского предпринимателя, бизнесмена? Как ты его увидел?

— Это скорее не в плане предпринимательских качеств, это больше национальные особенности, определённый культурный код. Он отражается безусловно на всём, в том числе и на предпринимательских качествах. У российского менталитета, образа мысли, жизни, поведения есть преимущества и недостатки.

Трудно говорить за всех, всё это индивидуально. Но если пытаться найти какие-то общие знаменатели, я бы сказал, что у русского общества в целом очень мобилизационное сознание. Что значит мобилизационное? Русское состояние эффективности возникает тогда, когда есть какие-то чрезвычайные обстоятельства.

Расскажу пример. Много лет назад у нас был какой-то очередной банковский кризис — 2004 год, не помню точно. И мы как раз СЕО назначили… [Петр Шмида — член совета директоров ABH Holdings S.A.]. Он чех. Замечательный парень, очень толковый, опытный уже был банкир в это время. У нас такое совещание — «что делать в период кризиса». Я говорю, «значит так, всех отозвать из отпуска немедленно, рабочий день ненормированный, правление идёт». Он сидит, слушает, и все остальные согласно кивают головами. Всё сразу срослось, все работают. А он потом говорит: «слушай, а как, мы же даже не обсудили с ребятами, надо же сверхурочные платить как-то». Я говорю: «какие сверхурочные? У нас тут такая ситуация, какие могут быть сверхурочные, что за разговоры? Кто из отпуска не приедет — уволим». Ну, естественно, все приехали сразу.

В российском обществе и бизнесе работать в таких экстремальных условиях, с такой полной отдачей — норма. В этих условиях люди готовы слаженно и самоотверженно отдаваться этой работе. Готовы жертвовать деньгами, временем, чем угодно.

К сожалению, всё время быть в таком чрезвычайном режиме невозможно. Дальше начинаются слабости российского бизнеса и общества. Как только обычные условия жизни, они расслабляются.

Вот другой пример с иностранцами. У нас был мужик, мы его взяли главой IT в банк лет пятнадцать назад. И он был очень толковый, грамотный: хорошо понимал, что нужно делать, а мы как раз полностью перестраивали систему IT. Стратегически он делал правильные вещи. Но как менеджер он потерпел полнейшее фиаско.

Почему? Потому что он всех собирал, и по американской привычке он всем объяснял задачу. Он говорил, «вот, всё должно быть вот так. Вот для этого мы должны сделать это, это и это. Понятно?». А там сидели его топ, 5−10 менеджеров. «Да, понятно. — Действуйте». Всё, они уходили, собирались условно через месяц. «Ну как?». А они всё на том же месте, где и были. Никуда никто не двигался. Он должен был сказать «значит так, ты должен делать это, ты это, ты это и через 3 дня я всех проверяю, птички ставлю — что сделано, что не сделано». Но он так не умеет, не понимает, как это: он же поставил задачу, все её поняли, люди умные.

Он у нас так полгода или год проработал, при том, что делал стратегически абсолютно верные вещи. Но просто в силу того, что он не мог «бабах, я сказал!», ничего не получалось. Потом на его место поставили российского менеджера нашего, который тут же всем всё объяснил…

— Всех построил.

— Да. Все услышали привычную мелодию и сразу дружно взялись за дело. Потому что было понятно: если через неделю они не начнут делать, то он их повыгоняет. То есть в этом отношении люди не привыкли действовать не из страха. Это грустно.

Они привыкли действовать либо в экстремальных условиях, либо под влиянием занесённой палки. Вот если палка зависла — а, ну тогда надо делать, потому что действительно повыгоняют.

Это не константа, это меняющийся показатель. У меня работает много молодых людей, они более сознательные, более ориентированы на результат и так далее. Они хотят делать, им не нравится, когда их заставляют.

В России любят, когда их заставляют. Мол, с нами по-другому нельзя, с нами только вот надо вот так, вот тогда мы можем. Это сильно отличается от того, как это выглядит в лучших странах Запада. Другая ментальность.

