Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Марина Войтенко

Видео

Комментарии

13.09.2013 | Алексей Рощин

Почему ошиблись социологи?

Прошедшие выборы в Москве, помимо прочего, ознаменовались громким скандалом с предвыборной социологией. Только ленивый не пнул «ведущие социологические службы страны», которые, как выяснилось, все дружно ошиблись в прогнозах, не сумев предсказать ни балансирование Собянина на самой грани 50%, ни успех Навального: по мнению ВЦИОМ, Левады и прочих, Собянин должен был уверенно, без всяких вопросов побеждать, а Навальному наши «социолухи» не давали больше 15, в лучшем случае – 20% голосов.

Но хуже всего ошиблись прогнозисты с явкой на выборы в Москве: тот же ВЦИОМ обещал, что придут порядка 48% населения, а пришли, как мы знаем, лишь 33%. Серьезнейший прокол! Ошибиться с явкой не на какие-то проценты, а в 1,5 раза! Не зря народ последнее время изощряется в сарказме. Как только не обзывают «придворных социологов»! Какими только эпитетами не обозначают их уровень квалификации!Я бы, возможно, и сам с охотой присоединился к всеобщему улюлюканью, тем более что никаких оснований выгораживать «придворную социологию» у меня нет, а грешков, помимо нынешнего эпик-фэйла, за ними водится немало. Я бы придумал еще какой-нибудь особо сочный эпитет, если бы… Если бы не одно «но».

Дело в том, что ровно год назад я со своей предвыборной социологией облажался точно так же. Просто один в один, если речь о предсказании явки! Конечно, масштабы у меня были помельче: ВЦИОМ изучал предвыборную ситуацию в столичном мегаполисе с 8 миллионами избирателей – а я делал то же самое в одном небольшом (менее 100 тыс. жителей) приволжском городке по просьбе тамошнего мэра. В городке предстояли выборы в областное ЗакСобрание, и мэр (на которого по этому поводу отчаянно давил губернатор) хотел точно знать, как у него обстоят дела с рейтингами и чего можно ждать на выборах.

Масштабы у нас со ВЦИОМ разные, но методы сбора анкет и их последующей обработки, смею думать, примерно одинаковые; тут нет какого-то волшебного «ноу-хау», тайны за семью печатями – не рецепт Кока-Колы, словом. Обычная классика социологического опроса по поводу выборов. Главное, что этот метод всегда работал, что твой градусник: сунь его пациенту под мышку, подержи пять минут, потом доставай и смотри на столбик ртути. Все просто!

Так вот – я тогда все сделал «по науке», обсчитал результаты, да и доложил заказчику: мол, явка будет 46-48%. Мэр, который ни черта не понимал в социологии, но чувствовал свой город «кончиками пальцев», еще усомнился – мол, не многовато ли? «По моим, - говорит, - прикидкам, придет порядка четверти, ну может, чуть больше…» И извиняющимся голосом: «Люди устали от выборов…»

А я ведь еще и настаивал, свято уверенный в непогрешимости проведенного опроса! «Никак нет, - говорил, - 47 так 47! Опрос не врет. Я и так сбавил – явка-то всегда оказывается несколько ниже результатов обсчета. Если бы я вам буквально сказал, вышло бы вообще сильно больше 50…». Ну и что Вы думаете? Выборы состоялись, и явка на них тоже едва-едва переползла через 30%! Представляете, какой конфуз?! Было очень неудобно перед мэром. Кое-как отбрехался тем, что мои рейтинги почти совпали с реальными процентами голосов, набранными партиями и кандидатами (плюс-минус 5% - тоже хреново, конечно, но лучше, чем по Москве сейчас). Явка мэра не особо интересовала, проценты-то важнее, так что реноме я себе кое-как поправить смог – но только внешне; а внутренне я, конечно, понимал, что все мои оправдания – полный бред. Если такая лажа вышла с явкой – значит, и результаты по всему остальному могли совпасть с реальными только случайно!

Думал я тогда над этим, думал – да и решил себе мозги не сушить: счел, что это интервьюеры насочиняли анкет, вместо того чтобы каждого честно опрашивать, вот и вышла промашка. За год тот конфуз, естественно, уже подзабылся, и тут вдруг нате: смотрю, что ВЦИОМ с ФОМом лажанулись точно так же.

Придется вернуться к осмыслению. Похоже, тут если и ошибка, то системная, и дело вовсе не в раздолбайстве интервьюеров и не в недостаточном контроле. Вообще, ситуация-то, между нами говоря, весьма серьезная: если мы все делаем правильно, а предсказать ничего не можем – тогда, выходит, сам МЕТОД неправильный?! И что ж тогда делать? Что – социологию отменить?? Не делать предвыборные замеры общественного мнения?

Думаю, нам надо ради поиска ответа слегка отойти от социологии и обратиться… к физике. Там подобная проблема давно сформулирована в виде «эффекта наблюдателя». Суть науки – измерение; однако, к сожалению, все устроено так, что сама процедура измерения неизбежно изменяет сам измеряемый объект – то есть после измерения он уже не такой, каким был до!

Правда, при измерении больших макрообъектов – скажем, скорости катящегося с горы камня при помощи радара – этот самый «эффект наблюдателя» почти незаметен: ну да, поток излучения от радара слегка отклоняет валун от его траектории и влияет на скорость, но так незначительно, что этими изменениями можно смело пренебречь. Другое дело, когда речь заходит об измерениях параметров объектов микромира, всяких атомов и элементарных частиц: вот тут «проблема наблюдателя» встает в полный рост!

