Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Прошедший 18 июня с. г. второй тур парламентских выборов во Франции не обошелся без сюрпризов. По его итогам, партия президента Эмманюэля Макрона «Республика, вперёд», вместе со своим союзником, центристским Демократическим движением (Модем) Франсуа Байру, получила не 415-445 депутатских мандатов из 577, как предсказывали специалисты, а 350 мандатов. Тем не менее, налицо бесспорная и внушительная победа.

Бизнес, несмотря ни на что

22 июня в Сочи прошло годовое собрание акционеров компании «Роснефть». За два дня до этого исполнительный директор компании Игорь Сечин встретился с президентом России Владимиром Путиным: последний попросил вернуться к политике выплаты дивидендов в размере 50% от общей прибыли. Правда, просьба касалась 2017 года.

Интервью

Положение в Сирии с приходом Дональда Трампа к власти в США не стало более ясным. Наоборот, ряд действий новой администрации еще больше запутали «сирийский клубок». В перипетиях ситуации в регионе, интересах многочисленных участников и последних тенденциях «Политком.RU» разбирался вместе со старшим преподавателем департамента политической науки НИУ ВШЭ, экспертом по Ближнему Востоку Леонидом Исаевым.

Колонка экономиста

Видео

Наши партнеры

Колонка экономиста

19.12.2016 | Марина Войтенко

Центробанки на пути к новой реальности

Марина ВойтенкоСтабилизация российского хозяйства все еще хрупка, но температура прогнозов постепенно повышается, а во внешнем финансовом мире сохраняется высокая неопределенность в отношении реализации существующих рисков.

На минувшей неделе МЭР подтвердило оценку спада-2016 на 0,6%. При этом, чтобы конечный результат не разошелся с прогнозами, сокращение в ноябре в годовом выражении должно составить 0,2% (после 0,5% в октябре), а динамика декабря – выйти в ноль. В этом случае, полагают в министерстве, с исключением сезонного фактора ВВП в последний месяц года вырастет на 0,1%, таким же окажется и итог четвертого квартала по отношению к третьему. Падение же валового внутреннего продукта в октябре-декабре (год к году) замедлится до 0,3%. В обоснование этих предположений правительственные экономисты приводят тот факт, что в ноябре, как и в октябре, ВВП, очищенный от сезонности, продемонстрировал нулевые темпы.

При этом в МЭР склоняются к тому, что инфляция в текущем году достигнет 5,5-5,6% и снизится до 4,7% к середине 2017-го в годовом выражении и до 4,3-4,4% к его завершению. По 2016-му ухудшен прогноз по торговой рознице (с -4,6% до -4,8%), улучшен для капвложений (с -3,7% до -3,4%) – укрепление рубля стимулирует инвестиционный импорт.

Остаются вопросы по промвыпуску. Предыдущий годовой прогноз исходил из прироста в 0,4-0,5%. В то же время, 15 декабря Росстат устроил сенсацию, отрапортовав, что по итогам ноября промвыпуск вырос на 2,7% в годовом выражении (после спада на 0,2% в октябре), набрав самый высокий темп с декабря-2014. За январь-ноябрь рост составил 0,8%, вдвое превысив годовой прогноз МЭР (0,4% в 2016-ом). Сезонно сглаженная ноябрьская дельта тоже оказалась вполне приличной – +0,5% месяц к месяцу. Первая реакция экспертов была настороженной – корректное умножение помесячных индексов никак не показывало увеличения промпроизводства с начала года более 0,3%. За сутки, впрочем, все встало на место – дело в изменении методики, связанной с переходом с 2017 года на новый общероссийский классификатор видов экономической деятельности ОКВЭД-2.

Разъяснений по поводу природы статистического артефакта (а подобных ему в ближайшее время, видимо, будет немало) пока не последовало. Вместе с тем, расчеты «по старинке» также указывают: в ноябре все показатели выпуска в промышленности на 0,1-0,2% были лучше октябрьских. Главные причины – лишний рабочий день (в сравнении с прошлым годом) и холодная погода (энергетика прибавила сразу 1,8%).

