Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

11 и 18 июня 2017 года во Франции состоятся парламентские выборы, которые станут новым испытанием для Эмманюэль Макрона. Исход парламентской гонки определит политическое будущее нового президента. Если его партия «Вперед, Республика!» получит абсолютное большинство, то у Макрона будет полная свобода рук: он сможет править с помощью ордонансов, проводить любые законы через нижнюю палату, не опасаясь вотума недоверия со стороны депутатов.

Бизнес, несмотря ни на что

Как заявил 18 мая исполнительный директор компании «Роснефть» Игорь Сечин, нефтяная компания работает над возвращением не только нефтесервисной компании «Таргин», но и других активов «Башнефти». Речь может идти об акциях «Уфаоргсинтеза» и Башкирской электросетевой компании, о которых «Роснефть» упоминает в иске к АФК «Система» на 106,6 млрд руб. «Роснефть» также может повысить исковые требования к «Системе». Тем временем, в правительстве, судя по всему, принято решение, позволяющее «Роснефтегазу» не платить дивиденды за 2016 год.

Интервью

В последние недели на Украине можно было заметить целую волну решений, действий и планов, направленных на ослабление связей с Россией в самых разных аспектах. О наиболее заметных из этих решений и об общем смысле происходящего в соседней стране «Политком.RU» поговорил с известным экспертом по Украине и постсоветскому пространству, доцентом РГГУ Александром Гущиным.

Колонка экономиста

Видео

Наши партнеры

Экспертиза

30.12.2015 | Александр Гущин

Украина-2015: достижения и недоработки, перспективы и риски

Арсений Яценюк2016 г. Украина встречает в двойственном состоянии. С одной стороны, на юго-востоке прекратились активные боевые действия, и угроза эскалации маловероятна. Однако негативные внутриполитические тренды и глубокий экономический кризис оставляют много вопросов относительно перспектив страны. А отсутствие эффективных реформ ставит под вопрос и лояльность западных партнеров.

Внешнеполитическое измерение

Практически весь год украинская тема продолжала играть важнейшую роль в международной повестке дня, оставаясь, наряду с выступившей на первый план сирийской проблемой, узлом противоречий в отношениях России и Запада. На протяжении последних месяцев наблюдались сложные коллизии относительно выполнения минских соглашений как на уровне работы контактной группы, так и на уровне министров иностранных дел государств-участников нормандского формата и лидеров этих стран. Парижская встреча руководителей России, Украины, Франции и Германии во многом определила дальнейший вектор процесса урегулирования, однако существует по-прежнему много рисков его срыва или замедления, которые на данном этапе заметно превалируют над позитивными перспективами.

Еще в мае 2015 г. возникли определенные надежды на то, что в ходе сочинской встречи госсекретаря США Д.Керри и президента РФ В.Путина удалось сделать серьезный шаг вперед на пути умиротворения в Украине. Отмечалось, что визит не был экспромтом, и стороны ищут пути выхода из кризиса. В тот же период стала меняться и тональность высказываний как некоторых американских политиков, принадлежащих к более умеренному крылу, (высказывание Д.Керри относительно донецкого аэропорта), так и европейских лидеров.

Однако сочинские переговоры не стали прорывом. Это было связано как с инерцией и глубиной самого конфликта, так и с существованием коренных противоречий между СССР и США на постсоветском пространстве, которые ни сочинская, ни какая-то последующая разовая встреча снять не могли и не смогут. Кроме того, не стоит и сбрасывать со счетов определенную разницу в позициях относительно Украины и отношений с Россией, которая существует в Вашингтоне, где Пентагон вместе с вице-президентом выступают с более жестких позиций (в отличие от более умеренного Госдепа).

Тем не менее, несмотря на то, что сам весенний визит Д. Керри прошел относительно безрезультатно, в американской риторике произошли определенные изменения, по крайней мере, все чаще стали звучать слова поддержки минских соглашений. Летом был актуализирован план французского дипломата П.Мореля, который предусматривал проведение выборов на неподконтрольных Украине территориях отдельных районах Донецкой и Луганской областей с целью урегулирования вооружённого конфликта на Донбассе. План также содержал положение о том, что Верховная Рада Украины принимает специальный закон относительно местных выборовна территориях ДНР и ЛНР. По информации Deutsche Welle, он был выработан при участии заместителя госсекретаря США В. Нуланд и статс-секретаря МИД РФ Г.Карасина. По сути, этот план предлагал так называемые «компромиссные выборы». Компромисс заключается в том, чтобы выборы де-юре проходили по украинскому законодательству, но непризнанные ДНР и ЛНР получили возможность провести их по особенным правилам.

