Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

11.09.2006 | Алексей Макаркин

Судьба пророссийских сил в Грузии

Михаил Саакашвили нанес сильнейший удар по пророссийской политической инфраструктуре в своей стране. Целый ряд политических деятелей, ориентированных на Россию, обвинены в государственной измене и арестованы. Близкие к Кремлю российские политики считают, что речь идет о превращении Грузии в авторитарную страну. Запад на эти события никак не реагирует.

Когда в Грузии произошла «революция роз», основным политическим партнером России в этой стране был аджарский лидер Аслан Абашидзе, контролировавший одну из крупнейших фракций в парламенте и, следовательно, бывший общенациональной политической фигурой. Кроме того, у России были серьезные связи с частью окружения тогдашнего президента Эдуарда Шеварднадзе, значительная часть которого принадлежала к партийно-комсомольскому активу, традиционно поддерживавшему тесные связи со своими московскими коллегами. Целенаправленной работы по формированию пророссийской политической среды в Грузии не велось.

«Революция роз» привела к тому, что большинство сторонников Шеварднадзе вытеснены из большой политики. Система власти Абашидзе в Аджарии была полностью разгромлена, а сам аджарский лидер был вынужден искать убежище в России. К власти в стране пришли политики, полностью ориентированные на Запад и рассматривавшие Россию как препятствие на пути вестернизации страны. Примерно таких же взглядов придерживается и парламентская оппозиция. Таким образом, Россия оказалась перед необходимостью выстраивания поиска новых союзников в стране, которая превратилась в одного из основных ее оппонентов на постсоветском пространстве.

Из всех политических сил, существующих в Грузии, Россия могла рассчитывать на активное взаимодействие лишь с внепарламентской оппозицией. Во-первых, с Лейбористской партией, возглавляемой политиком-популистом Шалвой Нателашвили, решительным критиком политики как Шеварднадзе, так и Саакашвили. Он выступает за развитие отношений с Россией, внеблоковый статус Грузии (что особенно важно для Москвы ввиду ярко выраженной «атлантической» ориентации всех грузинских парламентских партий) – не случайно, что в октябре минувшего года этого политика принимали в российском МИДе и в Госдуме. В то же время он установил контакты и с представителями Запада: в нынешнем году Нателашвили по приглашению Центра Никсона посетил США, где, в частности, встречался с американскими законодателями.

Во-вторых, с сохранившей относительную дееспособность частью сторонников Шеварднадзе, которые создали в 2004 году партию «Вперед, Грузия!». Ее лидерами стали бывший уполномоченный президента в Имеретии Темур Шашиашвили (он был конкурентом Саакашвили на президентских выборах, но получил лишь 2% голосов) и бывший председатель парламентского комитета по обороне и безопасности Ираклий Батиашвили. Одним из активных деятелей партии стала известный судебно-медицинский эксперт Майя Николаешвили, только начинавшая свою политическую деятельность.

В-третьих, с небольшими организациями, которые были созданы известными в 90-е годы политическими фигурами, по разным причинам выбывшими из структур исполнительной и законодательной власти при Шеварднадзе, не имевшими возможности вернуться в них после его свержения и не пользовавшимися особой популярностью среди населения. Речь, в первую очередь, шла об Игоре Гиоргадзе, бывшем министре безопасности Грузии, обвиненном в покушении на жизнь Шеварднадзе и вынужденном стать политическим эмигрантом. В 2004 году его сторонники образовали в Грузии партию «Справедливость», но самому Гиоргадзе так и не было разрешено вернуться на родину. Кроме того, среди политических фигур, готовых взаимодействовать с Россией, оказались бывший вице-премьер и лидер небольшой партии «Надежда» («Имеди») Ирина Саришвили (вдова известного деятеля грузинского национального движения конца 80-х годов Гия Чантурия и сама в прошлом участница грузинского диссидентского сообщества) и глава Консервативной (монархической) партии Темур Жоржолиани, сидевший в тюрьме и при Гамсахуардия, и при Шеварднадзе – а сейчас оказавшийся в ней при Саакашвили.

Именно сторонники Гиоргадзе, Саришвили и Жоржолиани стали основой созданной в короткие сроки инфраструктуры, которая была ориентирована на Россию и организовала протестные акции против режима Саакашвили. В 2006 году был основан благотворительный фонд Игоря Гиоргадзе, который возглавила Ирина Саришвили. Еще ранее, в октябре 2005-го для проведения массовых акций было создано общественное движение «АнтиСорос» (отметим, что Джордж Сорос, активно поддерживавший «революцию роз», является для многих грузин символом американского влияния в стране). Учредителями движения выступили представители партии «Справедливость» и консерваторов-монархистов, а главой организации стала Майя Николаешвили из партии «Вперед, Грузия!».

