Информационный сайт
политических комментариев
вКонтактеFacebookTwitter
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Экспресс-комментарии Текущая аналитика Экспертиза Интервью Бизнес несмотря ни на что Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Политком.RU обсудил с первым вице-президентом Центра политических технологий Алексеем Макаркиным динамику общественных настроений в России в уходящем году.

Бизнес, несмотря ни на что

Локомотивом выхода из продолжающегося экономического кризиса может быть только частный сектор. Как чувствовал себя российский бизнес в уходящем году? Как можно оценить усилия правительства по стимулированию предпринимательской деятельности и привлечению инвестиций? Об этом в интервью Политком.RU рассказывает старший научный сотрудник Института экономической политики им. Е.Гайдара Сергей Жаворонков.

Интервью

Конец года всегда дает повод подвести итоги происшедших событий, выделить основные тенденции, высказать предположения на будущее. Своими оценками политических итогов 2016 года с «Политком.RU» поделился известный российский политолог, президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский.

Колонка экономиста

Видео

Реклама

Текущая аналитика

30.12.2016 | Александр Ивахник

Тревожный год для Европы

Безопасность в Европе под вопросм2016 год начался для Европы массовыми нападениями арабов-иммигрантов на немецких женщин, встречавших новогоднюю ночь на центральной площади Кельна, а закончился кровавым терактом против жителей и гостей Берлина на рождественской ярмарке. В течение года произошло много других терактов со стороны исламистских радикалов, наиболее масштабные – в Брюсселе и Ницце. А еще случился Brexit, наблюдался резкий рост поддержки националистов-евроскептиков во многих странах ЕС.

В целом 2016 год характеризовался для Евросоюза накоплением проблем и противоречий. 14 сентября председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, выступая в Европарламенте с речью о положении ЕС, заявил, что союз переживает «экзистенциальный кризис». Среди проявлений этого кризиса он назвал отход от солидарных действий, отсутствие общего видения по преодолению экономического застоя, миграционного кризиса и угрозы терроризма. Приходится констатировать, что сейчас речь идет уже не об углублении процесса интеграции, а о том, чтобы удержать хотя бы достигнутый уровень взаимодействия.

Казалось бы, в 2016 году миграционный поток в связи с достигнутой в марте сделкой с Турцией о возвращении беженцев с греческих островов и физическим перекрытием балканского маршрута значительно сократился по сравнению с рекордным 2015 годом. Однако от этого Европа не стала дышать спокойнее. Уличные демонстративные теракты исламистов не только не прекратились, но усилились. Причем проявилось разнообразие в технике устрашающих действий: массовые расстрелы людей и взрывы в Париже, затем взрывы в аэропорту и в метро в Брюсселе сменились сознательными наездами грузовиков на скопления людей в Ницце и в Берлине. Выяснилось и то, что исполнителями терактов являются в одних случаях рожденные в Европе маргинализированные молодые арабы, в других – недавние мигранты из арабских стран. И тех, и других объединяет приверженность идеологии запрещенного в РФ «Исламского государства», отрицающей нормы «неверного» западного мира. Соединение старого, давно укорененного в мусульманских гетто европейских городов «горючего материала» с новым, только прибывающим с Ближнего Востока и Северной Африки, предвещает, что практика джихадистских терактов в Старом Свете будет нарастать, и требует от европейских политиков и служб безопасности самого пристального внимания. Осознание необходимости этого хоть и с опозданием, но приходит.

Показательно, что через несколько дней после теракта в Берлине 19 декабря канцлер ФРГ Ангела Меркель заявила о готовности серьезно ужесточить антитеррористическое и миграционное законодательство. Впрочем, подготовка соответствующих правовых изменений началась еще до последнего теракта. Предлагаются меры по усилению надзора за потенциальными террористами. Из 549 человек, занесенных правоохранительными органами ФРГ в список особо опасных потенциальных преступников, на свободе на территории Германии находятся около 200 (совершивший теракт в Берлине тунисец Анис Амри был одним из них). Правительство намерено увеличить персонал полиции и принять законопроект, позволяющий надевать электронные браслеты на отсидевших свой срок потенциальных исламистских террористов. Будет усилено видеонаблюдение в общественных местах с применением «умных» видеокамер, способных мгновенно узнавать потенциального террориста в лицо и считывать номер подозрительной машины.

