Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

09.03.2016 | Сергей Минасян

Российский военный кредит Армении: что бы это значило?

Российский военный кредит Армении: что бы это значило? В феврале 2016 г. российские официальные источники предали огласке номенклатуру вооружений, поставляемых Армении в рамках заключенного еще в июне 2015 г. соглашения о предоставлении льготного военного кредита в 200 млн долларов на поставки российских вооружений. Данное соглашение явилось очень важным этапом в развитии армяно-российского военно-технического сотрудничества.

До этого, за небольшим исключением, поставки российских вооружений в Армению в предыдущие десятилетия осуществлялись преимущественно «из наличия» Министерства обороны РФ, а не непосредственно с заводов-производителей этих вооружений и военной техники. В этот раз, однако, российская сторона намерено озвучила перечень поставляемых Армении вооружений. Это объяснялось, по всей видимости, тем обстоятельством, что на этот раз речь шла именно о реализации льготного кредита с поставками непосредственно с заводов производителей по внутренним российским ценам, и в оплате в российских рублях. Впрочем, не исключено также, что оглашение данной информации может также рассматриваться и с точки зрения последних региональных развитий, например, российско-турецкого кризиса.

В любом случае, это событие получило широкий резонанс в Армении и за ее пределами. МИД Азербайджана даже выслал официальную ноту протеста российской стороне. В ответ – получив достаточно ироничный ответ пресс-секретаря МИД России Марии Захаровой о том, что вообще-то Россия поставляет вооружения, причем за последние годы в намного больших объемах также и Азербайджану, которому не стоит жаловаться на Москву, стремящуюся, по словам спикера российского внешнеполитического ведомства, сохранять военно-технический баланс в регионе. Еще большую интригу российско-азербайджанский «диалог» об оружии получил уже в начале марта 2016 г., когда в Баку с неожиданным визитом прибыл российский вице-премьер Дмитрий Рогозин, так как оказалось, что Азербайджан не в состоянии платить за ранее заказанную и закупленную в России современную технику и вооружение[1].

Однако, как это ни парадоксально, вероятно самая резкая критика по российскому военному кредиту прозвучала внутри самой Армении. Может показаться странным, что внутри страны, которая уже почти четверть века находится в состоянии «ни войны ни мира», втянута в долговременную и несимметричную по ее ресурсам гонку вооружений с богатым энергоресурсами соседним Азербайджаном, угрожающим каждый день возобновлением боевых действий, также могут раздаваться голоса против контракта, по которому Армения получит значительное количество вполне боеспособного вооружения, способного восстановить военный баланс и удержать Азербайджан от возобновления широкомасштабных боевых действий против их собственной страны. Но это уже издержки резкой поляризации и идеологизации общественно-политического поля внутри Армении, усилившейся за последние пару лет на фоне противостояния России и Запада. Впрочем, из постсоветских стран этот феномен присущ не только одной Армении, общественно-политическое и медийное поле которой, а также присутствующие на них организации и отдельные активисты которого давно уже превратились в статистов на идеологическом и пропагандистском поле битвы различных внешнеполитических ориентаций.

Вполне естественно, что с учетом вышеуказанного обстоятельства, большая часть критики внутри Армении сводилась к тому, что это именно Москва «навязала» нуждающемуся в сохранении военного баланса Еревану этот контракт на поставки вооружений, которые к тому же чуть ли не «ржавые и старые». Критики разве что не утверждали, что вообще лучше бы если Россия сама еще и доплатила Армении за поставки ей российских вооружений.

Представляется, что необходимо несколько «раскрыть скобки» и разобраться, что же в реальности подразумевает данный контракт и какие последствия он может иметь в контексте региональной безопасности Южного Кавказа. В первую очередь, как уже указывалось, основное отличие данного соглашения в том, что оно предусматривает поставки российских вооружений армянской армии непосредственно с предприятий-производителей и по внутренним российским ценам в российских рублях, реальная рыночная стоимость данного кредита может на порядок превосходить ее номинальную сумму.