Например, англичане в условиях чрезвычайщины гораздо более требовательны с точки зрения правил. Их не заставишь после работы или из отпуска приехать. У всех свои права, и все их хорошо знают. Если в России что-то надо очень быстро, то «так, мне вот срочно это надо, сегодня, чтоб все ночью сидели и это делали» — и все побежали, раз-раз-раз и сделали.

В Англии это невозможно. Там, во-первых, так не скажешь, потому что просто он или она на это не реагируют. Он будет делать, будет это делать пару недель, в своём нормальном темпе. Но он точно не бросит, если он понял задачу. Я сейчас опять же говорю о некотором усреднённом типе. Есть разгильдяи и в Англии, есть ответственные люди в России — это понятно. Но в целом он будет своим темпом, не спеша, в нормальном хорошем темпе делать, и доделает всё, и сделает достаточно качественно. И в этом отношении, я бы сказал, на короткую дистанцию русские часто опережают. А вот если длинную бежать — такие марафонские дистанции — там им часто тяжело.

«Если человеку дано что-то, то он просто обязан это как-то реализовывать»

— Что мотивирует Михаила Фридмана?

— Я много думал над этим вопросом в своё время. Он, кстати, имеет отношение к вопросу о религии и вере. Религия это больше про ритуал, а вера — это больше про мировоззрение. Это что-то вроде моих убеждений, моей веры. Бог неравномерно раздаёт разные способности, таланты и прочие дары. Кто-то очень многое унаследовал от рождения, природы, родителей. Задача любого человека — максимально полно это использовать. Если человеку дано что-то, то он просто обязан это как-то реализовывать. Потому что это же почему-то досталось ему именно, а не кому-то другому.

Это не означает, что ты обязательно должен заниматься бизнесом. Ты можешь заниматься чем угодно. Но ты должен свои таланты и качества как-то реализовывать. Реализовывать таким образом, чтобы это приносило пользу и тебе, и окружающим, миру в целом.

В иудаизме есть такой принцип. Это один из фундаментальных его принципов, называется «тиккун олам». Я, опять же, не религиозный человек, просто интересно было на эту тему почитать. «Тиккун олам» — в дословном переводе «чинить мир». Каждый человек обязан чинить мир. Делать его лучше. Он же у нас такой. Несовершенный.

Надо его все время как-то подкручивать. И вот каждому даётся сколько-то, господь отпускает какое-то количество возможностей, здоровья, сил, таланта. Вот в меру этого таланта нужно максимально его реализовывать. Вот, собственно говоря, именно этим я и занимаюсь.

Источник

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

По масштабу перемен во французской политике победа Макрона на президентских и парламентских выборах сопоставима с приходом к власти Шарля де Голля. Соцпартия почти исчезла, в Национальном фронте и у республиканцев намечается раскол, на подъеме левые радикалы. Теперь вопрос, сможет ли новая политическая конструкция убедить французов согласиться на давно назревшие реформы в социальной сфере

На саммите «Большой двадцатки» в Гамбурге состоится первый очный контакт президентов России и США. Событие давно ожидаемое – настолько, что кажется, что эти два лидера уже давно знакомы, а если верить недоброжелателям Трампа, так он давно уже «русский кандидат», т.е. находится под неправомерным влиянием России. Что же может, а еще существеннее – чего не может случиться на этой встрече?

В 2017 году большинство стран СНГ отмечают четвертьвековой юбилей установления дипломатических отношений между собой и с остальным внешним миром. В рамках стратегии диверсификации советских интеграционных связей, сконцентрированных на России, основным приоритетом становилась политика выстраивания отношений со странами Запада и главными мировыми донорами - такими, как, например, Япония. В течении 1990-х, первого десятилетия независимости государств СНГ, их отношения с Китаем были в некоторой степени в тени отношений с Россией.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net