Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Регионы Выборы в России Выборы в США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Во Франции правые всегда были идеологически расколоты, и в их рядах было множество персональных конфликтов. Правые идеологические течения существовали постоянно, хотя они, конечно, видоизменялись и во многом потеряли свою специфику в последние десятилетия.

Бизнес, несмотря ни на что

Как известно, в России две беды, и если первую в приличном обществе поминать не принято, то о второй говорят громко и вслух все: от президента и до владельца старенького «Запорожца». Речь идет о дорогах.

Интервью

Скоротечный военный мятеж в Турции закончился полным провалом. В стране начались массовые репрессии. Как может повести себя почти всесильный сейчас президент Эрдоган? Какие варианты действий перед ним открыты? На эти темы в беседе с «Политком.RU» размышляет известный российский востоковед, член научного совета Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Выборы

03.03.2016

Борис Макаренко: «Думаю, республиканцы будут ставить на то, чтобы не дать Трампу получить абсолютное большинство делегатов съезда»

Борис МакаренкоПо результатам супервторника лидеры президентских праймериз в США – Трамп и Клинтон – увеличили свой отрыв. При этом в стане демократов неожиданно серьезную борьбу фавориту навязал крайне левый политик Сандерс, а республиканцы ломают голову над тем, как остановить своего неожиданного и нетипичного лидера. Председатель правления Центра политических технологий Борис Макаренко в интервью Политком.RU рассказал о возможных сценариях дальнейшей борьбы, феноменах Трампа и Сандерса и условиях вступления в игру Майкла Блумберга.

- Итак, по итогам супервторника у демократов ситуация становится практически решенной – Хиллари Клинтон в шаге от номинации. Поэтому предлагаю поговорить о республиканцах. Здесь расстановка сил также становится все более ясной – Дональд Трамп уходит в отрыв от конкурентов. Однако его персона остается раздражителем для истеблишмента и вообще уязвимой фигурой для борьбы с Клинтон. В связи с этим вопрос – как Вы оцениваете дальнейший ход гонки у республиканцев? Способна ли ситуация измениться или Трамп продолжит уверенно идти к победе на праймериз?

- Как правило, кандидат, который к моменту супервторника выиграл 9 штатов всегда успешно доходил у республиканцев до съезда. Беда в том, что еще никогда на республиканских праймериз не было столь неоднозначной, далекой от истеблишмента, провокационной и раскалывающей фигуры, как Дональд Трамп. После супервторника в Республиканской партии всерьез заговорили о расколе. Поэтому на данный момент я бы воздержался от прогнозов – наступает время возможных бунтов и заговоров против Трампа. Еще перед супервторником начались два взаимоисключающих процесса. С одной стороны, долгое время нотабли, признанные аристократы Республиканской партии о Трампе молчали, старались не замечать, либо принижали. Однако в последнее время из их лагеря пошли первые endorsement (заявления о поддержке). Одним из первых был губернатор Нью-Джерси Крис Кристи, недавно сам вышедший из президентской гонки. То есть, Трамп стал признаваться не только массой рядовых активистов Республиканской партии, что уже немаловажно, но и частью партийных аристократов – можно говорить о том, что этот барьер он начинает пробивать. С другой стороны, немалая часть республиканского истеблишмента воспринимает Трампа как недопустимого кандидата, говорит о возможном расколе и создании альтернативной партии. Понятно, что не рассматривается вариант, при котором в случае получения Трампом большинства делегатов, истеблишмент пренебрежет результатами праймериз и попытается навязать съезду альтернативную кандидатуру. Это бы стало бы самоубийством Республиканской партии. Поэтому из наиболее радикальных сценариев следует рассматривать именно раскол. Однако, вопреки всем надеждам, я думаю, раскол для них будет означать неизбежное поражение. В 20 веке случалось такое, чтобы партии раскалывались, однако происходило это тогда, когда партия имела большинство. И все равно она в итоге проигрывала (как проиграли республиканцы в 1908, 1964, как проиграли демократы в 1968). Здесь же может расколоться партия, которая и вовсе находится в роли догоняющего – это уже будет неминуемое поражение. Таким образом, сегодня перед республиканцами стоит выбор между лояльностью партии и лояльностью стране. Выбор для них безумно тяжелый, и вопрос в том, сможет Трамп его переломить, и консолидировать вокруг себя всю Республиканскую партию.