В рамках кредита предусматриваются поставки Армении в 2015 – 2017 гг.: 9К58 РСЗО «Смерч», тяжелых огнеметных систем ТОС-1А «Солнцепек», ПЗРК 9К338 «Игла-С», мобильных комплексов РЭБ (станция исполнительной радиотехнической разведки) 1Л-222М «Автобаза-М», ПТУР 9М113М «Конкурс-М» (взаимозаменяемых с ПУ ПТРК «Конкурс» и «Фагот» предыдущих моделей, в большом количестве находящихся на вооружении армянской армии), бронеавтомобилей «Тигр», противотанковых гранатометов РПГ-26, стрелкового вооружения (модернизированные снайперские винтовки СВД), средств связи, инженерных средств и автомобильной техники. Кроме этого, предусматриваются поставки также двигателей В-84 и УТД-20, а также танковых прицелов (1А40-1), предназначенных для модернизации танков Т-72 и БМП ВС Армении. Существенная часть этих вооружений уже была поставлена Армении в конце 2015 г. и в первой декаде 2016 г., о чем свидетельствует существенно возросшая частота полетов военно-транспортной авиации из России в Армению.

Эти меры, которыми, впрочем, весь спектр армяно-российского военно-технического сотрудничества не ограничивается (включающий поставки иных современных вооружений в рамках других контрактов), существенно стабилизируют военно-технический баланс сторон в зоне карабахского конфликта. Военный баланс за последние годы несколько пошатнулся в результате широкомасштабных, доходящих до суммы в 4 млрд. долларов (хотя как совсем недавно обнаружилось, пока не вполне оплаченных Баку) поставок современных вооружений также Россией теперь уже Азербайджану. Перечень поставок российских вооружений Азербайджану включает РСЗО «Смерч», ТОС-1А «Солнцепек», ударные вертолеты Ми-35М, танки Т-90, БМП-3 и другое новейшее вооружение и военную технику.

В рамках соглашения о создании объединенной региональной системы противовоздушной обороны в Кавказском регионе ОДКБ, соглашение о создании которой было подписано министрами обороны Армении и России в самом конце 2015 г., предусматривается увеличение численности систем ПВО Армении российского производства. Еще в 2015 г. появилась информация о планируемой безвозмездной передаче армянским вооруженным силам ещё пяти дополнительных дивизионов С-300ПТ (в настоящее время на оружие войск ПВО Армении находится 3 или 4 дивизиона ЗРК С-300 ПТ, а также минимум 2 или 3 дивизиона мобильных ЗРК С-300ПС, прошедших модернизацию уже на предприятиях ВПК Армении). Предусмотрено, что данные С-300ПТ, эксплуатировавшиеся до этого в России, пройдут восстановление и модернизацию.

По оценкам некоторых военных специалистов, после поставок данных систем С-300 этом случае армянская система ПВО станет самой мощной в регионе (с учетом того, что кроме войсковой противоздушной обороны сухопутных войск, ПВО Армении имеет на вооружении также иные ЗРК, включая мобильные модернизации «Печора-2М» довольно старых систем С-125)[2]. Хотя комплексы С-300ПТ/ПС являются не самыми последними модификациями данного ЗРК, тем не менее, вполне возможно, что в ближайшее время по плотности наличия такого рода зенитных комплексов на площадь территории республики Армения станет видимо самой насыщенной страной в мире (т.е., обеспечить своеобразный «коэффициент С-300», если можно выразиться неформальным стилем).

Возвращаясь к проблематике российского льготного кредита Армении, а также перечню приобретаемых вооружений, надо отметить, что хотя в нем присутствуют и достаточно современные виды вооружений (РСЗО «Смерч», ТОС-1А «Солнцепек», ПЗРК «Игла-С», система РЭБ «Автобаза-М»), тем не менее, в реальности контракт не что иное, как в очередной раз «дешево и сердито», но достаточно добротное обеспечение существенного перевооружения армянской армии. Причем в данном случае – также и в значительном количественном выражении.