Неудивительно, что план был воспринят в Украине в штыки. И причем не только сторонниками единой и неделимой Украины, но и многими экспертами, указывающими на то, что, по сути, он ведет к замораживанию конфликта и к предоставлению ДНР и ЛНР излишних полномочий. П.Порошенко назвал этот план личной инициативой П.Мореля. Видимо предполагалось показать таким заявлением свое негативное отношение к нему, но учитывая колоссальный опыт Мореля по урегулированию конфликтов и его большую работу на постсоветском пространстве в прошлом, такое заявление прозвучало очень слабо, а сам план лег в основу тех переговоров, которые проходили в Париже и в итоге стал базой для решения по выборам.

Осень принесла новый поворот в украинской проблематике. Во многом он оказался связан с позицией и действиями России в сирийском кризисе. Не следует думать, что Украина стала разменной монетой в рамках сирийского вопроса. Она являлась и ранее составной частью более широкой игры, однако в отношении Сирии действительно встроенность украинского кризиса в широкий контекст проявилась особенно отчетливо. Идея о том, что Москва готова «разменять Сирию на Украину», продемонстрировав свои усилия по борьбе с ИГИЛ, была слишком проста, чтобы быть полностью адекватной ситуации. Позиция России по Сирии, безусловно, имеет «украинскую природу», но только как элемент и не самый значительный. Ближний Восток был и будет для России регионом самостоятельным и важным. И дело тут не только и не столько в поддержке лично Асада, политическое будущее которого, по-прежнему, очень туманно. На повестке дня и вопросы борьбы с терроризмом и проблема газовых потоков из Ближнего Востока в Европу, и вопросы военно-технического сотрудничества со странами региона и вопрос присутствия России в Средиземноморье.

Однако для самой Украины резкая актуализация многоаспектной сирийской проблемы в качестве самой важной для мирового сообщества оказалась очень неблагоприятной. Это касается как реальной политики, так и информационной составляющей. Дело в том, что Украина на протяжении последних месяцев активно продолжала разыгрывать карты виктимности. Это проявилось и в позиции украинской делегации на заседании Генассамблеи ООН. Украинская делегация покинула зал в момент выступления президента России В.Путина, а часть делегации развернула в зале простреленный украинский флаг из Иловайска. Однако все эти демарши не вызвали широкого резонанса в ООН.

Тема Украины также стала постепенно уходить на второй план и в материалах европейских, американских, да и российских СМИ. Фон, на котором состоялась встреча в Париже, в целом явно не благоприятствовал украинской стороне.

Еще перед началом встречи в Париже было понятно, что стороны вышли на определенные договоренности, ведь обычно встречи глав государств, да еще и по таким сложным вопросам готовятся заранее и прорабатываются их возможные результаты. Таким образом, как бы ни критиковали минские соглашение и нормандский формат встреча в Париже подтвердила, что именно он оказался наиболее живучим и дал надежду на урегулирование.

Была достигнута договоренность о начале отвода легкого вооружения. Стороны договорились, что процесс начнется незамедлительно и будет занимать около 40 дней под наблюдением ОБСЕ. По итогам встречи подтверждена роль ОБСЕ в урегулировании, более того, учитывая стоящие задачи миссия будет расширена, а часть ее будет работать на российско-украинской границе. Также договорились о прибытии специалистов для разминирования территорий. Таким образом, по военному блоку прорыв действительно очевиден. Это уже не просто ограниченный отвод, а серьезное разделение сторон, что минимизирует возможность масштабных столкновений. Конечно, технику при желании можно вернуть на позиции, но сделать это незаметно невозможно.

Москва по итогам встречи надавила на ДНР и ЛНР и те «отложили» выборы, которые хотели проводить сепаратно от Украины. Было принято решение, что выборы, которые пройдут на территориях нынешних ДНР и ЛНР должны будут проводиться исключительно по украинским законам, а критерии избирательного процесса должны отвечать параметрам ОБСЕ. При этом сами выборы пройдут после принятия в парламенте соответствующего закона о выборах, и только после этого начнет работать закон об особом статусе.

