Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

26 марта президент РФ Владимир Путин провел встречу с представителями российского бизнеса. На встрече присутствовали 26 человек, включая гендиректора Mail.ru Group Бориса Добродеева, гендиректор сервиса Okko Яну Бардинцеву, совладельца сети Hoff Михаила Кучмента, президента Faberlic Алексея Нечаева, гендиректора «AliExpress Россия» Дмитрия Сергеева, основательницу сети кафе «Андерсон» Анастасию Татулову и президента ГК «Балтика-транс» Дмитрия Красильникова.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

О прошлом - для будущего

31.08.2007

Святослав Насташевский: «Все реформы блокируются на нижних этажах власти»

По мнению члена комитета Госдумы по информационной политике, члена фракции "Справедливая Россия – Родина" Святослава Насташевского, элиты как таковой в России еще нет: «На ее месте мы все больше видим «чиновника», который либо боится пальцем пошевелить – лишь бы чего не случилось, либо откровенно использует возможности, предоставляемые его положением в личных интересах. Разумеется, совсем не всегда это связано с интересами России. Собственно, что такое национальные интересы, непонятно, ведь стройной общеполитической концепции на этот счет не выработано. Хотя некоторые ее черты начинают проступать. Россия сегодня активно ищет свое место в мире».

- И находит?

- Ищет, что уже немало. Будущее нашей страны - то, что должно волновать всех российских граждан, но политическую элиту в первую очередь. Она не должна оставаться безгласной, свои воззрения насчет стратегии развития разные группы элиты должны высказывать всенародно, через средства массовой информации. Ограничиваться кулуарными разговорами и договоренностями, минуя простых людей, контрпродуктивно. А у нас на сегодняшний день многие важные решения, к сожалению, принимаются закулисно, без широкого обсуждения. Рядовые граждане очень часто остаются в стороне. Лишены права голоса и профессиональные организации.

Безусловно, нельзя не приветствовать стремление российского государства отстоять свою независимость на международной арене. Но это не должно вести к ущемлению демократии. Интересы России и цели некоторых западных стран, фондов, общественных организаций могут расходиться. Но ведь требование соблюдения прав личности, решения всего в рамках закона – это не злокозненный умысел наших «врагов», а насущная необходимость. И вот с этим сегодня у нас положение неважное. Уровень доверия судебной системе и правоохранительным органам очень низкий. А значит, граждане Росси не чувствуют себя защищенными. Существует множество примеров избирательного применения законов по отношению к чиновникам и бизнесменам.

- Вы говорили о закулисности власти. Но при Путине она лишь выросла.

- Происходящее действительно настораживает. Вертикаль строилась, чтобы как можно быстрее остановить процесс распада страны. С этой же целью формировались Федеральные округа - привести в соответствие с федеральным законодательство субъектов федерации. В России начала 2000-х существовало очень много узких мест, которые срочно надо было расшивать. С другой стороны, параллельно с укреплением федерального центра надо было вводить действительную, а не декларативную «диктатуру закона»: реформировать судебную систему, правоохранительные органы, очертить универсальные рамки допустимого и недозволенного. А дальше – сверху и централизованно - требовать выполнения всех этих принципов.

Или если взять историю с отменой прямых всенародных выборов губернаторов. Понятно, что раньше они считали регионы своей вотчиной, использовали административный ресурс, подкупали избирателей. Но ведь им позволяла делать это избирательная система! Так, может, и стоило заниматься ее реформированием, привлекая общественные организации, независимый суд и правоохранительные органы для контроля над выборами? Тогда бы, глядишь, Кремлю не пришлось бы идти на жесткие меры по отмене губернаторских выборов. Также можно было через реформированную избирательную систему вернуть доверие населения к властным органам. В итоге пошли по другому пути, и в результате мы имеем катастрофически низкие рейтинги доверия у той же Думы.

- Зато у президента они высокие.

- И только. А меж тем вертикаль власти, худо-бедно работая наверху, дает сбой за сбоем, если спуститься ниже. На уровне отношений губернаторов и мэров, местных прокуратур, судов царит абсолютная вакханалия. Там выстраиваются свои маленькие вертикали власти, которые зачастую саботируют решения федерального центра. Например, национальный проект «Доступное жилье» тормозится, когда речь заходит о том, что местные власти должны делиться землей с чужими застройщиками.

