В Ираке еще несколько дней будут подводить итоги состоявшихся 7 марта парламентских выборов, от которых зависит не только состав 325-местного парламента, но и ключевые назначения в стране: на пост премьера, а также президента и двух его заместителей. В ближайшие месяц-два их выберут новые депутаты. Но американцы для себя уже решили главное: ход и результаты выборов соответствуют планам вывода американских войск из Ирака. Американская газета «Нью-Йорк Таймс» отметила приемлемую явку избирателей (около 65%), причем «она была выше, чем на предыдущих выборах 2005 года». «Как минимум 38 человек погибли в Багдаде. Но ответ избирателей, решительно пришедших на участки, можно рассматривать как ослабление возможностей повстанцев», - пишут американские аналитики.

Некоторые избирательные участки были закрыты из-за минометных обстрелов. Еще на нескольких прогремели взрывы, больше всего проблем было в Багдаде. Но это не помешало американскому президенту Бараку Обаме объявить это событие «важной вехой» в истории Ирака. А командующий коалиционными силами генерал Рэй Одиерно уточнил, что эта «веха» и на пути вывода американских войск. Их численность и так уже сократилась: сейчас в Ираке 96 тысяч солдат. К 1 сентября должно стать 50 тысяч.

Предполагается, что до такого уровня численность войск будет доведена за три летних месяца. В большинстве населенных пунктов уже сейчас безопасность обеспечивают национальные силы. Американцы находятся на базах и сохраняют свои блокпосты на дорогах для контроля над ситуацией. К концу 2011 года американские военные, потерявшие в этой стране убитыми более 4380 человек, должны ее покинуть. Если бы выборы прошли хуже, то в эти планы пришлось бы вносить коррективы.

Предварительные итоги выборов говорят в пользу трех коалиций. Две из них объединяют мусульман-шиитов. Представители этой ветви ислама занимают лидирующие позиции в Ираке, и это неудивительно: они составляют две трети 27-миллионного населения страны. Впрочем, во времена Саддама Хусейна предпочтение при распределении ключевых постов отдавалось мусульманам-суннитам, потому как он сам был из их числа.

Среди лидеров выборов – «Коалиция правового государства». Ее возглавляет действующий премьер-министр, 59-летний шиит Нури аль-Малики. Он даже уже объявил о своей победе, но ее оспаривают другие партии. Нури аль-Малики имеет хорошие связи в соседнем шиитском Иране, где какое-то время жил, борясь с прежним режимом. В тройке лидеров также находится «Иракский национальный альянс» во главе с 38-летним Аммаром аль-Хакимом из известной семьи шиитских политиков.

Главный соперник Нури аль-Малики - светское объединение «Аль-Иракия». Предварительные итоги показывают, что оно войдет в парламент, но пока не ясно, какое точно место займет в первой тройке победителей. Его руководитель – бывший премьер Айад Алляви. Об этом политике известно, что до свержения в 2003 году Саддама Хусейна он активно сотрудничал с американской спецслужбой ЦРУ. Айад Алляви жил тогда в Лондоне, но часто бывал в Вашингтоне.

Многие политологи называют его мусульманином-шиитом, но сам он мне рассказывал, что происходит из смешанной в плане вероисповедания семьи, да и вообще полагает: «Нет разницы между суннитами и шиитами». Поэтому в его коалицию вошли и суннитские движения. По большому счету, этот политик не религиозен. Успех его объединения говорит о том, что многие иракские избиратели устали от разделения по религиозному признаку и мечтают о светском демократическом государстве.

Правда, некоторые сунниты все-таки затаили обиду на то, что многие их кандидаты были сняты с участия в гонки за сотрудничество с Партией арабского социалистического возрождения (ПАСВ или, как ее еще принято называть, «Баас»). К выборам были допущены более шести тысяч кандидатов, а вот 511 человек были дисквалифицированы. В ряде случаев, по мнению иракских политологов, обвинения были «бездоказательны, произвольны и надуманны». К тому же при Саддаме Хусейне в эту партию вступали почти все иракские чиновники - как в Коммунистическую партию в Советском Союзе.

«Этот эпизод разбередил старые раны и вызвал недовольство. В нормальных обстоятельствах это бы дискредитировало выборы. Но это не нормальные обстоятельства», - написали исследователи из «Международной кризисной группы» (ее штаб-квартира в Брюсселе) в своем аналитическом докладе по поводу выборов. А вот российский МИД предпочел не обострять эту проблему. В сделанном после выборов заявлении наши дипломаты хотя и отметили, что «выборы прошли в непростой обстановке», но пришли к следующему выводу: «Впервые после американского вторжения в Ирак в 2003 году в этих выборах приняли участие представители всех политических и этноконфессиональных общин страны».

Свою квоту в парламенте получит и курдское национальное меньшинство. Готовность курдов, компактно проживающих на севере Ирака, активно работать в центральных органах власти демонстрирует их желание оставаться в составе страны. Опасность ее раскола на части сегодня не так остра, как прежде. Что же до России, то все лидеры иракской гонки – из числа бывших оппозиционеров. К нашей стране, успешно сотрудничавшей с Саддамом Хусейном, они относятся настороженно. Хотя, тем не менее, в ограниченном объеме будут поддерживать с ней сотрудничество. Не случайно оба лидера гонки – Нури аль-Малики и Айад Алляви – посещали Москву (один в 2009 году, а второй – в 2004-м, когда тоже был премьером). Вообще же эти выборы, как сообщает Иракский центр политических исследований в Багдаде, указали «на две державы, имеющие главное влияние на иракские события: это Иран и США».

Елена Супонина - востоковед, заведующий международным отделом «Времени новостей», специально для «Политком.ру»

09.03.2010