Однако Украина безуспешно настаивала на том, чтобы вывод, находящихся, по мнению Киева, на территории ДНР и ЛНР российских войск, и возвращение контроля над границей произошло еще перед выборами.

Заключенные в Париже соглашения, не давая окончательного рецепта и уверенности в урегулировании все же способствовали надеждам на мир. Однако, все дефекты минских соглашений, существовавшие изначально, ведь минские соглашения в строгом смысле слова невыполнимы, а также серьезные расхождения сторон по политическим вопросам не привели к прорыву, а лишь к ограниченным результатам в области отвода вооружений. По сути дела, они стали новым шагом к замороженному конфликту.

Стороны по-прежнему по-разному понимают реинтеграцию. Россия явно рассчитывает на то, что в перспективе удастся сформировать как на Востоке Украины, так в перспективе и в целом в стране более лояльные элиты, которые будут инкорпорированы в Украину, смогут влиять на общеукраинскую политику, а Украина опасается того, что особый статус должен вступить в силу в день проведения выборов. Это означает, что восстановление государственной власти над отдельными районами произойдет через выборы, в то время как вопрос о том, в каком виде будет передаваться граница, пока не решен. То есть Украина может получить неконтролируемую де-факто территорию и легитимную власть при этом на ней, которая будет, скорее всего, нелояльна Киеву. Кроме того, нет уверенности и в том, что будет одобрен вариант Украины, согласно которому все украинские партии смогут принимать участие в выборах. Сохраняются разногласия по вопросу об амнистии и голосованию переселенцев.

Сегодня значительная часть политических сил в Украине критикует власти за то, как они ведут переговоры Минске и в рамках нормандского формата. На данный момент 300 голосов необходимых для принятия изменений в Конституцию по децентрализации во втором чтении нет. Чтобы принять этот законопроект, требуется сложная работа, как со стороны исполнительной власти, так и со стороны Запада, который естественно имеет значительные рычаги воздействия, начиная от финансового и заканчивая возможностями персонального воздействия. Вместе с тем, принятие изменений будет по – своему выгодно Киеву, который сможет предстать, даже несмотря на то, что эти изменения не принимаются ДНР и ЛНР, стороной выполняющей обязательства.

Летом голосование во многом состоялось под давлением со стороны В.Нуланд. Однако сегодня изменился как общий контекст восприятия Украины на Западе, так и детали. Те, кто исходил из того, что положения, одобренные летом в первом чтении действуют на переходный трехлетний период, из которых год уже прошел, сегодня осознают, что речь идет о вероятно постоянном периоде, тем более, что соответствующее заключение дала Венецианская комиссия.

В украинском обществе настроения также полярные. Примерно треть опрошенных по данным Центра Разумкова выступает за продолжение АТО, в то время как большая часть сторонников мира, выступают не с позиций необходимости предоставления Донбассу самоуправления, а занимают такую позицию исходя их нежелания, чтобы Украина брала на себя ответственность за поддержку ныне неконтролируемых территорий.

Сегодня обе стороны, как Украина, так и Россия, которая поддерживает самопровозглашенные республики Донбасса, стремятся представить друг друга в роли нарушителей соглашений. В Украине многие надеялись на то, что Россия не пойдет на уступки, и не будет оказывать давление на ДНР и ЛНР по вопросу о проведении выборов, однако их перенос выбил козырь из рук Киева.

Что касается крымской проблематики, то Украина использует два рычага. Первый – экономический, довольно серьезный, принимая во внимания сложности с качеством управления и реализацией инфраструктурных проектов в России, росте долгов регионов, общем снижении ВВП и в целом затратной внешней политике, но явно недостаточный для того, чтобы в обозримой перспективе сделать Крым непосильной ношей для Москвы. Второй - крымско-татарский, который является с точки зрения имиджевой и внешнеполитической, пожалуй, даже более важным.