Опросы руководителей предприятий, между тем, свидетельствуют, что ожидания повышения спроса на продукцию не отличаются оптимизмом. Загрузка мощностей держится на уровне 66-67% (пик – 72% в 2007 году). В принципе можно довести ее до 82% без существенных инвестиций. Но 50% респондентов ИЭП им.Е.Т.Гайдара жалуются на спросовые ограничения, что называется по жизни. Еще 38% объясняют сдержанность планов неопределенностью общеэкономической ситуации и ее перспектив[1]. Тем не менее, общий настрой – восстановление налицо и будет продолжаться, провалов выпуска не предвидится. Главное – чтобы регулятивные новации не помешали адаптации набрать «крейсерскую скорость», необходимую для расширения производства.

Движение по восстановительной траектории у российского хозяйства, однако, не обещает быть быстрым. Сводный опережающий индекс (СОИ) Центра развития НИУ ВШЭ в ноябре, хотя и остался в плюсе, но заметно потерял в сравнении с октябрем, сократившись с 2,3% до 0,1%. Как отмечают эксперты, пока нет оснований считать, что в позитивной тенденции СОИ, наблюдавшейся в целом с мая-2015, наметился перелом. Равным образом, впрочем, нет и 100%-но убедительных причин полагать, что российская экономика вступила в фазу роста, или что он будет быстрым.

Стабилизация российского хозяйства все еще хрупка и не слишком устойчива. В то же время, температура прогнозов-2017 постепенно повышается. По словам замминистра экономики Алексея Ведева, наиболее вероятным в следующем году будет сценарий прогноза роста экономики, рассчитанный при $48 за баррель Urals. В этом случае ВВП-2017 увеличится на 1,1%, причем в годовом выражении его квартальная динамика выйдет в положительную область уже в январе-марте. С тем, что слабый рост станет приметой первого квартала следующего года, согласны и в Банке России. Уверены центральные банкиры и в том, что затем восстановление деловой активности будет происходить постепенно и относительно равномерно.

Вместе с тем, базовый прогноз регулятора остался умеренно консервативным: темп прироста ВВП, отмечается в последнем «Докладе о денежно-кредитной политике» (опубликован 16 декабря), будет невысоким и составит 0,5-1,0%.

В 2018-2019 годах ожидается более быстрый восстановительный рост экономики (1,5-2,0% в год). В случае повышения цен на нефть рост доходов от внешнеэкономической деятельности, а также пересмотр ожиданий субъектов экономики и внешних инвесторов относительно перспектив российской экономики приведут к более уверенному, чем в базовом сценарии, восстановлению экономической активности. При таком сценарии темп прироста ВВП в 2017 году может составить более 1%, в 2018-2019 годах – ускориться до 2,0-2,5%. Тем не менее, в дальнейшем рост выпуска, независимо от развития внешних условий, будут ограничивать внутренние структурные факторы, в том числе связанные с демографической ситуацией, инфраструктурными и институциональными характеристиками российского хозяйства. Темпы экономического роста замедлятся до 1,0-1,5%, что соответствует оценкам среднесрочного потенциала экономики РФ. При этом в случае реализации структурных преобразований темпы ее роста могут быть более высокими.

Между тем, пока далеко не очевидно, что в условиях предвыборного года акцент в экономической политике будет сделан именно на исполнение структурной повестки. Соответствующий правительственный план действий должен быть готов к маю. Видимо, это будет лишь первая итерация, которая потребует обсуждений, в том числе с бизнес объединениями, и согласования внутри кабмина. Не случайно большинство корпоративных прогнозов исходит из того, что структурные реформы если и начнутся в 2017 году, то на его результатах вряд ли скажутся. Больше надежд на отрастающую нефть (в Сбербанке, например, ждут роста ВВП на 1,2% при «бочке по 50»), отсутствие новых внешних шоков и замедление инфляции, открывающее возможности для смягчения условий банковского кредитования, благодаря снижению ставки Центробанка (консенсус-прогноз участников рынка – 8,5% к концу 2017 года против 10,00%, оставленных неизменными 16 декабря решением Совета директоров Банка России).

Достижение инфляционной цели в 4% к концу 2017 года по-прежнему остается важнейшей структурной трансформацией российского хозяйства, непосредственно находящейся в зоне ответственности регулятора. По сути это – новая реальность для экономики, в которой включается мотор инвестиционного роста и достигается стабилизацией процентных ставок и валютного курса.