Таким образом, теневые отношения в регионах вертикаль не преодолела. И это естественно, поскольку их можно искоренить только на основе закона. Иной путь ведет лишь к росту закулисных связей, в том числе в регионах. Хотя, по большому счету, там и раньше была одна закулисность. Большинство губернаторов сидят еще с ельцинских времен, многие из них уже прошли процедуру переназначения. Они считают регион своей собственностью, подчиняя своим интересам и общественно-политическую активность, и бизнес. У бизнеса возможность развиваться появляется только в том случае, если он договорился с властью.

- Но разве партизация региональной политической жизни не способствовала «размыканию» региональных режимов? Центральное руководство федеральных партий имеет сейчас большее влияние на региональные отделения или нет?

- На сегодняшний день в России осталось раз в десять меньше партий, чем было в 90-х. Из них новых всего несколько, и самая крупная – Справедливая Россия. Все остальные партии старые. А значит, они уже имели опыт общения с региональными органами власти, следовательно, вряд ли можно говорить об их независимости.

И, надо сказать, всех здесь переплюнула «Единая Россия». То, что она сегодня демонстрирует, - это вообще прямое сращивание с региональными администрациями, которое началось именно после того, как стали назначать губернаторов. С этого момента «Единая Россия» из политической партии окончательно превратилась в партийно-бюрократическое образование.

- Как насчет зависимости других партий?

- «Справедливая Россия» гораздо в большей степени автономна от региональных и федеральных властей. Существует представление о независимости КПРФ, но мой личный опыт свидетельствует о том, что это не так.

Коммунисты вообще любят говорить много громких слов, и не только о своей независимости. Однако все эти слова и предложения имеют мало отношения к сегодняшней действительности. Их идеалы остались где-то в советских временах. В их случае мы имеем дело с популизмом чистой воды. Таким же, как и опасная демагогия националистов.

Очень важно, чтобы у нас политическая система была здоровой, поэтому пустить ее развитие на самотек, разумеется, нельзя. Государство сегодня прилагает определенные усилия для того, чтобы партии почувствовали ответственность за свои программы и лозунги. В любом случае, партии должны руководствоваться в первую очередь интересами России и населения, а во вторую очередь своими амбициями. Нельзя предлагать поровну на всех поделить стабфонд, нельзя предлагать выслать из страны всех иностранцев. Эти идеи действительно могут стать популярными у многих людей в России, но при этом очевидно, что они обрушат страну в пропасть.

Подытожу - политический процесс не должен зависеть от трех факторов: закулисных договоренностей, административного ресурса и популистских либо экстремистских лозунгов.

- Как вы в этой связи оцениваете потенциал несистемной «Другой России»?

- Социальная обстановка в России достаточно благополучна, поэтому радикальный протест успеха иметь не будет. С другой стороны, власть сегодня делает все для того, чтобы лозунги оппозиции не дошли до граждан. Запрет митингов, давление на лидеров, снятие с поездов активистов - все это странновато смотрится в демократическом государстве. Если действия «Другой России» противоречит законодательству РФ, безусловно, они должны быть пресечены. Но если нарушений законов нет, я не вижу препятствий для ограничения деятельности оппозиции. У россиян должна быть возможность политического выбора. И когда идеология и лидеры оппозиции станут привлекательны для граждан, они с удовольствием отдадут им свои голоса.

- Феномен «Другой России» стал возможен потому, что часть либеральной элиты оказалась не востребована у власти. Почему либералы не объединились в системном поле?

- Наиболее значимые партии демократического толка на сегодняшний день, я говорю о «Яблоке» и СПС, принадлежат прошлому. Они оказались не способны к модернизации, а амбиции их лидеров не позволили им консолидироваться с другими демократическими силами. Между тем идти в Думу имело смысл, только объединившись, более того, только создав новую демократическую партию с новыми лидерами и идеями. Успех этой партии был бы весьма вероятен. По оценкам социологов, популярность демократических идей в обществе высока - порядка 30% граждан испытывают к ним симпатию.

Однако, как мы знаем, объединения не произошло. И в этой ситуации демократам вряд ли стоит идти на эти выборы. Наверное, им имеет смысл дать «порулить» левым и центристским партиям, а потом уже, в 2011 году, пытаться пройти в Думу на волне критики существующих порядков с либеральных позиций.

- С какими лозунгами они могли бы пойти на выборы?

