Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения (признана Минюстом организацией, выполняющей функции иностранного агента) с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

11.09.2006 | Алексей Макаркин

Судьба пророссийских сил в Грузии

Михаил Саакашвили нанес сильнейший удар по пророссийской политической инфраструктуре в своей стране. Целый ряд политических деятелей, ориентированных на Россию, обвинены в государственной измене и арестованы. Близкие к Кремлю российские политики считают, что речь идет о превращении Грузии в авторитарную страну. Запад на эти события никак не реагирует.

Когда в Грузии произошла «революция роз», основным политическим партнером России в этой стране был аджарский лидер Аслан Абашидзе, контролировавший одну из крупнейших фракций в парламенте и, следовательно, бывший общенациональной политической фигурой. Кроме того, у России были серьезные связи с частью окружения тогдашнего президента Эдуарда Шеварднадзе, значительная часть которого принадлежала к партийно-комсомольскому активу, традиционно поддерживавшему тесные связи со своими московскими коллегами. Целенаправленной работы по формированию пророссийской политической среды в Грузии не велось.

«Революция роз» привела к тому, что большинство сторонников Шеварднадзе вытеснены из большой политики. Система власти Абашидзе в Аджарии была полностью разгромлена, а сам аджарский лидер был вынужден искать убежище в России. К власти в стране пришли политики, полностью ориентированные на Запад и рассматривавшие Россию как препятствие на пути вестернизации страны. Примерно таких же взглядов придерживается и парламентская оппозиция. Таким образом, Россия оказалась перед необходимостью выстраивания поиска новых союзников в стране, которая превратилась в одного из основных ее оппонентов на постсоветском пространстве.

Из всех политических сил, существующих в Грузии, Россия могла рассчитывать на активное взаимодействие лишь с внепарламентской оппозицией. Во-первых, с Лейбористской партией, возглавляемой политиком-популистом Шалвой Нателашвили, решительным критиком политики как Шеварднадзе, так и Саакашвили. Он выступает за развитие отношений с Россией, внеблоковый статус Грузии (что особенно важно для Москвы ввиду ярко выраженной «атлантической» ориентации всех грузинских парламентских партий) – не случайно, что в октябре минувшего года этого политика принимали в российском МИДе и в Госдуме. В то же время он установил контакты и с представителями Запада: в нынешнем году Нателашвили по приглашению Центра Никсона посетил США, где, в частности, встречался с американскими законодателями.

Во-вторых, с сохранившей относительную дееспособность частью сторонников Шеварднадзе, которые создали в 2004 году партию «Вперед, Грузия!». Ее лидерами стали бывший уполномоченный президента в Имеретии Темур Шашиашвили (он был конкурентом Саакашвили на президентских выборах, но получил лишь 2% голосов) и бывший председатель парламентского комитета по обороне и безопасности Ираклий Батиашвили. Одним из активных деятелей партии стала известный судебно-медицинский эксперт Майя Николаешвили, только начинавшая свою политическую деятельность.

В-третьих, с небольшими организациями, которые были созданы известными в 90-е годы политическими фигурами, по разным причинам выбывшими из структур исполнительной и законодательной власти при Шеварднадзе, не имевшими возможности вернуться в них после его свержения и не пользовавшимися особой популярностью среди населения. Речь, в первую очередь, шла об Игоре Гиоргадзе, бывшем министре безопасности Грузии, обвиненном в покушении на жизнь Шеварднадзе и вынужденном стать политическим эмигрантом. В 2004 году его сторонники образовали в Грузии партию «Справедливость», но самому Гиоргадзе так и не было разрешено вернуться на родину. Кроме того, среди политических фигур, готовых взаимодействовать с Россией, оказались бывший вице-премьер и лидер небольшой партии «Надежда» («Имеди») Ирина Саришвили (вдова известного деятеля грузинского национального движения конца 80-х годов Гия Чантурия и сама в прошлом участница грузинского диссидентского сообщества) и глава Консервативной (монархической) партии Темур Жоржолиани, сидевший в тюрьме и при Гамсахуардия, и при Шеварднадзе – а сейчас оказавшийся в ней при Саакашвили.

Именно сторонники Гиоргадзе, Саришвили и Жоржолиани стали основой созданной в короткие сроки инфраструктуры, которая была ориентирована на Россию и организовала протестные акции против режима Саакашвили. В 2006 году был основан благотворительный фонд Игоря Гиоргадзе, который возглавила Ирина Саришвили. Еще ранее, в октябре 2005-го для проведения массовых акций было создано общественное движение «АнтиСорос» (отметим, что Джордж Сорос, активно поддерживавший «революцию роз», является для многих грузин символом американского влияния в стране). Учредителями движения выступили представители партии «Справедливость» и консерваторов-монархистов, а главой организации стала Майя Николаешвили из партии «Вперед, Грузия!».