У Украины за 25 лет постсоветской истории так и не появилось сколько-нибудь серьезного проекта в отношении Крыма. Лояльность нетатарского населения в Крыму была при украинских властях крайне низкой. В этих условиях именно крымско-татарский проект в информационном, имиджевом плане способен играть на актуализацию крымской проблематики на таких полях как соблюдение прав человека, национальных меньшинств итд. Безусловно, крымско-татарский фактор не сможет оказать решающее воздействие на ситуацию вокруг Крыма, однако его актуализация Украиной в ближайшие месяцы и годы довольно вероятна. Однако его применение без отсутствия четкой стратегии по Крыму в целом, показывает всю ограниченность тех возможностей, которые есть у Украины по актуализации крымского вопроса. Ситуация опасна для Украины еще и тем, что тезисы о предоставлении национально-территориальной автономии крымским татарам, о чем говорил президент Порошенко явно могут быть подхвачены и другими национальными меньшинствами. Последние события в Берегово, где был проведен съезд, и объявлено о создании венгерского национального района недвусмысленно свидетельствует об этом.

Сегодня украинский кризис, остается важным дестабилизирующим фактором в Европе, а минские соглашения, буквальное выполнение которых в строгом смысле вообще невозможно, скорее всего, относится в будущее. Это говорит о серьезной перспективе продолжения на какое-то время тлеющего конфликта и ставит вопрос о различных формах миротворческих проектов. Все это происходит в условиях нежелания терять выгоды от сотрудничества с Россией из-за Украины, что особенно проявляется у таких стран как Италия, а также недовольства самой Украиной в виду слабой эффективности реформ, высокого уровня коррупции и низкой, компетентности украинской политической элиты.

Тем не менее санкции, наложенные на Россию из-за украинских событий сохранены и скорее всего останутся вплоть до выборов нового президента США, особенно принимая во внимание, что минские соглашения, вряд ли удастся выполнить к июню 2106 года. Таким образом, сохранение тлеющего или даже замороженного конфликта не должно особенно радовать. Да, это не масштабная война, хотя исключать эскалацию полностью нельзя, но сам конфликт как и украинский кризис в целом останется элементом противостояния Москвы и Вашингтона, а выход российско-украинских отношений из тупика, возможен только в отдаленном будущем, хотя задача выработки новых подходов к отношениям стоит уже сегодня как на дипломатическом так и на экспертном уровне.

Итоги года недвусмысленно показывают, что разрыв Украины и России произошел надолго. В ближайшей перспективе никакого системного сдвига в отношении к России в Украине не предвидится. Нормализация будет осуществляться крайне медленно и зависит она от всех сторон. Очевидно, что тезисы о том, что Украина оккупирована хунтой итд, а с другой стороны повторение мантры об «агрессоре», на которого стремятся повестить все проблемы внутренних проблем вряд ли являются фоном благоприятствующим такой нормализации, даже если рассматривать ее в долгосрочной перспективе. Однако все это совершенно не исключает важности и необходимости разрядки. Другое дело, что эта разрядка может быть только относительной. Украина и в 2016 г останется полем противостояния между Россией и США, а российско-украинские противоречия по юго-востоку и Крыму сохранятся.

В 2016 г. Украина продолжит попытки консолидации западной коалиции во главе с США для противодействия российскому влиянию и попыткам России расширить сферу своего влияния в регионе. Делать это становится все сложнее в виду того, что в Европе наблюдается значительная усталость от украинского кризиса. Озабоченная острыми проблемами миграции, беженцев, равно как и экономическими, Европа предпочла бы скорое мирное урегулирование на Украине. В последнее время монолитность западной коалиции явно дает сбои, однако решение о продлении санкций показывает, что пока отдельные голоса, хотя они и подаются все громче оппозиционными партиями и известными политиками, общий тренд они поколебать не могут.

Главным патроном Киева по-прежнему останутся Соединенные Штаты Америки, которые продолжат оказывать военно-политическую поддержку Киеву. Внешняя политика Украины будет по-прежнему строиться вокруг двух составляющих – поддержания образа жертвы агрессии и попытки получить помощь, как финансовую, так и военно-политическую, а также решить вопрос с получением безвизового режима со странами ЕС. И соответствующие решения накануне Нового года Брюссель, несмотря на разочарование украинскими реформами, принял, что является определенным успехом Киева даже вне зависимости от ограниченных форм будущего безвизового режима.