В сфере миграционного законодательства готовится законопроект, ускоряющий процедуру депортации тех, кто не получил права на убежище, и дающий больше возможностей для заключения иностранца под стражу перед высылкой из страны, если тот представляет собой опасность. Максимально возможный срок содержания под стражей перед высылкой предлагается продлить с четырех дней до четырех недель. Вероятно, будет реализована идея создания на границах Германии транзитных центров по приему беженцев. В таких центрах беженцы, перешедшие сухопутную границу, будут подвергаться тщательной проверке и дожидаться рассмотрения заявлений на предоставление убежища. Глава МВД Германии Томас де Мезьер также заявил, что регулярный контроль на границах страны, временно введенный в связи с притоком беженцев, будет продлен на многие месяцы.

Совершенно очевидно, что такие же или похожие меры уже вводятся и будут вводиться в других странах Евросоюза. Вместе с тем, на уровне ЕС до сих пор ощущается недостаток тесного сотрудничества между спецслужбами разных стран-членов, не налажен постоянный обмен оперативной информацией и эффективные механизмы координации действий.

В объединенной Европе в течение 2016 года не было достигнуто согласия и в вопросе о том, как регулировать потоки миграции, что делать с теми мигрантами, которые уже сумели добраться до государств ЕС. Идеи Германии и Франции о введении обязательных квот на прием беженцев между странами ЕС с целью разгрузить Грецию и Италию, куда первоначально попадают выходцы с Ближнего Востока и Северной Африки, натолкнулись на решительное сопротивление стран Восточной Европы и Прибалтики. Альтернативная идея о выплачивании странами, отказывающимися выполнять свои квоты, денежных сумм в пользу стран, квоты перевыполняющих, также едва ли имеет шансы на практическую реализацию. Как выяснилось, в новой Европе, возникшей на развалинах советского блока, не укоренились ценности европейской солидарности и гуманитарной поддержки беженцев из воюющих стран.

Противоречия между старым ядром Евросоюза и некоторыми недавно присоединившимися странами все более открыто проявляются и по вопросам функционирования демократических институтов. Публичной критике в ЕС подверглись авторитарные тенденции во внутренней политике Венгрии и Польши. В сентябре министр иностранных дел Люксембурга Жан Ассельборн в интервью немецкой газете Die Welt заявил, что «те страны, которые, как Венгрия, огораживаются забором от беженцев, спасающихся от войны, и ставят под угрозу свободу прессы и независимые суды, должны быть исключены из ЕС – на время или при необходимости навсегда», это является «единственным способом сохранить единство и ценности Европейского союза». Естественно, это заявление вызвало громкий скандал внутри ЕС и гневную отповедь со стороны венгерских политиков.

Противоречия же Брюсселя с Польшей вышли на институциональный уровень. Неделю назад Еврокомиссия уже во второй раз обвинила польские власти в отходе от принципа верховенства права в связи с проведенной в стране реформой Конституционного суда, ущемляющей его независимость и полномочия. Еврокомиссия призвала правительство Польши в течение двух месяцев исправить допущенные нарушения. В противном случае Евросоюз может констатировать отступление Варшавы от «ценностей и принципов ЕС» и лишить Польшу права голоса в Европейском совете. В ответ лидер правящей правоконсервативной партии «Право и справедливость» Ярослав Качиньский в интервью агентству Reuters заявил: «Это все сплошная комедия, ничто из происходящего в Польше не противоречит верховенству закона». Так что выяснение отношений между Брюсселем и Варшавой еще предстоит.