Наряду с этим, к примеру, наличие в списке танковых двигателей В-84 предполагает, что будет проведена глубокая модернизация имеющихся на вооружении армянской армии Т-72 старых модификаций с установкой на них новых двигателей и систем управления (также поставляемый танковый прицельный комплекс 1А40-1 возможно будет поставлен как дополнительный прицел наводчика). Предприятия армянского ВПК уже наладили тесный контакт с российским «Уралвагонмашом» - основным производителем танков семейства Т-72, и вполне возможно, что предполагаемая модернизация армянских танков будет сравнима с модификацией Т-72Б3, поступающих на вооружение российской армии с 2012 г. В таком случае танковый парк армянской армии будет способен уравновесить наличие намного более дорогих (но в принципе, после модернизации армянских Т-72 достаточно сопоставимых с ними по своим возможностям в горно-лесистой местности) Т-90С азербайджанской армии.

Что же касается РСЗО «Смерч», как и частично ТОС-1А – то кроме решения чисто военных задач, с учетом их достаточно высокого огневого потенциала, их поставки ВС Армении также укладываются в политическую логику реализации Ереваном стратегии конвенционального сдерживания Азербайджана - т.е. сдерживания Баку от искушения возобновить широкомасштабные боевые действия под угрозой причинения ему материальных и людских потерь, которые не будут оправдывать саму цель возобновления новой войны в Карабахе.

Не углубляясь в дальнейший анализ других технических деталей кредита и его последствий (например, как поставки ПЗРК «Игла-С» и систем «Автобаза-М» могут повлиять на возросшие боевые возможности армянской войсковой ПВО бороться с поставленными из России ударными вертолетами Ми-35М или с израильскими беспилотными самолетами), очевидно, что хотя данное армяно-российское соглашение не решает кардинально вопросы сохранения военного баланса в зоне карабахского конфликта на очень долговременную перспективу, тем не менее – существенно этому способствует. Тем более что ВТС Армении и России только этим контрактом не ограничивается.

Остается только определить, сможет ли Азербайджан вновь активизировать свои попытки уже на новом витке гонки вооружений попытаться пошатнуть региональный военный баланс, в том числе – также в рамках военно-технического сотрудничества с Россией. Утром 4 марта, после встречи с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым, Дмитрий Рогозин написал в своем твитере: «Главный итог визита в Баку: стороны подтвердили, что являются ответственными и надежными партнёрами в такой чувствительной области, как ВТС». Впрочем, сохраняющиеся низкие цены на энергоресурсы, напрямую сказывающиеся на социально-экономической ситуации внутри Азербайджана и его финансовой состоятельности, в долговременной перспективу вряд ли этому будут способствовать.

Сергей Минасян - д.пол.н., заместитель директора Института Кавказа (Ереван, Армения)

[1] Сафронов Иван, Бутрин Дмитрий, Козлов Дмитрий, Кузнецова Ольга, «В неоплатном Баку: Россия попросит Азербайджан рассчитаться за оружие», Комерсантъ, 03.03.2016.

[2] ЗРС С-300П в XXI веке, 01.03.2017, http://topwar.ru/91567-zrs-s-300p-v-xxi-veke.html

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Физическое устранение в 1961 году кровавого диктатора Рафаэля Леонидаса Трухильо, сжигавшего заживо в топках пароходов своих противников, положило начало долгому пути становлению демократии в Доминиканской республике. Определяющее влияние на этот процесс оказало противоборство двух политических фигур и видных литераторов – Хуана Боша и Хоакина Балагера.

40 лет развития по пути плюралистической демократии сменились авторитарным вектором, когда глава государства получил возможность выдвигаться вновь, спустя 10 лет. После 1998 года политическая система Венесуэлы стала существенно отличаться от остальных стран региона, а позднее это стало еще более заметно.

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net