Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Политком.RU обсудил с первым вице-президентом Центра политических технологий Алексеем Макаркиным динамику общественных настроений в России в уходящем году.

Бизнес, несмотря ни на что

Локомотивом выхода из продолжающегося экономического кризиса может быть только частный сектор. Как чувствовал себя российский бизнес в уходящем году? Как можно оценить усилия правительства по стимулированию предпринимательской деятельности и привлечению инвестиций? Об этом в интервью Политком.RU рассказывает старший научный сотрудник Института экономической политики им. Е.Гайдара Сергей Жаворонков.

Интервью

Конец года всегда дает повод подвести итоги происшедших событий, выделить основные тенденции, высказать предположения на будущее. Своими оценками политических итогов 2016 года с «Политком.RU» поделился известный российский политолог, президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Экспертиза

07.12.2016 | Ида Саркисян

Турция-Иран-Ирак: сложный треугольник

Турция, Иран, ИракСпустя год после инцидента со сбитым российским бомбардировщиком на турецко-сирийской границе можно отметить, что помимо внутриполитических процессов, политика Турции по отношению к странам региона значительно изменилась. Первым шагом на пути к этим изменениям стало послание президента Реджепа Тайипа Эрдогана с извинениями президенту РФ Владимиру Путину и выражение готовности наказать виновных. После извинений турецкой стороны между Россией и Турции восстановились двусторонние контакты.

После неудачной попытки переворота в Турции состоялся телефонный разговор между президентом Турции и президентом Исламской Республики Иран Хасаном Роухани, во время которого турецкий лидер заявил: «Мы дошли до того уровня, когда требуется более, чем когда-либо, тесное сотрудничество Турции, Ирана и России». Иран же стал одной из первых стран, выразивших поддержку турецкому правительству.

К сближению с Ираном и Россией Турцию подталкивает и позиция Запада. Как известно, 24 ноября Европейский парламент проголосовал за резолюцию о приостановке переговоров по вступлению Турции в ЕС, некоторые страны грозятся принять санкции против Анкары. Немецкая оборонная компания «Heckler & Koch» заявила о намерении прекратить поставки оружия Турции в связи с внутриполитической ситуацией. Новоизбранный президент США Дональд Трамп во время своей предвыборной кампании назвал Турцию террористической страной, и будущее двухсторонних отношений после инаугурации Трампа пока неизвестно.

С самого начала арабской весны и кризиса в Сирии и Ираке Турция оказывала значительную поддержку террористическим группам, в частности, «Исламскому государству» и «Джабхат ан-Нусре». Покупала дешевую нефть у террористов, через турецкую границу в Сирию и Ирак проникали члены террористических групп, по тому же маршруту радикалам поставлялись оружия и техника, что доказано, как западными, так и российскими разведывательными службами. Турецкие вооруженные силы непосредственно участвуют в военных операциях на территории обеих арабских государств без согласия официальных Дамаска и Багдада. В Сирии Анкара не отказывается от цели свергнуть президента Башара Асада, однако наладить конструктивный диалог с Багдадом важно для Турции. Без посреднической помощи в этом вопросе не обойтись.

Кризис ирако-турецких отношений разгорелся после заявления Турции об увеличении военного контингента на базе Башика в Ираке. Вторая волна кризиса началась 17-го октября 2016 года, когда стало известно о начале военной операции по освобождению города Мосул от террористов «Исламского государства». Анкара заявила, что Турция будет принимать участие в операции, на что Багдад не дал свое согласие. Более того, премьер Абади назвал присутствие турецких военных на базе в Башика нарушением территориальной целостности Ирака и потребовал вывести войска из страны. Ответ Эрдогана оказался чрезвычайно грубым. Он сказал: «Премьер-министр Ирака меня оскорбил… Ты мне не ровня и не можешь мне указывать. У тебя нет тех возможностей, что есть у меня. Твои крики и вопли из Ирака не имеют для меня значения. Ты должен знать, что мы продолжим наш путь и сделаем то, что хотим». За этими словами последовал поток взаимных оскорблений от официальных лиц двух стран.

Турция продолжала настаивать на своем участии в операции в Мосуле. К участию в операции Анкара планировала подключить и президента иракского Курдистана Масуда Барзани, в чем заключался турецкий план «Б», если коалиционные силы не смогут одержать победу. Об этом сообщил президент Эрдоган. Сам Барзани, отметил, что если Турция желает принять участие в операции, то необходимо запросить согласие Багдада. Турецкие войска вошли в Ирак и укрепились на базе Башика, однако, не добившись никаких видимых результатов, вооруженные силы Турции были дислоцированы на ирако-турецкой границе.

Переформатирование турецкой политики проявилось и в Ираке. Вскоре МИД Турции заявило, что турецкая делегация отправилась в Багдад для согласования участия турецких ВС в операции в Мосуле и присутствия их на базе Башика. После возвращения турецкой делегации министр ИД Мевлют Чавушоглу сообщил о скором визите иракской делегации в Анкару, который по сей день не состоялся.

Турецкое общественное мнение разделилось на две категории: первая поддержала враждебную воинственную позицию по отношению к Багдаду, вторая выступала за решение разногласий дипломатическим путем, учитывая тесные исторические связи. Выступить в качестве посредника между Ираком и Турцией выразил готовность Тегеран, в лице советника Верховного лидера по международным делам Али Акбара Велаяти. Подходит ли кандидатура Исламской Республики для этой миссии?