Она же возглавила открытое в октябре 2005 года в Тбилиси представительство недавно созданной российской НКО «Кавказский институт демократии», развившего бурную деятельность (ранее НКО из России в Грузии не работали). Так, прошел конкурс работ по теме российско-грузинских отношений, лучшие из которых вошли в книгу «Выбор царя Ираклия II: взгляд из XXI века». Другой конкурс назывался «Я и абхаз» и был связан с задачей достижения взаимопонимания между двумя народами. Еще один конкурс проводился для русскоязычных СМИ Грузии: его задачей было создание качественного информационного продукта для национальных меньшинств, проживающих в стране. В одном из своих интервью, объясняя, как она возглавила представительство фонда, Николаешвили заявила, что в августе 2005 года «сюда приезжал координатор фонда Александр Джорджадзе. С ним был Модест Колеров, он занимает высокий пост в администрации Путина. У них была встреча с разными представителями общественности, в том числе и в правительственных кругах. Некоторое время спустя со мной связался Александр Джорджадзе и обратился с таким вот предложением». Она подтвердила, что встречалась с Гиоргадзе, но заявила, что бывший министр госбезопасности не имеет отношения к «Кавказскому институту демократии».

Публичные акции пророссийской грузинской оппозиции с участием партий Гиоргадзе, Жоржолиани и движения Николаешвили отличались достаточно высокой частотой. В декабре 2005 года монархисты организовали театрализованное представление с символическими похоронами Сороса. В том же месяце движение «АнтиСорос» и монархисты провели факельное шествие в защиту Грузинской православной церкви и прав верующих – против отказа от статуса православия как главенствующей конфессии в стране. В феврале нынешнего года Николаешвили объявила о начале сбора подписей с требованием об отставке Саакашвили и с требованием не вводить на территорию Грузии войска других стран после вывода российских военных баз. В марте прошло новое театрализованное шествие монархистов и «АнтиСороса». В апреле – акция с участием тех же организаций и «Справедливости» с требованием проведения досрочных парламентских выборов и отставки Саакашвили.

В мае сразу три митинга, во время одного из которых Николаешвили заявила: «Грузия привыкла к революциям, конечно, ненасильственным революциям, так что когда наступает период, когда узурпируется власть, и когда наступает такая диктатура, которая есть в Грузии, диктатуру обычно свергают, и это святое дело». А Жоржолиани описал возможную технологию новой революции: «Здесь будут стоять, на Руставели сотни тысяч человек, поддерживающие Игоря Гиоргадзе. Я посмотрю, как они посмеют арестовать Игоря Гиоргадзе». Что касается самого бывшего министра, то он назвал будущую революцию «крапивной», а тогдашний заместитель российского генпрокурора Владимир Колесников публично заявил, что объявленный в международный розыск Гиоргадзе может официально получить политическое убежище в России.

Таким образом, пророссийские силы заимствовали ряд технологий «оранжевой» революции. Однако возникал ряд серьезных проблем. Во-первых, Запад в 90-е годы имел куда больше времени для политического продвижения в Грузии. В данном случае приходилось действовать очень быстро – создание протестного общественного движения и пророссийской политической коалиции по времени совпало с приходом в страну первой российской НКО. Во-вторых, Запад мог рассчитывать на поддержку целой генерации прозападно настроенных перспективных грузинских политиков, для которых он был образцом для подражания; Россия же была вынуждена делать ставку на те, часто недостаточно популярные, политические фигуры, которые хотели иметь с ней дело. Это было связано как все с тем же фактором времени, так и с недостаточной привлекательностью России как политического партнера по сравнению с Западом, с которым в Грузии до сих пор связываются надежды на успешную модернизацию. В условиях дефицита кадров неудивительно, что, к примеру, Николаешвили совмещала совершенно разные функции – руководителя представительства российской НКО и лидера протестного общественного движения (а несколько ранее она в качестве независимого судмедэксперта публично отстаивала версию убийства грузинского премьера Зураба Жвания). В-третьих, Шеварднадзе (как и Леонид Кучма в Украине) не решался предпринять репрессивные меры против западных НКО, не желая обострять отношений с американцами и европейцами; у Саакашвили же в отношении российских и ориентированных на Россию организаций этот сдерживающий фактор отсутствует.

Разгром пророссийской инфраструктуры в Грузии начался с «Кавказского института демократии». В июле он объявил, что вынужден приостановить свою работу в стране из-за недружественной атмосферы, сложившейся в Грузии. В заявлении представителя института говорилось: «Трагично, что в условиях беспрепятственной деятельности сотен западных НПО в Грузии, достигающей даже властных кабинетов, полноценная деятельность их российских коллег становится невозможной».

Затем настала очередь партии «Вперед, Грузия!». Один из ее лидеров, Ираклий Батиашвили был обвинен в «оказании интеллектуальной помощи при попытке организации мятежа против государства и непредоставлении правоохранительным структурам информации, затрагивающей безопасность страны». Он был арестован 29 июля, после недавнего выступления сванского командира и бывшего уполномоченного президента Шеварднадзе в Сванетии Эмзара Квициани, изгнанного с контролировавшейся им территории правительственными войсками. Теперь Батиашвили угрожает до 24 лет лишения свободы.

