Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

02.10.2012 | Валерий Выжутович

Правосудие онлайн

Российская судебная система обещает стать более открытой. Мосгорсуд первым в стране начинает открытую онлайн-трансляцию своих заседаний. А до конца года единой компьютерной сетью будут охвачены все суды. Технические возможности для широкого доступа в судебное присутствие уже существуют - создана государственная автоматизированная система «Правосудие». Эта коммуникационная сеть объединяет около 3 тысяч судов общей юрисдикции, куда через Интернет имеет доступ всякий желающий. Где, когда и какое дело слушается, как оно движется по инстанциям, чем завершился процесс - это теперь легко узнать. Кроме того, появилась возможность устанавливать видеосвязь между залом суда и следственным изолятором: скамья подсудимых в подобных случаях теряет предметное воплощение, остается лишь фигурой речи.

Арбитражные суды тоже максимально откроются для наблюдателей. Подготовлен проект постановления пленума Высшего арбитражного суда «Об обеспечении гласности в арбитражном процессе». Этот документ предписывает арбитражным судьям обеспечивать полную гласность судебных процессов, запрещает ограничивать доступ граждан в зал заседаний из-за отсутствия мест. Испрашивать у судьи разрешение на ведение аудиозаписи, а также текстовой трансляции в Интернете больше не придется. Согласие судьи потребуется только на фотосъемку и видеотрансляцию, а отказ в этом должен быть обязательно мотивированным. Сделать заседание закрытым позволяется лишь в тех случаях, когда в ходе процесса может быть затронута государственная, военная, коммерческая или иная охраняемая законом тайна. Вообще-то открытое, гласное судопроизводство, как и обнародование решений и прочих сведений о процессе (кроме дел, доступ к которым ограничен законом) гарантированы 123-й статьей Конституции. Но если бы реальная судебная практика всюду и всегда находилась в согласии с конституционными постулатами, в дополнительных мерах не было бы нужды.

Острая информационная недостаточность - застарелая болезнь российской судебной системы. И одно из условий (причем, без сомнения, базовых) ее коррупционности. Кто-кто, а журналисты знают, что судебный произвол выражается не только в нарушении процессуальных норм, вынесении необоснованных решений, но и в запрете присутствовать на процессе, делать записи, вести фото- и телесъемку. Хотя по закону такое право предоставляется всем, судья, руководствуясь принципом «целесообразности», может запросто объявить процесс закрытым. Репортеры же, в свой черед, униженно выклянчивают у человека в мантии вовсе не требуемое разрешение на доступ к информации (пафосные апелляции к закону о СМИ непродуктивны, хочешь проникнуть в зал с телекамерой - проси, уговаривай).

Все это приводит к двояким последствиям: с одной стороны - полный информационный вакуум, с другой - безбрежный простор для слухов, домыслов, всевозможных «экспертных оценок», основанных невесть на чем. Но вот приговор оглашен - и, если дело громкое, процесс продолжается за порогом суда. Адвокаты подсудимого в микрофоны и телекамеры говорят о неправосудности вынесенного вердикта, потерпевшая сторона выражает свое возмущение малостью срока, отмеренного преступнику, толпа у входа размахивает плакатами… И только служитель Фемиды, гордо прошествовав восвояси, не роняет ни слова. Он не считает нужным объяснять свое решение. А почему, собственно? Это до начала слушаний и в ходе их судья не вправе высказываться по делу, а после - почему бы нет. Иначе нишу судейского молчания заполнят комментарии защитников, государственных обвинителей, уличных «правоведов». Наше общество с его уровнем правосознания уж точно нуждается в судейском послесловии к процессу. Важно лишь не выйти за грань, отделяющую право граждан на информацию от стремления улицы вершить свои приговоры. Мы это уже проходили в разгар перестройки, когда гласность била через край, и все двери, в том числе и двери суда, настежь открывались. Помню одно судебное заседание, в перерыве которого судья говорил мне: «Я пятнадцать лет на процессах, навидался всякого, но чтобы вооруженный отряд поддерживал порядок в зале - такого не бывало». ОМОН… Нежданное участие этого действующего лица в судебном заседании давало основание говорить о первых издержках зарождавшейся демократии, о новом явлении, суть которого в том, что приговор выносит толпа, а она, как всегда, безошибочно знает, кому, за что и сколько полагается.

На тех судебных процессах сталкивались право и политика. Право в лице независимого суда и политика гласности, открытых дверей. Подобные столкновения тогда случались тут и там. И в них нередко побеждала политика. Податливость «третьей власти» давлению улицы просто обескураживала. Невольно думалось: неужто вскоре суды так и будут судить - «идя навстречу пожеланиям трудящихся»? В долголетнем массовом отлучении от правосудия, разумеется, не было ничего хорошего. Но массовое приобщение без правовой культуры оказалось не лучше. Прошло лет десять - и маятник качнулся в обратном направлении. Многие дела стали рассматриваться в закрытом режиме, в соответствии с повелением судьи: «Прошу посторонних покинуть зал».

Реформа судебной системы пойдет скорее, если будет опираться не только на организационно-технические новации и совершенствование законодательства. Ее опорой могли бы стать информационная открытость правосудия, приобщенность к нему представителей гражданского общества. Задача ведь не только в том, чтобы сделать судей независимыми. Не менее важно, чтобы, освободившись от стороннего влияния, они не превратились в замкнутую касту.

Валерий Выжутович – политический обозреватель, публицист

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Каудильизм – феномен, получивший распространение в латиноамериканском регионе в период завоевания независимости в первой четверти XIX века. Каудильо – вождь, сильная, харизматичная личность, пользовавшаяся не­ограниченной властью в вооруженном отряде, в партии, в том или ином ре­гионе, государстве. Постепенно это явление приобрело специфику, характеризующуюся персонализацией политической системы. Отличительная черта каудильизма - нахождение у руля правления в течение длительного времени одного и того же деятеля, который под всевозможными предлогами ищет и находит способы продления своих полномочий. Типичным каудильо был венесуэлец Хуан Висенте Гомес, правивший 27 лет, с 1908 по 1935 годы. В нынешнем столетии по стопам соотечественника пошел Уго Чавес. Помешала тяжелая болезнь.

Колумбия - одно из крупнейших государств региона - славится своими божественными орхидеями. Другая особенность в том, что там длительное время противостояли друг другу вооруженные формирования и законные власти. При этом имеется своеобразный парадокс. С завидной периодичностью, раз в четыре года проводятся президентские, парламентские и местные выборы. Имеется четкое разделение властей, исправно функционирует парламент и муниципальные органы управления.

Физическое устранение в 1961 году кровавого диктатора Рафаэля Леонидаса Трухильо, сжигавшего заживо в топках пароходов своих противников, положило начало долгому пути становлению демократии в Доминиканской республике. Определяющее влияние на этот процесс оказало противоборство двух политических фигур и видных литераторов – Хуана Боша и Хоакина Балагера.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net