Она же возглавила открытое в октябре 2005 года в Тбилиси представительство недавно созданной российской НКО «Кавказский институт демократии», развившего бурную деятельность (ранее НКО из России в Грузии не работали). Так, прошел конкурс работ по теме российско-грузинских отношений, лучшие из которых вошли в книгу «Выбор царя Ираклия II: взгляд из XXI века». Другой конкурс назывался «Я и абхаз» и был связан с задачей достижения взаимопонимания между двумя народами. Еще один конкурс проводился для русскоязычных СМИ Грузии: его задачей было создание качественного информационного продукта для национальных меньшинств, проживающих в стране. В одном из своих интервью, объясняя, как она возглавила представительство фонда, Николаешвили заявила, что в августе 2005 года «сюда приезжал координатор фонда Александр Джорджадзе. С ним был Модест Колеров, он занимает высокий пост в администрации Путина. У них была встреча с разными представителями общественности, в том числе и в правительственных кругах. Некоторое время спустя со мной связался Александр Джорджадзе и обратился с таким вот предложением». Она подтвердила, что встречалась с Гиоргадзе, но заявила, что бывший министр госбезопасности не имеет отношения к «Кавказскому институту демократии».

Публичные акции пророссийской грузинской оппозиции с участием партий Гиоргадзе, Жоржолиани и движения Николаешвили отличались достаточно высокой частотой. В декабре 2005 года монархисты организовали театрализованное представление с символическими похоронами Сороса. В том же месяце движение «АнтиСорос» и монархисты провели факельное шествие в защиту Грузинской православной церкви и прав верующих – против отказа от статуса православия как главенствующей конфессии в стране. В феврале нынешнего года Николаешвили объявила о начале сбора подписей с требованием об отставке Саакашвили и с требованием не вводить на территорию Грузии войска других стран после вывода российских военных баз. В марте прошло новое театрализованное шествие монархистов и «АнтиСороса». В апреле – акция с участием тех же организаций и «Справедливости» с требованием проведения досрочных парламентских выборов и отставки Саакашвили.

В мае сразу три митинга, во время одного из которых Николаешвили заявила: «Грузия привыкла к революциям, конечно, ненасильственным революциям, так что когда наступает период, когда узурпируется власть, и когда наступает такая диктатура, которая есть в Грузии, диктатуру обычно свергают, и это святое дело». А Жоржолиани описал возможную технологию новой революции: «Здесь будут стоять, на Руставели сотни тысяч человек, поддерживающие Игоря Гиоргадзе. Я посмотрю, как они посмеют арестовать Игоря Гиоргадзе». Что касается самого бывшего министра, то он назвал будущую революцию «крапивной», а тогдашний заместитель российского генпрокурора Владимир Колесников публично заявил, что объявленный в международный розыск Гиоргадзе может официально получить политическое убежище в России.

Таким образом, пророссийские силы заимствовали ряд технологий «оранжевой» революции. Однако возникал ряд серьезных проблем. Во-первых, Запад в 90-е годы имел куда больше времени для политического продвижения в Грузии. В данном случае приходилось действовать очень быстро – создание протестного общественного движения и пророссийской политической коалиции по времени совпало с приходом в страну первой российской НКО. Во-вторых, Запад мог рассчитывать на поддержку целой генерации прозападно настроенных перспективных грузинских политиков, для которых он был образцом для подражания; Россия же была вынуждена делать ставку на те, часто недостаточно популярные, политические фигуры, которые хотели иметь с ней дело. Это было связано как все с тем же фактором времени, так и с недостаточной привлекательностью России как политического партнера по сравнению с Западом, с которым в Грузии до сих пор связываются надежды на успешную модернизацию. В условиях дефицита кадров неудивительно, что, к примеру, Николаешвили совмещала совершенно разные функции – руководителя представительства российской НКО и лидера протестного общественного движения (а несколько ранее она в качестве независимого судмедэксперта публично отстаивала версию убийства грузинского премьера Зураба Жвания). В-третьих, Шеварднадзе (как и Леонид Кучма в Украине) не решался предпринять репрессивные меры против западных НКО, не желая обострять отношений с американцами и европейцами; у Саакашвили же в отношении российских и ориентированных на Россию организаций этот сдерживающий фактор отсутствует.

Разгром пророссийской инфраструктуры в Грузии начался с «Кавказского института демократии». В июле он объявил, что вынужден приостановить свою работу в стране из-за недружественной атмосферы, сложившейся в Грузии. В заявлении представителя института говорилось: «Трагично, что в условиях беспрепятственной деятельности сотен западных НПО в Грузии, достигающей даже властных кабинетов, полноценная деятельность их российских коллег становится невозможной».

Затем настала очередь партии «Вперед, Грузия!». Один из ее лидеров, Ираклий Батиашвили был обвинен в «оказании интеллектуальной помощи при попытке организации мятежа против государства и непредоставлении правоохранительным структурам информации, затрагивающей безопасность страны». Он был арестован 29 июля, после недавнего выступления сванского командира и бывшего уполномоченного президента Шеварднадзе в Сванетии Эмзара Квициани, изгнанного с контролировавшейся им территории правительственными войсками. Теперь Батиашвили угрожает до 24 лет лишения свободы.