Сам же мирный процесс идет очень медленно, импульс, который дала ему встреча глав государств-участников нормандского формата в Париже исчерпывается, а политические договоренности пока выглядят трудно достижимыми, что ведет к ситуации «ни войны, ни мира».

Внутриполитическое измерение

Ключевыми позитивными для нынешних властей в Киеве результатами прошедшего года стали следующие.

Во-первых, удалось не допустить расползания страны и бурного роста сепаратистских настроений в регионах, прежде всего южных и восточных.

В0-вторых, - удалось в значительной степени при помощи западных партнеров укрепить вооруженные силы (бои под Марьинкой это показали) и сделать армию более значимой в сравнении с добровольческими батальонами, создать патрульную полицию.

В-третьих, Украине удалось получить значительную помощь от Запада и международных финансовых структур, добиться списания части долга (хотя многие эксперты считают условия списания недостаточно выгодными), наконец,

В-четвертых, удалось не допустить социального взрыва.

Кроме этого к успеху, но скорее не власти, а самого общества можно отнести развитие гражданской инициативы, выдвижение на роли общественных лидеров молодежи, что привело к ситуации, когда общество, самоорганизовываясь, продвинулось заметно дальше, с точки зрения формулирования и реализации собственных потребностей, чем власть, пребывающая в состоянии постоянной междоусобной свары. Это сопрягалось с бюджетной децентрализацией, в рамках которой местные советы получили дополнительные бюджетные средства.

Несмотря на наличие позитивных черт, недооценивать которые нельзя, негативные тренды во внутренней политике преобладают.

Первое: на глобальном уровне это связано с наличием и даже развитием кризиса институционального. Украинская политическая система обладает всеми формальными институтами, такими как парламент и правительство, но, тем не менее, говорить о едином слаженном механизме, а также о том, что эти структуры действуют в привычном европейском смысле этого слова, не приходится. Характерным примером этого является ситуация с коалицией в Раде, которая формально есть, а реально ее нет. Коалиция может собраться, например, при принятии бюджета, который, как и новый налоговый кодекс, отличаются очень жесткими параметрами в угоду МВФ, однако коалиция эта ситуативная, несистемная, и фактически более или менее твердого парламентского большинства сегодня нет. Кроме того, авторитет органов власти крайне низок. И дело тут даже не в катастрофически низком рейтинге премьер министра, а в том, что ни президент, ни другие ведущие политики и функционеры не вполне могут публично осуществлять свои функции, а напротив, в угоду ситуации часто вынуждены спускать ситуацию на тормозах, что явственно видно на примере роли Порошенко в конфликте Саакашвили и Авакова. Тем не менее, президенту удалось несмотря на имиджевые и рейтинговые потери сохранить себя как главную фигуру политической системы, однако постепенно перекладывать ответственность на премьера будет все сложнее,

Второе: отсутствие системной борьбы с коррупцией. Эта борьба проявляется либо в PR акциях, либо в ситуативных посадках или их попытках, что скорее используется в межолигархической борьбе или в осуществлении давления власти на неугодных политиков. (То, как власть действует в деле Корбана явно не добавляет ей популярности и политических очков). Между тем, в обществе запрос на антикоррупционную деятельность очень велик. Используя это обстоятельство и стремится активно войти в политику на национальном уровне М.Саакашвили, который, проводя Антиолигархический форум и критикуя правительство за коррупцию, вероятно, желает в перспективе сформировать свою политическую силу и не ограничиваться Одесской областью, а припортовый завод в данном случае при всей его важности скорее повод и инструмент в этой борьбе. Вместе с тем, если теоретически премьерство возможно, то оно приведет в перспективе к еще большей конфликтности между премьером и президентом, особенно принимая во внимание личные качества Саакашвили, так что, скорее всего, новый премьер будет умеренным. Более вероятными кандидатами на пост премьера являются В. Гройсман, в меньшей степени после сложного принятия бюджета Н.Яресько, также не исключено и появление на посту премьера новой технократической фигуры, с назначением М.Саакашвили вице-премьером.