По состоянию на 12 декабря годовая инфляция уже снизилась до 5,6% с 6,1% в октябре. Это позволило ЦБ РФ улучшить прогноз роста цен в 2016 году до 5,4-5,8%. Причем вероятность приближения к нижней границе интервала остается значимой. Вместе с тем риски отклонения от таргета-2017 сокращаются медленно. Поэтому Центробанк намерен придерживаться умеренно жесткой денежно-кредитной политики, не исключая возможность снижения ключевой ставки в первом полугодии 2017-го, но тщательно отслеживая действия осложняющих факторов, зависящих от скорости формирования устойчивой тенденции к снижению инфляционных ожиданий; увеличения сверх запланированных параметров государственных расходов; динамики банковской розницы и склонности населения к сбережениям; а также от действия изменчивых внешних факторов, влияющих на монетарные кондиции через колебания валютного курса. По совокупности всех этих во многом неопределенных обстоятельств Центробанк вынужден быть предельно осторожным в своих практических шагах.

По признанию главы ЦБ РФ Эльвиры Набиуллиной, вероятность сценария с повышением нефтецен возросла. Тем не менее, по ее мнению, «нужно время, чтобы оценить воздействие различных факторов на конъюнктуру нефтяного рынка. А именно насколько будут соблюдаться договоренности об ограничении поставок; как поведут себя поставщики из других стран и производители сланцевой нефти; какими будут динамика мирового спроса и политика ФРС США. Здесь не стоит делать поспешных выводов».

Картине, в какую складываются действия ведущих центробанков мира, упрощение, действительно, противопоказано. Повышение 14 декабря federal funds rate ФРС США на 0,25 п.п. до 0,5-0,75%, которое многие наблюдатели склонны определять как главное финансовое событие года, было ожидаемо и в немалой степени загодя отыграно рынками. Тем не менее, основная интрига только закручивается. Члены комитета Федрезерва по открытым рынкам (FOMC) предполагают, что в 2017 году базовая ставка может быть поднята еще трижды[2].

Некоторые эксперты поспешили назвать этот прогноз дежа вю-2015, тогда тоже в декабре в ФРС обещали подталкивать ставку вверх аж четыре раза в 2016-ом. Однако не срослось. Помешали и состояние американской экономики, и слабеющий рост в мире в целом при нарастающей хрупкости финансовых секторов в глобальном хозяйстве (особенно в его китайском «отделении»). В следующем году шансов на плавное ужесточение денежно-кредитной политики регулятором США, по-видимому, несколько больше, хотя риски негативных вторичных эффектов никуда не исчезли из мировой повестки. Достаточно напомнить об же происходящем ослаблении курсов национальных валют по отношению к доллару, что ведет к росту стоимости обслуживания внешнего долга и усилению оттока капитала, прежде всего, в развивающихся странах.

Вместе с тем, планы избранного президента США Дональда Трампа сделать ставку на фискальное стимулирование уже ощущаются в текущей реальности. Ожидания ускорения роста ВВП и инфляции в Штатах привели и к ралли на рынке акций, и к масштабным распродажам (на фоне существенного роста доходности US Treasuries) долговых бумаг. Обвал гособлигаций в Китае (15-16 декабря) – лишь один из знаковых эпизодов набирающего силу мирового тренда. 35-летняя «эра быков» на рынках бондов вошла в фазу своего завершения, уверены многие финаналитики.

Глава ФРС Джанет Йеллен на пресс-конференции по итогам заседания FOMC подчеркнула: «Я и мои коллеги признаем значительный прогресс в экономике в сторону достижения двух наших основных целей: максимальной занятости и стабильных цен». Федрезерв улучшил прогноз темпов роста ВВП в 2016-ом и 2017 годах до 1,9% и 2,1% соответственно, а также инфляции до 1,5% и 1,9% и безработицы – до 4,7% и 4,5%. В то же время, как заметила госпожа председатель: «Было бы желательно увидеть налоговую политику, которая способствует ускорению роста производительности, что может повлечь за собой прирост инвестиций. Слабя динамика обоих показателей – одна из причин низкого уровня ставки».

