Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Предвыборная гонка в Украине, за которой внимательно следили и в России, подошла к концу. 21 апреля во втором туре встретились действующий президент Украины Петр Порошенко и актер Владимир Зеленский, известный главной ролью в популярном телевизионном сериале «Слуга народа». Первое место со значительным отрывом занял Владимир Зеленский – по предварительным данным, он получил около 73% голосов. Петр Порошенко набрал около 25 голосов избирателей.

Бизнес

Арест зампреда правления Пенсионного фонда России Алексея Иванова связан с историей крушения бизнеса братьев Алексея и Дмитрия Ананьевых. Иванов ранее был топ-менеджером компании «Техносерв», основанной Ананьевыми – в ней прошел обыск в связи с делом Иванова.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Аналитика

19.03.2018 | Политком.RU

Президентские выборы в России: основные выводы

Выборы 2018Владимир Путин одержал убедительную победу на президентских выборах, получив 76,6% голосов. На втором месте с большим отрывом от него Павел Грудинин, получивший 11,7%, далее Владимир Жириновский – 5,6%. Ксения Собчак получила 1,6%, Григорий Явлинский – 1%. Остальные кандидаты получили менее 1%. Итоги выборов стали явным успехом политического блока администрации президента – Путин победил с наилучшим результатом за всю историю участия, не только по цифровым показателям, но и по общему числу проголосовавших за него избирателей (свыше 56 млн).

Выборы фактически носили плебисцитарный характер - за или против курса, который выражает Владимир Путин. Отсюда высокая поляризация результатов – «за Путина» и «за других кандидатов».

В условиях, когда избирателям свойственен очень серьезный подход к голосованию – люди реально выбирают будущее и исходят из того, насколько их кандидат будет соответствовать функциям президента – чисто протестное голосование носило незначительный характер. Зато можно говорить о двух уровнях восприятия кандидатов – государственном и политическом. Символом политического уровня (семь соперников Путина) являются крайне конфликтные дебаты, основными событиями которых в публичном пространстве выглядели скандалы. Путин воспринимается на другом уровне – как человек государства, который находится выше политических «разборок».

Ни один из кандидатов, кроме Путина, не выглядел в глазах общества как реальный претендент на пост президента, способный выполнять функции главы государства. Павлу Грудинину с начала кампании пришлось решать проблему повышения своей известности, которая изначально была на низком уровне. Он никогда не входил в руководство какой-либо политической партии, не был министром или депутатом Госдумы – он возглавляет совхоз и ранее был региональным депутатом. Владимир Жириновский даже многими избирателями ЛДПР не воспринимается как потенциальный президент. Ксения Собчак воспринималась как эпатажная медийная фигура из шоу-бизнеса с очень небольшим политическим опытом. Григорий Явлинский и Сергей Бабурин – персоны из прошлого, чьим лучшим периодом в политике были 1990-е годы. Максим Сурайкин выглядел малоизвестным и несерьезным кандидатом, а Борис Титов как уполномоченным при президенте по правам предпринимателей не скрывал своей лояльности Путину.

Соответственно, особенностью нынешней кампании стал тот факт, что практически все ее участники, за исключением, самого Путина, преследовали побочные, вторичные цели, понимая невозможность победы. Это стало своего рода формой адаптации отдельных элитных групп к путинскому режиму и своеобразным механизмом «согласования» интересов внутри системы. Так, участие Грудинина вписывается в проблему диалога руководства КПРФ с Кремлем: сам Геннадий Зюганов не решился выдвигаться на выборах, понимая риски получения третьего места, что лишило бы его возможности контролировать вероятную ротацию в руководстве партии в ближайшие годы (такой вопрос стоит на повестке и может быть решен еще до думских выборов 2021 года). Грудинин фактически был выбран как кандидат, у которого нет ни потенциала, ни ресурсов для превращения по итогам кампании в сильную внутрипартийную фигуру.