Третье: сохранение острого межолигархического противостояния, что в условиях относительной стабильности и крепкой политической традиции было бы не так критично, но в условиях доминирования политической культуры радикального типа, стремления использовать силовые методы и прикрыться при этом образами борцов с коррупцией ведет к плачевным результатам. Весной посол США вынужден был открыто вмешиваться в конфликт между президентом Порошенко и И.Коломойским вокруг Укрнафты» и «Укртранснафты», в ситуацию в Закарпатье. В последние же недели резко обострилась ситуация в Кривом Роге, выборы и назначенные перевыборы в котором напрямую связаны с конфликтом Р.Ахметова и И. Коломойского вокруг контроля над этим важнейшим промышленным центром, в котором очень сильные позиции имеет «Метинвест» Ахметова.

Четрвертое: социально-экономическая ситуация резко ухудшилась, рост тарифов, цен, девальвация гривны, высокие темпы инфляции нанесли серьезный удар по жизненному уровню населения, однако это все же не привело к массовому социальному протесту – население сосредотачивалась на выживании за счет своих собственных усилий. Тем не менее, в случае сохранения более или менее стабильно внутри и вншнеполитической ситуации большинство экспертов ожидает в будущем году рост ВВП в 1,5 -2 %.

Пятое: острое противостояние вокруг прокуратуры и политизированность судов, давление на судей со стороны общества, властей и крупного бизнеса, отсутствие авторитета судебных органов, органов прокуратуры.

Шестое: закон о декоммунизации, эксплуатирование националистической символики, стремление представить националистов середины XX века только в качестве борцов за государственность серьезно подпортили имидж Украины. Особенно это касается Польши, где пришедшие к власти лидеры консервативной PiS, хотя и вряд ли поставят под сомнение будущее межгосударственных отношений по этой причине, но все же не снимут вопрос о недопущении героизации националистов с повестки дня.

Сегодня при сохранении лидерства президентской политической силы, электоральная ситуация отличается непредсказуемостью. В этих условиях досрочные выборы могут быть рискованными для власти. Тем не менее, учитывая грядущий сложный экономический год власть может и пойти на них, хотя на данном этапе президенту они не очень выгодны. Сама компания может быть очень жесткой и привести президентскую команд далеко не к победе. Выборы возможны, но скорее всего, если н произойдет чего-то непредвиденного не ранее осени.

Местные же выборы осенью показали высокую степень регионализации. У власти в регионах оказались или укрепили свое влияние те силы и персоны, которые были наиболее влиятельными в своих регионах. Характерным примером является ситуация с И.Палицей на Волыни, Г.Кернесом в Харькове. Кроме того, в ряде регионов, как например, в Одессе, наметился, и будет продолжаться конфликт губернатора и мэра. В то же время, как «Оппозиционный блок», так и партия «Свобода» и «Самопомощь» – представители двух полярных флангов политического спектра – получили довольно много голосов, соответственно на Востоке и на Западе страны.

Очевидно, что именно внутриполитическая и социально-экономическая ситуация в Украине будет напряженной. Все вышеотмеченные факторы и аспекты останутся ключевыми маркерами, и от их динамики будет зависеть развитие Украины в 2016 г., а во многом и в последующие годы.

Александр Гущин – доцент Российского государственного гуманитарного университета

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Две основные сенсации мировой политики прошлого года - «Брэксит» и избрание Дональда Трампа президентом США - вызвали массу комментариев о кризисе или даже конце западной демократии. Однако последующие события показали, что политическая система государств Запада обладает достаточной степенью гибкости, чтобы противостоять волне правого популизма. При этом особенностью такого противостояния является отсутствие универсального рецепта – ситуация в каждой стране носит своеобразный характер.

Последние месяцы выдались для Рамзана Кадырова нелегкими – чеченский лидер испытывает все большее давление со стороны противников внутри федеральной элиты, а также столкнулся с серьезным вызовом, исходящим извне. Как Рамзан Кадыров действует в новых условиях и сохранит ли он свои политические позиции?

7 мая новым президентом Франции был избран 39-летний Эммануэль Макрон, лидер движения «В путь!». Еще год назад абсолютный аутсайдер президентской гонки, поставивший, как казалось, на заведомо проигрышную тактику игры в политическом центре, получил во втором туре 66% голосов избирателей, опередив свою соперницу в два раза (у него 20 млн голосов против 10 млн Марин Ле Пен).

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net