Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

С точки зрения основных политических результатов региональные и муниципальные выборы 2019 года закончились достаточно успешно для действующей власти. В отличие от прошлого года, удалось избежать вторых туров на губернаторских выборах и поражений действующих региональных глав.

Бизнес

В середине февраля Басманный суд заочно арестовал бизнесмена, владельца O1 Group Бориса Минца, а 31 января были заочно арестованы два его сына - Дмитрий и Александр. Причиной ареста стали обвинения в растрате 34 млрд руб. (ч. 4 ст. 160 УК) средств банка «ФК Открытие» и последовавшее обвинение в межгосударственный розыск. На данный момент Борис Минц и его семья с весны 2018 года проживают в Великобритании.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Марина Войтенко

Видео

Аналитика

02.07.2007 | Сергей Маркедонов

Южная Осетия и «тбилисский секундомер»

Президент Грузии Михаил Саакашвили в очередной раз пытается доказать, что у него (в отличие от других лидеров государств) слова не расходятся с делом. Выступая на саммите ГУАМ в Баку 19 июня 2007 года, президент Грузии дал понять, что у него есть план по возвращению Южной Осетии. Как всегда, на реализацию очередного плана по «собиранию земель» Саакашвили выделил немного времени. «Секундомер включен. Грузия имеет все ресурсы для решения этого вопроса. Мы покажем пример всему миру, как решать подобные проблемы. И это будет хорошим прецедентом для всех стран», - заявил президент Грузии.

Впрочем, следует отметить, что для Южной Осетии это уже не первое включение секундомера. В феврале 2006 года тогдашний министр обороны Грузии уже пытался поставить мятежную республику «на счетчик». «В этом году перед Грузией стоят две главнейшие задачи - воссоединение Цхинвальского региона, решение которой вступает в активную фазу, и в конце года получить статус страны-кандидата на членство в НАТО», - объявлял Окруашвили на встрече с журналистами. Отвечая на вопрос, остается ли в силе его намерение встретить новый 2007 год в Цхинвали (оно было озвучено ранее), глава Минобороны Грузии сообщил: «Для меня уже включен секундомер». И хотя встреча Нового года в Цхинвали была отложена, идея возвращения Южной Осетии в «единую и неделимую Грузию» по-прежнему владеет умами грузинской элиты. И если к концу 2006 года (после первого включения секундомера) в конфликтном регионе противостояние Тбилиси и Цхинвали ограничивалось мелким фолом (при этом уровень фола снижался к концу года), то в июне 2007 года (после запуска второго секундомера) происходит эскалация напряженности.

Итак, секундомер для Эдуарда Кокойты и Южной Осетии был запущен 19 июня. А 28 июня 2007 года (то есть спустя неделю) командующий Смешанными силами по поддержанию мира (ССПМ) в зоне грузино-осетинского конфликта генерал Марат Кулахметов заявил журналистам об обострении обстановки в Южной Осетии. И действительно, в результате обстрела поста МВД непризнанной Южной Осетии, расположенного в северной части Цхинвали, ранение получили два милиционера (этот инцидент произошел утром 28 июня 2007 года). Представители Южной Осетии также заявили, что из грузинского села Тамарашени было обстреляно осетинское село Квернет (обстрел велся из гранатометов и минометов). Помимо обстрелов в зоне конфликта проводились массовые акции. Осетинская сторона выступила против строительства дороги между грузинскими населенными пунктами Никози-Авневи. В этом осетины увидели не реализацию гуманитарного проекта, а часть общего стратегического плана Тбилиси по инкорпорированию «мятежной республики». Действительно, строительство дороги предполагалось для того, чтобы соединить грузинские села Южной Осетии с «большой землей» в обход осетинских сел.