Если же говорить о дальнейшем ходе гонки, то определяющими будут ближайшие две недели. Победа Трампа в супервторник, хоть и не разгромна, но весьма убедительна. Круз и Рубио буквально зубами вцепились и пока не перешли в разряд безнадежных аутсайдеров. Но вместе с тем важно отметить, что у них нет побед в крупных штатах: Круз выиграл свой родной Техас, что было ожидаемо (надо еще постараться не выиграть родной штат), соседнюю Оклахому, а также электорально малозначимую Аляску. В результате на сегодняшний день Трамп имеет в своем активе больше половины от уже избранных делегатов – отрыв колоссальный. Если в ближайшие две недели тенденция сохранится, то уже к середине марта Трамп станет недосягаем.

- Но все же возможность остановить Трампа еще сохраняется. И одним из вариантов, который обсуждается в среде республиканцев является снятие одного из вторых кандидатов – Круза или Рубио – в пользу другого, консолидировав таким образом противников Трампа. Как Вы считаете, на кого из них предпочтительнее сделать ставку и способен ли этот шаг повернуть ситуацию?

- Сейчас это технически затруднительно – до праймериз во Флориде никто из них не признает, что он третий, особенно Рубио, которому еще предстоят праймериз в его родном штате. Хотя определенная логика в такой стратегии есть – отрыв Трампа от второго места не глобален, он нигде не получает абсолютного большинства голосов избирателей, выигрывая с результатом от 35 до 45%. Тем не менее, я думаю, республиканцы будут ставить на то, чтобы не дать Трампу получить абсолютное большинство делегатов партийного съезда. Тогда по американским законам делегаты съезда будут связаны обязательством голосовать в соответствии с выбором избирателей штата только в первых двух турах, а в третьем туре они становятся свободны, и здесь уже съезд может утвердить любого другого кандидата. Но нужно оговориться – если только до этого времени Трамп не сумеет получить расположение истеблишмента, что частично уже происходит.

- Если такой сценарий будет реализован, и до съезда ни один из кандидатов не получит большинства, на кого может сделать ставку истеблишмент?

- А вот это уже совершенно непредсказуемо. В этом случае в игру вступит то, чего в американской политике не было почти сто лет, а именно то, что называется «прокуренная комната». То есть это будет абсолютно кулуарное решение, исход которого предсказать невозможно.

- Интересно. Но поскольку пока Трамп лидирует с большим отрывом, поговорим о этом нетипичном феномене… Чем можно объяснить его нынешнюю популярность?

- Думаю, объяснение здесь следующее. За последние 10 лет (примерно, с иракской войны) в американском обществе нарастала поляризация. Причем нарастала она больше справа – так проявлялась реакция на испытания, связанные с войнами в Ираке и Афганистане и кризиса 2008 года, а также на 8 лет небелого президента, который к тому же осуществил давнюю мечту Демократической партии, известную как «Obamacare». Настолько республиканцы ощутили свои идеалы преданными, что сейчас они встали на гораздо более радикальные позиции. И Трамп очень точно попал в эти настроения. Рядовой республиканский активист симпатизирует Трампу, что подтверждается высокими рейтингами поддержки.

В результате, Республиканская партия, сильно сместившаяся вправо, действует даже вопреки логике президентских выборов, когда бороться надо за центристский электорат. В проекции Хиллари Клинтон сегодня побеждает любого из республиканских кандидатов, однако Трампа она побеждает наиболее убедительно. В нормальной ситуации этот фактор сыграл бы против Трампа, но сегодня, вопреки здравому смыслу, республиканцы ставят на того кандидата, который имеет наименьшие возможности соперничать с Клинтон.