Участие Жириновского вписывалось в традиционную роль ЛДПР – аккумуляция протестных голосов, внесистемной части электората, не желающей поддерживать либералов. Явлинский выступил с традиционных социал-либеральных позиций, но неожиданным нюансом его кампании стала ноябрьская встреча с Путиным. На ней главной темой стало обсуждение украинского кризиса, после чего появились слухи о поступившем Явлинскому предложении занять пост Владислава Суркова, помощника президента, хотя никаких подтверждений этой информации и не было.

Отдельно стоит упомянуть кампанию Титова, который особый акцент сделал на теме возвращения российские бизнесменов на Родину. Титов, активно предлагающий власти программу экономического роста, разработанную Столыпинским клубом, в итоге также рассчитывает на то, чтобы быть востребованным в реализации последующего курса правительства. Но его слабый результат, который не удалось повысить после неудачной думской кампании, вряд ли станет дополнительным аргументом в пользу его карьерного роста.

Для Собчак участие в выборах стало возможностью сделать задел для будущей политической карьеры в качестве одного из лидеров Партии перемен. Она активно «раскручивалась» на телевидении как политик, активно и креативно артикулирующий либеральные идеи, выступавший с правозащитной риторикой (это было особенно заметно на фоне Явлинского, в большей степени акцентировавшего внимание на социальных проблемах). Хотя ее результат оказался меньше ожидаемого, Собчак заявила о победе на символических «праймериз» демократических кандидатов и о готовности продолжать заниматься партийным строительством. Но в этих условиях «Яблоко» вряд ли пойдет ей навстречу, а Алексей Навальный уже в резкой форме отказался от сотрудничества с ней. Раскол в постоянно ослабляющемся демократическом движении сохраняется.

В условиях очевидности победы Путина интрига состояла в том, какая будет явка и каков окончательный результат президента. Явка оказалась на вполне приемлемом для власти, достаточно высоком уровне (67%). Завышения явки не произошло. Кремль также решил отказаться от искусственного накручивания конкуренции (поиска заведомо привлекательных, амбиционных кандидатов для оживления интереса к выборам), а основную ставку сделал на то, чтобы провести образцовую и чистую кампанию с юридической точки зрения. Уже после массовых протестов 2011 года в связи с обвинениями в адрес власти в фальсификации выборов были предприняты серьезные усилия для того, чтобы такие события не повторились, так что выборы 2012 года не вызвали существенных нареканий. Перед нынешними выборами из списков было вычищено значительное количество «мертвых душ» и были отменены «открепительные удостоверения», которыми активно злоупотребляли в ходе избирательных кампаний. После быстро выявленного вброса бюллетеней на одном из участков Люберец, результаты выборов на нем были отменены.

Важной интригой кампании было фактические ограниченное участие в ней Путина. Сам президент вовлекался в кампанию «рывками»: сначала в январе, после чего была взята достаточно длинная пауза, и затем уже после 1 марта, когда было оглашено ежегодное послание президента Федеральному собранию. Это также стала первая в современной истории кампания, когда ключевой кандидат не представил полноценную предвыборную программу. Основные тезисы были изложены в самом послании, но восприятие выступления в предвыборном контексте было размыто чрезмерно выпуклой военной частью.

Все это связано с несколькими причинами: это увлеченность Путина геополитическими вызовами, на фоне чего внутриполитическая, как и предвыборная повестка, теряли для него первоочередное значение; а также нежелание президента преждевременно заниматься расшивкой сложных управленческих и кадровых узлов – структурными реформами, перестройкой госуправления, разрешением внутриэлитных споров по кадровому составу будущего правительства. Все это было фактически отложено на поствыборный период. В то же время в само послание вошли идеи, находящиеся в стадии активного практического обсуждения: цифровая экономика, развитие инфраструктуры, развитие городов как локомотивов роста. Таким образом, кампания не стала частью внутриэлитной дискуссии о путях развития страны, но отразила те «разработки», которые остаются в той или иной мере консенсусными.

