На прошедшей неделе министр юстиции Александр Коновалов выступил за реформирование института помилования в России. По мнению главы ведомства, сейчас он «довольно громоздкий» и его необходимо упростить, в том числе и по срокам рассмотрения прошений. Ранее Верховный суд России провел пленум, на котором принято постановление, существенно расширяющее возможности для условно-досрочного освобождения заключенных из мест лишения свободы. Заметим, что в России один из самых высоких процентов заключенных в мире – 900 тыс. на 140 млн населения.

Реформа института помилования – одна из самых политически громких. В 2000-е годы ее инициировал помощник президента Владимира Путина Виктор Иванов, который добился в 2001 году расформирования комиссии по помилованию Анатолия Приставкина. Этому предшествовало острое противостояние Иванова и Приставкина: первый блокировал проекты указов о помиловании, а второй публично обвинял помощника президента и Минюст в разрушении комиссии. Достаточно скандальным стал доклад Виктора Иванова, в котором он подробно рассказывал о помиловании тысяч убийц и грабителей (как затем выяснилось, под помилованием часто имелось в виду и простое смягчение наказания, под убийцами – преступники, совершившие его по неосторожности, а под грабителями – укравшие козу). Именно на основании этого доклада и была ликвидирована комиссия Приставкина. Образовалась своего рода конкуренция между институтом помилования и институтом УДО. Виктор Иванов считал, что УДО более оптимальный вариант послаблений в отношении осужденных, чем помилование, которое должно носить исключительный, «штучный» характер. Критики Приставкина указывали, что действующий механизм дублирует институт УДО. Осужденный должен подать ходатайство о помиловании на имя президента России, которое не будет рассматриваться без соответствующей характеристики администрации колонии. Затем из колонии документы направлялись в региональное УИН (находится под контролем Минюста), а оттуда — в управление по помилованию при президенте России. Оно уже решало, направлять ли дело в президентскую комиссию.

После реформы Иванова система помилования стала более громоздкой. После ликвидации комиссии Приставкина было принято решение о создании региональных общественных комиссий. Они получали прошение вместе с характеристикой администрации колонии, а затем направляли рекомендации губернатору. Тот, в свою очередь, обращался непосредственно в президентскую администрацию, в управление по помилованию. Однако такая система не прекратила конфликта с Виктором Ивановым, который, как говорил в СМИ в 2003 году начальник управления по помилованию Роберт Цивилев, не пропускал решения управления к президенту. Минюст вместе с Ивановым предлагали вернуть рассмотрение прошений через УИНы. Однако решение так и не было поддержано Путиным.

Теперь за реформу выступил министр юстиции Александр Коновалов. «До решения может пройти полгода, а то и больше» – заметил он. Кроме того, помилование должно касаться и лиц, осужденных за тяжкие преступления, считает Коновалов, что, по его словам, редко встречается в действующей практике. «Есть случаи, когда человек, может быть, совершил тяжкое преступление, но под влиянием тяжелых обстоятельств», - пояснил он. Главе государства советуют усилить в этом деле роль самого Минюста, а на роль посредников между заключенными и президентом предлагают священников. Суть предложений Коновалова пока не ясна: не исключено, что под идеями упрощения системы министр предложит те же идеи Виктора Иванова о рассмотрении прошений через УИНы.

Пленум ВС прошел в день, когда суд принял решение об УДО Светланы Бахминой. В своем постановлении ВС разъясняет, что непризнание осужденным вины не является основанием для отказа в УДО. Не может служить препятствием и наличие у осужденного взысканий со стороны администрации. Неудовлетворение гражданского иска, заявленного в ходе дела, также не должно являться основой отказа в УДО. Беременных и женщин с детьми до 14 лет следует освобождать при учете всей совокупности характеризующих их данных, в том числе наличия жилья и семьи на свободе.

Решение пленума ВС имеет прямое отношение к фигурантам «дела ЮКОСа». В августе прошлого года суд отказал в УДО Михаилу Ходорковскому в связи с наличием у него взысканий, отрицательной характеристики со стороны руководства колонии, а также отказом признать себя виновным и раскаяться. Бахмина также несколько раз получала отказ в УДО, несмотря на признание вины. ВС, по сути, расширяет возможности для фигурантов ЮКОСа бороться за досрочный выход на свободу.

Достаточно гуманное в отношении УДО российское законодательство сочетается с формальным подходом судов к рассмотрению ходатайств, когда определяющим фактором является наличие или отсутствие взысканий со стороны администрации, рассказал «Ведомостям» адвокат по уголовным делам Андрей Андрусенко, в результате вопрос часто решается не по закону, а по произволу администрации колоний. И заявление Коновалова, и решение пленума ВС – события в рамках общего курса на гуманизацию правосудия, который провозглашен Медведевым после прихода на пост президента. Напомним, что этому было уделено внимание и на февральском выездном заседании президиума Госсовета в Вологде. Медведев вновь предложил ограничить применение ареста и переквалифицировать нетяжкие уголовные преступления в административные. Затрагивал президент и тему помилования. По его словам, в вопросе помилования, которым занимаются специальные комиссии по помилованию, не стоит «допускать шараханья». «Когда комиссии либо пачками принимают решения о помиловании осужденных за преступления различной степени тяжести, или, наоборот, когда комиссии никого не милуют. Я буду заниматься этим вопросом сам, как президент», – обозначил Медведев. О правах заключенных речь шла и летом прошлого года на встрече президента с уполномоченным по правам человека Владимиром Лукиным: разговор произошел после скандальной гибели четырех заключенных, избитых конвоирами. ФСИН и региональные власти попытались встать на их защиту, однако Генпрокуратура инициировала возбуждение уголовного дела, получив политическую поддержку Медведева. Недавно президент воспользовался правом помилования в отношении сразу 12 заключенных.

Реформа системы помилования может одновременно пойти по двум направлениям: это минимизация регионального уровня (возможно, будет пересмотрена практика рассмотрения прошений общественными комиссиями) и усиление Минюста. Судя по заявлению Медведева, для этого есть и политическая воля, и стремление самого главы государства расширить здесь свое влияние. Однако в этом случае в качестве компенсации «общественной составляющей» может встать вопрос о восстановлении комиссии по помилованию при президенте. Одновременно с решением пленума ВС можно говорить о начале пересмотра практики применения обоих институтов смягчения наказаний заключенных (помилование и УДО), что будет «работать» на усиление либеральной составляющей в имидже Медведева, но одновременно может встречать сопротивление со стороны «силовиков».

04.05.2009