Влияние Ирана в Ираке объясняется целым рядом факторов. Основу для него создает шиитское большинство Ирака. После вывода американских войск из Ирака, не без участия ИРИ, в стране установилось проиранское шиитское правительство во главе с Нури аль-Малики. При Хейдаре аль-Абади, чью кандидатуру поддержала Турция, выступающая на стороне суннитского населения, ситуация в ирано-иракских отношениях сильно не изменилась.

На сегодняшний день определяющим фактором роли Ирана внутри Ирака является помощь, оказываемая иракской армии в борьбе против террористов ИГИЛ. ИРИ не только поставляет оружие и военную технику, но и занимаются организацией военных операций и принимают в них активное участие. Именно при помощи ИРИ было сформировано шиитское ополчение Хашд аш-Шааби. В частности большую роль сыграл командующий подразделением аль-Кудс Корпуса стражей исламской революции Касем Сулеймани. В то время, как иракская армия была занята Борьбой с ИГИЛ в разных провинциях страны, Багдад от ИГИЛ защищали военизированные подразделения МВД, так же сформированные при помощи ИРИ. Как заявлял сам Нури аль-Малики, если бы не Иран, Багдад давно бы пал. Ирак заинтересован в посредничестве ИРИ, т.к. верит, что Иран сможет заставить Турцию отступить к своим границам и помочь контролировать ситуацию.

Отношения ИРИ с Турцией основаны на взаимовыгодном партнерстве. На протяжении всей истории страны конкурировали за звание региональной сверхдержавы, турецкое правительство оказывает неофициальную поддержку антииранским пантюркастским движениям, как внутри страны, так и в самом Иране. Их подходы к конфликтам в Сирии и Ираке расходятся. Но у них есть также общие интересы, как, например, вопрос о создании курдского государства, с чем не могу согласиться ни Тегеран, ни Анкара. Проблема курдов одна из самых главных для Турции. Возможно, приезд главы службы нацбезопасности вместе с министром ИД в Тегеран 26 ноября с.г. связан с обсуждением курдского вопроса.

Торгово-экономические отношения связывают два государства. Энергетический вопрос очень важен для Анкары, и Иран является одним из основных источников энергии.

Сирийский кризис внес изменения в отношениях Тегерана и Анкары, ведь с самого начала войны в Сирии ИРИ оказывала поддержку сирийскому правительству и президенту Асаду, и критиковала Анкару за ее действия в Сирийской республике.

Учитывая роль и влияние ИРИ, как в Ираке, так и в Сирии, Анкара с удовлетворением приняла предложение Тегерана. Уже через два дня после заявления Велаяти глава МИД Турции сказал, что если Иран сыграет положительную посредническую роль между Ираком и Турцией, турки будут благодарны Ирану за его подход к этой проблеме.

Специальный помощник спикера Меджлиса Ирана Хоссейн Амир Абдоллахиан в одном из своих выступлений также подчеркнул изменение позиции Турции по отношению к региону и отметил, что Иран поддерживает Анкару в этом вопросе. Кроме того, в Турции уверены, что Тегеран сможет защитить их общие интересы, в частности, предотвратить объединение курдов Сирии, Ирака и Турции.

Учитывая действия Турции на протяжении последних пяти лет в регионе, полноценного доверия в Иране к этой стране нет. Желание Тегерана выступить посредником обусловлено не только стремлением восстановить стабильность и предотвратить новый конфликт в регионе, но и взять под свой непосредственный контроль эту острую ситуацию. В Иране считают необходимым сохранять контакты и вести консультации, даже если страны не являются союзниками и находятся на противоположных фронтах. Тегеран также ответственен за своих военнослужащих, находящихся в Ираке и принимающих участие в освобождении Мосула.

Миссия посредника не просто укрепит роль Ирана в регионе, но и создаст для страны образ не только борца, но и миротворца, что необходимо ИРИ, учитывая угрозу срыва ядерного соглашения с избранием Дональда Трампа президентом США и его обвинениями ИРИ в поддержке терроризма.

Сближение позиций Турции с Ираном и Россией вызывает беспокойство среди врагов Ирана – Израиля и КСА. Опасения связаны с возможным включением Турции в российско-шиитскую коалицию Россия-Иран-Ирак-Сирия-Хезболла. Как известно, Россия и Турция уже начали обмениваться разведданными. В период налаживания отношений с Израилем, Анкара имела контакты и с разведслужбами США. Факт владения Турции информацией вызывает наибольшую озабоченность. Сорвался также план по созданию суннитской коалиции против ИРИ, в которой Турция была одной из центральных стран.

Ида Саркисян – эксперт по Ирану

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Противостояние Ирана и Саудовской Аравии – условных центров мирового шиизма и суннизма, наметилось аж со времени победы в иранской Исламской Революции в 1979 году. Именно с тех времен Эр-Рияд начал кампанию по нивелированию политического влияния шиитских общин.

Долгое время системные политические партии Старого Света с правого и левого фланга двигались навстречу друг другу и по мере размывания своей социальной базы смешивались до степени неразличимости. Сформировался широкий политический консенсус, включавший активную социальную политику, принципы политкорректности, уважение прав меньшинств и продвижение целей европейской интеграции. Однако сейчас этот консенсус на глазах начинает распадаться.

Одного из фаворитов президентской кампании во Франции Франсуа Фийона и западная пресса, и российская называют дружественной Москве фигурой, от которой ждут снятия санкций и отказа от политики сдерживания. Вместе с этим, однако, было бы правильнее говорить о внешнеполитических позициях Фийона в контексте не «pro et contra», а, в первую очередь, возвращения Франции активной роли в международных делах, что задает совершенно иную систему координат для анализа его приоритетов.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net