Прошедший 23 июня референдум о пребывании Великобритании в ЕС создал для объединенной Европы неожиданную и прежде невиданную проблему. 52% британцев проголосовали за «Брексит», но на вопрос о том, как этот «Брексит» практически осуществлять, до сих пор нет ответа. Сформированное после референдума новое правительство консервативной партии во главе с Терезой Мэй не огласило даже концепцию выхода страны из ЕС. До конца марта 2017 года Великобритания должна ввести в действие статью 50 Лиссабонского договора, которая трактует возможность выхода из сообщества, и начнутся долгие двухлетние переговоры. Эти переговоры будут поглощать массу времени и сил у брюссельской бюрократии, но еще более трудными они станут для Лондона.

С одной стороны, правительство Терезы Мэй будет пытаться сохранить для британского бизнеса доступ к единому европейскому рынку. С другой стороны, Евросоюз уже однозначно и жестко заявил, что это возможно лишь при сохранении свободы перемещения в Великобританию рабочей силы из стран-членов ЕС. А это требование, в свою очередь, противоречит ожиданиям сторонников «Брексита», для которых главным мотивом было восстановление национального контроля за миграционным потоком. Как выйти из этого замкнутого круга – неизвестно. Известно лишь, что никаких уступок от бывших партнеров Лондону не уготовано.

Изначально «Брексит», а позже победа Дональда Трампа на президентских выборах в США придали мощный импульс активности антиглобалистских, националистических сил и движений в Европе. Национал-популисты чаще всего крайне правого, а иногда левого толка в качестве одного из главных лозунгов выдвигают выход из Евросоюза или резкое расширение полномочий национальных правительств в ущерб полномочиям Брюсселя. Эти силы используют действительно широко распространенное в европейских странах недовольство экспансией брюссельской бюрократии и зачастую мелочной, избыточной регламентацией экономической и социальной сфер со стороны ЕС. В 2017 году популисты-евроскептики рассчитывают на приход к власти в целом ряде ключевых стран сообщества. Лидер «Национального фронта» Марин Ле Пен нацелена на победу на президентских выборах во Франции в апреле-мае. Голландская Партия свободы Герта Вилдерса и итальянское «Движение 5 звезд» Беппе Грилло надеются победить на парламентских выборах. На выборах в бундестаг ФРГ в сентябре партия «Альтернатива для Германии» будет пытаться оттеснить от власти канцлера Ангелу Меркель.

Если бы все эти сценарии реализовались, то Евросоюз такого развития событий в его нынешнем виде не пережил бы. Однако, думается, шансы на то, чтобы попасть во власть, имеет лишь Герт Вилдерс в Нидерландах. В Италии Демпартия экс-премьера Маттео Ренци готова будет пойти на союз с Сильвио Берлускони, чтобы не допустить к власти евроскептиков из «Движения 5 звезд». Во Франции Марин Ле Пен наверняка пройдет во второй тур выборов и там проиграет консерватору Франсуа Вийону, которого поддержат центристы и большинство левых. В Германии опрос, проведенный уже после берлинского теракта и обнародованный 27 декабря, показал, что хотя немцы называют главной проблемой страны миграционный кризис, большинство (56%) по-прежнему считают, что Ангела Меркель лучше других политиков справится с проблемами Германии в 2017 году. Второе место по популярности (39%) занимает глава ХСС Хорст Зеехофер. На третьем месте – председатель СДПГ Зигмар Габриэль (35%) и на четвертом – другой представитель социал-демократов, экс-председатель Европарламента Мартин Шульц (32%). Лидер правопопулистской «Альтернативы для Германии» Фрауке Петри занимает последнее место по популярности среди лидеров немецких партий – ее поддерживают только 10% респондентов.