- Вы сказали, что Трамп попал в сдвинувшиеся сильно вправо настроения республиканского избирателя. Тем не менее, на мой взгляд, повестка Трампа далека от той повестки, которую мы привыкли относить к консервативному избирателю американской глубинки, такому типичному симпатизанту партии Чаепития...

- Думаю, ситуация здесь такая. Трамп, будучи всегда политическим аутсайдером, привык говорить те вещи и затрагивать те темы, которые нормами политкоректности были традиционно табуированы в американском политическом дискурсе. К тому же и логика борьбы за центристского избирателя всегда подталкивала республиканских кандидатов выбирать выражения. Трамп же спокойно режет правду-матку, при этом делает это эмоционально и талантливо. Трамп попадает не в то, что республиканский активист говорит публично, а то о чем тот думает, но сказать может разве что на кухне жене после второй бутылки «Бад лайта». Это, пожалуй, единственное в чем его, действительно, можно сравнивать с Жириновским. В речах последнего также трудно найти последовательную линию, зато он точно попадает в эмоции.

- От феномена Трампа перейдем к феномену Сандерса. Понятно, что Сандерс всё очевиднее проигрывает Клинтон, однако делает он это с достоинством, в борьбе. Ему удалось выиграть несколько штатов и скорее всего это не последние его победы. Для крайне левого кандидата-популиста это внушительный результат. Чем, на Ваш взгляд, можно объяснить такое сравнительно успешное выступление?

- Это тоже своеобразное проявление запроса на новые лица, усталость от приевшихся фигур - неприлично, когда партия уходящего президента имеет столь короткую скамейку. Если республиканцы ушли сильно вправо, то демократы ушли сильно влево. Сандерс олицетворяет ту повестку, которая у Демократической партии была всегда, но всегда шла вторым планом – идея о том, что их партия не должна потакать «жирным котам» с Уолл-Стрит, не должна быть слишком «истеблишментной», а напротив должна быть либеральной и прогрессивной. Сандерс попадает в эти настроения. Причем, как ни странно, основой электората Сандерса не являются самые бедные слои. Он вообще не берет негритянский электорат и лишь частично (анализ экзит-поллов покажет более точно) – hispanics. Его базой являются белые молодые, образованные люди.

- Сейчас много говорят о сценарии, при котором на фоне такой поляризации в обеих партиях в игру может вступить Майкл Блумберг и выдвинуться как третий, независимый кандидат. Насколько это, по-Вашему, реалистичный сценарий и насколько сильно он может поменять существующие расклады?

- Блумберг с высокой долей вероятности вступил бы в президентскую гонку в том случае, если бы сложилась пара Трамп-Сандерс. Тогда образовывался бы довольно внушительный центр, который и востребовал бы такого кандидата как Блумберг. Ведь он, как известно, был перебежчиком и именно поэтому не мог номинироваться ни от одной из партий – для одних он чужак, для других предатель. Но такая диспозиция могла бы сработать, если бы кандидатами стали Трамп и Сандерс. Но в нашей ситуации с ума сошла только одна партия, вторая же выдвигает центристского кандидата.

Беседовал Роман Ларионов

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Главной медийной фигурой этого лета в конфликте между Константинополем и Москвой стал архиепископ Телмисский Иов (Геча) – представитель Вселенской патриархии при Всемирном совете церквей. На сегодня именно он является главным переговорщиком Фанара (Константинопольской Церкви) с украинской стороной.

В самый разгар российской парламентской избирательной кампании представляется вполне актуальным и уместным посмотреть на то, как проходят выборы в Латинской Америке. Страны континента сравнительно давно развиваются по демократической парадигме. Это означает, что там регулярно осуществляется смена всех ветвей власти снизу доверху. Но каждое государство имеет собственную специфику.

12 августа Владимир Путин назначил главой своей администрации Антона Вайно, который сменил в этом качестве Сергея Иванова. Если Иванов работал с Путиным еще в 1970-е годы в Ленинградском управлении КГБ, то Вайно познакомился с президентом, когда тот уже был главой государства. Новый руководитель АП принадлежит к другому поколению, чем президент и Иванов – он родился в 1972 году, когда Путин уже учился в университете.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net