Строительство дороги пытались приостановить российские миротворцы, что в свою очередь вызвало недовольство местного грузинского населения. Соответственно, тезис об «имперской роли России» и ее потакании «агрессивному сепаратизму» был не раз озвучен именно в этой связи. 30 июня 2007 года представители Цхинвали не раз сообщали об обстрелах окрестностей столицы Южной Осетии со стороны грузинских сел. В свою очередь грузинская сторона обвинила «режим Кокойты» в обстрелах грузинского насаленного пункта Тамарашени. Информация о положении дел в Южной Осетии крайне противоречивая. Очевидно, что посты российских миротворцев также подвергаются обстрелам. В результате субботних обстрелов (30 июня 2007 года) ранено три человека, повреждено два дома. Как это часто бывало в ходе прежних грузино-осетинских «дуэлей», наблюдатели (а это три заинтересованные стороны плюс миссия ОБСЕ) не смогли выявить инициаторов обстрела. Однако те же наблюдатели зафиксировали разрушение жилых домов в Цхинвали. Получается странная логика! Дома разрушены на территории Южной Осетии, а зачинщик обстрела неизвестен. Впрочем, соображения политической корректности, как правило, берут верх. Но что бы ни говорили наблюдатели, нельзя не отметить хронологическую последовательность событий. За новым включением «секундомера» последовала эскалация насилия в зоне грузино-осетинского конфликта. В Едином пресс-центре Южной Осетии заявляют, что «из-за ограниченного времени, данного на решение косовского прецедента, Саакашвили оказался в цейтноте. Он нервничает и паникует, потому что проигрывает и в Южной Осетии, и в Абхазии. Это заставляет его совершать грубые просчеты один за другим. Если у кого-то до сих пор были иллюзии относительно демократичности режима Саакашвили и неких его прав на Южную Осетию, то Грузия своими последними действиями ясно дает понять, что на самом деле не считает Южную Осетию частью своей территории». Об этом говорит и такой шаг Саакашвили, как односторонний выход из российско-грузинских экономических соглашений по восстановлению конфликтного региона.

Однако главная проблема для Грузии - это проблема интерпретации, не связанная напрямую с Косово. Что я в данном случае имею в виду? Любое обострение в конфликтных точках Грузии происходит по одному алгоритму. Сначала официальный Тбилиси делает акцент на миротворческую риторику (хотя эта риторика и именуется «агрессивным миротворчеством»). Затем озвучиваются некие предложения, как собственно Абхазии и Южной Осетии, так и России, ЕС и США. Как только эти предложения озвучиваются, Грузия начинает воспринимать это как карт-бланш на включение «счетчиков». Еще бы, такие хорошие мирные предложения пропадают. Как только на «счетчик» никто не реагирует, начинается если не силовая операция, то демонстрация силы. Так было в 2004 году. Вспомним хотя бы предложение Саакашвили начать отношения с Россией с «чистого листа». Вспомним и 2006 год, когда после петербургской встречи двух президентов началась (буквально через месяц) Кодорская операция Саакашвили. Так произошло в 2007 году. С одной стороны, были предложения в адрес России (по поддержке территориальной целостности). С другой, было явление миру Дмитрия Санакоева, главы «альтернативной» Южной Осетии.

26 июня 2007 года «альтернативный лидер» выступил в Брюсселе на заседании комитета Европейского парламента по сотрудничеству с Грузией: «Впервые в истории в стенах Европарламента звучит осетинская речь (докладчик говорил по-осетински – С.М.). Я обращаюсь к вам как представитель осетинского народа, который испытал на себе всю трагедию начала 90-х и прошел через все невзгоды советского наследия. В начале 90-х годов я был на другой стороне баррикад, я воевал против Грузии как командир ополчения, а потом я занимал посты министра обороны и премьер-министра Южной Осетии. Но я понял, что войны и ненависть – это путь в никуда. Людям нужна работа, нужна стабильность и безопасность. Грузия возвращается в Европу, и вместе с ней туда должна вернуться моя родина – только в объединенной Европе мы видим свое будущее».

