Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Кампания по выборам президента Франции уже преподнесла немало неожиданностей. Прежде всего, это, конечно, победы Фийона на первичных выборах «Республиканцев» и Амона – в Соцпартии, а также коррупционный скандал, превративший Фийона из бесспорного фаворита в «аутсайдера». Но главная неожиданность – это выход в лидеры Эммануэля Макрона, в 2006-2009 годах состоявшего в Социалистической партии, но сейчас позиционирующего себя независимым кандидатом.

Бизнес, несмотря ни на что

10 февраля парламент Венесуэлы отказался согласовать увеличение доли «Роснефти» в совместном с государственной PDVSA (Petróleos de Venezuela) предприятии Petromonagas, что ставит под сомнение всю инвестиционную стратегию «Роснефти» в Венесуэле.

Интервью

Первые действия администрации Трампа в отношении ближневосточного региона свидетельствуют о намерении в значительной степени пересмотреть политику Обамы. О принципах политики нового хозяина Белого дома на Ближнем Востоке, перспективах отношений с Ираном и роли России в региональных кризисах в интервью Политком.RU рассказывает программный директор «Валдайского клуба» Андрей Сушенцов.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Колонка экономиста

07.07.2016 | Марина Войтенко

Экономика: маршрут в «N-пространстве»

Марина ВойтенкоФольклорная классика про блуждание среди «трех сосен» вполне применима к характеристикам текущего состояния российского хозяйства, которое можно определить как взаимоналожение неспешности, неоднозначности и неопределенности. В этих «координатах» пространства деловой жизни, начинающихся с буквы «н», как раз и предстоит не потеряться ожидаемому восстановительному росту. Задание тем более трудное, поскольку ответа на последних страницах задачника «не напечатано» и его предстоит разыскивать во внутренней логике наблюдаемых макротенденций.

По оценке МЭР, сезонно сглаженный темп ВВП в мае-2016 составил месяц к месяцу минус 0,1%. Такой итог обусловлен негативной динамикой добычи полезных ископаемых (-0,5%), обрабатывающих производств (-0,4%), строительства (-1,9%), торговой розницы (-0,6%). В годовом выражении за пять месяцев потери больше: обработка – 1,4%, строительные работы – 4,6%, розничный товарооборот – 5,7%. Реальная заработная плата в мае сохранилась на апрельском уровне (тогда с сезонной очисткой она сократилась на 0,1%), реальные доходы снизились на 0,4% (в апреле падение насчитывало 1,5%). Отставание этих показателей год к году, впрочем, остается более заметным – 4,9% и 0,8% соответственно. Вместе с тем, безработица стабилизировалась на апрельской отметке в 5,7%. Не порадовали внешнеэкономические результаты: за январь-май (год к году) экспорт сжался на 30,0%, импорт – на 11,3%, профицит торгового баланса – почти наполовину (48,9%).

По версии МЭР, снижение майского ВВП в годовом сопоставлении достигло 0,8%. Годовое сравнение пятимесячных результатов также показало отрицательный итог – 1,0%. С этой динамикой корреспондируют и расчеты Росстатом выпуска по базовым видам деятельности (промпроизводство, агросектор, строительство, грузооборот транспорта, оптовая и розничная торговля) – снижение в последний месяц весны на 0,3%, в январе-мае – на 0,8%.

Внимания заслуживают и альтернативные оценки. По мнению главного экономиста ВЭБа Андрея Клепача, данные за май оказались сильно хуже большинства ожиданий. Перелома в экономической динамике пока не происходит. По оценке ВЭБ, ВВП в мае (с учетом сезонного и календарного факторов) сократился на 0,4%, усилив негативный тренд марта (-0,2%) и апреля (-0,1%). Аналитики Внешэкономбанка обращают внимание на усилившееся падение внутреннего спроса, сокращение 19 месяцев подряд розничных продаж (рекордно длительный период), неустойчивость доходов населения. Особое опасение вызывает заметное ухудшение в последние два месяца положения с инвестициями. Помимо стабильного падения (на 3,4-3,5%) в апреле и мае объема строительных работ в конце весны (месяц к месяцу) на 3% снизился спрос на инвестиционные товары (возобновился спад машиностроительных производств, а также несколько сократился импорт аналогичной продукции, при этом выпуск стройматериалов падает с начала года).