А опрос почти 15 тысяч жителей 15 государств ЕС, проведенный в конце ноября – начале декабря компанией WIN/Gallup International, выявил широкую распространенность недовольства текущим положением дел, но при этом сохранение довольно высокого уровня поддержки членства своих стран в ЕС. 89% греков, 82% французов, 79% итальянцев и 62% немцев согласились с мнением, что их страна движется в неверном направлении. В Греции 86% опрошенных сказали, что они хотели бы иметь в стране меньше мигрантов и беженцев, в Италии – 75%, в Германии – 64%. В то же время опрос показал, что доля людей, готовых проголосовать за выход из ЕС, в среднем по 15 странам за год выросла совсем незначительно – с 33% до 36%. Соответствующая доля в Германии, Франции и Бельгии даже снизилась. Больше всего сторонников выхода из ЕС сейчас в Греции (46%) и в Финляндии (40%). Кстати, трудности, с которыми наверняка будет встречаться Великобритания и в процессе переговоров по выходу из союза, и уже после выхода, станут для жителей других государств ЕС наглядным предупреждающим сигналом.

Сильным фактором неопределенности для Евросоюза стал приход к власти в США Дональда Трампа, который поначалу породил в европейских столицах открытое смятение. Сейчас смятение улеглось, но настороженность осталась. Это касается экономических взаимоотношений – ведь для Европы США являются основным торговым партнером, и если обещания протекционистских мер со стороны Трампа начнут реализовываться, это неизбежно ударит по европейскому экспорту. Но главные опасения связаны с ролью США как гаранта европейской безопасности. Пока Трамп выступает ревизионистом применительно к традиционным трансатлантическим союзническим отношениям. Он обещает пересмотреть политику США в отношении НАТО, если европейские страны Альянса не возьмут на себя более тяжелое финансовое бремя. Его оценки Владимира Путина и внешней политики России в корне отличаются от общепринятых на данный момент в Евросоюзе и в НАТО.

Можно предположить, что развитие отношений ЕС с Россией, с весны 2014 года практически замороженных, в значительной степени будет зависеть от «фактора Трампа». Если новый хозяин Белого дома найдет общий язык с Кремлем и начнет сворачивать санкции в отношении России, то аналогичного движения уже через полгода можно ожидать и от Евросоюза, тем более что внутри ЕС немало сторонников восстановления нормальных экономических связей с Россией. После ухода Франсуа Олланда с поста президента Франции Ангеле Меркель в одиночку станет весьма сложно продавливать политику сохранения санкций.

В целом 2017 год будет для Евросоюза не легче, чем истекающий. Он несет немало тревог и драматических событий. Ясно, что никаких прорывов в преодолении накопившихся тяжелых проблем и противоречий ждать не приходится. Но и катастрофический сценарий дальнейшего распада представляется крайне маловероятным.

Александр Ивахник – руководитель департамента политологического анализа Центра политических технологий

Версия для печати

Экспресс-комментарии

Экспертиза

Противостояние Ирана и Саудовской Аравии – условных центров мирового шиизма и суннизма, наметилось аж со времени победы в иранской Исламской Революции в 1979 году. Именно с тех времен Эр-Рияд начал кампанию по нивелированию политического влияния шиитских общин.

Долгое время системные политические партии Старого Света с правого и левого фланга двигались навстречу друг другу и по мере размывания своей социальной базы смешивались до степени неразличимости. Сформировался широкий политический консенсус, включавший активную социальную политику, принципы политкорректности, уважение прав меньшинств и продвижение целей европейской интеграции. Однако сейчас этот консенсус на глазах начинает распадаться.

Одного из фаворитов президентской кампании во Франции Франсуа Фийона и западная пресса, и российская называют дружественной Москве фигурой, от которой ждут снятия санкций и отказа от политики сдерживания. Вместе с этим, однако, было бы правильнее говорить о внешнеполитических позициях Фийона в контексте не «pro et contra», а, в первую очередь, возвращения Франции активной роли в международных делах, что задает совершенно иную систему координат для анализа его приоритетов.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net