Неопределенность по поводу реального содержания «трампономики» остается значительной. Тем не менее, финансовые рынки и экономика США «нагреваются» на ожиданиях налоговой реформы и т.п. Поэтому ФРС оказывается на пороге новой дилеммы. С одной стороны, росту мешать нельзя. С другой же, ясно, что реализация планов нового президента приведет к ощутимому увеличению бюджетного дефицита. В 2017-ом, возможно, на 2,4% (оценка Центра налоговой политики, США). Пару месяцев назад замглавы ФРС Стэнли Фишер заявлял: увеличение дефицита на 1 п.п. предполагает рост ставки на 0,5 п.п. Понятно, что слишком жесткая монетарная политика может подтолкнуть американскую экономику к рецессии. Но, не реагировать на фискальный дисбаланс Федрезерв тоже не сможет.

«Ястребиная» риторика банковского регулятора США, между тем, уже привела к тому, что финаналитики заговорили о признаках приближения «новой монетарной реальности», когда упор на фискальные стимулы (он особенно нагляден в США и Китае) повлечет за собой постепенный отход от нетрадиционной сверхмягкой денежно-кредитной политики. Возможно, финансовый мир, действительно стоит у истоков зарождения нового тренда. Однако с уверенностью говорить об этом, на наш взгляд, можно будет не ранее середины следующего года.

ЦБ РФ, очевидно, будет действовать с учетом этих обстоятельств максимально аккуратно. Во-первых, во внешнем финансовом мире сохраняется высокая неопределенность в отношении реализации существующих рисков. Во-вторых, повторимся, новая монетарная реальность для экономики РФ – это, прежде всего, достижение инфляционной цели. Далеко не все на этом поприще зависит от денежных властей. Максимальная поддержка их действий со стороны правительства (и, прежде всего в рамках сохранения умеренно-жесткой бюджетной политики и исполнения структурной повестки) по-прежнему остается решающей для стабилизации и последующего ускорения экономической динамики.

[1] Примечательно, что ставку кредита в качестве помехи текущей деятельности поминают лишь 6% опрошенных (в рейтинге препятствий 15-е место из 17-ти). Еще меньше (3%) обращают внимание на сложности с получением кредита. Не рассматривается как тормоз и укрепляющийся рубль. Негативно этот тренд оценивают лишь 4% респондентов.

[2] ФРС повысила ожидания по среднему уровню ставки по итогам 2017 года и по количеству ее повышений. В сентябре регулятор прогнозировал два повышения ставки до конца следующего года - до среднего уровня в 1,125%. Согласно графику «dot plot» (прогноз по динамике базовой ставки), шесть представителей регулятора ожидают, что процентная ставка будет повышена до среднего уровня в 1,375%. Четыре человека ожидают два повышения ставки в следующем году - до уровня в 1,125%. За единичное повышение ставки высказались два человека. Кроме того, пять человек не исключают более трех повышений ставок в 2017 году. В 2018 году ФРС ожидает два повышения ставки. Что касается 2019 года, три члена регулятора не исключают, что ставка будет повышена три или более раза. В долгосрочной перспективе ФРС по-прежнему прогнозирует ставку на уровне 3%.

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

По масштабу перемен во французской политике победа Макрона на президентских и парламентских выборах сопоставима с приходом к власти Шарля де Голля. Соцпартия почти исчезла, в Национальном фронте и у республиканцев намечается раскол, на подъеме левые радикалы. Теперь вопрос, сможет ли новая политическая конструкция убедить французов согласиться на давно назревшие реформы в социальной сфере

На саммите «Большой двадцатки» в Гамбурге состоится первый очный контакт президентов России и США. Событие давно ожидаемое – настолько, что кажется, что эти два лидера уже давно знакомы, а если верить недоброжелателям Трампа, так он давно уже «русский кандидат», т.е. находится под неправомерным влиянием России. Что же может, а еще существеннее – чего не может случиться на этой встрече?

В 2017 году большинство стран СНГ отмечают четвертьвековой юбилей установления дипломатических отношений между собой и с остальным внешним миром. В рамках стратегии диверсификации советских интеграционных связей, сконцентрированных на России, основным приоритетом становилась политика выстраивания отношений со странами Запада и главными мировыми донорами - такими, как, например, Япония. В течении 1990-х, первого десятилетия независимости государств СНГ, их отношения с Китаем были в некоторой степени в тени отношений с Россией.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net