Майские ощущения многих других экспертов также оказываются хуже официальных. Соответственно делаются и выводы о том, что дно кризиса еще не пройдено (см., например, статью старшего научного сотрудника Института Брукингса Сергея Алексашенко в РБК-дейли 29.06.2016). Продолжается и пауза в пересмотре прогнозов-2016. Аналитическое кредитное рейтинговое агентство (АКРА) 28 июня подтвердило ожидание спада в текущем году на 1,8% с продолжением рецессии и в 2017-ом (глубиной в 0,4%). Рост в 0,5% начнется в 2018-ом и слегка ускорится в последующие два года – до 0,7% и 0,9%. По итогам первого полугодия в целом (май все-таки был сильно обременен праздниками) предположения о динамике 2016-2017 годов, видимо, придется править. В июне индекс PMI в российской обработке вырос до 51,5 пункта с 49,6 пункта в мае, преодолев критическую отметку в 50 пунктов, ниже которой находился в течение шести месяцев, и набрав максимальную высоту с ноября-2014. Самюэль Агасс из Markit Economics (компании, рассчитывающей индекс) не исключает, что «производственный сектор, возможно, готов к более высокому уровню роста во втором полугодии 2016 года».

Предварительные оценки июньского промвыпуска несколько повышают вероятность сбываемости прогноза ДИП ЦБ РФ, согласно которому темп ВВП апреля-июня к предыдущему кварталу составит 0,0-0,1%, а в третьем и четвертом кварталах (в сравнении с предыдущим трехмесячным интервалом) доберется до 0,3% и 0,5% соответственно. Выхода квартальных темпов ВВП в положительную область ожидают и в Fitch (при прогнозе спада-2016 в целом на 0,7%). Вывод аналитиков Центробанка: экономика в стагнации, но ожидание начала роста в третьем квартале укрепилось. Показательно при этом и характерное предупреждение ДИП: «несмотря на позитивные проблески в отдельных показателях, перспективы устойчивого роста восстановления экономики остаются под вопросом».

Тем не менее, вероятность постепенного восстановления потребительской и инвестиционной активности до конца года сохраняется, в том числе благодаря динамике нефтецен и курса рубля[1]. Важно, что инфляция продолжает находиться на траектории, ведущей к целевому уровню (ее текущая динамика, считают в Центробанке, выводит темп роста цен на уровень 5,5% к концу 2016 года и 4,0% – к завершению 2017-го). Напомним, что, по данным Росстата, ИПЦ с 21 по 27 июня набрал 100,1%, с начала месяца – 100,3%, за полугодие (без трех дней) – 103,3%. В 2015-ом на эту же дату показатель достигал 108,5%. Правда, в июне-2015 инфляция была чуть ниже – 100,2%, а среднесуточный ценовой темп в 0,006% вдвое меньше наблюдаемого в настоящее время – 0,013%. Риски превышения таргета-2017, таким образом, отступают медленно и требуют постоянного внимания.

Рост продовольственных цен второй месяц кряду удерживается на отметке 0,5% (месяц к месяцу), что подтверждает прекращение действия временных благоприятных факторов (эффектов от снижения мировых цен на сельхозсырье и продукцию и добротного урожая-2015). В июле начался рост цен в плодоовощном сегменте. При этом отмечается тенденция к его ускорению, которая, как полагают в ДИП ЦБ РФ, продлится до августа-сентября. Неоднородная картина и в ценах производителей: темпы их роста в обрабатывающей промышленности пребывают на повышенном уровне, тренд на замедление пока не сложился. В сфере услуг, наоборот, налицо продолжающееся снижение относительных цен (дезинфляция).