Естественно столь эмоциональное стремление к миру вчерашнего сепаратиста было воспринято в Брюсселе «на ура». Тем паче что «воспринимающие» не слишком разбираются в деталях грузино-осетинского конфликта. Но означало ли это, что европейские парламентарии готовы к тому, чтобы bad guys (команда Кокойты) была наказана силой и в сжатые сроки, поскольку счетчик уже включен? Риторический вопрос. Скорее всего, представители народов единой Европы высказались в поддержку мира в регионе (не до конца понимая, как практически его достичь), но никак не в пользу военно-полицейской операции Тбилиси. В пользу данного тезиса говорит и весьма сдержанная позиция представителей Европейской комиссии, занимающихся разрешением конфликта. Да, они признают территориальную целостность Грузии и готовы к «интернационализации» конфликтного урегулирования. Но это вовсе не означает, что они готовы благословить встречу какого-нибудь праздника в Цхинвали и поддержать тбилисский блицкриг. Но проблема в том, что в Тбилиси воспринимают любое одобрение ЕС и США (а равно и молчание РФ) как разрешение на очередное кровопускание!

Проблема адекватной интерпретации, таким образом, становится определяющей в формировании тактики и стратегии Грузии. Вспоминаю один эпизод из собственной практики. В ходе конференции по безопасности Кавказа известный грузинский политолог (в прошлом чиновник МИДа) на полном серьезе и без всякой иронии заявил, что Грузия может предложить России размен. Москва отказывается от поддержки «агрессивных сепаратистов», а Тбилиси, вступив в НАТО, будет готово не размещать на своей территории ядерный арсенал блока! А ведь в Альянс еще надо вступить (конференция проходила год назад). Впрочем, такая мелочь не волнует политический класс и экспертное сообщество в Грузии. Ведь им же обещали подмогу в Брюсселе и в Вашингтоне. А значит, любой их шаг будет приветствоваться и поддерживаться! Практика, правда, пока этот тезис не подтверждает. В 2004 и в 2006 гг. США и ЕС были недовольны грузинскими силовыми акциями. Именно с их позицией во многом связана и скорее пророссийская резолюция ООН по Абхазии, и отставка Оркуашвили. Но вера во всепобеждающую мощь обещаний, недомолвок, молчаливых пауз и намеков в Тбилиси по-прежнему сильна. И все это на фоне косовской эпопеи дает тот результат, который мы снова получили в Южной Осетии. «Россия и Южная Осетия выступают за созыв встречи сопредседателей Смешанной контрольной комиссии (СКК) по поддержанию мира в зоне грузино-осетинского конфликта», - заявил в пятницу 29 июня 2007 года президент непризнанной республики Южная Осетия Эдуард Кокойты. Созыв СКК и возвращение этой структуре ее прежнего значения (главного легитимного арбитра в регионе) должно стать приоритетной линией для России сейчас. СКК, как мне уже не раз приходилось писать, остается единственным правовым механизмом разрешения конфликта. Все «альтернативные» президенты и администрации таковыми не являются (поскольку они не имеют своих особых вооруженных сил и не играют самостоятельной военно-политической роли). Только возвращение в правовое поле и диалоговый формат могут стать реальной альтернативой включенным «секундомерам» и политике «размораживания конфликта» (фактически же политике военного реванша). Что же касается США и ЕС, то их представителям уже давно пора «следить за речью» и понимать, что в случае с Саакашвили действительно никому не дано предугадать, как отзовутся на практике слова друзей «демократической Грузии».

Сергей Маркедонов, зав. отделом проблем межнациональных отношений Института политического и военного анализа, кандидат исторических наук

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

В Никарагуа свыше 40 лет с краткими пере­рывами на вершине власти находится революционер, испытан­ный в боях - Даниэль Ортега Сааведра. Он принимал активнейшее участие в свержении отрядами Сандинистского фронта национального освобождения (СФНО) диктатуры Анастасио Сомоса Дебайло 19 июля 1979 года.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net