- В России сейчас популярны лозунги левой направленности. Иная идеология не очень понятна для российского населения, ведь оно не жило в демократическом государстве ни одного дня. При Ельцине никакой демократии не было. Она может функционировать только на основе демократических законов, а практически вся законодательная база нам досталась от тоталитарного советского режима. При наличии действительно самостоятельных ветвей власти, при наличии сформировавшегося гражданского общества. А тогда был лишь разгул анархии и вседозволенности, кем-то ошибочно понятый как свобода.

В общем, наши люди сегодня просто не знают, что имеют право отстаивать собственные интересы. Они не готовы, как это происходит в западных странах, по любому пустяку идти в суд и защищать свои права. В России пока более склонны верить в идею справедливости, а в этом есть нечто патерналистское.

Но требование справедливости на самом деле очень плодотворный инструмент. Ведь именно по этим законам работает государство в той же Швеции, Германии, Франции. Если хотите, интерпретируйте справедливость как адекватность государства по отношению к своим гражданам. Например, монетизация льгот, очень жестко проведенная сверху, является хорошим примером неадекватности. При этом теоретически идея была правильной - развитие экономики должно идти по либеральным принципам. Мы в «Справедливой России» отдаем себе отчет, что бизнес должен быть самостоятелен. Мы также отдаем себе отчет в том, что СМИ должны быть независимыми.

Конечно, никто не говорит, что государство вообще не должно вмешиваться в экономические отношения. Но сам режим вмешательства должен подразумевать универсальность, установление единых правил для всех игроков и, конечно, определение приоритетов.

- Каково место «Справедливой России» в российской политике? Большинство экспертов отдает победу на выборах единороссам.

- В данных конкретных условиях «Справедливая Россия» должна стать второй по массовости и по весу партией в России, оттеснив коммунистов на третий план. По сравнению с КПРФ мы занимаем гораздо более конструктивную и взвешенную позицию по отношению к тому, что сейчас происходит в России. С «Единой Россией» все понятно, там будут использовать на выборах административный ресурс. Бороться с единороссами сегодня практически невозможно. Если бы у нас действительно были нормальные, прозрачные демократические выборы, можно было бы попробовать оспорить первенство ЕР. Но когда в регионах по указанию местных органов власти снимаются плакаты «Справедливой Росси», когда региональным СМИ выдается предписание не публиковать ничего о нашей партии, когда на Первый канал заместителем Эрнста назначают человека из аппарата ЕР, чтобы курировать предстоящие выборы – рассчитывать на честную борьбу сложно. Мы имеем дело с катком...

А вообще, я бы отделил всякую административную власть, и на местах, и наверху, от политической жизни и запретил бы всем чиновникам состоять в партии. Административные органы должны заниматься только организацией выборов, а правоохранительные и судебные - пресечением черных технологий, охраной избирательных участков, соблюдением законодательства. Иного отношения к избирательному процессу они иметь не должны. Да, в некоторых регионах известные чиновники вступили в «Справедливую Россию». С одной стороны, это повышает политический вес партии, с другой, если чиновники-единороссы начнут выяснять отношения с чиновниками-справедливороссами, это приведет к дестабилизации исполнительной власти.

- Как скажутся на ситуации в стране парламентские выборы?

- Они только закрепят нынешнее положение партий в обществе. Но я надеюсь, что в следующей Думе ЕР уже не будет иметь того большинства, которое позволяло этой партии не обращать внимания на депутатов из других фракций, даже если те выдвигали разумные предложения.

- Основываясь на вашем опыте одномандатника, оцените дееспособность российских региональных элит. Политологи считают их самым отсталым отрядом элиты.

- Как правило, у власти в качестве губернаторов или мэров сидят бывшие партработники либо бывшие директора заводов, которые ментально живут прошлым. Об экономической эффективности их руководства говорить не приходится. Когда чиновникам регионального уровня предлагаешь проекты, способные улучшить экономическую и социальную ситуацию, их неизменная реакция – отторжение. Потому что такие проекты всегда рискованны, а чиновник рисковать не привык, он всего выше ставит возможность самому контролировать все процессы.

А вот у региональных руководителей, вышедших из бизнес-среды, иная логика. В пример здесь можно привести того же Александра Хлопонина, при котором Красноярский край стал развиваться быстрыми темпами. Члены его команды в первую очередь просчитывают вероятную прибыль предлагаемого им проекта, и если этот проект им кажется разумным, а прибыль существенной, они готовы идти на риск. Чего не скажешь о тех регионах, где сидят старые губернаторы, которые все держат под контролем и замкнули все денежные потоки на себя либо своих заместителей.