Аналитики ЦБ РФ указывают еще на одно основание для осторожности: рост номинальных зарплат в апреле-мае стабилизировался на более низком уровне по сравнению с первым кварталом. Медленное повышение зарплат в госсекторе продолжает сдерживать их подъем в экономике. И это снижает проинфляционное давление оплаты труда. В то же время, ожидаемые положительные поквартальные темпы роста ВВП способны дать стимул к более быстрому отрастанию зарплатных номиналов и, возможно, возвращению населения к потребительской модели поведения, что приведет в конечном счете к дополнительной подкачке инфляционного потенциала. «Открывающиеся обстоятельства», естественно, будут подталкивать Банк России к большей сдержанности в его денежно-кредитной политике (ДКП).

Кроме того, Brexit повысил риски для общемирового экономического роста. С учетом этого можно ожидать новых раундов смягчения монетарной политики от Банка Англии, ЕЦБ и Банка Японии. Вероятность повышения ставки ФРС в третьем квартале снизилась. Ожидаемое усиление волатильности на финансовых рынках и «бегство» инвесторов от риска, тем не менее, будут выступать значимыми ограничениями для центробанков развивающихся стран в их попытках ослабить ДКП. Это в полной мере касается и Банка России, который может взять паузу в понижении ключевой ставки. Как подчеркивает глава регулятора Эльвира Набиуллина (см. подробно ее интервью газете «Ведомости» 30.06.2016), «сейчас очень важна стабильность и предсказуемость в процентной политике; лучше мы будем медленнее снижать ставку, чем то снижать, то повышать … и для нас, и для участников рынка это более предпочтительная траектория … говорить о начале цикла снижения ставки можно было бы, если бы мы были уверены, что точно будем снижать ставку на ближайших опорных заседаниях, у нас пока такой уверенности нет».

Помимо усиления внешних рисков в полной мере оказывают влияние на ДКП в России остающиеся без ответа вопросы к бюджетной политике, обусловленные отсутствием утвержденной среднесрочной программы фискальной консолидации. Дефицит по итогам первого полугодия достиг 4,3% ВВП. По итогам-2016 Минфин уже ожидает доходных поступлений меньше на 700 млрд. рублей, чем заложено в бюджете текущего года[2]. По словам замминистра финансов Алексея Лаврова, дефицит-2016 может вырасти на 520 млрд. рублей до 2,88 трлн. (3,66% ВВП), в Резервном фонде останется к концу года 900 млрд. рублей. Закономерно возникает вопрос – что дальше?

Минфин уже предложил заморозить расходы бюджета в номинальном выражении на уровне 15,78 трлн. рублей в год на всю предстоящую финансовую трехлетку (это меньше, чем уточненные траты-2016 в размере 16,25 трлн. рублей). С учетом инфляции даже при достижении 4%-ой цели это будет означать почти 20%-ое сокращение в реальном выражении к уровню текущего года. Впрочем, по 36 госпрограммам из 42 (формируют около половины госрасходов) предлагается урезание и по номиналу. Это касается ряда программ соцподдержки граждан, обеспечения доступным жильем, развития здравоохранения, образования, сельского хозяйства[3]. В МЭР полагают, что «заморозка» позволит ежегодно уменьшать бюджетный небаланс на 0,5% ВВП.

В числе других принципиальных условий нового финплана – «нефть по 40» на весь период (средний Urals в июне-2016 – $46,19 за баррель, за полугодие – $37,85 за баррель) и новое бюджетное правило, позволяющее пополнять суверенные фонды. «Жесткие ограничения – хороший стимул пойти на реформы по повышению эффективности бюджетных трат», – уверен министр финансов Антон Силуанов.