Более высокий, чем прогнозировалось многими, окончательный результат Путина мог быть связан с двумя факторами. Во-первых, после присоединения Крыма рейтинг одобрения деятельности президента всегда оставался крайне высоким. Значение «крымского» фактора рутинизировалось, эмоции по этому повожу схлынули (их стремились актуализировать в ходе кампании), но разочарования не произошло.

Во-вторых, в условиях, когда в обществе ощущение, что «наших бьют» (санкции, недопуск российских спортсменов на зимние Олимпийские игры под своим флагом, «дело Скрипаля» и др.), произошел рост эмоций и, как следствие, рост провластного голосования. В результате московский избиратель стал мало отличаться от общероссийского – в Москве Путина поддержали около 70% избирателей, что выше, чем во многих других субъектах Федерации, не считавшихся столь протестными. В Петербурге результат Путина еще выше. Обращает на себя внимание тот факт, что к Путину перешло немалое количество избирателей, ранее голосовавших на президентских выборах за кандидата от КПРФ, в связи с чем результат Грудинина на треть меньше, чем Зюганова в 2012 году. Эта тенденция ярко проявилась в европейской части России. Для многих коммунистических избирателей тема восстановления позиций страны на международной арене оказалась более приоритетной, чем традиционная для коммунистов проблематика социальной справедливости.

В то же время обращает на себя внимание наличие серьезных протестных настроений в ряде регионов Сибири и Дальнего Востока, которые аккумулировал Грудинин. Это Якутия (там у Грудинина 27%), Алтайский край (23%), Приморский край (21%), Республика Алтай (20%), Хабаровский край, Амурская область и Еврейская автономная область (18%). Возможно, эти регионы (кроме Приморья, куда только недавно назначен и.о. губернатора) будут предметом кадровых решений. Главная проблема – ощущение «забытости» этих регионов далекой Москвой.

Нынешняя кампания носила по большей части механический, технократический характер и была нацелена на то, чтобы выразить в цифрах уже имеющийся у Путина социальный, электоральный ресурс, накопленный им именно в последние три года (с учетом присоединения Крыма). Основной же контекст, который задавался президентской кампании, был связан с поствыборным периодом: формированием будущего правительства, его курсом, возможными институциональными и структурными переменами в институтах власти, а также проблемой 2024. Новый срок Владимира Путина, по Конституции, должен стать последним – и он сам дал это понять вечером 18 марта. А, значит, перед Кремлем встанет задача выстраивания оптимального механизма воспроизводства режима без повышенных дестабилизирующих рисков и с гарантиями сохранения преемственности. Это может потребовать конституционной правки, а также оказать существенное влияние на всю структуру функционирования политической системы. Именно это и становится одной из главных интриг поствыборного периода, что, однако, вписано в гораздо более мощный контекст – нарастающее геополитическое противостояние с Западом.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Покинутая своими западными союзниками в ходе сирийского конфликта и отвергнутая Европой Турция пытается найти свое место в мире. Сегодня ее взор обращен в сторону России – давнего противника или мнимого друга. Однако разворот в сторону евразийства для Эрдогана - не столько добровольный выбор, сколько вынужденная мера.

На старте избирательной кампании кандидаты в депутаты Мосгордумы начали проявлять небывалую активность в социальных сетях. Особенно это бросается в глаза в случае с теми, кто ранее был едва представлен в медиа-пространстве. Вывод из этого только один: мобилизация избирателей в интернете больше не рассматривается только как часть создания имиджа. Это технология, на которую делают серьезные ставки. Но умеют ли в Москве ею пользоваться?

Год назад в Армении произошла «бархатная революция». К власти пришло новое правительство, после чего политический ландшафт республики значительно изменился. Досрочные выборы Национального собрания, городского парламента Еревана (Совета старейшин), реформы судебной системы, появление новых объединений и реконфигурация (если угодно ребрэндинг) старых — вот далеко не полный перечень тех перемен, которые сопровождали страну в течение последнего года.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net