На минувшей неделе сильнейший удар был нанесен по пророссийской коалиции сторонников Гиоргадзе. По обвинению в антигосударственной деятельности и в попытке организации государственного переворота в разных городах страны задержаны политический секретарь партии «Справедливость» Резо Булия, руководители региональных отделений партии, а также Майя Николаешвили, Темур Жоржолиани и другие политики. В офисе фонда Гиоргадзе и в доме его отца, отставного генерала Пантелеймона Гиоргадзе (также находящегося за пределами Грузии) прошел обыск, а за Ириной Саришвили установлена слежка (видимо, она не арестована только потому, чтобы не создавать «образ жертвы»). Позднее ряд задержанных деятелей были отправлены в предварительное заключение сроком на два месяца – исключая Николаешвили, которая была выпущена под залог после того, как дала признательные показания.Крайне сомнительно, что пророссийские политики действительно готовили переворот – для этого они были слишком слабы. В протестных акциях участвовали сотни людей, а не тысячи или, тем более, сотни тысяч, о возможности привлечения которых говорил Жоржолиани. Да и объективные доказательства заговора выглядят достаточно слабыми (так, показания Николаешвили могли носить вынужденный характер – в противном случае она осталась бы в тюрьме). Скорее, речь шла о стремлении Саакашвили превентивными мерами разрушить российскую инфраструктуру политического влияния и не допустить проведения каких-либо протестных мероприятий в случае возможных целенаправленных военных акций Грузии в Южной Осетии вплоть до попытки установить контроль над этой территорией вооруженным путем (показательно, что сразу же после массовых арестов произошло новое обострение ситуации в этом регионе). Кроме того, мобилизация общества на антироссийской основе может способствовать победе партии Саакашвили на региональных выборах, которые состоятся в октябре. Сторонники грузинского президента уже прямо связывают аресты сторонников Гиоргадзе и недавние события в Сванетии, рассматривая их как срыв одного пророссийского заговора. По словам мэра Тбилиси Георгия Угулава, «переворот планировали совершить с помощью маленькой группы людей - Игоря Гиоргадзе, Темура Жоржолиани, Ирины Саришвили, Эмзара Квициани и Ираклия Батиашвили».vТаким образом, после арестов Батиашвили, Жоржолиани и других политиков из пророссийских сил в Грузии дееспособной остается, по сути, лишь Лейбористская партия, которая стремится объединить максимальное количество противников нынешнего президента. Так, Нателашвили вместе с партией «Вперед, Грузия!» создал «Фронт защиты и спасения Ираклия Батиашвили» и осудил аресты других оппозиционеров. И хотя он дистанцировался от пророссийских акций сторонников Гиоргадзе, но все равно подозревается сторонниками Саакашвили в антигосударственной деятельности. Так, депутат Николоз Гварамия выступил с инициативой принятия закона о политическом экстремизме, первым объектом преследований в рамках которого должен стать именно Нателашвили. Однако уничтожить партию Нателашвили властям будет сложнее из-за его большей популярности, чем у других ориентированных на Россию оппозиционеров. Кроме того, Нателашвили воспринимается в США как реальная политическая фигура, с которой можно и нужно работать (отсюда и его недавняя поездка в эту страну).

Однако и Нателашвили на сегодняшний момент не представляет значительной угрозы для Саакашвили. И хотя рейтинг действующего президента существенно уменьшился, он все равно остается наиболее влиятельным политиком страны из-за раскола оппозиции. Так, по данным апрельского опроса, опубликованном в грузинской газете «Квирис палитра», за него хотели бы проголосовать 33,2% (а не 96%, как на выборах 2004 года). Далее следуют два прозападных политика - бывший министр иностранных дел, ныне глава партии «Путь Грузии» Саломе Зурабишвили (23,1%) и лидер Консервативной партии Грузии Коба Давиташвили (8,6%). Нателашвили по этому опросу лишь на четвертом месте с 5,8%. В то же время моральный износ Саакашвили может привести к тому, что Запад будет более активно диверсифицировать свои политические ставки. И удар по пророссийской оппозиции – это в определенном смысле и предупреждение властей остальным оппозиционным силам с целью побудить последние снизить свою активность.

Массовые аресты пророссийских деятелей в Грузии еще более обострят отношения между Кремлем и Саакашвили – еще ни один президент на постсоветском пространстве не решался на столь жесткие действия, которые в Москве расцениваются как вызов. В то же время сомнительно, чтобы грузинский лидер мог пойти на эти действия без санкции со стороны США, которые продолжают патронировать его режим. Таким образом, конкуренция с Россией в регионе, неразрывно связанная с поддержкой Саакашвили и минимизацией угроз его режиму, остается приоритетом американской администрации, что также не может не вызвать неприятия Москвы.

Алексей Макаркин – заместитель генерального директора Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net