Судя по результатам мая и предварительным оценкам июня, первое полугодие-2016 выдалось для российского хозяйства сильно неоднозначным. Официальные и экспертные прогнозные ожидания заметно расходятся. При этом устойчивости отдельных позитивных трендов основательно мешает неопределенность в экономической политике. Поэтому критически важной становится новая бюджетная трехлетка, выстроенная вокруг структурной повестки правительства и способная запустить механизмы необходимых трансформаций. Откладывание их в «долгий ящик», да еще на фоне усиливающихся внешних рисков, может дополнительно осложнить и без того непростую макроэкономическую ситуацию. Выбор, а стало быть, включение «зеленой или красной кнопки» долговременной мотивации бизнесов к наращиванию деловой активности, должен быть сделан по меньшей мере к середине последнего квартала текущего года.

Марина Войтенко – экономический обозреватель

[1] Согласно прогнозу Sberbank Investment Research, в июле-2016 цена Brent стабилизируется в интервале $47,50-49,70 за баррель, негативный эффект британского референдума будет локализован, а курс рубля при сглаживании волатильности на мировых финансовых рынках может составить около 63,50 за доллар США.

[2] В сравнении с соответствующим периодом прошлого года дефицит подрос на 2,2% ВВП. Главная причина – снижение доходов на 12% (до 15,1% ВВП). При этом нефтегазовые поступления сократились на 30% (их доля в доходной части госказны упала до 36%). Ситуация заставляет размышлять о нестандартных решениях. По сообщениям СМИ, в правительстве в частности обсуждается «концепт» о пакетном снижении страховых взносов с одновременным повышением НДС. Пока в публичном пространстве нет ни расчетов по ставкам, ни оценок последствий для налогоплательщиков (все-таки должен соблюдаться мораторий до 2018 года по неутяжелению налогового бремени), ни предположений о сроках начала маневра. «Брожение в умах», однако, весьма симптоматично.

[3] Максимальное сокращение финансирования ожидает госпрограмму по развитию физкультуры и спорта (более чем вдвое за три года), госпрограмму социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона – сразу в 20 раз. Почти в два раза сократится финансирование социально-экономического развития Крыма – со 149,3 млрд рублей в 2016 году до 65,98 млрд в 2019-ом. Закрытая часть госпрограмм, к которым относятся расходы на оборонную отрасль, сократится примерно 15% за три года. Номинальный рост расходов предусматривается на управление государственными финансами, экономическое развитие и развитие промышленности.

Из предложений Минфина также следует, что в непрограммной части бюджета расходы увеличатся на развитие пенсионной системы – с 3,35 трлн рублей в 2017-ом до 3,67 трлн в 2019 году, или на 20% по сравнению с 2016 годом (примерный уровень инфляции). Самое серьезное сокращение расходов ожидает Центризбирком: пик расходов на ведомство придется на 2017 год, когда на его деятельность будет потрачено 21,4 млрд рублей, а затем снизится почти в 4,6 раза.

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

2016 год прошел под знаком депрессивных настроений в обществе, росте усталости и аполитичности. Одновременно «Единая Россия» сумела разгромно выиграть на парламентских выборах, а победа Дональда Трампа в США дает надежды на внешнеполитическую разрядку. Что же ждет российское общество и политический режим в среднесрочной перспективе?

Почему Верховному суду США и событиям, разворачивающимся вокруг кандидатуры нового судьи, уделяется столь пристальное внимание? В первую очередь, это связано со спецификой американской системы сдержек и противовесов, в которой Верховный суд занимает особое место.

Французская Le Figaro 19 января опубликовала материал о том, что в то время, как исламистское правительство Ливии испытывает недостаток ресурсов, военный лидер востока страны Халифа Хафтар противостоит Триполи и имеет шансы прийти к власти. В этих условиях западные страны стремятся договориться с военачальником, еще ранее выстроившим тесные отношения с Россией и считающимся «фаворитом Москвы».

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net