На минувшей неделе сильнейший удар был нанесен по пророссийской коалиции сторонников Гиоргадзе. По обвинению в антигосударственной деятельности и в попытке организации государственного переворота в разных городах страны задержаны политический секретарь партии «Справедливость» Резо Булия, руководители региональных отделений партии, а также Майя Николаешвили, Темур Жоржолиани и другие политики. В офисе фонда Гиоргадзе и в доме его отца, отставного генерала Пантелеймона Гиоргадзе (также находящегося за пределами Грузии) прошел обыск, а за Ириной Саришвили установлена слежка (видимо, она не арестована только потому, чтобы не создавать «образ жертвы»). Позднее ряд задержанных деятелей были отправлены в предварительное заключение сроком на два месяца – исключая Николаешвили, которая была выпущена под залог после того, как дала признательные показания.Крайне сомнительно, что пророссийские политики действительно готовили переворот – для этого они были слишком слабы. В протестных акциях участвовали сотни людей, а не тысячи или, тем более, сотни тысяч, о возможности привлечения которых говорил Жоржолиани. Да и объективные доказательства заговора выглядят достаточно слабыми (так, показания Николаешвили могли носить вынужденный характер – в противном случае она осталась бы в тюрьме). Скорее, речь шла о стремлении Саакашвили превентивными мерами разрушить российскую инфраструктуру политического влияния и не допустить проведения каких-либо протестных мероприятий в случае возможных целенаправленных военных акций Грузии в Южной Осетии вплоть до попытки установить контроль над этой территорией вооруженным путем (показательно, что сразу же после массовых арестов произошло новое обострение ситуации в этом регионе). Кроме того, мобилизация общества на антироссийской основе может способствовать победе партии Саакашвили на региональных выборах, которые состоятся в октябре. Сторонники грузинского президента уже прямо связывают аресты сторонников Гиоргадзе и недавние события в Сванетии, рассматривая их как срыв одного пророссийского заговора. По словам мэра Тбилиси Георгия Угулава, «переворот планировали совершить с помощью маленькой группы людей - Игоря Гиоргадзе, Темура Жоржолиани, Ирины Саришвили, Эмзара Квициани и Ираклия Батиашвили».vТаким образом, после арестов Батиашвили, Жоржолиани и других политиков из пророссийских сил в Грузии дееспособной остается, по сути, лишь Лейбористская партия, которая стремится объединить максимальное количество противников нынешнего президента. Так, Нателашвили вместе с партией «Вперед, Грузия!» создал «Фронт защиты и спасения Ираклия Батиашвили» и осудил аресты других оппозиционеров. И хотя он дистанцировался от пророссийских акций сторонников Гиоргадзе, но все равно подозревается сторонниками Саакашвили в антигосударственной деятельности. Так, депутат Николоз Гварамия выступил с инициативой принятия закона о политическом экстремизме, первым объектом преследований в рамках которого должен стать именно Нателашвили. Однако уничтожить партию Нателашвили властям будет сложнее из-за его большей популярности, чем у других ориентированных на Россию оппозиционеров. Кроме того, Нателашвили воспринимается в США как реальная политическая фигура, с которой можно и нужно работать (отсюда и его недавняя поездка в эту страну).

Однако и Нателашвили на сегодняшний момент не представляет значительной угрозы для Саакашвили. И хотя рейтинг действующего президента существенно уменьшился, он все равно остается наиболее влиятельным политиком страны из-за раскола оппозиции. Так, по данным апрельского опроса, опубликованном в грузинской газете «Квирис палитра», за него хотели бы проголосовать 33,2% (а не 96%, как на выборах 2004 года). Далее следуют два прозападных политика - бывший министр иностранных дел, ныне глава партии «Путь Грузии» Саломе Зурабишвили (23,1%) и лидер Консервативной партии Грузии Коба Давиташвили (8,6%). Нателашвили по этому опросу лишь на четвертом месте с 5,8%. В то же время моральный износ Саакашвили может привести к тому, что Запад будет более активно диверсифицировать свои политические ставки. И удар по пророссийской оппозиции – это в определенном смысле и предупреждение властей остальным оппозиционным силам с целью побудить последние снизить свою активность.

Массовые аресты пророссийских деятелей в Грузии еще более обострят отношения между Кремлем и Саакашвили – еще ни один президент на постсоветском пространстве не решался на столь жесткие действия, которые в Москве расцениваются как вызов. В то же время сомнительно, чтобы грузинский лидер мог пойти на эти действия без санкции со стороны США, которые продолжают патронировать его режим. Таким образом, конкуренция с Россией в регионе, неразрывно связанная с поддержкой Саакашвили и минимизацией угроз его режиму, остается приоритетом американской администрации, что также не может не вызвать неприятия Москвы.

Алексей Макаркин – заместитель генерального директора Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net