Вот с этим печальным явлением, вероятно, бороться можно только их смещением и назначением новых руководителей. Хотя практика нынешних назначений губернаторов такова, что они имеют лоббистский характер. На компетентность и способности человека мало кто смотрит. Я уж не говорю о том, что большинство губернаторов были переназначены. А ведь отнюдь не всеми было довольно местное население.

- Коррупция в России выросла по сравнению с ельцинскими временами?

- Не просто выросла. Она систематизировалась и приобрела некую законченную форму, узаконенную в виде прайсов, что сколько стоит и куда заносить. Коррупция сегодня спустилась глубоко вниз на уровень общественной медицины, образования, ЖЭКов, паспортных столов и т.п.

- Как с ней бороться?

- Нужно принять закон о коррупции, который не имел бы дыр, лазеек и не позволял бы двойных толкований. А у нас, как правило, все законодательство с такими дырами, что можно в случае чего легко уйти от ответственности.

Но одного закона недостаточно. Необходимо создание устойчивой и универсальной системы законности. Когда тебя останавливает гаишник, ты понимаешь, что он в данном случае представляет лишь самого себя. И даешь ему взятку. На Западе же сотрудники дорожной полиции выполняют некую отведенную им функцию, они говорят, что ничего не имеют против тебя как водителя, вот только выпишут штраф, а ты уж поезжай и его оплати. С ними бесполезно договариваться, потому что бесполезно договариваться с системой.

Но если я на каждом уровне власти имею дело с конкретным человеком, который приватизировал эту власть и имеет желание подзаработать, то коррупция неминуема. А в России договариваются все, начиная с простых граждан и заканчивая крупным бизнесом. Коррупция на сегодняшний момент наш самый большой бич. Я бы к этой теме подключил, например, ФСБ и начал бы именно с чиновников, ведь рыба гниет с головы. И уже потом бы добрался до сельсоветов. Чиновников надо поставить под жесткий контроль. И вместо скупых пиаровских сообщений в новостях, что, мол, там-то за взятки задержали такого-то заместителя такого-то министра, нужно пропечатать в СМИ коррупционные схемы с участием этого человека и его сообщников.

В конце 90-х годов СМИ не были свободными, поскольку состояли на службе олигархических группировок. Но, тем не менее, в 1998-1999 годы, когда перед выборами схлестнулись НТВ с ОРТ, определенная свобода слова существовала. Тогда публиковались подробные данные, кем, когда и как воровались, уводились, по каким счетам проводились деньги. Вот если эту практику вернуть, все очень быстро бы встало на свои места.

Впрочем, этого сделано никогда не будет. Потому что рыльце в пушку практически у всех. Исключений убийственно мало.

- Каких качеств не хватает элите, чтобы сыграть модернизационную роль?

- По отношению к вопросам внешнеполитическим элита модернизируется очень быстро, объясняя миру, что имеет свои собственные интересы, а также возможности их отстаивать. Что касается внутренней политики, здесь все гораздо сложнее. У нас в последние годы было запущено порядка десяти важнейших реформ, и ни одна из них не завершена. Административная реформа привела лишь к увеличению количества государственных структур. Что неудивительно. Российская элита остается бюрократической по своему происхождению и типу мышления, поэтому в модернизации страны она не сильно заинтересована. Может быть, правящая группа умозрительно понимает, что страну необходимо развивать, но все попытки блокируются на нижних этажах власти, либо различными лоббирующими группами.

Наверное, самое большое, чего не хватает элите, - уверенности, что задуманное правильно и сработает, а также решимости дойти до конца. Нам необходимы Столыпины, Морозовы, Петры I. Нам необходимы те, для которых величие России прежде всего.

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

К этому району земного шара, раскинувшемуся вдоль крупнейшей южноамериканской реки, сравнительно недавно было привлечено пристальное внимание международной общественности - здесь стали гореть девственные леса, по праву считающиеся легкими планеты.

Протесты, захлестнувшие ряд государств латиноамериканского континента, затронули и Колумбию, третью по уровню развития страну региона. Несмотря на явные достижения в экономике, здесь сохранились вопиющее неравенство, чудовищная коррупция и высокий уровень безработицы, проявлялось громкое недовольство. Это стало очевидным 18 ноября минувшего года.

В Советском Союзе центр Духовного Управления Мусульман Северного Кавказа находился именно в Дагестане в городе Буйнакск. Однако почти еще до распада СССР, в 1990 году, в Дагестане был создан самостоятельный муфтият, а его центром стала столица Республики Дагестан – город Махачкала.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net