Общий вывод из этого экскурса понятен: чем мельче, легковеснее и незаметнее объект измерения – тем сильнее будет сказываться «эффект наблюдателя» при попытке его измерить. Вернемся к социологии. Что мы, фактически, измеряем, когда хотим получить ответ на вопрос о явке на выборы? Мы измеряем МОТИВАЦИЮ участия в выборном процессе. Мы также знаем, что до последнего времени измерение давало вполне надежные результаты – а в последнее время участились какие-то странные сбои.

Выдвигаем гипотезу: может быть, сам по себе объект измерения сильно уменьшился? Измельчал, так сказать? Вот и стал вмешиваться в процедуру «эффект наблюдателя» во всей красе?

Как происходит опрос: человека отлавливают где-нибудь на улице (уличный опрос) или в его квартире (поквартирный опрос) – и говорят: Мы такие-то, проводим опрос, посвященный предстоящим выборам; хотим задать вам несколько вопросов. Вы согласны?

И вот тут человек, который ни о каких выборах и думать не думал, соглашается и начинает отвечать. В частности, его спрашивают – «пойдете ли вы на выборы?», и он отвечает «да, пойду!» А сам думает – впрямь, чего ж не пойти?

То есть, строго говоря, во всех (!) социологических рейтингах, составленных на основе соцопросов, мы даем цифры не по горожанам, которые как-то относятся к идее пойти на выборы – а по тем горожанам, с которыми поговорили о выборах и которые, возможно, сформировали свое отношение как раз по ходу разговора!!

Это – очень важное, на самом деле, допущение и огрубление. Сам по себе контакт интервьюера с человеком – «а давайте с вами поговорим о предстоящих выборах!» - это уже воздействие. Социолог-интервьюер самим своим появлением настраивает человека на то, чтобы как-то к предстоящим выборам отнестись.

Почему это раньше «прокатывало»? Да потому что раньше это допущение было всего лишь «одним из»: мы вполне могли рассчитывать, что «среднего избирателя» все равно кто-нибудь да заставит «подумать о выборах», раньше или позже; не наш интервьюер, так дяди из телеящика, или начальство на собрании, или статьи в любимой «Вечерке».

Но, похоже, этот подход теперь срабатывает только на выборах федерального уровня. А вот на выборах «местных» - то есть областных или муниципальных – он уже «сбоит». И вовсе не потому, что госпропаганда «плохо стала работать»! Как раз все ровно наоборот: госпропаганда стала работать слишком хорошо; она сейчас настолько везде, что российские обыватели – вполне предсказуемо – выучились ставить у себя в мозгах некий «блок» против любых пропагандистских усилий вовлечь себя в какое-нибудь «государственное дело».

И вот пропаганда выборов федерального уровня – по всем каналам день и ночь – этот блок пока еще в состоянии «пробить». А пропаганда выборов местного уровня, по определению на порядок менее мощная – уже всё, извините. Остается на «подпороговом уровне». То есть «реклама кандидатов» как-то еще воспринимается рецепторами, но до сознания обывателя уже не доходит. Перекрыто.

Вот так и получается, что опросы дают нам рейтинги среди тех, с кем поговорили про выборы. Это получается потому, что наши люди с недавних пор вообще поддаются только на дуальное взаимодействие – «с живым человеком глаза в глаза». Из тех, с кем поговорили, половина действительно изъявляет готовность идти на выборы!

Беда в том, что интервьюеры опросили свою тысячу или пятьсот человек. А с остальными больше никто не поговорит. В ответ на призывы из телевизора наши люди «выключаются», газет средние горожане не читают, а если читают, то анекдоты и «спортивную страничку», в интернете на политические сайты не ходят, между собой политические темы («а любишь ли ты, Вася, «Единую Россию?») не обсуждают. Я говорю здесь, подчеркиваю, именно об обычных гражданах, о большинстве, а не о завсегдатаях ЖЖ и политических сайтов Рунета…

Именно поэтому крепнет очевидная тенденция – на местные выборы явка населения все меньше и меньше. На состоявшиеся параллельно с московскими выборы мэра Владивостока пришло вообще 18% избирателей. На состоявшихся годом ранее выборах мэра Омска явка была еще меньше – около 17%. И можно смело утверждать, что и в Москве, если бы не бешеная кампания Навального, явка составила бы 22-23% от общего числа избирателей.

Собственная мотивация участия в выборах местного значения у граждан исчезающе мала! И это приводит к тому, что ее все труднее измерить достоверно при помощи такого «грубого» инструмента, как опрос при помощи профессиональных интервьюеров.

Многих поразил факт, что точнее всего результаты выборов, включая и явку, предсказали «народные социологи» из «штаба Навального», над которыми до выборов вдоволь похохотали «профессиональные социологи» (сейчас бумеранг к ним вернулся). Парадоксальная методика «штаба Навального» известна: у него опросы проводили его же агитаторы, так сказать, в свободное от агитации время. По классическим меркам, такое совмещение абсолютно противопоказано, оно сильно исказит результаты.

В итоге же вышло наоборот. Как такое могло произойти? Моя гипотеза дает ответ и на это – пусть и парадоксальный. Дело в том, что агитаторы Навального, естественно, опросили тех людей, которые так или иначе попали под их воздействие, которым они донесли информацию, что «выборы будут». Именно эти люди в итоге и ходили голосовать. Других, выходит, там не было.

Алексей Рощин - политтехнолог

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net